Обрести благословение за день

Двадцать четыре часа назад Сатору дал ему совет. Двадцать три часа пятьдесят семь минут назад Сукуна начал действовать. Десять часов назад он впервые почувствовал, как холодные пальцы обвивают его горло. А сейчас он чувствует одновременно всё и ничего, смотря на себя в зеркало.

***

Рёмен Сукуна, как и всегда, был безумно известен. Его имя произносили шёпотом, его взгляд заставлял девушек терять дар речи, а парней — инстинктивно отступать. Он не жил — царствовал. И наслаждался этим. Его тело, выточенное как клинок, его одежда, стоившая как чей-то семестровый взнос, его горячая, хищная ухмылка — всё кричало: «Я — исключение из ваших жалких правил». Люди вокруг него ломались. Скромницы превращались в стерв, застенчивые ботаники вдруг начинали материться, пытаясь казаться круче. А Сукуна оставался Сукуной. Бесконечные вечеринки, глупые споры на деньги, лёгкое унижение тех, кто слабее — его мир был идеально отлаженным механизмом… Так могло продолжаться и дальше, если бы не череда неудач. — О, Сукуна! А я и не заметил, что ты здесь, а раньше тебя по одной только огненной ауре обнаружить можно было! - Годжо ярко улыбнулся и плюхнулся на мягкий голубой диванчик. — Просто супер, - он даже не поднял глаз. Пальцы листали ленту, но ни один пост не цеплял. — Ох, Рёмен-сан, вы такой напряжённый, - ледяные пальцы коснулись его плеча, сжимая мышцы с фамильярностью, которую Сукуна не разрешал никому, — может, массаж? Тишина. Потом — мгновение перед взрывом. — Проблем захотелось? Сукуна медленно повернул голову. Его взгляд впился в Сатору. И — Резкий рывок. Он отшвырнул его руку с плеча с такой силой, что Годжо едва не слетел с дивана. Но импульс оказался слишком резким — локтем Рёмен задел стакан с кофе. Горячая жидкость хлынула на стол, залила телефон, и если бы парень вовремя не вернул стакан на место, испачкались бы и чёрные джинсы. — С таким поведением ты всех друзей потеряешь. Я-то не неудачник какой-то, тебя терпеть долго не буду, - Сатору подвинулся ближе, но всё равно соблюдал дистанцию, — у тебя настолько всё хреново, раз из-за идиотской шуточки взводишься? Сукуна вытирает стол первой попавшейся тетрадью, а когда видит обложку, понимает, что она не его, а девушки, к которой он хотел подкатить. Смочившиеся листы уже превратились в мусор, и, стараясь не взорваться от ярости, он сделал из них мокрый комок. Но издалека выкинуть в мусорный бак не решился, словно знал, что не попадёт. Всё сейчас было против него. Поэтому бывшая тетрадь осталась ждать своего часа на краю столика. Только после этого ритуала Рёмен ещё раз посмотрел на любопытного и искрящегося от интереса Сатору и заговорил: — Сам же знаешь. Ничего не поменялось. — Но ты ж вчера с девчонкой какой-то ушёл, нет? — Да, но ничего. Сначала просто не шло, потом – вообще перестало. Даже те, кто раньше ползал передо мной на коленях, в мою сторону не смотрят. Просто пиздец. Сукуна проверял телефон на его работоспособность после кофейного потопа, но на удивление всё было в порядке. Только когда он попытался включить видео, понял, что звук не работает. — А в постели как? - после говорящей тишины Годжо всё же сузил между ними расстояние и положил руку на плечо. — Из князи в импотенты или как? Раз ты не только флиртовать разучился, то... совсем всё плохо. Но я знаю рабочий способ, как тебе всё вернуть на свои места! — М? - промычал Рёмен, который пытался прочистить динамик, но у него не получалось. — Соблазни парня. — Ты..? - он вновь грубо убрал чужую руку со своего плеча. Конечно, Сукуна был гетеросексуалом, и представить парней кроме как потенциальных врагов, неудачников или друзей для выгоды он не мог. Он знал, что Сатору состоит в передружбе с каким-то третьекурсником, но себя на его место поставить звучало просто невообразимо. — Что я? Не себя же предлагаю, - пожал беловласый плечами, — либо Вселенная даёт знак, что тебе нужно вырасти и отказаться от пагубных привычек, либо намекает, что нужно попробовать что-то новенькое. — Бред, - почему-то первый пункт казался нереальнее второго, — просто буду ждать благословение. Может, число девушек у меня неудачное? Дьявольское какое-нибудь, шестьсот шестьдесят шесть. Годжо хмыкнул. Сукуна не накричал, не разбил телефон, не разрушил стол, а значит, что не так уж и сопротивляется его идее. Не то чтобы Сатору это было надо, но ему стало крайне интересно, как разрешится эта проблема, а тем более... — М? Благословение? - голубые глаза посмотрели по сторонам. — Глянь, там Фушигуро Мегуми - это и есть твоё благословение. Тихий скромный парень, запугнёшь - и он никому ничего не расскажет. — То, что его имя так переводится, ничего не значит. Сукуну почему-то выбесил лежащий в углу стола бумажный ком, и только когда он уже бросил, понял, почему не сделал этого раньше. Потому что из-за грёбаной чёрной