Ярче звезд

Будильник взвыл, словно сирена воздушной тревоги, разрывая тишину квартиры на части. Су Бон, инстинктивно взвыв в ответ, попытался нащупать спасительную кнопку "отложить", но вместо этого, как заправский каскадер, свалился с кровати, потянув за собой одеяло. Удар пришелся на копчик, и из его горла вырвался отборный корейский мат, заглушенный сонным мурлыканьем. — Айщ! Какого черта! — прохрипел Су Бон, поднимаясь на локтях. И тут же замер, осознав, что он не один в этой битве с утром. На кровати мирно посапывал Нам Гю, словно и не слышал этого грохота. Рядом, свернувшись в шоколадный бублик, спал Чо Хи, их кот. Его сон, судя по недовольному мурлыканью, нарушило лишь недавнее падение Су Бона. Кот, казалось, излучал вселенскую обиду. — Что случилось? Землетрясение? — пробормотал Нам Гю из-под одеяла, зевая так, что, казалось, ему сейчас вывихнет челюсть. — Землетрясение будет, если мы опоздаем на первую пару! — заорал Су Бон, подскочив на ноги. — Подъем, соня! У нас катастрофически мало времени! — А чего это будильник так поздно зазвенел? Я же ставил на семь! — Нам Гю с трудом приподнялся, сонно хлопая глазами. — А я откуда знаю, что ты там ставил! — огрызнулся Су Бон, хватая с пола вчерашние джинсы. — Главное, что мы сейчас в полной пизде! У нас пять минут, чтобы добраться до метро! Хаос достиг апогея. Они носились по квартире, как угорелые, сбивая все на своем пути. Нам Гю споткнулся о тапок, чуть не сломав ногу. Су Бон врезался в вешалку, рассыпав по полу кучу одежды. И, словно назло, Чо Хи постоянно путался под ногами, жалобно мяукая, требуя свою утреннюю порцию внимания. — Чо Хи, ну что ты, в самом деле! — взмолился Нам Гю, пытаясь перешагнуть через кота, который, казалось, умышленно распластался на самом проходе. — Не сейчас, пушистый! Су Бон, заметив, что кот вот-вот будет раздавлен, заорал: — Нам Су, осторожно! Не убей животное! Осознав, что они совершенно забыли о бедном коте, они на секунду остановились. Нам Гю насыпал в миску сухой корм, а Су Бон, извинительно почесав Чо Хи за ушком, пробормотал: — Прости, пушистик, мы тебя любим. Только дай нам одеться, а то мы тоже умрем, только от рук профессора! Накормив страдальца, они с удвоенной скоростью продолжили свои сборы. Нам Гю, ворча под нос, безуспешно пытался вставить линзы. После нескольких неудачных попыток он плюнул на это дело. — Да пошло оно все нахуй! — заявил он, натягивая на переносицу очки в тонкой оправе. Потом он отчаянно попытался привести в порядок свои волосы-каре, которые после сна торчали во все стороны. Получилось, мягко говоря, не очень. — Выглядишь, как будто тебя током ударило, — прокомментировал Су Бон, не отрываясь от поиска своей любимой футболки. — Заткнись, — огрызнулся Нам Гю, натягивая куртку. — Главное, чтоб у меня было хоть немного кофе, иначе я на первой паре превращусь в зомби. — А где моя футболка?! — завопил Су Бон, перерывая гору одежды. — Где моя любимая черная футболка с Микки Маусом? Все остальные выглядят, как будто их из жопы достали! Наконец, после долгих поисков, футболка была найдена. Су Бон, выдохнув с облегчением, натянул ее на себя. Она была слегка помятой, но, по крайней мере, не выглядела так, будто ее жевали и выплюнули. — Все, мы опаздываем! — закричал Нам Гю, выталкивая Су Бона из квартиры. — Про завтрак можешь забыть! Будем давиться сэндвичами из автомата в университете! Им было плевать на утреннюю свежесть и аккуратный внешний вид. Главное было - успеть на первую пару и избежать гневного взгляда профессора Кима. А выживет ли Нам Гю без утренней дозы кофеина, оставалось только гадать. Вылетев из квартиры, они стремглав бросились к лифту. Су Бон отчаянно нажимал кнопку вызова, словно от этого зависела их судьба. Ожидание казалось вечностью. — Да где же этот чертов лифт?! — взорвался Су Бон, пиная ногой стену. Нам Гю, задыхаясь, подпер косяк двери. — Спокойно, Су Бон! Сейчас приедет! Главное, что мы вообще успели хоть что-то! — Главное, чтобы ты не заснул на лекции! — огрызнулся Су Бон, нервно теребя в руках телефон. Наконец, с противным скрипом и лязгом, лифт прибыл. Они влетели в кабину, словно их преследовала стая разъяренных пчел. Су Бон нажал кнопку первого этажа, и лифт, с жалобным стоном, начал свое медленное и мучительное путешествие вниз. — Да чтоб этот лифт сломался! — прошипел Су Бон, сверля взглядом панель управления. — Он еще медленнее, чем улитка! Нам Гю, у которого от недостатка кофеина начинала болеть голова, лишь пробурчал что-то невразумительное в ответ. Он мечтал только об одном - добраться до автомата с кофе и вдохнуть живительный аромат бодрящего напитка. Минуты тянулись, словно патока. Су Бон нервно барабанил пальцами по колену, ругая в уме все на свете - и будильник, который решил предать их в самый неподходящий момент, и лифт, который еле ползет, и кота, который так не вовремя попался под ноги. Наконец, двери лифта распахнулись, и они, словно выпущенные из клетки, выбежали на улицу. До метро оставалось всего несколько кварталов, но каждая секунда была на счету. — Бегом! — скомандовал Су Бон, и они сорвались с места, мчась по тротуару, словно участвовали в Олимпийских играх. Ветер свистел в ушах, а легкие горели от недостатка кислорода. Подбежав к станции метро, они увидели, что эскалатор уже начал двигаться вниз. Су Бон, не раздумывая, прыгнул на движущуюся лестницу, увлекая за собой Нам Гю. — Аккуратно! — крикнул Нам Гю, едва успев удержаться на ногах. Они летели вниз по эскалатору, словно на американских горках. Ветер трепал их волосы, а в ушах шумело от скорости. Добежав до платформы, они увидели, что двери вагона метро вот-вот закроются. Не раздумывая, они ринулись вперед, проскальзывая в вагон в самый последний момент, за секунду до того, как двери захлопнулись. Но облегченно выдохнуть не получилось. Метро был битком. Час пик, как никак. Свободных мест не было и в помине. Они, как две сельди в бочке, оказались втиснуты между другими спешащими на работу и учебу людьми. Упасть на сиденья (как они планировали), не получилось. Им пришлось стоять, держась за поручни и стараясь не потерять равновесие при каждом резком торможении вагона. Су Бон проклинал все на свете. — Ну и денек! — прошипел он сквозь зубы. Нам Гю, с трудом удерживаясь от падения, ухмыльнулся. — Зато какая тренировка с утра! Вместо спортзала! — Тебе хорошо говорить! — Су Бон посмотрел на него с нескрываемым раздражением. — У тебя хоть линзы на глазах, а я тут вообще ничего не вижу! Нам Гю прищурился, пытаясь сфокусировать взгляд на лице Су Бона. —Ты прекрасно выглядишь, даже сонной мордой. — И ты, Нам Гю, сегодня просто кладезь комплиментов. — Су Бон закатил глаза. Несмотря на усталость и раздражение, они оба чувствовали легкое удовлетворение. Им удалось вырваться из лап коварного утра и добраться до метро. Они тихо отметили эту маленькую победу, ощущая себя героями, которые почти всё успели. Оставалось только дожить до первой пары и заполучить свою дозу кофеина. Внезапно, в этой толчее, словно чья-то невидимая рука, его прижали к кому-то. Су Бон, чьи нервы и так были на пределе после утренней суматохи, инстинктивно дернулся, готовясь высказать все, что он думает о наглости окружающих в час пик. Он уже открыл рот, чтобы издать гневный вопль, но тут же услышал тихий, успокаивающий голос Нам Гю прямо у своего уха. Голос был настолько близко, что Су Бон почувствовал тепло дыхания Нам Гю на своей шее, и его гнев мгновенно утих. — Это я. Спасаю твою голову, — прошептал Нам Гю так, чтобы не слышали окружающие. — Тут какой-то ненормальный с удочками ходит, размахивает ими, чуть тебя не задел. Су Бон нахмурился, пытаясь сквозь плотную стену людей разглядеть источник опасности. Он напряг зрение, стараясь сфокусироваться в мутном мире, который представал перед его сонными слипшимися глазами. