Часть 1
29 мая 2025 г., 14:02
День начался с того, что Илья с жадностью поглощал бутерброды, наслаждаясь каждым кусочком. Когда он доел последний, с полным ртом обратился к Йосту:
— Йост, добавки, пожалуйста! — произнес он, с надеждой глядя на своего товарища. Валя, заметив, как быстро Илья справился с едой, остановил Йоста, недоуменно уставившись на Прусикина:
— Ты что, оба бутерброда съел? Мы даже не успели убраться! — возмутился Валя, его голос дрожал от недовольства.
— Медленно делаете! Я сюда не на вертухальник пришёл, чтобы на двух вертухаев слушать, — ответил Илья, его лицо искажалось от раздражения. Валентин, покачав головой, передал тарелку с бутербродами Йосту. Тот, как послушный слуга, принёс Илье новую порцию, и тот снова начал жадно есть.
— Илья, ты больно быстро ешь. Бутерброды — это не таблетки, их разжёвывать надо! — напомнил Валя, стараясь сохранить спокойствие.
— Ещё чего! Я зубы берегу после тюрьмы, когда хлеб сушеный и обосранный тараканами ел! — возмутился Прусикин, его глаза сверкнули от гнева.
— Илья, когда же ты ручку двери на кухню починишь? — спросил Валя, его голос стал более настойчивым.
— Сказал, сделаю! Не надо мне напоминать месяц! — буркнул Илья, отмахиваясь от вопросов.
— А как мне, Кярийи и Хярийи выходить? — спросил Валентин, его голос полон недоумения.
— А вы через чёрный ход идите — так полезнее будет, — посоветовал Илья с ухмылкой. Валя, не дождавшись ответа, подошёл к Прусикину и отобрал у него бутерброды.
— Тогда за бутербродами тоже через чёрный ход иди, — сказал Валя, и, развернувшись, направился на кухню. Но, когда он попытался открыть дверь, ручка сломалась.
— Илья, сил больше нет! — возмутился Валентин, его голос звучал отчаянием.
— Сил нет, зато дури дохуя, — ответил Илья, и, скинув с себя все заботы, покинул кафе, чтобы отправиться в соседний город.
Вечером, вернувшись после прогулки, Илья сел за стол и с недовольством начал рассказывать о своих приключениях:
— Не представляете, я и Оливер заходим в магазин — купить кофе, а там хуй молока! — жаловался он, опуская голову. — Так что, Валя, кофе покрепче! — попросил он.
Валя, не теряя времени, положил на стол банку кофе, кружку и сливки. Илья с недоумением посмотрел на то, что принёс сотрудник.
— Это чо за хуйня? У нас, что, «сделай кофе сам»? — возмутился Илья, его лицо выражало недовольство.
— Илья, ты пей то, что есть, я потом нормально сварю, — ответил Валя, стараясь успокоить друга.
— А у тебя башка нормально варит? — возмутился Прусикин, его голос звучал с иронией.
— Но ты же сам так делаешь! Что не попросим, ты оставляешь на потом, — напомнил Лещинский старший, его голос был полон упрека.
— А ты в психушку позвони, тогда откладывать не буду! — резко ответил Прусикин, его глаза сверкали от гнева.
— А я что, неправ? У тебя всё время пусть будет так. Поэтому мы и живём как в пещере! — напомнил Валя, его голос звучал с ноткой разочарования.
— Так ты радоваться должен, десять лет назад возвращаешься! — напомнил Ильич, его голос напоминал о давних временах.
— Илья, но почему мы должны светить фонариком в комнате отдыха?! — возмущался Валентин, его голос дрожал от недовольства.
— Очень хорошо — фонарик двести стоит, а лампочка шестьсот, — напомнил Илья, его лицо выражало уверенность.
— А у меня кофемашина не работает, и мне приходится плоскогубцами держать рожок, чтобы он не откручивался обратно, — жаловался Валя, его голос звучал с отчаянием.
— И что такого? Ручка тоже стоит ого-ого, — возмутился Илья, его лицо искажалось от недовольства.
— Тогда пей то, что есть! — сказал Валя, и Илья усмехнулся.
— Угрозы пошли, — усмехнулся Ильич, его голос звучал с насмешкой.
— Нету угроз! — усмехаясь, отрицал Валя.
— Тогда я буду пить пиво! — бросил вызов Прусикин, его глаза блестели от дерзости.
На следующий день, под конец рабочего дня, Ильич пил пиво вместе с Лукасом, Ши Аггу, Хярийей, Кярийей и Томми Кэшем.
— Так, парни, налетайте! Нам не нужно валькино кофе, вот пиво. Немцы всю жизнь на нём и жили! — угощал пивом Прусикин, его голос звучал с энтузиазмом.
— Илья, ты круче немцев, ты орешки и рыбу сушёную купил! — усмехнулся Йере, его глаза светились от веселья.
— Ильич, может, ты, правда, что-нибудь сделаешь? Нет, война войной, но без кофе ты не проживёшь! — попросил Лукас, его голос звучал с надеждой.
— Действительно, Илья, лучше сделать рожок кофемашины, чем скучать по валькину кофе, — поддержал его Кярийа, его голос был полон понимания.
— Да, знаю его кофе, — сомневался Илья, его лицо выражало недоумение. — Вот вам кофе! — показал он пиво, — вот вам печенье! — показал орешки.
— Илья, тебе надо кафетерий открыть для уголовников! — усмехнулся Томми, его голос звучал с иронией.
— От Ильича! — добавил, усмехаясь, Кярийа.
— От Ильича, точно! — подтвердил, усмехаясь, Радзевичус. К Илье подошёл недовольный Валя.