полосы не попадёт. — О, метко. Отвернувшийся в противоположную от бака сторону Рёмен, который делал вид, что кинул не он, вдруг повернул голову обратно. Действительно попал. Усмехнувшись, парень ещё раз глянул на того Фушигуро, но тут зазвонил телефон. — Ебаные рекламщики ещё мой номер где-то откопали, трезвонят теперь. — О, у тебя звук заработал. Рот Сукуны приоткрылся от удивления. Точно, пару минут назад динамик не подавал признаков жизни, а тут... — Как, говоришь, того парня зовут? — Фушигуро Мегуми. Не читаешь посты универа, что ли? Там писали, что он единственный, кто смог какой-то крутой сайт взломать. Он с айти. — Я похож на того, кто их читает? После того, как в комментариях ввели жёсткую цензуру, а девчонкам запретили фоткаться с открытой грудью, я отписался. Ну, Мегуми так Мегуми, попробовать не страшно. Только ты - никому, понял? Сатору не успел ответить, как его друг уже встал из-за стола. «Будто кто-то не поймёт, что ты к нему подкатывать собрался», - пронеслось у него в голове. Годжо удивился, что ему так легко и быстро удалось уговорить Сукуну, но так было даже лучше. Теперь оставалось только наблюдать. * Вскочив, Рёмен понял, что потерял из вида Фушигуро. Он осмотрелся, прошёлся взглядом по столикам коворкинга, но никого похожего на колючую голову не было. Сукуна был стопроцентно уверен, что Мегуми послан ему с небес, что это ради спасения Рёмена ему дали это имя, что он действительно вылечит его. Раз пока он на него смотрел, вокруг всё улучшалось, то даже можно не доходить и до гейства - пообщаться будет явно достаточно! Кажется, Сукуна когда-то был знаком с парнем с айти, нужно только его найти и узнать расписание их пар. Проблема посложнее - найти причину дружить. Рёмену это никогда не было нужно, если люди хотели, они сами становились его друзьями. С некоторыми приятельские отношения складывались после чуть ли не драк из-за красивой девчонки, с другими во время курения. А о Фушигуро Мегуми он ничего не знал, даже слышал впервые, значит, не такой он и популярный, значит, поводов столкнуться вне университета у них нет. Но стоило ему вбежать в узкий коридор (ведь именно он вёл к лестнице), парень сильно с кем-то столкнулся. — Да бл-.. - он вовремя посмотрел вниз. Перед ним еле стоял на ногах Фушигуро Мегуми. — да бо-оже мой, - быстро исправился он, — моя вина. Тот стоял с огромной стопкой книг и ноутбуком сверху. Если бы он упал и разбился - Сукуна потерпел бы невозвратимый крах, хотя, возможно, оплатить за ремонт было бы неплохой идеей, но врезаться в него ещё сильнее уже поздно. — Давай помогу. — Ладно, - неохотно ответил парень, передавая учебники, но ноутбук вернул себе. — Так много, учишься, наверное, хорошо. Тебе это в какую аудиторию? — В библиотеку. — А, отнести попросили? - кивок. — Понял. Молчание. Рёмен не привык проявлять инициативу, обычно это остальные добивались его внимания и жаждали получить хотя бы словечко в свой адрес. Но при этом просто нести книги рядом с Мегуми ему нравилось, вокруг словно становилось приглушённо. Парень был ниже его на голову, а лицо хоть Сукуна и не успел сильно разглядеть, но показалось миловидным. К тому же женское имя. А ещё согласился на помощь с лёгкими учебниками, то есть слабак. Значит, почти девочка. Только вот библиотека окончилась ничем. По пути Рёмен, конечно, представлял, что зажать его где-нибудь в углу полок было бы неплохо, но пока они шли рядом, он сумел разглядеть подрагивающие длинные ресницы, бледную и, как показалось, мягкую кожу, что от Фушигуро сложилось впечатлении невинного и неприкосновенного. Типаж, которому нельзя в лоб говорить: "Давай потрахаемся?". Да и до секса он доходить-то не планировал, просто подумал. Раз Годжо предложил, то эта мысль в голове так и осталась. Так, на всякий случай. Мегуми без благодарностей направился в свою сторону, Сукуна смотрел ему в спину и одновременно достал телефон. — Сатору, если не явишься к библиотеке через минуту - убью. Ждать долго не пришлось: Годжо словно уже был рядом и поджидал. Его шикарный вид начинал действовать на нервы. Рёмен кратко пересказал ему произошедшую ситуацию. — И что делать дальше? Я даже извинился и помог, а он - ничего. — Ну, через дня три снова случайно столкнётесь, ещё через дня четыре опять где-нибудь встретитесь. Нужно действовать аккуратно, чтобы не отпугнуть. — Сколько-сколько? Мне месяц его соблазнять нужно? - ударил кулаком в стену Сукуна. — Раньше сказать не мог? Мне максимум минута требовалась, чтобы ко мне на колени сели, а тут какого-то никчёмного парня не смогу? Немного помолчав, он продолжил. — Ладно, Сатору, ты же по своему опыту говорил. Если такому, как ты, нужен месяц, то я уж за день точно справлюсь. Годжо нервно улыбнулся. Он был готов ударить, но еле сдерживался. — Да, мы в тебя верим. — Мы? — Я и тысяча раннее страдавших по тебе девчонок.