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чем говорит Нам Гю. И действительно, впереди, в нескольких шагах от них, он увидел невысокого мужчину. Его вид был довольно нелепым: клетчатая кепка, старомодный плащ и, самое главное, длинные удочки, которые он неуклюже держал в руках. Судя по всему, этот господин решил отправиться на рыбалку прямо в час пик, не заботясь о том, какой дискомфорт он причиняет окружающим. Мужчина, казалось, был совершенно невозмутим. Он продолжал маневрировать своими удочками, словно находился на берегу тихого озера, а не в переполненном вагоне метро. Время от времени он резко размахивал ими, и леска с крючком опасно приближалась к лицам других пассажиров. Су Бон невольно поежился, представив, что этот крючок мог запросто выколоть ему глаз. — Кто вообще ездит с удочками с утра в Сеульском метро? — проворчал Су Бон, качая головой. Он не мог понять логику этого человека. Зачем тащить с собой эти громоздкие снасти в такой час? Неужели он не мог подождать, пока народу в метро станет меньше? Или он настолько фанатичный рыбак, что готов подвергать опасности себя и окружающих ради возможности порыбачить? Ситуация казалась абсурдной и нелепой. Су Бон с трудом сдержал смех. В этом переполненном вагоне, среди сонных и раздраженных лиц, этот рыбак казался персонажем из какого-то комедийного фильма. Нам Гю пожал плечами, слегка улыбаясь. — Может, это русские? — предположил он с невинным видом. Он знал, что Су Бон любит подшучивать над иностранцами, и решил поддержать его игру. Он сам не верил, что мужчина может быть русским, но ему нравилось видеть, как Су Бон выходит из себя от абсурдности ситуации. Легкая улыбка играла на его губах, когда он наблюдал за реакцией Су Бона. Но шутки закончились, когда острая головная боль, вызванная отсутствием кофеина, пронзила виски. Он поморщился и, словно ища спасения, уткнулся носом в... фиолетовые волосы Су Бона, не обращая ни на что внимания. Мир вокруг Су Бона будто замер. Он застыл, словно статуя, ощущая мягкое прикосновение к своей макушке. Запах Нам Гю – легкий аромат свежести и чего-то неуловимо сладкого – заполнил его легкие, заглушая вонь переполненного вагона. Он вдруг осознал, что все звуки – гул вагона, разговоры пассажиров, даже назойливый размах удочек – словно отдалились, превратившись в неразборчивый шум. Су Бон даже как-то растерялся. Он часто говорил о том, что ненавидит тактильность, что ему некомфортно, когда кто-то вторгается в его личное пространство. Но сейчас, когда Нам Гю, его лучший друг, без предупреждения уткнулся в его волосы, он почувствовал не раздражение, а... что-то другое. Что-то теплое и странно приятное. Его щеки предательски запылали. Он чувствовал, как кровь приливает к лицу, и боялся, что его покраснение слишком заметно окружающим. Он попытался сделать вид, что ничего не происходит, уставившись в пространство перед собой, но сердце бешено колотилось, словно собиралось вырваться из груди. Он не знал, что делать. Стоит ли отстраниться, напомнив Нам Гю о своих «правилах»? Или просто позволить ему побыть рядом, наслаждаясь этим мимолетным моментом близости? В его голове разгорелась настоящая битва между разумом и чувствами. Он украдкой взглянул на Нам Гю. Тот, казалось, был совершенно безмятежен. Его глаза были закрыты, а лицо выражало облегчение. Су Бон понял, что Нам Гю сейчас просто плохо, и он, его лучший друг, должен быть рядом, чтобы поддержать его. Сделав глубокий вдох, он решил не двигаться. Он позволил Нам Гю остаться рядом, чувствуя себя одновременно смущенным и тронутым. Впервые за долгое время он перестал сопротивляться своим чувствам и просто наслаждался моментом. Ведь что может случиться, если он на несколько минут позволит себе быть рядом с человеком, которого, возможно, он любит больше, чем жизнь? Сейчас, в этой тесноте, ощущая тепло чужого тела рядом, что-то внутри него дрогнуло. Он почувствовал себя... защищенным. И одновременно, необъяснимо, защитником. Неожиданно для самого себя, Су Бон робко обнял Нам Гю в ответ. Давно он никого не обнимал. Он забыл, как это приятно - чувствовать тепло другого человека, знать, что рядом есть кто-то, кто тебя поддерживает, кто оберегает. В памяти всплыли слова отца, сухие и категоричные: "Мальчики не должны обниматься! Это противоестественно! Это мерзко и неправильно! Это... позор!" Су Бон вырос под гнетом этих слов. Он усвоил, что проявлять нежность к другим мужчинам - это табу, это неприемлемо. Но сейчас, прижимая к себе Нам Гю, он не испытывал ни малейшего отвращения. Только тихий, всепоглощающий покой. И еще... странную, незнакомую нежность. Именно в этот момент, в переполненном вагоне метро, Су Бон осознал правду, которую он так долго пытался от себя скрыть. Он влюбился в Нам Гю. И этот факт пугал его до смерти. Самым страшным был не гнев отца, которого давно уже не было в живых. Самым страшным была возможная реакция Нам Гю. На отцовские предрассудки Су Бону было плевать. Он знал, что отец был узколобым и жестоким человеком. Но заложенные в детстве страхи никуда не делись. Страх, что его чувства будут отвергнуты. Страх, что Нам Гю увидит в нем извращенца. Страх, что он навсегда потеряет своего лучшего друга. Внезапно, словно откуда-то из другого мира, он услышал шепот. — Успеем к автомату с кофе? — прошептал Нам Гю прямо в его ухо, вырывая его из потока тревожных, смущенных мыслей. Голос Нам Гю звучал приглушенно, хрипловато, и эта хрипотца почему-то показалась Су Бону невероятно сексуальной. Его дыхание, такое теплое и влажное, коснулось щеки Су Бона, вызывая у того невольную дрожь, пробежавшую по всему телу, словно слабый разряд тока. — А то я точно вырублюсь на первой паре, — закончил Нам Гю, и Су Бон почувствовал, как он чуть сильнее прижимается к нему, словно ища поддержки. Су Бон кивнул, чувствуя, как кровь опять приливает к щекам, обжигая их изнутри. Его лицо, и без того красное от смущения, теперь горело, словно ему поднесли раскаленный утюг. Он боялся пошевелиться, боялся, что Нам Гю почувствует его смущение и поймет, что творится у него в душе. — Успеем, — пробормотал он, еле слышно, надеясь, что его голос не выдаст его волнения. Он приложил все усилия, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, как будто ничего особенного не происходит. Но внутри него бушевала настоящая буря эмоций. В голове навязчиво звучала строчка из песни, которую он случайно услышал вчера в кафе: "Ярче звёзд". Почему-то именно эти слова сейчас всплыли в его памяти. Глаза Нам Гю. Он видел их даже сейчас, в полумраке вагона. Его темные, шелковистые волосы, мягко обрамляющие лицо. Его теплая, искренняя улыбка, которая могла растопить любой лед. Да, Нам Гю был прекрасен. Он сиял, как звезда в ночном небе, яркий, притягательный, и такой недостижимый. И Су Бону внезапно захотелось исчезнуть. Раствориться в толпе, стать невидимым, чтобы никто не видел его смущения и его тайной, запретной любви. Сбежать от этого обжигающего чувства, которое жгло его изнутри. Сбежать от этого невыносимого страха быть отвергнутым. В его голове пронеслась безумная мысль.

