"Царь" и его "опричник"

В университете искусств царит оживленная атмосфера. Актёры, сосредоточенные и полные энтузиазма, оттачивают свои навыки. Воздух наполнен энергией творчества. Кто-то повторяют сценарий, кто-то обсуждает характеры персонажей, а кто-то переодевается в костюмы. Вероятно для того, чтобы лучше прочувствовать персонажа. Вокруг чувствуется напряжение предстоящего выступления. Через месяц студенты уже должны показать педагогам пьесу о таких исторических личностях как Иван IV (Грозный) и Фёдор Бесманов. Роль Фёдора Басманова выпала Александру Пушкину, а роль царя Ивана Грозного - его одногруппнику Жоржу Дантесу. Сколько было ржача, а впоследствие шуток и подколов со стороны Пушкина, когда тот видел Дантеса, загримированного под царя, который должен был быть представлен человеком с возрастными морщинами и некоторыми седыми прядями. - Пушкин, - говорил Жорж, доставая из ножен правдоподобный, однако всё же макет сабли, - Ты дождешься, и из любимого опричника станешь каким-нибудь пугалом огородным! На это Александр лишь смеялся: - Ах, помилуй, царь-батюшка. Кто ж тогда перед тобой на пирах будет в летнике плясать? Хотя Настька, - так "Басманов" называл студентку, игравшую в той же постановке Анастасию Романовну Захарьину-Юрьеву (первую жену Ивана 4), - Конечно может. Хотя это будет уже не так весело. Поэт уже настолько выбесил Дантеса, что тот не придумал ничего лучше чем швырнуть ему в башку тетрадь. Может хоть так одумается. Поэтому уже через пару секунд в Пушкина летела чья-то тетрадка с конспектами. Но "Басманов" ловко увернулся от тетради, поэтому она прилетела прямо к ногам одного из преподавателей, который зашёл проверить как идёт подготовка пьесы. *** Сцену освещал тёплый приглушённый свет. В углу играли музыканты на гуслях и дудках, создавая праздничную атмосферу. Актеры одеты в яркие одежды с богатыми вышивками, они общаются, смеются, в общем всё как полагается на пиру. Вдруг музыка затихает и посреди сцены появляется юноша в летнике, украшенном золотыми узорами, и маске, скрывающей его лицо, однако скорее всего снятой с чучела, которое обычно сжигается на масленицу. Музыканты вновь начинают играть, а Пушкин, уже в образе Фёдора Басманова начинает танцевать и петь, развлекая "гостей" и "царя": - Заричали півні не зранку, та в північ, - пел Александр, срывая маску, - Встань, одягнися, Богу помолися! На самом деле он только примерно знал, о чем вообще идёт речь в песне. Просто потому что перед показом пьесы ему об этом рассказала однокурсница. - Дзвонять дзвони мідні, На сході та півдні, Богу помолися! После показа все получили хорошие оценки и уже начали расходиться по домам. Переодевшись, Пушкин подошёл к Дантесу: - Ну что, царь-батюшка, не подбросишь ли любимого опричника до дома? Жорж закатил глаза, кидая поэту шлем: - Садись, пока я не передумал. И хватит меня царём называть. Достал уже.