***

На лекциях Сукуна только и делал, что читал статьи и форумы о гомосексуальных отношениях. Свою проблему, он, конечно, нигде не встретил, но и сам писать не хотел - всё-таки мало ли Мегуми сидит там и вычислит его. Жаль, что у них нет пар, объединённых с айтишниками. Если раньше преподаватели его никогда не спрашивали, то в последнюю неделю они требовали с Рёмена целые пересказы, отчёты и доклады. Сегодня на удивление было тихо. Благословение», - думает он и мечтательно улыбается. На перемене он ходит по всем этажам в поиске Фушигуро, но от Годжо парень узнал, что парень любит не выходить в аудитории, но если гуляет, то один. Поэтому единственным шансом была столовая, ради которой Сукуна пропустил пару перед ней - мало ли Мегуми приходит обедать чуть пораньше. Но нет. Фушигуро пришёл в час пик, но его колючие волосы продолжали выделяться в толпе, что очень нравилось Рёмену. Подойдя ближе, он заметил, что парень держал в руках поднос с едой и одновременно пытался купить что-то в автомате. — Помочь? - розоволосый облокотился об чёрный автомат с кофе. — Было бы неплохо. Задержав взгляд на пухлых розовых губах, Сукуна спросил, какой кофе он предпочитает и начал нажимать на кнопки. Он уже был готов сказать "этот кофе сладок, как и ты", если бы Мегуми не выбрал эспрессо. Может, у него просто нет денег? — Я занял столик, идём со мной. — Ладно, - пожал плечами Фушигуро, не увидев ни одного свободного места. Они сидели напротив друг друга и молча ели. Рёмен хотел пожелать приятного аппетита, но вспомнил об этом только в середине, когда такая фраза уже неуместна. — Ах, Сукуна, не хочешь присоединиться к нашему столику? - подошла к ним университетская мисс-каждыйгод Мэй Мэй. Розоволосый уже давно заметил, что взгляды многих были устремлены именно к ним, но чтобы так снова к нему вернулась былая светлая популярность было приятно. Он уже хотел было согласиться, но посмотрев на безэмоциональное лицо Мегуми, передумал. — В следующий раз. Девушка обиженно вздохнула и ушла. Сукуна был рад, что она не стала устраивать скандал. Взгляд Фушигуро отражал недоверие и, наверное, непонимание, что остались с ним. Теперь Рёмен мог в свете рассмотреть его личико, чем он и бесцеремонно занялся. — А ты, кстати, на каком курсе? — На первом. — На первом? - с удивлением переспросил парень. Три года разницы. — Наверное, много слухов обо мне слышал. — Да нет. Молчание. Разговор больше не продолжался. Фушигуро, доев, ушёл первым. Сукуна сделал вывод, что если бы парень хотел с ним общаться, то мог бы в ответ поинтересоваться, на каком он курсе, спросить про слухи или просто дождаться, пока Рёмен доест, чтобы отнести пустой поднос вместе. Сукуна одновременно отчаялся и нет. С одной стороны, когда Мегуми был рядом, всё становилось лучше, он чувствовал себя как прежде, но с другой стороны с Фушигуро было невозможно общаться, это игра в одни ворота. Рёмену не нравится бегать, не нравится проявлять инициативу первым, добиваться чьего-либо внимания - это всё сплошное унижение и издевательство. Но если этот Мегуми - действительно благословение, дарованное ему с небес, а раз бог любит троицу, то в третий раз и должно всё решиться. Он не знал, откуда у Годжо есть целое досье на Фушигуро, но почему-то он давал ему точные места его нахождения. Сукуна продолжал читать разные сайты, потому что было бы бессмысленно пытаться выискать парня в коридорах. Но сегодня он должен был появиться в университетском зале.