Сброситься с крыши лишь бы не говорить с ним

Может, и правда, прыгнуть с крыши? Покончить со всем этим разом и навсегда?

Потерять память лишь бы не говорить с ним

Или выпить какое-нибудь волшебное зелье, чтобы потерять память и навсегда забыть эту мучительную, прекрасную нежность, которая терзала его сердце? Но вместо этого, вместо того, чтобы совершить какой-нибудь необдуманный поступок, он просто сильнее прижался к Нам Гю, вдыхая его запах - запах чистоты, свежести и чего-то неуловимо родного, что заставляло его сердце биться быстрее. Он словно пытался впитать в себя этот запах, чтобы сохранить его в своей памяти навсегда. Страх боролся с зарождающейся, хрупкой надеждой, словно два волка, грызущихся за право владеть его душой. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, грозясь выдать его секрет всему миру. Су Бон понимал, что больше не может прятаться за маской равнодушия. Больше не может делать вид, что ничего не происходит, что он не испытывает никаких чувств к Нам Гю. Он больше не мог обманывать ни себя, ни его.

***

Кофе. Божественный эликсир, дарованный небесами студентам, находящимся в вечной битве со сном и дедлайнами. Су Бон сделал жадный глоток, чувствуя, как горький, обжигающий напиток пробегает по пищеводу и распространяется по всему телу приятной дрожью. Напряжение, сковывавшее его с самого утра, словно по мановению волшебной палочки, немного ослабло. Рядом с ним Нам Гю, откинувшись на спинку скамейки, с закрытыми глазами наслаждался каждым глотком, словно это был не просто растворимый кофе из автомата, а изысканный нектар, приготовленный по секретному рецепту древних богов. В его лице, обычно оживленном и улыбчивом, сейчас читалось умиротворение. Он словно впитывал в себя каждую молекулу кофеина, каждую секунду тишины и покоя, зная, что через несколько минут им снова придется окунуться в бурлящий хаос университетской жизни. Настроение действительно немного улучшилось, но внутреннее напряжение Су Бона никуда не делось. Скорее, оно просто притаилось, словно хищник, выжидающий удобного момента, чтобы напасть. Признание в чувствах оставалось тяжелым камнем на сердце. Миновав уличную суету и толпы спешащих студентов, они, наконец, добрались до университета и направились к главному входу в корпус, где их, как правило, всегда ждала их верная компания. Наконец они подошли к группе друзей у входа в аудиторию, все взгляды сразу же устремились на них. Лица друзей отразили удивление, недоумение и, возможно, даже легкое раздражение. Сэ Ми, с ярко выраженной эмоцией и искрой в глазах, уже открыто спрашивала: — Что случилось? Почему вы опоздали? Где вас носило? Вы вообще знаете, сколько времени? Су Бон почувствовал, как внутри у него все сжалось. Он понимал, что сейчас он может превратиться в раненую птицу, и это было бы не так уж и неправдой. Он вздохнул и, чтобы хоть как-то сгладить ситуацию, решил максимально быстро и смешно объяснить всё происходящее. — В общем, — начал он, стараясь говорить спокойно, — мы проспали. Совсем. Проснулись, а будильник решил устроить себе выходной и прозвенел гораздо позже, чем надо было. Я чуть не потерял сознание, когда понял, что мы опаздываем, и чуть не остались вообще без шансов попасть на пару. Он сделал паузу, чтобы усилить эффект, и продолжил: — Потом, чуть не убили нашего котика. Он вообще ни при чем, просто решил, что пора упасть нам в ноги и развалиться как господин, когда мы уже собирались уходить. Мы чуть не наступили ему на хвост, чуть не раздавили его в панике, а он - такой невинный, будто ничего не случилось, как будто он просто решил поздороваться и тут же стал жертвой наших неуклюжих движений. Он чуть улыбнулся, чтобы сделать рассказ более комичным, и добавил: — И, конечно, мы быстро собрались. Даже не успели позавтракать. Утро началось не с кофе, а с геморроя. Далее он взглянул на своих друзей и продолжил, чуть более серьезным тоном, но всё равно с ноткой иронии: — А самое главное - Нам Гю сказал, что после выхода из метро мы сразу же бросились к автомату с кофе. Иначе у него все шансы было умереть уже на первой паре. Мы в спешке, буквально мчались к автомату, чтобы спасти его жизнь. Он чуть помолчал, внутренне добавляя: "Ну, и хорошо, что хоть кофе спасает его жизнь..." — и быстро отвернулся, чтобы не показывать, как сильно он переживает и насколько всё это было важно для него. Сэ Ми продолжала сверлить их взглядом, подозревая, что они что-то скрывают, что за всей этой комичной историей скрывается что-то более важное и личное, но, в конце концов, сдалась, решив отложить допрос на потом. — Ладно, поверю на слово, — сказала она, закатив глаза. — Но в следующий раз, если вы опоздаете, я вас обоих лично утоплю в фонтане перед университетом! Прозвенел звонок, и они все вместе направились в аудиторию. Лекция по истории казалась бесконечной. На протяжении всего дня, на лекциях, Су Бон не мог сосредоточиться на учебе. Голос профессора доносился до него, словно сквозь толщу воды, а даты и события, которые он пытался запомнить, расплывались в голове, как акварель на мокрой бумаге. В голове крутились только мысли о Нам Гю, об их утреннем приключении, о его нежном прикосновении, о его теплой улыбке, о его запахе, который преследовал его повсюду. О своих чувствах, которые теперь казались ему такими сильными и необратимыми, такими всепоглощающими, что он боялся, что они вот-вот вырвутся наружу и затопят все вокруг. Он чувствовал себя потерянным и растерянным, словно его вырвали из привычной колеи и бросили в незнакомое место, где он не знал правил и не понимал языка. Лекции проходили мимо него, словно кадры в старом кино, не оставляя в его памяти никакого следа. — Су Бон, ты опять отвлекаешься! — тихо шепнул Гён Су. — Да брось, расслабься, — ответил тот, но взгляд его невольно скользнул к Нам Гю. — Ты слушаешь? — спросил Мин Су, находящийся за его спиной. — Конечно, — ответил Су Бон, хотя мысли его уже не были в аудитории. Все его внимание было сосредоточено на Нам Гю, который сидел рядом с ним и внимательно слушал преподавателя, делая пометки в своем блокноте. Су Бон украдкой поглядывал на него, любуясь его сосредоточенным взглядом, его аккуратным профилем, его темными, шелковистыми волосами, которые мягко обрамляли его лицо. Любовь переполняет его, как жаркий поток, готовый вырваться наружу, сметая все на своем пути. В голове снова и снова звучала навязчивая строчка из той самой песни:

Да я скорей подохну чем заговорю с ним.

Он понимал, что боится быть отвергнутым, боится показать свою истинную сущность Нам Гю, боится, что тот увидит все его недостатки, все его комплексы, все его душевные раны, и разочаруется в нем. Он боялся потерять дружбу Нам Гю, которая была для него так важна, которая была единственным, что удерживало его на плаву в этом бурном море жизни. Страх парализовал его, не давая сделать первый шаг, не давая признаться в своих чувствах, не давая ему быть счастливым.

