Братья?

Утро началось с того, что парни увидели уже родную знакомую им записку на стикере, приклеенный к входной двери: «Мальчики, мы сейчас на даче, но вернёмся только под утро через день-два из-за ночной смены и множества работы. Не забудьте покушать! Еда в холодильнике». Судя по контексту писала мама. Днём после еды Дилан удалил свой старый Telegram-канал, где была всего лишь 1/4 часть подписчиков, и создал новый. Теперь у них совместный Telegram-канал и Instagram, где они выкладывали милые фото, небольшие видео, посты о жизни и обсуждения стримов. С тех пор как у них появился совместный Telegram-канал, Дилан и Ло нашли ещё один способ «ссориться» — теперь публично, под смех подписчиков. Если раньше их споры касались стримов и игр, то теперь — прогулок, еды, домашних дел… и, конечно, мороженого.

***

Всё началось с того, что Ло в тот день вяло бурчал за завтраком: — Ты опять весь день дома просидел. Тебе нужен воздух, солнце… контакт с реальностью, а не только с ноутбуком! — Улица — это опасно. Там холодно и люди, — ответил Дилан, глядя на него поверх кружки с кофе. — Люди? Ты стримишь на тысячи человек. — Да, но через экран. Через экран — нормально. А вживую — стресс. — Ты — стресс. — Ты — финальный босс, которого невозможно пройти, — буркнул Дилан, и Ло показательно закатил глаза. В тот же день в канале появилось сообщение: Дилан: — Стрима сегодня не будет. Я не смог победить финального босса — Ло. Он слишком сильный( Ло: — Скорее ты очень упрямый, чем я сильный. Комментариев было сотни. «Кто-нибудь, нарисуйте Ло в виде босса Dark Souls!», «Дилан, качни навык “слушать Ло” до 10 уровня», «Когда DLC “погулять с любимым” выйдет?» — чат, как всегда, сходил с ума. На следующий день в канале появилась новая запись: Дилан: "Вложенные фото" — Сегодня гуляли по улице. Этот чудак испачкался мороженным 😂 Фото было довольно милым: Ло, в чёрной зимней куртке, сидит на скамейке, растерянно смотрит на вафельный рожок, а на носу — пятно ванильного. Щёки — покрасневшие. То ли от холода, то ли от смущения. Через несколько минут: Ло: — Я ПРОСИЛ НЕ ВЫСТАВЛЯТЬ ЭТИ ФОТКИ!! Дилан: — Подписчики имеют право знать правду. А правда — ты не умеешь есть мороженое 😂 Ло: — Я просто задумался! Дилан: — А мороженое — нет. Оно решило действовать первым. И победило. Ло: — Сдаюсь. Верните меня домой, к книге и тишине. Дилан: — Тишины не будет. Потому что дома — Я. Ло: — …боже. Комментарии под этим диалогом заполонили канал: «АХАХХАХА», «можно сериал про них?», «у них даже ссоры милее моих отношений». Позже, уже вечером, Ло полулежал на диване, а Дилан — рядом, прокручивая фотки с телефона. — Ты правда выложил, — пробурчал Ло, уткнувшись в подушку. — А ты видел, сколько людей написали, что ты прелесть? — Это не отменяет факт мороженого на носу, — ворчал Ло. — Ну, зато теперь ты официально — мой чудак. — И ты мой стресс. — Ага, но приятный. Такой… уютный стресс. В чёрной футболке и с глупыми шутками. — И с камерой, которая постоянно что-то снимает… — …и выкладывает. Всё ради контента, малыш. — Контент — это я? — Ты — контент. Ты — смысл. Ты — финальный босс. Ло засмеялся, и, чуть потянувшись, поцеловал его в уголок губ: — А ты — мой игрок без сохранений.

