Бог Войны и театры

Если бы на празднике Середины Осени было бы состязание по количеству посещений мира Людей, то победитель был бы очевиден — Генерал Мингуан, Пэй Мин. Само собой, просто так он туда не ходил — всё-таки, прохлаждаться без дела ему было некогда — вопреки мнению обывателей, и хоть какая-то маломальски важная причина должна была быть. Либо это была чья-то молитва, либо какое-то восьмое чувство вело его к демону, ещё не успевшему добраться до мирного населения, либо у него было ОЧЕНЬ важное дело, которое он не мог выполнить в Небесных Чертогах ввиду неких обстоятельств. И под этими обстоятельствами вовсе не подразумевается то, что ему надоели служительницы Средних Небес, нет, что вы… Может быть только самую малость. Очевидно, что иногда каждая из этих трёх причин вытекала из другой, и Пэй Мин задерживался внизу дольше, чем расчитывал, пропуская что-то важное на Небесах, после чего наскоро возвращаться назад не имело смысла, и он проводил еще пару вечеров в компании какой-нибудь красавицы, возможно десятой в списке… Я полагаю, довольно бесполезно уточнять, почему у Сюань Цзи была истерика, когда к ней пришёл не тот генерал Пэй, которого она ждала. До вознесения Пэй Мин был гениальным воином и превосхожным поэтом. Очень странно было бы, если бы за свое бытие Богом Войны он бы растерял свои навыки — наоборот, они только возрасли в своём искусстве, оставалась лишь одна проблема. Генерал Мингуан был Богом Войны и, несмотря на Шесть Искусств, каких-то особых навыков кроме ведения боя от него не ожидали. А если нет практики — нет и особого мастерства, о чём гласит опыт, проводимый людьми всё их существование. Даже если до забытия ты был асом, то потом восстанавливать навыки всё же придётся. К чему это всё? А к тому, что, поскольку на Небесах в Пэй Мине видели лишь воина, для пополнения навыков и знаний ему приходилось спускаться в Мир Людей. Во время исполнения задания, не во время — не важно. Если в том месте, куда он отправлялся, шло выступление, продавались редкие книги — он шёл на выступление и покупал книги, каких бы денег это не стоило. Разве что знакомых — Небожителей, бывших или, не дай Небесный император, новую компанию демонов — он старался избегать. Наверное потому что первые вряд ли по достоинству оценят мастерство людей, вторые не оценят присутствия Генерала. А третьи вообще будут скорее всего не рады ни тому, ни другому. И вот сейчас Пэй Мин пытался сбежать от Линвэнь, которой надоело это шатание друга между мирами, сославшись на молитву, пришедшую к нему с северо-запада. Сославшись, потому что хотя проблема, описанная в молитве, реально существовала, она была достаточно пустяковой, чтобы её мог разрешить служитель Средних Небес. Понятно, что Линвэнь это знала, но, похоже, уже давно махнула рукой на поведение генерала, лишь иногда пытаясь воззвать к его разуму и серьёзным делам. У Ши Уду таких проблем не было, и Пэй Мин подозревал, что он был выбран жертвой не из-за того, что он больше отлынивает от работы, а из-за того, что его проще ранить — словами или физически — так, что это будет всеми восприниматься, как должное. Тайн об отношениях Пэй Мина на Небесах ни у кого ни от кого никогда не было, так что если вокруг него возникнет скандал с его же участием, то все будут подозревать об очередном разбитом сердце и… Нет, несчастную девушку вряд ли поддержат, но тихо посетовать о поведении генерала — посетуют. И будет возможно даже продолжение это скандала, при необходимом количестве действующих лиц. Как-то слово за слово, взятка за взяткой (условной), но Линвэнь всё-таки разрешила Пэй Мину идти. Едва ли не кровной клятвой связала, что он не будет ничего лишнего делать. Господи, будто он ребёнок какой! Однако, отпущен он был. Вероятность обнаружения и обезвреживания злых демонов в среднем сводятся к дню — максимум паре дней, если не возникает никаких осложнений. Естественно, если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так, и Пэй Мину пришлось задержаться в той деревушке, из которой шли молитвы, минимум на четыре дня. Люди там в основном по каким-то только им одним известным причинам к нему в каком-то смысле привязались. И в один из вечеров какая-то из девушек, подсевшая к нему — Пэй Мин физически не мог запоснить всех их — завела разговор о том, как сильно она ждёт их собственной постановки «Записок о больших сокровищах». Часть с приветствием, преподнесением себя и прочей болтовнёй генерал благополучно прослушал — за всё своё время он успел наслушаться этого столько, что мог самостоятельно выявить закономерность употребления различных эпитетах в таких монологах — но это не помешало выявить то, что его моментально заинтересовало. Если точнее, то фразу про постановку, которая была сказана той девушкой чуть ли не с благоговенным придыханием. Сразу отметив заинтересованность своего собеседника в выступлении, та начала его красочно расписывать. — Там Сян Юя будет играть самый красивый парень в деревне — разумеется, Вы в разы красивее, но до Вашего прихода его красоту никто не мог затмить — Пэй Мин прикрыл глаза. В его статистику в пункт «Он был красивым, но так я думала только до вашего прихода» добавилось одно очко. А девушка, приняв это за похвалу, продолжила: — Так как у Ле-гэ дядя уже слишком стар, дядей его персонажа, Сян Ляном, будет мой отец — забавно, не так ли? — Очаровательно, — пробормотал Пэй Мин. — Тогда… Останетесь посмотреть выступление? — в смущении, опустив глаза, ответила та, чей отец будет играть дядю персонажа, которого играет самый красивый парень деревни, Ле-гэ. — Конечно, я там не играю, но всё же… Ох, бы Пэй Мин был девочкой — такой же, как и та, с которой он разговаривал — то он бы обнял её как минимум, горячо поблагодарил и унёсся бы готовиться к торжественному событию… Мальчиком же он мог только обворожительно улыбнуться и заверить, что на представление он придёт.