***

После окончания лекции Нам Гю и Су Бон вышли из корпуса университета и направились к соседнему зданию, где должна была начаться следующая пара. Осень уже вступила в свои права — лёгкий прохладный ветерок шевелил листья на деревьях, а студенты спешили по своим делам. Нам Гю заметил, что Су Бон как-то особенно молчалив и напряжён. Обычно он был разговорчивым и бодрым, а сейчас казался будто задумался о чём-то очень важном. — Су Бон, — начал Нам Гю, стараясь говорить спокойно, — ты как? Всё в порядке? В последнее время ты какой-то замкнутый, да и разговариваешь мало. Что-то случилось? Су Бон нервно покрутил в руках рюкзак и посмотрел на друга, потом быстро отвернулся. — Да ничего, просто устал немного, — ответил он, стараясь звучать убедительно, но голос выдал его нерешительность. — Понимаю, — улыбнулся Нам Гю, — но если хочешь, после учёбы можем зайти в магазин. У нас дома почти ничего нет, а от постоянного рамена у нас уже гастрит грозит. Су Бон почувствовал, как внутри что-то тепло забурлило. Услышать, что это их дом, а не просто "у меня", было для него важно — словно он действительно принадлежит этому месту и к кому-то. Он чуть улыбнулся, хотя в глазах всё ещё читалась тревога. — Да, рамен - это уже наша основная еда, — тихо сказал он. Они перешли через небольшой двор между корпусами, где студенты толпились у кофеен и лавочек. — Вот именно, — продолжил Нам Гю, — давай сегодня что-нибудь приготовим вместе. Может, пасту или овощи с курицей? Или что-то простое, но вкусное. Вместе, как настоящие повара. Это и настроение поднимет, и желудок спасёт. Су Бон вздохнул, и в его взгляде мелькнула благодарность. — Звучит неплохо, — признался он, — спасибо, что предложил. Нам Гю положил руку на плечо друга. Казалось бы, он это сделал словно невзначай, но вызвал этим в Су Боне целую бурю эмоций. С одной стороны, это было приятно — тепло, близость, ощущение. Но с другой стороны, Су Бон не мог избавиться от мысли, что его реакция была слишком сильной. "Бля, ну почему я реагирую как школьник?" — думал он, стараясь сосредоточиться на разговоре друзей. "Это всего лишь жест, ничего особенного. Он всегда так делает! Я не могу позволить себе так раскисать!" Он чувствовал, как его щеки слегка подрумянились, и это добавляло ему смущения. Внутри него раздавался голос, который неустанно ругал его: "Какой ты растерянный! Ты же взрослый человек! Почему не можешь просто расслабиться и наслаждаться моментом?" Может просто тоже взять Нам Гю за руку, но в голове крутились мысли: "А что подумают другие? Это же просто дружба!" Пока он разбирался с самим собой, Гëн Су на фоне предложил сходить в кафе. А то есть здесь такие персоны, что проспали и даже не поели. Все согласились. Каждый шаг к кафе казался вечностью. "Боже, пусть мы уже дойдем!" — молил он про себя, надеясь, что это время пролетит быстрее. Он пытался отвлечься, слушая разговоры Сэ Ми и Гëн Су, но мысли о Нам Гю не покидали его. "Я не могу быть таким слабым, — упрямился он. — Я же не какой-то романтик!" — но в глубине души Су Бон понимал, что это ощущение тепла и близости было тем, чего он давно хотел. Он просто не знал, как с этим справиться. — "Соберись, Су Бон! Не будь таким растерянным!" — вновь упрекал он себя, но сердце продолжало биться быстрее от нежного прикосновения Нам Гю. Компания, наконец, добралась до небольшого, но уютного кафе на территории университета. Свет мягко проникал через большие окна, играя бликами на столах и создавая приятную атмосферу после утренней суеты и стресса. Все были рады немного расслабиться и перевести дух. Они выбрали столик у окна — место, где можно было наблюдать за прохожими и наслаждаться теплом солнечных лучей. Сэ Ми и Мин Су сели рядом друг с другом с одной стороны, а Нам Гю и Су Бон оказались вместе с другой. Гён Су занял стул напротив них, с улыбкой наблюдая за всеми. — Ну что, — шутливо начал Гён Су, — я тут как пятое колесо. У вас все уже парочки, а я одинокий волк. Кто меня пожалует? Мин Су и Сэ Ми улыбнулись, переглядываясь между собой, и их взгляды невольно устремились на Нам Гю и Су Бона. Су Бон почувствовал, как у него сразу же поехал глаз, а сердце стало биться быстрее. — Да брось, — попытался отмахнуться Су Бон, но голос выдал его нервозность. — Мы просто друзья. — Конечно, друзья! — подхватил Нам Гю, слегка краснея. — Просто очень близкие друзья. — Ага, очень близкие, — усмехнулась Сэ Ми, — и с флиртом, как я вижу. Все трое — Сэ Ми, Мин Су и Гён Су — рассмеялись, а Су Бон и Нам Гю одновременно