Southern Comfort
8 августа 2025 г., 04:09
Теннесси, 2010 год
Жара плавила асфальт. Воздух дрожал над дорогой, и даже цикады притихли, измотанные духотой. Клаус стоял у капота автомобиля, скрестив руки на груди, и смотрел на дом с выражением сдерживаемого нетерпения.
Аделия поправила манжеты светлой блузки и направилась к крыльцу — прямая спина, плавная походка, никакой спешки.
Стефан смотрел ей вслед:
— Она серьезно? Просто пойдет и постучит?
— Абсолютно, — ответил Клаус с усмешкой. — У нее манеры моего брата. Хотя они никогда не встречались.
— Элайджи?
— Представь себе.
Стефан хотел спросить что-то еще, но промолчал. Клаус смотрел на удаляющуюся фигуру Аделии, и в его глазах читалась смесь гордости и напряжения. Он доверял ей. Но отпускать одну всё равно не любил.
***
Аделия постучала — три коротких, четких удара. Выждала ровно столько, сколько требовали приличия. Дверь приоткрылась. На пороге стояла девушка лет двадцати, растрепанная, сонная, явно измученная жарой. — Добрый день, — произнесла Аделия с безупречной вежливостью. — Прошу прощения за беспокойство. Мой автомобиль заглох в паре миль отсюда, а телефон, к несчастью, разрядился. Не могли бы вы одолжить мне ваш, чтобы вызвать эвакуатор? Девушка прищурилась, оглядывая ее. Аделия стояла перед ней — рыжеволосая, с идеальной осанкой, в светлой блузке без единой складки. Она не походила на путешественницу, попавшую в беду. Скорее на аристократку, случайно оказавшуюся не в том районе. — А вы кто? — спросила хозяйка. — Меня зовут Аделия. Я проездом из Вирджинии. Направляюсь в Новый Орлеан. — Она чуть улыбнулась, открыто и располагающе. — Обещаю, я не займу много вашего времени. Девушка колебалась. Потом, видимо решив, что одинокая женщина не представляет угрозы, отступила вглубь дома: — Ладно. Телефон на кухне. Только быстро. — Благодарю. Вы очень любезны. Ведьма переступила порог. Стефан, наблюдавший издалека, тихо выдохнул: — Она… вошла. — Она умеет быть убедительной, — ответил Клаус. — Этому я ее не учил. Это врожденное. Внутри дома пахло пылью и застарелым табаком. Аделия прошла за хозяйкой на кухню, попутно отмечая детали: разбросанные журналы, немытая посуда, выключенный телевизор. Вторая девушка сидела за столом и лениво листала что-то в телефоне. При виде незнакомки она напряглась. — Это кто? — спросила она подругу. — Машина сломалась. Телефон попросила. Аделия взяла протянутый аппарат, сделала вид, что набирает номер. Потом опустила руку и посмотрела на хозяек — спокойно, изучающе. — Прежде чем я уйду, — произнесла она, — позвольте задать вопрос. Вы знаете Рэя Саттона? Повисла тишина. Девушки переглянулись. Первая — та, что открыла дверь — побледнела. — Кто вы такая? — Ее голос дрогнул. — Что вам нужно? — Всего лишь информация. Рэй — мой старый знакомый. Я надеялась застать его дома. — Аделия говорила мягко, почти дружелюбно. — Но, судя по вашему молчанию, его здесь нет. — Он почти не бывает дома, — выпалила вторая. — Вечно в разъездах. — Однако раз в месяц он всё же появляется? — Аделия чуть склонила голову. — Где он сейчас? — Мы не знаем! — Первая девушка попятилась к задней двери. — Уходите! — Боюсь, не могу. — Аделия вздохнула. — Видите ли, мой спутник очень хочет с ним поговорить. А он, в отличие от меня, не отличается терпением. Она кивнула в сторону входной двери. Девушки проследили за ее взглядом и увидели на крыльце Клауса. Он стоял, прислонившись к косяку, и улыбался — той самой улыбкой, от которой кровь стыла в жилах. — Предлагаю вам выйти и поговорить с ним, — продолжила Аделия ровно. — Уверяю, это наименее болезненный вариант. — Вы не посмеете… — Посмею. И посмею гораздо больше, чем вы можете представить. — Она выдержала паузу. — Но мне бы не хотелось прибегать к крайним мерам. Поэтому просто выйдите. Пожалуйста. Девушки, дрожа, вышли