***

Может быть, деревня и казалась с виду невзрачной, но на представлении такого ощущения не возникало — хорошие декорации, превосходно сшитые костюмы, прекрасная игра актёров — Пэй Мин всё больше убеждался в том, что чем больше денег выделено на костюмы, тем хуже качество игры. — Ыыыы… — прокряхтел какой-то старик, устраиваясь перед самой сценой. Генерал подумал, что этим стариком вполне мог оказаться дядя того Ле-гэ. Очень скоро начали собираться остальные жители — те, кто не участвовал в спектакле, и кто не оказался настолько дальновидным, чтобы заранее занять место поближе к сцене — чем ты ближе, тем лучше видно и слышно актёров. Возможно Пэй Мин и пришёл бы с ними, если бы его не интересовала так сильно деревенская постановка уже известного ему проихведения. Он видел его раз пять минимум — все в разные столетия, в разных исполнениях, иногда даже в разных трактовках… Разумеется, с разной платой за просмотр. Итак, на одном его действительно потребовали заплатить, на другом его нашла бывшая, на третьем — две бывших… Может быть, проблема была во временных рамках — ему стоило подождать пару лет, но слишком удачный выпал шанс сходить и посмотреть… Сюжет в деревенском варианте, на удивление, упрощён не был — возможно, испугались надругательства над превосходным первоисточником — и хорошо. Изначальный вариант Пэй Мин видел только пару раз, но досмотреть его до конца у него не получилось. Теоретически, он мог, но… Увы, бывшие. Актёры были подобраны удивительно хорошо — в отличие от казённых выступлений, где место актёру дается частично за его способности, а частично (с перевесом в эту сторону) за его положение в обществе, вследствие чего роли достаются абсолютно не тем, кто их заслуживал. Цинично было ли это, или нет, но Пэй Мин считал, что даже если тебя отправили выступать, но выступать ты не умеешь, ты должен научиться выступать, а не опираться на пресловутое место в общесте. И деревенские актеры с этим достаточно хорошо справились, генерал должен был признать. Явно готовились к этому не один месяц. Уже когда он уходил — изначальная цель была благополучно забыта — Пэй Мина догнала та девушка. — Совсем забыла Вам сказать, — она широко улыбнулась. — Ле-гэ попросил передать, что мы будем ждать Вас на следующем празднике. Он очень хочет Вас там увидеть! Жизненная цель Пэй Мина вернулась на место — может она у него и была раньше, но он её не помнит, что значит… Необходимо придти на следующий спектакль. Явно не из-за девушки, не из-за этого Ле-гэ, а просто ради самого спектакля. — Если смогу, приду. — Тогда до свидания! Слабо махнув рукой в ответ, он развернулся и ушёл туду, откуда пришёл — в Небесную Столицу, надеясь не забыть о дате, которую в последний момент ему сообщил дядя Ле-гэ… Ясное дело, про его невыполненную задачу ему напомнила Линвэнь, уже послав туда кого-то из Средних Небес, кто мог усмирить духа, но если бы его это волновало…