***

Вечер. В позднее время суток Рёмен никогда не ошивался рядом с университетом, а тем более не заходил внутрь. В тренировочном зале он бывал редко, лишь когда отлынивал от физкультуры, потому что оборудован он достаточно скудно и по-устаревшему. Наверное, Мегуми туда ходит из-за нехватки денег. Насколько он знал, зал при университете бесплатный и открыт в любое время - воровать-то там нечего. Дёрнув дверную ручку, ожидая увидеть десяток людей и почувствовать невыносимый запах пота, Сукуна видит только его. Фушигуро стоит со штангой, голубые глаза сосредоточенно смотрят в зеркало перед собой. Его чёрные волосы растрепаны сильнее обычного и прилипли ко лбу. Узкая талия, подчёркнутая обтягивающей майкой, чёткие, но не перекачанные мышцы спины и плеч - он больше не походил на хрупкую девушку. Его стойка настолько правильная, что и поправлять нечего. Рёмен не решался пройти внутрь и продолжал наблюдать. Его удивило и смутило, что никого не было. Теперь это и вправду выглядело как сталкерство. — Ты один? — В такое время сюда никто не ходит. — Могу присоединиться? — К ним? — К тебе. — Как хочешь. Очередной бессмысленный диалог. Сукуна не планировал тренироваться, нет, конечно, он знал, что придётся - специально надел чистую форму, не самую дорогую, но стильную и идеально ему подходящую. Снова тишина. Рёмен понимал, что отвлекать друг друга от тренировки - дело гиблое, а потом он и вовсе заметил, что Мегуми был в наушниках. Парень уже был полностью уверен, что ничего не выйдет. И чего он только ожидал? Как он мог повестись на такой совет Годжо? Решения проблем у каждого человека индивидуальные, а он решил довериться своему опыту, так ещё и через унижения! Сатору хотел просто сделать из него глупого гомосексуалиста… хотя план звучал не так плохо. Нет, как девушки могут снова начать тебя хотеть, если ты переспишь с парнем? С другой стороны новый опыт может раскрыть глаза и научиться делать ещё приятнее… Сукуна понял, что в целом-то да, он был бы и не против. Странно, конечно, делать такое открытие. Но, наверное, если бы это был не Фушигуро Мегуми, а какой-нибудь Аой Тодо или Кокичи Мута, он бы отказался. Парень с именем благословения просто оказался в нужном месте в нужное время, поэтому Рёмен и поверил, что он - его ключ. Да и выглядел тот не слишком маскулинно, но и не женственно, конечно, хотя слишком длинные для парня ресницы и узкая талия, а ещё и тихость, недоступность… и когда его стал привлекать такой типаж? Ему всегда нравились яркие, открытые девушки, на которых не нужно тратить много времени. Не вникая, Рёмен слушал их секреты, сплетни, а сам любовался неприкрытым телом. Легко, быстро и приятно, а зачем тратить много времени на то, о чём завтра уже не вспомнишь? Мегуми он тоже не вспомнит - так, может, запомнится история про благословение и то, если вспоминать о ней будет Годжо. Сукуна не заметил, как быстро прошло время. Тренировка была неэффективной, но ему было без разницы. Сначала он пытался делать всё красиво, напыщенно, чтобы показать себя сильным, но Фушигуро не смотрел в его сторону даже через зеркало. Они пошли в душ, чтобы смыть пот и расслабить мышцы. Рёмен вспоминал всё, о чём читал в статьях - длинных статьях, хотя раньше он и пять строчек прочитать не мог - там предлагался план, который был похож на его. Однако везде повторялось одно и то же - "Человек должен отвечать вам взаимностью. Если с его действий происходит игнорирование, отпустите и отступите." Под взаимностью они имели в виду ответные вопросы, кокетничество, язык тела, лайки в соцсетях. Конечно, план рассчитывался не на один день, и Сукуну это раздражало. 1. Сломать физический барьер между вами. 2. Следить за тем, чтобы язык тела был открытым. 3. Поддерживать зрительный контакт. На сайте это был самый короткий метод. Физический барьер между ними сейчас - душевая стенка, которая, кажется, сломается от одного удара. Но если это сделать, есть шанс, что он повредит себе руку или осколки полетят в сторону Мегуми и заденут его. Забота, конечно, неплохо, но Рёмен будет виноват в этом сам, а Фушигуро может и не уметь оказывать первую помощь. Да и развести он его хочет не на милое грустное заматывание руки, а на секс - он уже твёрдо это решил. Так что Сукуна решил перехитрить первый пункт и вместо того, чтобы буквально сломать барьер, просто облокотиться об душевую стенку Мегуми. И только когда он это сделал, понял, что выглядит это максимально странно. Безусловно, в душе парни часто шуточно подкатывали друг к другу, но над Фушигуро он не прикалываться собирался. Спасло только то, что Мегуми стоял к нему спиной, и, по всей видимости, из-за звука воды не услышал ничего подозрительного. Сукуна стоял в дверном проёме с перекинутым через плечо полотенцем и не мог оторвать взгляд. Изящный изгиб спины, слегка напряжённые лопатки, а самое главное - округлая, упругая, с лёгким румянцем от пара задница. Он сам не понял, как мигом оказался возле шкафчиков и начал одеваться. Это что, сам Рёмен Сукуна сейчас смутился из-за какой-то мужской задницы? Разве он умеет смущаться? Неужели именно так чувствуют себя девчонки рядом с ним? Сердце сжималось. Да, наверное, это было оно - проклятие от какой-нибудь отшитой девушки, чтобы он побыл на её месте. Значит, план - херня. И Фушигуро ни с чем не поможет. Благословение - одно только имя, а нужен он был только для того, чтобы осознать, в какую ситуацию он влип. Хотя Сукуна был уверен, что если бы задержал взгляд на его ягодицах чуточку дольше, у него мог встать - словно этого его организм и испугался, что аж машинально перекинул его в другую комнату. А возбуждение ему было жизненно необходимо, но всё обломалось само. «Блять, это же и был второй пункт метода — открытый язык тела. Сука, - подумал Рёмен и решил больше не пытаться, — Пусть катится всё к черту, заебали». Сделав глубокий выдох, Сукуна поднялся со скамьи и направился к выходу. — Не хочешь проводить меня до общежития? - вдруг донёсся тихий голосок. Парень от счастья от услышанного сжал руки в кулак и улыбнулся до ушей, а затем повернулся и ответил: — Хочу. — Идём. Молчание. Полная тишина и только шум шагов, когда они добирались до пятого этажа по лестнице. Рёмен уже успел разочароваться в жизни и пожалеть о том, что он согласился. Очередное идиотское решение. Очередной идиотский день. Ему надоело ошибаться, но, видимо, ему нужно потерпеть сильный крах, чтобы мозги встали на место. От одной этой мысли по коже вздрагивали мурашки - что может быть ещё хуже этих издевательских исканий? — Не зайдёшь? — Зайду. И Сукуна вдруг оказывается в его комнате - Фушигуро живёт один, возможно, благодаря хорошей учёбе. Везде идеальный порядок - ни одного носка на полу, ни одной ручки или тетрадки на столе. Всё лежит на своих местах, даже кровать идеально застелена. Необычно. — Ничего сказать не хочешь? — Хочу, - немного погодя, — Нет, не хочу. — Думаешь, я поверю, что ты хочешь со мной подружиться? Зачем было устраивать этот спектакль? Его раскрыли? Мегуми знал обо всём с самого начала? — Мне нужно было сразу сказать: "Давай займёмся сексом"? - с непониманием спросил Сукуна, уже готовый уходить. — Ну да. Тогда я бы согласился и тебе бы не пришлось ходить за мной по пятам весь день. Ему сейчас не послышалось? Фушигуро не только не злится, но говорит, что и не против? Вот оно - б л а г о с л о в е н и е. Как же приятно, когда остались люди, желающие с тобой потрахаться! Только как действовать дальше - вопрос хороший: с парнем отличаться сильно не должно, но разницу в характерах, фетишах и желаниях узнать сразу было бы неплохо. — Садись, - темноволосый показывает в сторону кровати. А затем сам садится на его колени - какое же охуенное ощущение! А потом сам первый целует... Сукуна растворяется, ему этого не хватает, он руками скользит по его спине, забираясь под просторную футболку, прижимается сильнее, чтобы ощутить тепло ещё ярче. Парень понимает, что жизнь налаживается, и завтра можно будет согласиться на предложение Мэй Мэй, пойти с Годжо в клуб, пойти сыграть за баскетбольную команду его университета, а потом заболтаться с чирлидершами. И — Резкая боль. Зубы Благословения впились в его нижнюю губу не с целью подразнить, а чтобы порвать. Кровь хлынула сразу, тёплая и густая, заливая подбородок, смешиваясь со слюной. Сукуна тут же разорвал их поцелуй и, оперевшись руками о кровать, откинулся спиной назад. — Было больно? - Мегуми провёл большим пальцем по ранке и слизнул кровь. — Извини, не хотел, чтобы ты отвлекался. Ещё одно грубое движение - и Рёмен оказывается прижатым к постели. — Ты чё творишь? — Ты сегодня так набегался, устал, наверное, теперь я сделаю всё сам. Фушигуро своим весом давит на него сверху. Едва уловимый рывок - и в его руках мелькнуло вафельное полотенце, которым парень вытирал ноутбук. Сукуна отреагировал моментально - его ладони с хлопком сомкнулись на его запястьях, пальцы впились в тонкие кости. Мегуми резко бьёт коленом в боковую часть бедра — не больно, но достаточно, чтобы нарушить баланс. В тот момент, когда Рёмен инстинктивно переносит вес, Фушигуро освобождает руку и бьёт ребром ладони по локтевому нерву. — Сука! - его пальцы на мгновение разжимаются. Этого достаточено. Петля ткани обвила запястья. Тугой узел был затянут. — Иначе они бы нам сильно помешали. — Бля, ты в адеквате? - он попытался вырваться, но становилось только хуже. Рёмен приподнимает бёдра и ударяет коленом, и этого движения было достаточно, чтобы тело Мегуми дёрнулось от внезапной волны жгучей боли. — Тише. Нас легко услышать, а дверь легко выбить, так что если не хочешь, чтобы тебя увидели в таком состоянии, веди себя спокойнее. Ты же хотел потрахаться? Я исполняю твоё желание, - зрачки голубых глаз заметно расширились, — если ты ещё раз попытаешься причинить мне боль своими ножками, то напоминаю, что мои руки свободны, телефон - рядом, ты - обездвижен. Если не хочешь, чтобы у меня был на тебя компромат, подчиняйся. Эти ноги - те самые, что ломали рёбра другим, что втаптывали врагов в грязь — он назвал… ножками? Голова кипела, но всё вдруг тут же сменилось: одно резкое движение вниз - и ткань штанов соскользнула, обнажая его длинные, переплетённые жилами ноги. Он ахнул - не от стыда, а от ярости. — Ты совсем- Но язык Мегуми уже скользнул по его икре, медленно, чувственно, оставляя влажный след на горячей коже. — Ммм… — он причмокивал, наслаждаясь ароматом геля для душа. Рёмен дёрнулся, но чужие руки мгновенно прижали его бёдра к кровати. — Тс-с, — парень перекрыл его протест новым движением языка, теперь уже вдоль внутренней стороны бедра, — разве не приятно? Сухожилия на руках выделились от напряжения. Но что-то в настойчивых ласках Фушигуро заставило дыхание Сукуны участиться. Вдруг ладони Мегуми впились в его плечи, и прежде чем Рёмен успел среагировать - резкий рывок, перебрасывающий его мощное тело на живот. Кровать заскрипела. Внезапный удар ногой назад — попытка зацепить его бедро или грудь, сбить с позиции, потому что Сукуна не может подчиняться. Не в его природе, характере, стили