через заднюю дверь на улицу — и тут же замерли, увидев Клауса и Стефана, которые уже обошли дом. — Любимая, у тебя просто дар убеждения, — протянул Клаус. — Рэй Саттон, — и не дожидаясь ответа произнес, теряя тёплый тон. — Где он? — В Тулли! — выпалила первая. — Недалеко от границы. Бар «Southern Comfort», на шоссе 41. Он там почти каждый вечер! Клянусь! Клаус улыбнулся — на этот раз почти дружелюбно: — А вежливость реально творит чудеса. — Это не вежливость, Ник. Это инстинкт самосохранения. — Одно другому не мешает. Он переглянулся со Стефаном. Короткий, почти неуловимый кивок — и вампир двинулся к девушкам. Те даже не успели понять, что происходит. Аделия не обернулась. Она уже шла к машине — прямая спина, размеренный шаг. За ее спиной раздавались крики, хруст костей, влажные удары. Она не вздрогнула. Ни разу. Просто дошла до машины, открыла дверцу, села внутрь, поправила складки юбки. Ни дрожи в пальцах, ни тени эмоций на лице.***
Бар «Southern Comfort» встретил их запахом прокисшего пива и жареного лука. Лаурентис поморщилась едва заметно — только уголок губ дрогнул. Она терпеть не могла подобные заведения. Слишком громко, слишком грязно, слишком вульгарно. Клаус уверенно направился к мужчине за стойкой. Аделия двинулась следом — не за ним, а рядом. Она никогда не шла за спиной. — Рэй Саттон? — спросил Клаус. — А кто интересуется? — Оборотень поднял глаза и задержал взгляд на Аделии. Дольше, чем следовало. Слишком оценивающе. Клаус заметил. Желваки заходили под кожей. — Я искал тебя повсюду, — продолжил он, и в голосе зазвенела сталь. — Начал во Флориде, в Пенсаколе. Там встретил молодого человека, с которым ты работал. Он привел нас сюда. — Пожалуй, я пойду. — Рэй начал подниматься. Аделия едва заметно сместилась в сторону, перекрывая ему второй путь к отступлению. Рэй этого даже не заметил — слишком был занят, глядя на ее лицо. А она уже стояла так, что бежать ему было некуда. Стефан возник за спиной оборотня: — Я бы не советовал. — Вампиры, — презрительно выплюнул Рэй. — Ты проницателен. — Аделия опустилась на барный стул, поправила складки юбки. — Все присутствующие под внушением. На помощь можешь не рассчитывать. — А ты кто такая? Его подстилка? — Рэй сплюнул на пол. Взгляд Аделии стал ледяным. Она не ответила — просто посмотрела на него, и оборотень вдруг почувствовал себя неуютно. Словно его взвесили, оценили и признали недостойным даже гнева. — Я бы на твоем месте следил за языком, — произнес Клаус, и его голос опустился до опасного шепота. — Она — единственная причина, по которой я всё ещё вежлив. — И отвечая на твой вопрос, Рэй, — продолжил он, возвращая себе светский тон. — Благодаря ей же я–гибрид. И хочу создать больше таких, как я. Ты первый оборотень, которого мы встретили за долгое время. Мне нужно, чтобы ты указал путь к твоей стае. — Вы не сможете заставить меня. Это не сработает. Стефан достал пакет с аконитом: — Скотч со льдом, пожалуйста. И мы немного поиграем в «правду или аконит». — О, это будет занимательно, — произнес Клаус с хищной улыбкой. Аделия заказала чай. Бармен уставился на нее, но под взглядом Клауса поспешно кивнул и полез под стойку. Чай оказался отвратительным — пакетированный, перестоявший. Она сделала глоток и отставила чашку с тем же выражением, с каким отодвигают неудачное блюдо. Стефан вливал аконит в горло оборотня. Рэй кричал, извивался, истекал кровью от дротиков. Клаус наблюдал с довольной улыбкой. — Садисты, — произнесла Аделия ровно. Но в голосе не было осуждения. Просто констатация факта. — Рэй, ты можешь покончить с этим прямо сейчас, — сказала она, не повышая голоса. — Скажи, где стая собирается в полнолуние, и боль прекратится. — Не скажу, — прохрипел он. — Дело твое. — Она отвернулась, потеряв интерес. Стефан бросил