покраснели. Су Бон так сильно покраснел, что, казалось, у него сейчас прямо на лице вырастут помидоры. — Мы не пара! — заорал Су Бон, пытаясь выглядеть убедительно, но получилось довольно нелепо. — Да, мы просто... — начал Нам Гю, но тоже запнулся. Гён Су хитро улыбнулся: — Да-да, просто друзья, которые явно не прочь подшучивать и дразниться друг с другом. — Это правда, — тихо добавила Сэ Ми, подмигнув. — Вы такие милые, когда пытаетесь скрыть свои чувства. Су Бон и Нам Гю обменялись взглядами, и вдруг между ними возникла легкая, почти невесомая искра. Су Бон почувствовал, как напряжение внутри него немного ослабло, и он позволил себе слегка улыбнуться. — Ладно, — сказал Су Бон, наклонившись чуть ближе к Нам Гю и с хитрой улыбкой в голосе, — если я такой «идеальный спутник», почему ты вчера так нервно себя вел? Нам Гю чуть удивлённо поднял бровь, но в ответ улыбнулся. — Ах, ты заметил? Ну, может, я просто не привык к твоим «случайным» прикосновениям, которые превращаются в маленькие катастрофы. — Катастрофы? — притворно возмутился Су Бон. — Ты что, боишься меня? Или я такой опасный? — Опасный и привлекательный, — улыбнулся Нам Гю, играя с ложкой в руках. — Вот-вот, — Су Бон прищурился и слегка подвинулся ближе, — я могу быть очень опасным, особенно для тех, кто позволяет себе так близко ко мне подходить. Нам Гю улыбнулся шире и, не отводя взгляда, слегка коснулся пальцем кончика носа Су Бона. — Тогда мне придётся быть осторожным. Су Бон на мгновение замер, почувствовав, как в груди разгорается жар, но вместо того, чтобы снова смутиться, он в шутку прищурился и с вызовом ответил: — Попробуй. Только предупреждаю - я не отвечаю за последствия. Оба засмеялись, и атмосфера вокруг них стала легче и игривее. Су Бон почувствовал, что на мгновение забыл о своем волнении и страхах — вернулся к той части себя, которая умеет шутить и флиртовать, не прячась за маской смущения. Но тут, когда Нам Гю случайно провёл рукой по кисти Су Бона. Ладонь была горячая, тот словно ошпаренный отскочил. — Ну ладно! Я... я пойду покурю, — быстро выдавил он, вставая. — Эй, не убегай, — тихо позвал Нам Гю, но Су Бон уже направлялся к выходу, пытаясь снова спрятать своё пылающее лицо. Сэ Ми не могла не заметить, что между Нам Гю и Су Боном творится что-то странное. Их взгляды то и дело встречались, но всегда с каким-то напряжением и смущением. Су Бон пытался скрыть это, но для внимательного глаза девушки было очевидно: он нервничает, и этот нервозный коктейль явно не из-за обычного стресса перед парами. — Ребята, я сейчас выйду, — сказала она весело, обращаясь к остальным, — хочу пару слов с Су Боном. — О, ты так уверена, что он не сбежит? — подколол Гён Су, но Сэ Ми лишь подмигнула и вышла из кафе, направляясь на улицу, где только что появился Су Бон. Су Бон стоял у выхода, глубоко дышал и пытался прийти в себя, когда вдруг услышал знакомый голос: — Привет, огненный помидор! — поддразнила она, — Ты что, один тут стоишь, как будто весь мир рухнул? Су Бон попытался выдавить из себя невозмутимость: — Да нет, просто... дышу. Свежим воздухом. Это полезно, знаешь ли. Но его голос дрожал, и он сам это слышал. — О, да, — улыбнулась Сэ Ми, — дышишь, а лицо красное, как будто ты только что съел самый острый рамен. Что случилось? В кого влюбился? Неужели в Нам Гю? Су Бон почувствовал, как внутри него что-то треснуло. Он попытался не показывать слабость, но слова застряли в горле. — Н-ничего, — заикаясь, ответил он, — просто... немного нервничаю. — Немного? — усмехнулась Сэ Ми, — Ты, кажется, вот-вот взорвёшься! Рассказывай, кто виноват? Су Бон сделал глубокий вдох, пытаясь собраться, но вместо этого запаниковал: — Да я... я не знаю, как сказать... Это сложно... Я... чёрт, я просто... боюсь! — Боишься? — переспросила Сэ Ми, смеясь. — Ну, наконец-то ты сломался! О, боже, — засмеялась, — Ты прям как в дораме, ей богу. Ну что, хочешь, я тебе помогу? Или мне просто дальше стебать тебя? Су Бон попытался вернуть себе привычный тон, но получилось не очень: — Да брось, я такой невозмутимый, что даже штормы внутри меня - это просто лёгкий бриз. — Лёгкий бриз, — пересмеялась Сэ Ми, — Если бы я не знала лучше, подумала бы, что у тебя там ураган. Она слегка хлопнула его по плечу, и Су Бон почувствовал, как напряжение немного спадает. — Ладно, — продолжила Сэ Ми, — рассказывай уже, что за история. Или будешь дальше ломаться и паниковать? Су Бон глубоко вздохнул, и в голове снова зазвучали знакомые строки из песни, отражающие его внутреннюю борьбу:

Я точно буду одинок до конца своих дней

Он посмотрел на Сэ Ми и, немного смягчив тон, сказал: — Это Нам Гю. Я боюсь, что всё испорчу, что он меня не поймёт или... хуже того - отвергнет. Сэ Ми рассмеялась, но в её голосе слышалась искренняя поддержка: — Ты не один, дурачок. Все через это проходят. А если хочешь, я могу быть твоим «помощником» по разговорам с Нам Гю. — Помощником? — переспросил он с усмешкой. — Ты и помочь? Это звучит страшнее, чем моя паника. — Эй, я могу быть и страшной, и полезной! — с улыбкой ответила Сэ Ми. — Главное - не прятаться в себе. А то ты скоро станешь легендой: «Мальчик, который влюбился в лучшего друга». Су Бон не выдержал и рассмеялся, впервые за долгое время почувствовав, что может быть собой — даже если это «нервный и паникующий» Су Бон. — Ладно, — сказал он, — Спасибо, что не даёшь мне сойти с ума. Но если я вдруг сбегу - знай, это ты виновата. — Договорились, — улыбнулась Сэ Ми и вместе с ним направилась обратно в кафе, где их уже ждали друзья.

***

Учебный день постепенно подходил к концу. Су Бон смог немного успокоиться после всех переживаний и напряжения, которые сопровождали его в течение дня. Он чувствовал, как внутри постепенно возвращается спокойствие, хотя сердце всё ещё слегка колотилось при каждой мысли о Нам Гю. Вечер опускался на город, окрашивая небо в мягкие оттенки розового и синего. Компания медленно направлялась к метро, где каждый из них собирался разойтись по своим путям. Нам Гю и Су Бон шли рядом, их шаги были размеренными и тихими. Между ними витало молчание, наполненное едва уловимым напряжением и ожиданием. Иногда их взгляды пересекались, но никто из них не решался заговорить первым. Но потом между двумя ураганами завязался спор. Издалека донёсся голос Сэ Ми — звучал он раздражённо и настойчиво. Она шла впереди с Гён Су и Мин Су, но вскоре между ней и Нам Гю началась неразбериха. Их голоса быстро накалились — Нам Гю говорил резче, чем обычно, а Сэ Ми не сдавалась, отвечая ему с таким же упрямством. — Ты вообще не понимаешь, о чём говоришь! — воскликнула Сэ Ми, толкая Нам Гю в плечо. — Отстань от меня! — резко ответил Нам Гю. Толчок повторился, и в этот момент Нам Гю внезапно схватил Сэ Ми на руки, словно мешок с картошкой, и закинул её на плечо. Он шёл дальше, будто так и должно быть, совершенно не обращая внимания на её протесты и возмущённые выкрики. — Отпусти меня! — кричала Сэ Ми, пытаясь вырваться. Гён Су, Мин Су и Су Бон поспешили за ними. Мин Су, обычно спокойный и уравновешенный, на этот раз заметно нервничал и даже чуть заревновал — что было для него совершенно нехарактерно. — Нам Гю, отпусти её, — мягко попросил Мин Су, пытаясь найти правильные слова. — Ты же не хочешь, чтобы она обиделась, правда? Нам Гю, не замедляя шага, ответил холодно и твёрдо: — Пока мы не дойдём до метро, так и будет. Сэ Ми слишком много себе позволяет. Су Бон смотрел на происходящее и чувствовал, как внутри что-то сжимается — ревность, которая казалась ему глупой и необоснованной. Ведь он только недавно говорил с Сэ Ми о своих чувствах, и теперь понимал, что всё это — лишь странное и нелогичное ощущение. Он молча шагал рядом, стараясь не показывать своего волнения, но едва заметная тень на его лице выдавала внутреннюю борьбу. Гён Су пытался успокоить Сэ Ми, мягко похлопывая её по спине, а та постепенно стихала, понимая, что сейчас спорить бесполезно. Компания продолжила путь к метро в напряжённом молчании, каждый погружённый в свои мысли, а Су Бон всё сильнее ощущал, что между ними назревает что-то важное — что-то, что скоро потребует ответа. Когда они наконец подошли к станции метро, движение немного замедлилось. Нам Гю всё ещё держал Сэ Ми на плечах, словно это было самое естественное дело на свете. Она, хоть и ворчала тихо, уже перестала сопротивляться. Су Бон шёл рядом, внимательно наблюдая за Нам Гю. Внутри у него по-прежнему крутилась та самая странная ревность, но он старался не показывать это ни на лице, ни в голосе. Ему казалось, что даже если он скажет что-то сейчас, это только усугубит ситуацию. — Нам Гю, — тихо позвал Су Бон, — может, отпустишь её? Уже почти метро. Нам Гю мельком посмотрел на Су Бона, в его глазах мелькнуло что-то непонятное — смесь раздражения и, возможно, лёгкой благодарности. Но он не ответил сразу. Мин Су заметил это и шагнул вперёд, протягивая руку. Нам Гю аккуратно опустил Сэ Ми на пол и передал её Мин Су. — Как ты с ней живёшь? — с лёгкой усмешкой спросил Нам Гю, глядя на друга. — Девушку свою утихомирь. Мин Су покраснел, но ответил спокойно и с лёгкой улыбкой: — Это не так просто, как кажется. Но я стараюсь. Сэ Ми, хоть и всё ещё слегка недовольная, уже не сопротивлялась, а Мин Су мягко улыбался, словно мир вокруг на мгновение стал чуть проще. Су Бон наблюдал за этой сценой и на мгновение ощутил лёгкое беспокойство, но тут же подумал, что это глупо — ведь он только недавно говорил с Сэ Ми о своих чувствах, и сейчас нет смысла усложнять ситуацию. Неосознанно он слегка подтолкнул Нам Гю в бок, как бы напоминая: — Пойдём уже. Нам Гю мельком посмотрел на Су Бона, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое и удивлённое. Без слов он кивнул и повернулся в сторону платформы. — Пойдём, — тихо сказал Су Бон. Они пошли вместе, а Мин Су, Гён Су и Сэ Ми — чуть позади. — До завтра! — сказал Гён Су с улыбкой, и все дружно кивнули в ответ. Попрощавшись, они вошли в вагон метро. К счастью, в этот час поезд был почти пустым — всего несколько человек сидели в дальних концах вагона, и воздух казался свежим и свободным. Су Бон с облегчением вздохнул: наконец-то можно немного расслабиться. Они устало присели рядом на мягкие сиденья. Су Бон чувствовал лёгкую тяжесть в теле после напряжённого дня и непростого пути, но вместе с тем в душе появилась тихая радость — он был рядом с Нам Гю, и это казалось важным. Первые минуты они молчали, слушая ровное гудение поезда и спокойное шумное эхо вагона. Су Бон осторожно повернул голову и, почти не думая, положил её на плечо Нам Гю. Нам Гю сначала слегка удивился, но не отстранился. Его плечо было тёплым и надёжным, и это ощущение неожиданно успокоило его. Немного наклонив голову в ответ, он позволил себе ненавязчиво прикоснуться к Су Бону. В этом простом жесте было что-то большее, чем просто поддержка — словно два человека, уставших от внешнего мира, нашли друг в друге тихий уголок покоя. Су Бон закрыл глаза, позволяя себе на мгновение отдохнуть от всех сомнений и переживаний. В голове мелькали мысли о том, что всё может быть не так просто, как кажется, но сейчас это не имело значения. Важнее было то, что они были рядом — вместе, без лишних слов и напряжения. Поезд медленно покатился по туннелю, унося их прочь от дневной суеты и споров. В вагоне царила тишина, нарушаемая лишь мягким стуком колёс и редкими вздохами. Нам Гю, не отводя взгляда вперёд, тихо произнёс: — Хорошо, что здесь почти пусто. Су Бон улыбнулся в ответ, не поднимая головы с плеча друга. — Да, можно наконец немного передохнуть. И в этот момент, казалось, весь мир стал чуть менее сложным и запутанным. Просто два человека, сидящих рядом в вагоне метро, позволили себе быть собой — без страхов и ожиданий. Они вышли из метро и оказались