жизни. Он машинально сопротивляется, потому что не может принять своё положение. Но Фушигуро оказывается быстрее и уворачивается. Он вдавливает колено Рёмену между лопаток, грубо берёт его за волосы, запрокидывая голову назад. — Я тебя убью, ты понимаешь? - шипит розоволосый. — Позже. Сейчас ты в моей власти, не мешай. Как же это унизительно! Сукуна не знал, что он сделал такого, чтобы это заслужить. Неужели Мегуми - благодетель, который решил отомстить за всех, кому Рёмен когда-либо причинил вред? Лучше бы ему сказали заплатить деньгами или перевестись в другой университет! — Так странно, что у тебя не стоит. Я думал, ты из легко возбуждаемых, - разочарованно проговорил Фушигуро. Серьёзно? Значит, всё-таки парень не в курсе всех слухов? Значит, не за девчонок заступается, а Сукуна сам нарвался на озабоченного психа? Ебаный Годжо Сатору! Мегуми чувствовал, как чужое тело дрожит под ним - не от страха, а от гнева. Мускулы Рёмена напрягались, но полотенце на запястьях и вес на спине оставляли ему только один выход - терпеть. Пальцы Мегуми вошли в приоткрытый рот без предупреждения - указательный и средний скользнули по языку, глубже к гортани. Он попытался отстраниться, но другая рука вцепилась в волосы, фиксируя голову. — Смажь их хорошенько, - прошептал Фушигуро, двигая пальцами в его рту, чувствуя, как язык рефлекторно обвивается вокруг них. — Всё для твоего же... комфорта. Слюна стекала по подбородку, когда он наконец вытащил пальцы, блестящие и мокрые. Сукуна понимал, к чему всё ведет, но принять это было невозможно. Конечно у него не встанет: кому может понравиться насилие? Мегуми провел влажными пальцами между ягодиц, смазывая, втирая слюну. — Дёрнешься - тебе же хуже, - предупредил он. Рёмен впечатался лицом в простыню, решив, что лучше задохнуться, чем пережить такой позор - но это было фатальной ошибкой. Палец вошёл внезапно, тело не только вздрогнуло от непривычного ощущения, но он и застонал - от нехватки воздуха и от боли одновременно. Со связанными руками и против достаточно сильного парня, на чьей стороне были все преимущества, он сделать что-либо не мог. Лучше вытерпеть все издевательства, чем предстать перед кем-либо в таком виде. Отвратительно. И как только тихий, спокойный и застенчивый юноша мог оказаться таким извращенцем? И его имя означает благословение? И Сукуна всё время так считал? Нет, его неудача никуда не делась, а только усилилась, он в очередной раз ошибся. Мегуми чувствовал, как тело сопротивляется, сжимается, но он не торопился, медленно прижал подушечку указательного к напряжённому кольцу мышц, ощущая, как они дрожат под его прикосновением. Миленько. — Ты… - голос Рёмена сорвался, когда он вдавил палец внутрь, казалось бы, всего на сантиметр. — Тс-с… - пунцовые губы коснулись его шеи, пока пальцы внутри разводились, растягивая его как можно быстрее и аккуратнее одновременно. Три пальца уже были внутри, растягивая, заполняя — и вдруг они задели что-то, от чего тело Сукуны вздрогнуло, как от удара током. — Бля-ах! - его рывок вперёд был резким, но Фушигуро тут же прижал его бёдра к матрасу, а затем повторил движение - намеренно, медленно, подушечками пальцев нажимая на ту самую точку. И тогда Рёмен почувствовал это — предательскую, но давно не ощутимую волну тепла, разливающуюся по животу, непроизвольный прилив крови туда, куда хотелось сейчас меньше всего. Он не болен - ура! - но радоваться ли или плакать при таких обстоятельствах? Мегуми оставлял ряд засосов на его шее, бедрах, ягодицах, ногах, что напоминало новые черты татуировок. — Смотрю, ты уже готов, - он с хлюпаньем вытащил пальцы, — только я хочу видеть твоё личико, так что перевернись, пожалуйста. Унизительная просьба - или приказ? - но Сукуна, думая, что хуже - выполнить самому или дождаться, пока чужие руки его перевернут, выбрал первый вариант. — А, так у тебя уже стоит. Значит, всё-таки предпочитаешь анальный секс? - усмехнулся Мегуми. — Я-то думал, это у тебя впервые, ты такой узкий. Рёмену хотелось вмазать. Желание сделать это возрастало с каждой секундой, но руки были связаны, а ноги практически обездвижены. И он понимал, что Фушигуро - айтишник, то есть имеет связи с Интернетом. А как известно, всё, что попадёт в Интернет, обязательно останется там навсегда. Сукуна промолчал: из двух зол - опровергнуть, что это его не первый раз, чтобы Мегуми чувствовал себя первооткрывателем или солгать, чтобы казаться любителем подробных извращенств, он выбрал ничего. Член Фушигуро был с проступающими венками, слегка изогнутой формой и внушительным размером, но меньше, чем у Рёмена, что не сломило его мужское достоинство до конца. Но он никогда не представлял себя снизу, принимающим. Почему-то это ассоциировалось оскорбительно, мол, как девушка, что символизировало какую-то слабость, хотя разве он слаб? Вряд ли если два парня или две девушки встречаются, то кто-то из них обязательно принимает роль противоположного пола, ведь если бы парню нравились девушки, то он бы просто нашёл ту, которой было бы интересно его страпонить, не так ли? Сукуна пытался найти себе оправдание. Мегуми не стал тратить время на нежности. Как только он приподнял Сукуну за бёдра и пододвинул к себе, вошёл в него одним резким толчком. — Сука… — Извини, просто хотелось увидеть, как ты плачешь, - мягко улыбнулся Фушигуро - кажется, впервые за все их встречи? - и осторожно размазал слезу по щеке. Рёмен попрощался со своей гордостью. Кажется, ничего от прежнего Сукуны не осталось. Он то смотрел в