на нее короткий взгляд. Она сидит с прямой спиной, пьет отвратительный чай и смотрит на пытки так, словно это скучная театральная постановка. Он не мог понять, восхищает его это или пугает. Пожалуй, и то, и другое. К ним подошла девушка — одна из информаторов Клауса. — Мистер Клаус, брата Стефана, Дэймона, видели на ферме неподалеку. Клаус осклабился: — Спасибо, Клодин. Передай друзьям, чтобы продолжали в том же духе. Девушка ушла. Стефан напрягся. — Мой брат всё еще идет по нашему следу? — Приближается. Мне придется что-то с этим делать. — Нет. Позволь мне. Аделия повернулась к нему. Взгляд голубых глаз — холодный, оценивающий. — С чего бы нам тебе доверять, Стефан? Ты только недавно спасал брата ценой собственной свободы. Что помешает тебе предать нас при первой возможности? — Я в долгу перед ним, — обратился он к Клаусу. — Ты спас Дэймона. — Долг, — произнесла рыжеволосая задумчиво. — Интересное понятие. Многие им прикрываются. Немногие ему следуют. — Я вернусь, — сказал Стефан твердо. — Мне некуда больше идти. Клаус посмотрел на Аделию. Она едва заметно пожала плечами — решай сам. — Иди, — бросил Клаус. — Но если не вернешься, я найду тебя. И твоего брата. Стефан исчез. Аделия проводила взглядом пустое место, где он только что стоял. — Вернется? — спросила она. — Куда он денется. — Клаус повернулся к ней с хитрой улыбкой. — Что скажешь, любимая? Пора немного развлечься? — Твои развлечения обычно заканчиваются горами трупов. — Ты говоришь это так, будто это плохо. — Я говорю это так, будто устала от крови на твоих рубашках. — Она поднялась со стула, одернула манжеты. — Но, полагаю, сегодня без этого не обойтись. — Для тебя я могу сделать исключение. — Не льсти себе, Ник. Ты не можешь. — В ее глазах блеснул азарт. — Просто постарайся не испачкать мою одежду.***
Клаус перевернул Рэя на бильярдном столе. Аделия отошла к стойке — не из брезгливости, просто не видела смысла стоять над душой. — Итак, это трехэтапный процесс. Первый этап: ты выпьешь мою кровь. — Я уже сказал, где найти стаю! Чего вы еще хотите? — Ты вообще слушал, что я тебе говорил? У меня на тебя большие планы. — Клаус укусил запястье и заставил оборотня выпить кровь. — Позже скажешь спасибо. — Что вы собираетесь делать дальше? — Этап второй. — Клаус сломал ему шею. В этот момент появился Стефан. — А, пожиратель кроликов вернулся, — произнесла Аделия, не оборачиваясь. Она изучала этикетку на бутылке бурбона с таким видом, словно это был редкий антиквариат. — Вы сомневались во мне? — спросил Стефан Клауса. — Лия, может и да, но она во всех сомневается, – ответил гибрид под взглядом осуждающих голубых глаз. — А вот я, ни секунды. Я знал, что ты пройдешь испытание. Ты всё еще дорожишь своим братом, своей прежней жизнью. — Меня больше ничего не волнует. Аделия поставила бутылку на место и наконец повернулась к нему. Взгляд — спокойный, изучающий, проникающий глубже, чем хотелось бы Стефану. — Ты лжешь себе, — сказала она ровно. — Это твое дело. Но не лги нам. Мы чувствуем фальшь. Стефан промолчал. Клаус ухмыльнулся: — Она права. Ты никогда не перестанешь заботиться о семье. Но каждый раз, когда ты питаешься, кровь помогает тебе легче отпустить. Аделия поднялась, поправила воротник блузки. — Мы закончили здесь? — Почти. — Клаус посмотрел на тело Рэя. — Тогда я подожду в машине. Здесь отвратительно пахнет. — Она направилась к выходу, но остановилась. — И, Ник? — Да, любовь моя? — В следующий раз, когда решишь кого-то пытать, предупреди заранее. Я бы захватила книгу. Клаус рассмеялся, искренне. Сальваторе смотрел на них и думал: Она говорит с ним так, словно он обычный человек. А он слушает ее так, словно ее слова — единственное, что имеет значение. И почему мне кажется, что без нее Клаус Майклсон был бы совсем другим чудовищем?