— Илья, что ты сделал в комнате отдыха?! Ты зачем рыбу развесил? Пока я свои вещи искал, мои волосы в чешуе! — жаловался Валя, его лицо было искажено от гнева.
— Пусть повесит! — сказал хитро Прусикин, его голос звучал с насмешкой.
— А, ну, посмотрим, насколько ты на одной рыбе протянешь! — ехидно сказал Валентин и пошёл в комнату отдыха.
— Что значит только рыба? У меня орешки есть, бутерброды, покупные пельмени, — перечислял Ильич, его голос звучал с гордостью.
— Да-да, — усмехался Валя, его лицо выражало недовольство.
— Да, у тебя комбикорм! — усмехнулся Томми, его голос был полон иронии.
— Естественно! — подтвердил Илья. Вдруг раздался крик. Из комнаты отдыха выходил Валя, прихрамывая, а Йост придерживал его.
— Всё, Илья, это не в какие ворота! — возмутился Валя. — Когда ты лампочку приделаешь?!
— Нихуя! — сказал Прусикин, его голос звучал с вызовом.
— Что?! — возмутился Валя, его лицо покраснело от гнева.
— Да сделаю, заебал! — возмутился Ильич, его голос звучал с раздражением.
На следующий день Валя, Кярийа и Томми тащили сумку с банками кофе.
— Валя, зачем ты столько кофе купил? Мы столько не выпьем! — кряхтел Кярийа, его голос звучал с недовольством.
— Ты мне ещё десять лет… — напомнил Лещинский старший, но, увидев бардак в кафе и сидящего на столах Илью с шуруповертом, его голос замер. — Назад говорил, — с удивлением произнёс Валя, рассматривая кафе. — Илья, а что это такое?
— Илья, а мы что, ремонт делаем или переезжаем? — с удивлением спросил Йере.
— А, вообще, что происходит? Ты хочешь меня до инфаркта довести?! — возмутился Валя, его голос звучал с паникой.
— Но ты же говоришь, что я нихуя не делаю в кафе. Вот я тебе, Валя, решил показать, как выглядело кафе, если я после тюрьмы палец об палец не ударил! — объяснил Илья, его голос звучал с гордостью.
— Ты что, с ума сошёл? — спросил, удивляясь, Лещинский старший. — Ты зачем кофемолку сломал? Как мне зёрно перемолоть?
— В ручную! — ответил Ильич с довольным лицом, его голос звучал с самодовольством.
— Валя, я починю тебе кофемолку, — успокоил Пёухёнен, его голос был полон уверенности.
— Только попробуй, я тебя самого починю! — угрожал Прусикин, его глаза сверкали от злости. В кафе зашёл Томми с пакетом кофе.
— Валя, зачем тебе столько кофе? Возьми… — начал Томми, но, увидев бардак, замер. — Нихуя себе! Илья, тебе что, мало трёх лет, и ты ещё на пять лет сесть хочешь?!
— А что ты сделал с кухней? — поинтересовался Валентин. Валя, Кярийа и Томми вошли в кухню. А там царил кавардак: холодильник разобран, ручки от плиты оторваны.
— Илья, что ты сделал?! У тебя ни стыда, ни совести! — возмутился Лещинский старший, его голос звучал с осуждением.
— Если бы у меня не было совести, то я расхуярил бы топором на хуй, а не отвёрткой. Так что скажи спасибо, — сказал Прусикин, его голос звучал с пренебрежением. Валя увидел лужу на полу.
— Ты что, холодильник разобрал? Между прочим, его покупал Ши Аггу из соседнего города! — возмущаясь, напомнил Валентин.
— А кто ему мотор менял? — напомнил, возмущаясь, Ильич.
— И кого ты хотел наказать? Где будешь пиво хранить? — спросил Валя, его голос звучал с недовольством.
— Разберёмся. И меня талант не только бухлу, но и чувства есть! — гордо сказал Прусикин. — Если повара не будут готовить еду, тогда касса зачем? Пойду её расхуярю чёртовой матери! — направился ломать кассу.
— Илья, не смей! — кричал Валя, спеша к Ильичу. Кярийа покачал головой и направился к плите.
— Кярийа, я тебе не советовал. Если Илья кассу расхуярит, кафе придётся закрыть! — напомнил Томми. Они с Кярийой поспешили остановить Ильича. Тем временем Ильич ломал кассу.
— Илья, не сдумай! — просил Валентин, его голос звучал с тревогой.
— Я расхуярю её чёртовой матери вместе с кофемашиной! — кричал Илья, ломая кассу, его лицо искажалось от ярости.
— Не поучится, не получится! — отгонял Илью Валя, его голос звучал с решимостью.
— Ладно, сломаю на хуй кофемашину, ведь никто не будет пить кофе! — разгневался Илья и начал ломать кофемашину.
— Илья, прекрати! — просил старший Лещинский, его голос звучал с паникой. Вдруг рожок падает на пол и ломается.
— Ёб твою мать! — закричал Илья, его лицо выражало шок.
— А я тебе говорил, сделай, а ты оставляешь на потом! — возмущался Валентин, его голос звучал с упрёком.
— Да сделаю я, сделаю! — давал обещания Илья, его голос звучал с отчаянием.
— Месяц говоришь! — не верил Валя, его голос звучал с недоверием. Кярийа и Томми остановили Илью.
— Илья, прекращай, а то разнесём кафе! — остановил Томми, его голос звучал с тревогой.
— Ладно, починю, — смирился Илья, его голос звучал с покорностью.
Через день Илья вместе с сотрудниками начал чинить кафе, его лицо выражало решимость и надежду на лучшее.