потолок, то закрывал глаза, когда парень пытался двигаться. Боль - и только, и как девушки могли выдерживать его размеры? Он не помнил, чтобы кого-то пытался сильно возбудить или растягивать, долгие прелюдии - не про него, но ведь почему-то они стонали и извивались, не от боли же! Казалось, это самое худшее, что только могло случиться. Потерпеть минут десять и свалить. Хотя он не уверен, что сможет дойти на своих ногах (в голове вертится слово "ножки", и от этого становится ещё мерзче). Но нет. Пальцы Мегуми впились в его шею, перекрывая кислород ровно настолько, чтобы мир поплыл перед глазами. Сукуна захрипел и задёргал руками - но всё бессмысленно, на коже только ярче отпечатывались ромбики вафельного полотенца. Как только Фушигуро убрал свою ладонь, Рёмен откашлялся и чувствовал себя ужасно, ненормально, в ушах начинало звенеть, в глазах - темнеть, снизу - болеть ещё сильнее, потому что с каждым разом толчки становились сильнее, грубее, глубже, неприятнее. Через несколько секунд после того, как Сукуна начал приходить в себя, Мегуми вновь сомкнул пальцы и держал их до тех пор, пока Рёмен не стал брыкаться. — Ты же понимаешь, что я тебя убью так же медленно и больно? - ему было тяжело говорить. — Ой, так тебе больно? - с удивлением посмотрели голубые глаза. — Нужно было сразу сказать. Мегуми слизал засохшую кровь с его губ, прошёлся языком по солоноватой от слёз щеке, аккуратно чмокнул в губы, сбавил темп и нежно приобнял, демонстрируя свою гибкость. И тело Сукуны предательски отреагировало, он сам не понял, от чего ему вдруг стало приятно, хорошо, словно он стал наслаждаться процессом. Рёмен сгрыз себе все губы, пока пытался заглушить стоны, ведь хотя он и не жил в общежитии, знал, как хорошо там слышно соседей. Фушигуро тоже дышал тяжело, постоянно облизывал свои губы, а потом всё чаще и чаще оставлял засосы на чужом теле, задирая футболку. Его тонкие пальцы скользили по широким плечам, Мегуми впивался зубами в ключицы, а ногтями - в бёдра, оставляя следы в виде полумесяцев. Свободной рукой Мегуми дотронулся до сочившегося члена Сукуны, который, видимо, страдал без ласк. Странно, что парень не обратил на него внимание раньше. Сжав его и услышав стон, Фушигуро большим пальцем надавил на головку, щёлкнул по ней, а затем, сжалившись, обхватил член и начал двигать ладонью вверх-вниз. И когда Рёмен вдруг резко прогнулся, Мегуми, поняв, что он близок к концу, левой рукой вновь надавил на горло и крепко сжал, желая усилить ощущения. Сукуна кончил и отрубился. Фушигуро со скучающим взглядом похлопал его по щекам, и, вытащив член, сначала вставил ему между бёдер, сжимая их так, чтобы потом остались синяки, а затем, поцеловав и вылизав Рёмену губы, излился густой спермой ему на лицо. Красиво.

***

Резкий вдох - словно Сукуну выдернули из глубины океана. Он резко приподнялся с постели. Мышцы напряглись, глаза дико забегали по комнате. Но никакого кошмара не было. Только реальность — куда хуже. Рёмен почувствовал адскую боль не только в заднице, но и по всему телу - руки, ноги, губы, шея, голова - всё ныло и молило о тёплой ванне. Он вдруг вспомнил, что произошло пару часов назад и увидел, что его тело усыпано не то засосами, не то царапинами, не то синяками или чем-то подобным. Живого места не было. Сукуна понял, что находится в чужой комнате. Он медленно поднял взгляд и заметил Мегуми, спокойно сидящего за столом в ноутбуке, словно ничего не произошло. Руки больше не были завязаны, и хотя боль была до смерти ужасна, Рёмен смог встать - мужик он или нет? — Не хочешь объяснить, что это было? - ему хотелось разозлиться, но организм был настолько вымотан, что сейчас он бы не смог не то чтобы ударить, а даже ругаться. — А ты меня не помнишь? - посмотрел на него с усмешкой Фушигуро. — Я о тебе впервые узнал вчера. — Понятно. Но всё же попытайся вспомнить. Сукуне было тяжело мыслить и так, но сев на кровать поудобнее, он пытался вспомнить, где бы он мог слышать или встретить этого парня. И имя Фушигуро Мегуми в воспоминаниях так и не промелькнуло. — Ничего. — Хорошо, что ты сказал об этом после секса, а не до - иначе я бы тебя растерзал до полусмерти, - с улыбкой произнёс парень, — это была маленькая месть. Но раз не помнишь, забей. Рёмен с настороженностью оделся, радуясь, что его штаны и футболка уцелели. Месть? Конечно, раньше его поведение мало отличалось от поведения сейчас, но про Фушигуро Мегуми он не помнил ни-че-го. Он был знаком с таким огромным количеством людей, что знакомые из прошлого исчезали из головы безвозвратно. — Ладно, если тогда я сделал с тобой что-то подобное, то извини, - бросил Сукуна перед тем, как уйти. И как только Рёмен оказался за дверью, ему захотелось себя убить. Он ничего не сделал этому парню, словно вся боль, ощущавшаяся в теле сейчас, была не по его вине. Уставшие ноги еле-еле плелись по лестнице вниз, пока рука скользила по перилам. И всё же он не мог сказать, что ему точно не понравилось. Что-то в этом было, оргазм он ощутил, возбуждение пришло. От этих мыслей он стукнул себя по голове, но вокруг всё вдруг закружилось и поплыло. Постояв немного, он спустился дальше. Может, как говорил Сатору, новый опыт действительно принесёт пользу? Нужно было испытать удовольствие другим образом - Сукуна, конечно, не мазохист! - и раз это вышло, то в дальнейшем с девушками всё должно сложиться нормально. А убить Мегуми он сможет в следующий раз - не во время секса, конечно! - а когда будет в форме. Всё-таки физически Фушигуро силён, хотя и послабее его.

