Главный вопрос

      «Утро. На дворе уже утро. Так быстро», — подумал Крист и, поднявшись с постели, побрёл в ванную.       Три часа на душ, завтрак, одевание, проверку необходимого в сумке, дорогу до кинотеатра и вот он, вместе с другими репортёрами уже стоит недалеко от стола, на котором находится с десяток микрофонов, в ожидании звезды.       Сегодня тот, у кого Перават, как и все присутствующие здесь, возьмёт интервью, это человек, которого репортёр никогда не ожидал встретить снова.       Сингто Прачая.       Его друг и одногруппник.       Его верный напарник.       И тот, кто с улыбкой глядя на него, раз за разом говорил…

Flashback

      — Конечно, Кит. Всё так и будет. Мы приложим все усилия и после выпуска из университета станем отличной командой. Ты будешь репортёром, а я оператором. И наши новостные сюжеты станут произведением искусства, слышишь?       — Слышу! Я слышу тебя, Синг! Хорошо, давай сделаем всё, чтобы в будущем стать самой популярной парой Таиланда в мире новостей!

End of flashback

      «Будда Милосердный, каким же я тогда был идиотом. Наивным идиотом, который…» — самобичевание Перавата было прервано появлением невысокой женщины, которая известила собравшихся о том, что Прачая выйдет ровно через пять минут.       «Пять минут. Чёрт! Так мало времени. Окей, Крист, соберись. Ты за эти годы стал профессионалом. Так вот и сделай свою работу, как профессионал», — скомандовал сам себе репортёр.       А затем пять минут пролетели.       И уже через несколько секунд, даже не подняв микрофон, когда остальные уже начали задавать первые вопросы, Перават осознал, что оставаться профессионалом будет оооочень сложно! Потому что видеть его таким…       Прачая не любил выделяться из толпы, предпочитая кожаным вещам что-то хлопковое или джинсовое, а главное максимально удобное, поскольку как оператор должен был иногда как-нибудь причудливо изогнуться, чтобы поймать хороший кадр. Это, кстати говоря, было причиной и того, почему его друг чаще всего предпочитал носить недорогие вещи.       Но сейчас… Кожаная куртка, широкие, но явно модные и дорогие брюки, нарядные туфли, брендовые солнцезащитные очки…       «Даааа, а ты изменился», — невесело констатировал про себя Крист, а потом вдруг понял, что завис, а между тем интервью уже началось.       Репортёр не мог позволить себе упустить этот шанс, поскольку Сингто, отучившись за границей, куда он уехал сразу после того, как получил диплом, последние полгода был в центре внимания всех СМИ из-за роли, которую сыграл.       Это была роль путешественника, который все два часа фильма находится в дороге и неспешно рассуждает о смысле жизни, иногда в одиночку, а иногда с людьми, встречающимися ему время от времени.       Ключевой идеей фильма, которую его создатель красной строкой провёл от начала и до конца, было то, что наша жизнь — это путешествие. И оно даёт нам самую ценную вещь — опыт, беря взамен такую же ценную вещь — время.       Одним словом, кинокартина привела в восторг многих людей, которые принадлежали к культурной элите Таиланда, а потому неделю назад генеральный директор канала вызвал Перавата к себе и сказал, что через семь дней, то есть сегодня, у Прачаи состоится пресс-конференция. И если в послеобеденном выпуске новостей у их канала не будет полного интервью актёра-исполнителя главной роли — Крист может попрощаться с мечтами о собственном шоу.       Вот потому-то репортёр прямо сейчас должен был, как можно скорее взять себя в руки и начать что-то спрашивать.       Хоть что-то.