на освещённой вечерними фонарями улице. Прохладный ветерок нежно играл с листьями деревьев, а город постепенно погружался в вечернюю тишину. — Знаешь, — начал Су Бон, глядя куда-то в небо, — я подумал, что нам стоит приготовить кимчи чиге? Нам Гю улыбнулся и кивнул, соглашаясь: — Отличная идея! Это и острое, и насыщенное. И с ним точно не заскучаешь. К тому же, всегда приятно, когда в кастрюле много овощей и мяса. — Точно, — улыбнулся Су. — Там и кимчи, и тофу, и мясо, и много специй. Это то, что нужно после такого дня. Су Бон задумался на мгновение, затем добавил: — А ещё не забудем про нашего котика. Нужно купить ему что-нибудь вкусненькое. Как бы извинение за утренний переполох. Нам Гю достал из сумки мягкую игрушку — маленький мышонок на верёвочке. — Вот, думаю, он это оценит. Будет гоняться за ней весь вечер. Сэ Ми отдала. Су Бон рассмеялся: — Наш кот - та ещё привереда. Надеюсь, ему понравится. Они вошли в небольшой магазин с тёплым светом и уютной атмосферой. Внутри пахло свежим хлебом, а тихий гул холодильников создавал ощущение спокойствия. — Я возьму кимчи и тофу, — сказал Нам Гю, направляясь к нужной полке. — А я посмотрю мясо и овощи, — ответил Су Бон, выбирая свежую капусту, зелёный лук и чеснок. — Думаю, нам ещё понадобится немного красного перца и соевого соуса, — добавил Нам Гю, подбирая специи. — Точно, — кивнул Су Бон. Пока они собирали продукты, разговор плавно перешёл на обсуждение рецепта и распределение обязанностей. После того как все было куплено, они вышли из магазина и медленно направились домой. Вечерняя тишина и спокойствие улиц создавали ощущение уюта и безопасности. Оба вернулись и прошли вглубь квартиры. Нам Гю, как всегда собранный и спокойный, держал в руках пакет из магазина. Су Бон скинул сумку на пол и уже собирался плюхнуться на диван, когда услышал от друга: — Я на кухню! Су Бон последовал за ним и уставился на Нам Гю, который уже собирался собрать волосы в низкий хвост. Небольшая прядка выбилась и упала на его лоб. Внезапно Су Бону захотелось поправить ее. — "Чхве Су Бон, угомонись!" — Может, помочь? — подумал он, удивляясь своему желанию. Нам Гю удивленно поднял брови. — С чего такая забота? — с легкой улыбкой спросил он. — Думал, ты сейчас рухнешь на диван и будешь тискаться с Чо Хи. — Просто… скучно. — Су Бон пожал плечами. Он принялся рыться в кухонном шкафчике в поисках доски. Нам Гю уже нарезал свинину тонкими ломтиками, его движения были уверенными и привычными. Обычно Су Бон держался подальше от кухни, но сейчас, наблюдая за другом, чувствовал какое-то странное… внимание? Нет, просто усталость и голод. Наконец, найдя доску, Су Бон взял луковицу. Он терпеть не мог резать лук — глаза начинали слезиться, а лицо покрывалось красными пятнами. Уже через пару минут он с трудом сдерживал проклятья, пытаясь справиться. — Тебе точно помочь? — с улыбкой спросил Нам Гю. — Сам, — процедил Су Бон сквозь зубы. Но чем больше он старался, тем хуже получалось. Лук крошился, слезы лились ручьем, и он чувствовал себя неуклюжим. Наконец, Нам Гю выхватил у него луковицу и нож. — Держи, лузер, — с улыбкой сказал он, ловко шинкуя лук. — Смотри и учись. — Мог бы и не поддевать. — Су Бон скривился. — А что, это не так? — усмехнулся Нам Гю, не отрываясь от работы. — В кулинарии ты, честно говоря, безнадежен. Су Бона задели слова друга. Обычно ему было плевать на чужое мнение, но сейчас, когда Нам Гю так спокойно констатировал его неумение, стало немного обидно. Он злился на себя, на друга, на этот чертов лук. Нам Гю закончил с луком и добавил его в бульон. Заметив хмурое выражение лица Су Бона, он отложил ложку и подошел сзади. Внезапно Нам Гю обнял друга за талию. Су Бон замер — неожиданно и тепло. Нам Гю прижался к его спине и тихо прошептал: — Не переживай. Я же просто пошутил. Ты у меня и так лучший. Су Бон почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Объятия Нам Гю были неожиданно приятными. Это было странно. Непривычно. И почему-то очень тепло. Он попытался отстраниться, но Нам Гю не отпускал. Его руки крепко обхватывали талию, дыхание грело шею. — Что ты делаешь? — тихо спросил Су Бон, чувствуя, как лицо горит. Нам Гю ничего не ответил, просто прижался еще сильнее, руки медленно скользили вверх по животу. Су Бон пытался подавить волнение, но тело не слушалось. Ему нравилось тепло рук друга, его дыхание, прикосновения, которые разжигали в нем необычные чувства. Вместо слов Су Бон повернулся и посмотрел в глаза Нам Гю. Тот смотрел с тем же вопросом — смесью дружеской заботы и чего-то нового. — "Что происходит? Нам Гю мой друг! Су Бон, о чëм ты думаешь? Не надо!" Су Бон потянулся и коснулся губ друга легким, невинным поцелуем — словно проверкой. Но как только их губы соприкоснулись, сдержанность исчезла. Поцелуй стал глубоким и страстным, жадным и требовательным. Они целовались так, будто это был их последний шанс — два лучших друга, открывающих новую грань своей близости. Они так увлеклись, что не заметили, как их поцелуй прервал неожиданный звук — громкое мяуканье. Чо Хи стал настойчиво тереться о ноги, требуя внимания. Опять про него все забыли. Су Бон и Нам Гю отстранились друг от друга, переглянулись, немного смущённые и растерянные. Но тут их взгляд упал на Чо Хи, который с явным удовольствием потерся о ноги, снова напоминая о себе. Без слов они одновременно опустились на колени, чтобы встретить своего пушистого друга. Кот радостно замурлыкал, когда оба начали его тискать, гладить за ушком и чесать за подбородком. Его мягкая, шелковистая шерсть приятно щекотала пальцы, а он, довольный вниманием, терся о их руки и издавал маленькие довольные звуки. Этот момент был словно передышкой, мгновением тепла и уюта, которое наполнило комнату. Чо Хи словно чувствовал, что между его хозяевами что-то изменилось, и своим мурлыканьем благословлял их. В воздухе повисло молчание, наполненное вопросами, на которые никто не мог сразу ответить. Су Бон глубоко вздохнул, глядя на друга и на кота, который теперь уютно устроился у их ног. Нам Гю первым нарушил тишину, его голос звучал спокойно, но с оттенком любопытства: — Что только что произошло? Су Бон молча посмотрел на него, потом на Чо Хи, который, казалось, внимательно слушал их разговор. Наконец он набрался смелости и сказал: — Знаешь… Я люблю тебя. Вот почему я сегодня весь день в университете так странно себя вел. Не мог сосредоточиться, думал только о тебе. Нам Гю замер на мгновение, глаза расширились от неожиданности. Его лицо смягчилось, и на губах появилась тёплая, искренняя улыбка. — Ты серьёзно? — тихо спросил он. — Да, серьёзно, — подтвердил Су Бон, чувствуя, как с его плеч словно упал огромный груз. — Я боялся сказать, думал, что испорчу нашу дружбу. Но теперь понимаю, что не могу больше молчать. Нам Гю медленно приблизился, положил руку тому на плечо, и в этот момент между ними пробежала невидимая искра. — Спасибо, что сказал, — мягко произнёс он. — Я тоже давно что-то чувствую, но боялся признаться. Су Бон улыбнулся, и в комнате снова возникло то особое тепло — не только дружбы, но и чего-то более глубокого, настоящего. Чо Хи, словно почувствовав перемены, тихо замурлыкал, уставившись на них своими зелёными глазками.