***

Сукуна снова сидел на мягком голубом диванчике и стучал пальцами по столику, ожидая своего друга. Одет он был с иголочки - бордовая рубашка с галстуком, чёрные брюки, и хотя для жаркого времени это было слишком тепло, никто не обращал внимания, потому что это выглядело слишком стильно и подходяще. С самого утра на него вешались девушки. Сначала Рёмен сильно занервничал, мало ли Фушигуро заснял его, пока он спал, и выложил куда-нибудь с просьбой притворяться, что никто ничего не увидел, но при этом поиздеваться. Но нет - направленных на него странных взглядов не было, только восхищённые глаза смотрели в его сторону. Все люди не могут резко стать идеальными актёрами, не так ли? Но пока ему пришлось всех отшить, потому что ждал Годжо. Этот человек ему был необходим так же, как во время вчерашнего секса кислород и свобода. — Опа, салют! Выглядишь удивительно прекрасно, - снова плюхнулся к нему Сатору, — мой совет действительно сработал? Да, идеальный актёр - это Рёмен, который еле мог не корчиться от боли, тяжело не выдыхать, не останавливаться при каждом шаге и сидеть. — Наверное, - пожал плечами розоволосый. — Да ну! Рассказывай подробности, Гето вчера сказал, что ночью ты его уделал! Он был так рад, что месть свершилась, - воодушевлённо говорил Годжо, кладя свою голову ему на плечо. Но теперь это не раздражало. — Какая месть? — Этот Мегуми недавно покусился на моего Гето, и он захотел возмездия, а слова любимого человека для меня - приказ, закон, понимаешь? - усмехнулся голубоглазый. — Вот мы и подумали, что ты был бы идеальным человеком, который смог бы его наказать. Ты же всегда такой грубый и резкий, хотя вчера, честно говоря, я сильно удивился твоему поведению и чуть ли не испугался, что план может сорваться. Но ты - это ты, по Фушигуро видно, что вчера ему было хуёвенько. А у тебя аж губы опухли. Сатору был счастлив. Он исполнил желание Сугуру через гениальный, придуманный им план. Парень и был тем, кто распустил слухи об импотенции Сукуны. — Видно? Это как? — Да я ж опоздал, потому что Гето позвонил и попросил прийти посмотреть. Если от тебя веет энергичной аурой, то от него - максимально мрачной. Он невыспавшийся какой-то и хмурый. Ну, он вроде бы всегда такой, но сегодня прям особенно. Короче, ты красавчик, спасибо, - встав, Годжо похлопал его по плечу, — хотя я рад, что твоя проблема тоже разрешилась. Двух зайцев одним выстрелом - а все говорили, что это невозможно, ай-да Сатору молодец! Он, присвистывая, чуть ли не ушёл, но затем повернулся и громко спросил: — А это правда, что вы в одной школе учились? — Чего? — Ну, он это Сугуру рассказал, - пожал плечами Сатору, — хотя и наврать мог, ладно, увидимся, - разочарованный, что новые сплетни ему не услыхать, парень скрылся из виду. Школа… Сукуна сквозь адское головокружение всё выискивал и выискивал в своей голове хоть какие-то упоминания этого имени несколько лет назад, но кроме неловких ситуаций, глупых историй и других воспоминаний в голову не пришло. Он откинулся на спинку дивана, закрыл лицо рукой, чтобы свет не светил и в так уставшие глаза. Рёмен чуть ли не задремал, как чужой и до боли знакомый голос его не окликнул. Он медленно отодвинул ладонь с век и полуоткрытыми глазами посмотрел на парня. Конечно, это был Фушигуро Мегуми. — Привет, поговорим? - неуверенно спросил он. — Я, кажется, тебя с кем-то спутал. Проклятие ли это было или благословление? Ему без разницы. Сукуна уже не Сукуна. Он изменился и никогда не станет прежним.