***

      Дежурно и вежливо улыбнувшись представителям СМИ, Сингто поднял руку, призывая всех немного утихомириться, а затем увидел его.       Того, о ком думал буквально каждый день, пока учился и получал второе образование.       Того, кто… стал неотъемлемым элементом каждого дня так незаметно, что когда Прачая опомнился, было уже слишком поздно!       Он не знал, была ли это влюбленность, любовь или зависимость.       Но то, что он точно понял — от этих чувств надо скрыться.       Иначе через некоторое время они накроют его с головой.       А это значит, что в один прекрасный день он попросту растворится в другом человеке, напрочь забыв о себе.       И абсолютно не факт, что Перавату вообще нужны эти его чувства!       И что тогда?       Сингто не знал ответ на этот вопрос. А потому, решив, что лучшим способом будет уехать учиться за границу на два года, подал документы и поступил на магистратуру по специальности «оператор».       А по прибытии как-то незаметно для себя записался в сообщество начинающих актёров театра и кино.       Это принесло свои плоды, и по возвращении Прачаю нашел уважаемый в Таиланде режиссёр, предложив главную роль в его фильме.       Вот так Сингто и оказался перед репортёрами.       И перед Кристом Пераватом — его лучшим другом, верным напарником и…       Человеком, который своей солнечной улыбкой с ямочками украл его сердце!       Да, теперь Прачая готов был признать — он влюбился. Влюбился в этого энерджайзера во время их первой вылазки, целью которой было снять сюжет, чтобы победить в конкурсе.       И в отличие от того парня, до ужаса боящегося с головой нырнуть в океан чувств, он был готов рискнуть и забрать Криста Перавата себе!       — Нонг`Сингто, скажите пожалуйста, какой момент в фильме понравился вам больше всего? — прозвучало слева и Прачая, обратив внимание на девушку, которая ждала ответа на вопрос, начал рассказывать о полюбившейся сцене.       Следующим был вопрос о локациях и актёр с удовольствием переключился на эту тему, в красках описав то, какое наслаждение получил от родной природы самой прекрасной страны в мире.       После был ещё вопрос об актёрах, которые исполнили эпизодические роли людей, встречающихся на пути Сингто. И вопрос о том, оправдались ли ожидания Прачаи от работы с его кумиром. На что тот, взволнованно облизнув губы, закивал головой и, пользуясь случаем, выразил режиссёру огромную благодарность за предоставленный шанс.       Как только актёр завершил свою речь, защелкали камеры и в этот момент Сингто подумал, что интервью идёт лучше, чем он ожидал.       «Сглазил», — мысленно констатировал Прачая, когда после того, как вспышки закончились, услышал негромкое:       — Кхун`Сингто, я слышал, что за границей у вас было два неплохих предложения работы. А потому, можете ли вы ответить нам, зачем вернулись сюда?       Цепкий и холодный профессиональный взгляд, в глубине которого только тот, кто знал прежнего Перавата, мог разглядеть тлеющую боль, прожигал глаза Прачаи даже сквозь солнцезащитные очки, заставляя вновь и вновь подбирать в уме слова, чтобы ответить на этот вопрос.       И при этом не порождать новых.       — Да. Это не секрет. Таиланд — моя родина. Здесь мой дом. И люди, которых я… которые мне дороги, — слегка запнувшись, проговорил актёр, мысленно обругав себя последними словами.       И чудовищным усилием воли удерживая на лице улыбку, сжал зубы, продолжая беззвучно материться, когда со всех сторон понеслось:       — Здесь есть люди, которые тебе дороги, Нонг`Сингто? Так ты не одинок? Тебя можно поздравить?       Призвав на помощь всё своё самообладание, Прачая поднял руку, призывая к тишине, и с улыбкой ответил:       — Конечно. Моя семья, мои друзья. Так что, если вы хотели поздравить меня с этим — я охотно приму ваши пожелания, — завершил актёр и начал смотреть по сторонам, ожидая реакции на свои слова.       И дождался!       — Кхун`Сингто. Ранее, давая своё первое интервью на пресс-конференции в честь начала съёмок, вы говорили, что раздумываете над тем, чтобы после премьеры фильма уехать обратно в США. Скажите, ваши планы изменились?       «Чёрт! Крист, прекрати на меня ТАК смотреть»! — вспыхнуло в голове Прачаи но, несмотря на полнейший раздрай в душе, с его губ слетело негромкое:       — Да. Теперь, если я соберусь в Америку, это будет отпуск, так как я принял твёрдое решение остаться здесь, — произнёс Сингто, после чего, смотря прямо на того, кто активно раскачивал лодку его спокойствия, добавил:       — Более того, я не намерен продолжать развиваться, как актёр. Этот фильм был исключением, поскольку я с подросткового возраста восхищался Пи`Беном. Но вообще-то своё будущее я вижу за кадром.       Как и предполагал Прачая, его заявление вызвало бурю эмоций в толпе журналистов. Но все они мигом затихли, когда в помещении раздалось прохладное:       — И если не секрет, Кхун`Сингто, кем же вы собираетесь работать за кадром?       «Твою мать»! — мысленно взорвался Прачая, осознавая, что его самообладание начинает трещать по швам и повернул голову в сторону своего менеджера.       Но женщина лишь постучала по руке, на которой были часы, показывая, что время ещё есть. И Сингто, видя, что она неправильно его поняла, едва слышно вздохнул, вновь возвращая внимание репортёрам.       А затем, глядя на Криста, проговорил:       — И в Бангкоке, и в Лос-Анджелесе я учился на оператора. Так что, думаю, в следующем месяце начать искать работу по специальности, — завершил Прачая и улыбнулся.       А Перават, ощущая себя так, словно кто-то с размаху всадил ему нож прямо в сердце, медленно опустил микрофон, отступая на шаг назад.       И после, повернувшись в сторону выхода, двинулся вперёд, отчего Сингто, который в этот момент отвечал на вопрос, запнулся на полуслове. А затем, без перехода произнёс:       — Кстати, господа. Ранее вы спрашивали о том, есть ли у меня дорогие сердцу люди. Так вот, тогда я кое-что не договорил, — протянул Прачая и, выйдя из-за стойки, двинулся к толпе. А подойдя к Перавату, внимательно посмотрел на него и негромко продолжил:       — У меня есть семья. Есть друзья. И есть… лучший друг, который стал чем-то большим.       — Он тебе нравится, Нонг`Сингто? Ты хочешь предложить ему встречаться? И кто же это, если не секрет? — вопросы посыпались на актёра, как горох из дырявого сита.       — Секрет, — улыбнулся Прачая, по-прежнему смотря на Перавата, который в свою очередь смотрел на него. И любуясь смятением чувств на красивом лице, проговорил:       — На этом пресс-конференция завершена. Спасибо всем, что пришли, — надеясь, что он угадал со временем и сейчас менеджер скажет то же самое.       — Да-да. Благодарим всех за то, что уделили время нашему проекту. Пожалуйста, проходите в зал, а по завершении фильма интервью вам даст наш режиссёр, — бодро объявила женщина, и этот момент Крист посчитал самым подходящим для того, чтобы пойти освежиться.       «Вспомнить бы ещё, где здесь уборная», — размышлял Перават, быстро шагая по галерее, как вдруг за его спиной послышались быстрые шаги, а потом на кисти репортёра сомкнулись длинные, музыкальные и до боли знакомые смуглые пальцы.       — Крист? — прозвучало через секунду после того, как репортёра вынудили затормозить. — Крист, выслушай меня, пожалуйста. Пара минут, окей?       — С какой стати я должен слушать вас, Кхун`Сингто? — выплюнул Перават и, подняв руку, попытался расцепить пальцы Прачаи.       — Потому что я задолжал тебе объяснения, верно? — тут же ответил актёр, и несильно толкнув Криста к стене, убрал руку с его кисти, упершись ею в нагретый солнцем камень.       — Допустим. Но кто тебе сказал, что я хочу их слышать, Кхун? — съязвил Перават, прожигая Прачаю взглядом.       В ответ актёр лишь вздохнул и, подняв руку, снял очки, чтобы встретить взгляд темно-карих глаз своими.       А затем, слегка наклонив голову, тихо припечатал:       — Хочешь. Иначе ты бы не задавал таких вопросов.       — Это было согласовано с начальством. Я всего лишь их озвучил! — бросил репортёр, продолжая смотреть в светло-карие глаза Сингто.       — Ага! А пренебрежительный холодный тон, с которым ты их мне задавал, тоже был согласован с начальством? — едва слышно произнёс Прачая, наклоняясь к лицу Перавата, отчего тот задвигался, пытаясь отдалиться.       Но, сзади была лишь стена. И она точно не являлась путём к отступлению.       — Стой! — наконец выдохнул Крист и, собравшись с силами, упёрся руками в грудь Сингто, отталкивая его. — Кто дал тебе право быть так близко? Кто дал тебе право мне тыкать? Чёрт возьми, Кхун, какого хрена ты это делаешь? Зачем? Зачем мучишь меня? Зачем вернулся? Зачем ты, мать твою, вернулся обратно, если у тебя там было всё, что душе угодно? — в конце тирады Перават сорвался на хрип и, устыдившись своей эмоциональной вспышки, замолчал, опустив голову.       А Прачая, стоя рядом со своим персональным Солнцем, с трудом поборол желание растянуть губы в улыбке до ушей, после чего, слегка присев, чтобы репортёр, увидев его глаза, опять поднял голову, проговорил:       — Я никогда не хотел тебя мучить. Поверь я…       — Почему ты вернулся? — прорычал Крист, перебив Сингто.       Вздохнув и дождавшись, пока Перават вновь посмотрит на него, Прачая произнёс:       — Потому что скучал.       — По дому? — немедленно отозвался Крист.       — И по тебе, — тихо признался актёр.       — По мне? Скучал? А почему же тогда ушел? Остался, и скучать бы не пришлось, разве нет? — в голосе Перавата опять зазвучали язвительные нотки.       И естественно, Прачая легко мог ответить ему тем же.       Но тогда бы их беседа непозволительно затянулась, а Сингто ведь должен был присутствовать в зале, чтобы представители СМИ могли сфотографировать его и Пи`Бена после фильма.       — Потому что испугался своих чувств, — выдохнул Прачая, четко осознавая, что момент настал. Сейчас или никогда!       — А?! А я тут при… — начал репортёр, широко раскрыв глаза — ответ его удивил.       «Что он несёт?» — мелькнуло в голове Криста, который в данный момент был буквально сбит с толку.       Но следующие слова Сингто прояснили для него абсолютно всё.       — Ты тут при всём, — мягко протянул Прачая и, на миг, прикрыв глаза, вновь открыл их, позволяя Перавату увидеть то, что так долго скрывал.       И спустя очень короткое время он был вознаграждён едва слышным:       — И давно ты… давно я тебе…       — С нашей первой охоты за сенсацией для конкурса журналистов, — взволнованно выдохнул актёр. — Тогда солнце светило очень ярко, но я понял, что твой свет его полностью затмил. И… тогда же я понял, что ты мне нравишься, Крист. Очень нравишься, — негромко завершил Сингто и слегка наклонился вперёд, всматриваясь в лицо репортёра.       — А я понял, что люблю, когда ты уехал, — внезапно слетело с губ Перавата, отчего сердце Прачаи вмиг пропустило удар.       Его чувства взаимны!       — Кит, — не сдержавшись, прошептал актёр. — Ты… меня лю…       — Да, Синг, — перебил Прачаю репортёр. И подавшись вперёд, чтобы коснуться кончика носа актёра своим, тихо припечатал:       — Я люблю тебя и больше никуда не отпущу.       — А я больше никуда не уеду… — просиял Сингто, и также подавшись вперёд, выдохнул:       — Без тебя, — после чего уничтожил последние сантиметры, разделявшие их лица. И, склонившись к пухлым манящим губам, прихватил нижнюю.       А Крист, улыбаясь в поцелуй, уверенно прихватил верхнюю губу любимого, радуясь тому, что ответ на главный вопрос, терзавший сердце столько времени, он наконец-то получил.       «И кто знает, может быть теперь, когда Сингто заявил, что будет искать работу по специальности, нам всё-таки удастся стать самой популярной парой Таиланда в мире новостей», — удовлетворенно подумал Перават.       А затем, обхватив стройную талию Прачаи, растворился в поцелуе, целиком и полностью отдав инициативу самому теплому чувству.

Чувству, под названием любовь.