***

После ужина, когда посуда была убрана, а комната окуталась мягким светом лампы, Су Бон и Нам Гю устроились на диване, чувствуя, как уют и тепло наполняют пространство вокруг. Тишина между ними была наполнена ожиданием и нежностью, словно время замедлило свой бег, чтобы дать им возможность почувствовать друг друга глубже. Сначала они просто сидели рядом, слегка касаясь руками, но постепенно эти прикосновения становились всё более осознанными и значимыми. Су Бон осторожно положил руку на плечо Нам Гю, позволяя пальцам медленно скользить по ткани рубашки, ощущая тепло и силу под ней. Их взгляды встретились, и в них заиграла искра взаимного понимания — больше не было места сомнениям или страхам. Постепенно они начали ластиться — нежные поцелуи сменялись мягкими объятиями, а лёгкие прикосновения превращались в ласки. Су Бон аккуратно тискал Нам Гю, словно проверяя, насколько близко они могут быть друг к другу, а Нам Гю отвечал взаимностью: его руки обвивали Су Бона, прижимая к себе, даря ощущение безопасности и тепла. В какой-то момент Су Бон заметил, что волосы Нам Гю, собранные в низкий хвост, слегка растрепались, и мягко развязал их. Шёлковистые пряди свободно упали по плечам и спине друга, открывая нежную кожу шеи и воротниковую кость. Су Бон провёл пальцами по распущенным волосам, наслаждаясь их мягкостью и шелковистостью, а губы продолжили своё путешествие, оставляя лёгкие поцелуи на открытых участках кожи. Нам Гю не оставался в стороне — он не сдерживал своих чувств и ответил взаимностью. Его губы искали Су Бона, нежно целовали, шептали ласковые слова прямо на ухо, наполняя пространство тёплыми нежностями и обещаниями. Его дыхание было мягким и тёплым, а руки уверенно скользили по спине, плечам и шее Су Бона, словно стараясь передать через прикосновения всю глубину своих чувств. Постепенно Су Бон навалился сверху, его тело легко ложилось на тело друга, словно два пазла, наконец, идеально сошедшихся вместе. Его губы продолжили исследовать открытые участки кожи: сначала нежно целовали лоб, затем плавно спускались на нос, щеки, подбородок, шею и, наконец, ключицы. Каждый поцелуй был наполнен трепетом, желанием и нежностью — словно он хотел запечатлеть каждое прикосновение, каждое мгновение, навсегда сохранив его в памяти. Нам Гю тихо вздохнул, закрывая глаза и полностью отдаваясь этому новому, яркому чувству, которое долгое время скрывалось под слоем дружбы и осторожности. В этот момент между ними возникла особая связь — хрупкая, но настоящая, наполненная теплом, доверием и взаимным пониманием. Су Бон улыбнулся, прижимаясь ближе, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, а весь мир вокруг словно становится ярче и теплее. Он наконец-то добился своего — они перестали быть просто друзьями. Теперь их отношения обрели новую глубину, которую невозможно было выразить словами. А в этот интимный момент, в другом углу комнаты, Чо Хи носился с новой игрушкой.