***

Весь вечер дома после того мороженого Ло жаловался Дилану, что у него кружится голова. Дилан лишь мог дать стакан воды и уложить в кровать. Он не был врачом и не знал, что в таких ситуациях делать. Утро следующего дня начался с сильного кашля. Дилан проснулся как раз-таки от него. Брюнет знал, что у Ло был очень слабый иммунитет. Стример обеспокоенно зашёл в его комнату и увидел шатена, лежащего на боку, завёрнутого в одеяло, и рядом с кроватью стоял тазик. Его глаза были полузакрыты, а губы сухие и бледные. Комната была тёмной, только свет из настольной лампы озарял бледное лицо Ло, лежащего на диване. Он болезненно стонал, сжав одеяло в руках, будто оно могло хоть немного защитить от лихорадки, пронизывающей до костей. Его лоб был очень горячий, как будто раскалённая сковорода. Младший брат почти каждые пять минут блевал в тот тазик, который уже был заранее поставлен им же, когда у него появился первый рвотный рефлекс. Дилан сидел рядом на полу, опершись лбом о диван и судорожно нажимая кнопки на телефоне. Его руки дрожали. — Ну же… ответь… — прошептал он, в очередной раз глядя на экран. Но вызов снова сбросился. На обоих родительских номерах — глухо. Он встал, поправил на лбу Ло холодное полотенце, вздохнул и вернулся к телефону. Открыл Telegram-канал и начал быстро печатать: Дилан: — Ребята, у нас ЧП. Ло серьёзно заболел: обморок, головокружение, температура 39.4, сильный кашель, слабость, тошнота и насморк. Я пытался помочь ему самостоятельно, но не получается. Клал холодное полотенце на лоб, давал тёплый чай, жаропонижающее, парацетамол. Звонил в скорую, но она будет только через 30 минут. Подскажите в комментариях, как мне ему хотя бы облегчить боль. Он нажал "отправить" и сразу обновил чат. Сообщения полетели моментально. Кто-то кидал голосовухи, кто-то инструкции — одни писали серьёзно, другие — почти в панике вместе с ним. Подписчик 1: — Главное — не перегреть! Сними лишнее одеяло, чтобы температура не поднялась ещё. И меняй полотенце на лбу каждые 5–10 минут! Подписчик 2: — Поставь тазик рядом — если тошнит, ему не придётся вставать. Пожалуйста, не оставляй его одного. Подписчик 3: — Дилан, всё будет хорошо. Держись! Просто будь рядом, говори с ним. Иногда даже голос помогает. Подписчик 4: — Ещё можно обтирать спину водкой. Это помогает при температуре. Проверено самостоятельно! Дилан судорожно кивнул, хотя никто его не видел, и тут же принялся действовать. Он снял одно из одеял с Ло, проверил его дыхание — сбивчивое, тяжёлое, но ровное. Сменил полотенце, подложил вторую подушку, чтобы Ло лежал с приподнятой головой. — Эй… ты меня слышишь? — тихо спросил он, опускаясь на колени у кровати. — Ло… малыш… я рядом, слышишь? В ответ — только тихое покашливание и еле заметное движение руки. Дилан взял его ладонь в свою и нежно сжал. — Всё будет хорошо, я обещаю… ты только не отключайся, ладно? Прошло ещё десять минут. Дилан продолжал следить за временем, каждые пять минут меняя полотенце и тихо разговаривая с бессознательным парнем, будто от этого зависело всё. — Помнишь, как ты испачкался мороженым? — усмехнулся он сквозь тревогу. — Ты злился на фото, но сам потом просил его сохранить… — А как ты победил меня в “Придумай сто причин, почему надо гулять”... и потом заболел. Дурачок мой… Он почти шёпотом говорил, а на глазах выступали слёзы. — Только не болей так сильно. Пожалуйста. Я тебя так люблю, что не знаю, как дышать, пока ты лежишь вот так… Через полчаса приехала скорая, дверь Дилан открыл в ту же секунду, как услышал шаги на лестнице. Врачи сработали быстро — измерили, осмотрели, дали дополнительные лекарства, сделали укол. — Ничего критичного. ОРВИ с осложнением. Возможно, вирусная инфекция. Хорошо, что вовремя вызвали нас, — сказал один из медиков. — Но за ним надо будет очень внимательно наблюдать. Если температура не спадёт к утру — сразу в больницу. Когда дверь за ними закрылась, Дилан опустился рядом на диван. Ло всё так же лежал бледный и тихий, но дышал чуть легче. — Мы справились… пока, — прошептал он и прижался лбом к его руке. А в Telegram-канале уже появилось следующее сообщение: Дилан: — Спасибо каждому. Врачи уже приходили, стало немного легче. Он пока не в сознании, но дышит ровно. Спасибо за поддержку. Вы не представляете, как это важно. P.S. Он обязательно увидит, как вы все за него переживали. Вы — лучшие. Телефон лёг в сторону. Квартира снова наполнилась только звуками ночи и редким, сиплым дыханием. Дилан тихо опустился на кровать рядом, на секунду прикрыв глаза, просто чтобы отдышаться. Он думал, Ло спит. Но в следующий миг — почувствовал, как тот пошевелился, будто в бреду, и уткнулся лицом в его грудь. — Дилан… — донёсся еле слышный, охрипший голос. — Я здесь. Я с тобой, — сразу отозвался тот, гладя парня по спине. И тогда Ло начал тихо плакать. Он дрожал, как будто замерз, а слёзы скользили по щеке, слипаясь с прядями волос. — Плохо… — прошептал он, с трудом, будто эти слова резали горло изнутри. — Мне так… плохо… — Я знаю, малыш. Я знаю… — Дилан прижал его крепче, укутывая в одеяло себя и больного. — Всё пройдёт. Обещаю. Я рядом. Я здесь. Ло продолжал плакать, зарывшись в его плечо, дрожащий, слабый, но уже не один. Дилан раскачивал его в объятиях, как ребёнка, шептал что-то еле слышное, почти неразборчивое — лишь бы хоть как-то заглушить боль. Он сам с трудом держал себя в руках, но Ло был важнее. — Просто держись, ладно? Потерпи ещё чуть-чуть… я с тобой. И не отпущу. За окном в тот момент лениво падал ноябрьский снег.