Лучше спой песню — ЛСП

Таблеток с собой не оказалось, так что ночь выдалась бессонной и мучительно долгой. Отчаявшись в попытках задремать, достал макбук. Пытался разобраться со вторым куплетом в старой незаконченной песне, меняя его полностью множество раз. Музыка писалась для его творчества под псевдонимом LIL THE NEEL, но так и не вошла в выпущенный альбом. «Слабовато» — так оценил Даня и текст, и бит. Сейчас он не надеялся превратить неудавшийся проект в трек, достойный площадок, но успешно занял себя до полудня.              Такси уже подъехало к отелю, когда Даниле пришло сообщение: «Дань, будешь на съёмке же? Без тебя пока не начинаем». Стало стыдно. Он даже не думал, что опаздывает — спокойно собирался, успевая при этом смотреть обзор на машину, выложенный давным-давно на ютуб. Всё ещё мужчина, ведущий канал, казался ему смешным и интересным оратором. Быстро печатает, чувствуя сильные угрызения совести:       «Сажусь в такси»       «Прости чет потерялся во времени»              Не хотелось подставлять ни Давида, позвавшего его, ни остальных участников, несмотря на то, что некоторых он лично не знал. Зато прекрасно был знаком с Русланом, имя которого на обложке трейлера светилось рядом с его. Их фотки разместили так же, как и имена. Безусловно, хороший пиар-ход. Кашин и не хотел, и не начал придираться к такой детали, но опасался неприятной реакции аудитории, бушующей от одного лишь упоминания. Даже они были редкими и аккуратными. Истории, связанные с Русланом, неоднократно становились в рассказах ситуациями с неизвестным зрителям другом. Он перестал публично защищать CMH в конфликтах, никак не касаясь тем с его участием. Порой хотелось опровергнуть какие-то ложные обвинения, попадающиеся ему на глаза слишком часто, либо и вовсе посмеяться над ними. Сейчас он стримил часто, не как раньше, и мог бы высказаться, а их отношения, точнее, их отсутствие, не позволяли. Кашин посмотрел и разговорные видео на канале Руслана, где второй говорит о своём синдроме. Бесило, как друг, бывший друг, был буквально вынужден снимать подобное объяснение, доказывая, что не является наркоманом, ведь тики участились, всё чаще они стали не вырезаться из видео. Друзья и окружение парня привыкли к его болезни, но в общественных местах часто прилетали угрозы вызвать ментов. Даже под такими роликами сочился яд в комментариях, все были как под штамповку: «не хуйня все этот синдром туретта, это солевой приход, чисто под альфой чел», «он как обычно под солями».              Даня понимал, что Тушенцов просто устал от таких фраз, но никак не расстраивается из-за них. Тем не менее, чужое незнание вызывало проблемы. Например, когда на концертах включали вспышки, провоцируя приступ эпилепсии. Казалось, рыжеволосого это напрягало гораздо сильнее, а, возможно, он просто больше беспокоился о чужом состоянии. Кричал толпе, чтоб вырубили фонарики телефонов, агрессивно реагировал, когда его слова игнорировали. Уже сам Руслан брал его за плечо, давая понять, что всё в порядке и можно продолжать выступление. Тиков на концертах практически не было, либо они проходили в виде закатывания глаз или частого моргания, это было не так заметно, как удары по собственному телу с нарастающей силой.              Как было сейчас Данила не знал, но, по всей видимости, ему это предстояло. Хотелось не видеться и дальше, избегать встреч, не посещать праздники общих друзей и знакомых, не переживая об их чувствах и правильности такого поведения. Невозможность встречи выдавала себя за спокойствие. Разве отсутствие Руслана в его жизни — радость? Конечно, нет. Однако в созвоне, том самом, где собрались DK, CMH, LIDA, СЛАВА КПСС, ЗАМАЙ и Джарахов, смех был не наигранным. Подключение Тушенцова к разговору его насторожило сразу, радовал лишь тот факт, что его никто не видел, вебка была включена только у Коли. Страх насчёт вопросов о ссоре от самого Руслана, а не прицепившегося к теме Эльдара, пропал довольно быстро. То содрогался от смеха от шуток Руса, то оправдывался перед ним после слов Джарахова. Тему примирения остановил он же легко брошенной фразой, пока Даня соображал. Звонок не стал в последствии каким-то постыдным воспоминанием, приходящим в голову перед сном с вариантами, как следовало ответить, от стрима остались одни мемы. Даже удивительно, как этот вечер всплыл в памяти сейчас, когда машина остановилась у многоэтажки.              Он вылетает на улицу, разыскивая глазами нужный вход в здание, ведущий в студию, а не в подъезд к жилым квартирам. Смотрит время на экране блокировки и, проходя к двери, заходит в чат с Давидом, чтобы спросить код от домофона. Плечи дёргаются от неожиданности, когда его неожиданно хватают за плечи.       — Бу! Полегче, я это.       — Я только тебе написать хотел.       Даня показушно хватается за сердце, слегка начав трястись и посмеиваться. Они дружески пожимают руки, Давид похлопал только что пришедшего по спине, приобнимая.       — Решил встретить, чтоб не заблудился?       — Конечно, — произнёс, приподнимая руку с тлеющей сигаретой, — ты и правда не туда пошёл. Вход с торца здания.       — Уже можно уходить? — подтрунивает над самим собой, принимая сигарету из рук друга.       — Если и так опоздал, то и ещё подождут.       В студию их загнал внезапный мелкий дождь. Следом поднимаясь по лестнице, Даня вспомнил о вине перед Ариной за отказ от приглашения на её праздник. На эти мысли натолкнула фраза Давида, определенно не несущая в себе серьёзной претензии, в ней был лишь неподдельный интерес:       — Не смутило, что Руслан будет?       Смутило.       И вопрос смутил.       И то, что за долгое время он не смог ответить самому себе на этот вопрос, смущало.       — Ну что, все готовы?       Видимо, молчание затянулось. Не сразу дошло, что Давид обращается не к нему. Даня и не заметил, что они уже стояли на пороге с распахнутой дверью. Студия оказалась больше, чем нарисовало воображение. Все суетно бегали по съёмочной площадке, какой-то парниша с облегчением выдохнул, заприметив организатора-руководящего проектом. Он быстро пробормотал, что возникла проблема с аппаратурой, точнее, так ничего и не вышло исправить. Убеждал, что легче перенести мотор на другой день. Давид извинился перед другом, поспешно удаляясь к операторам. Находился тот явно не в лучшем настроении после услышанного, Даня прекрасно понимал это состояние, когда одна деталь подводит, всё идёт не по плану в самый ответственный момент. Однако, словно гора с плеч упала, ведь задержкой съёмок послужил не он. Или, по крайней мере, не только он.              Взворошив волосы, осмотрел студию. Яркий свет прожекторов ослеплял после серости улицы, глаза непроизвольно сощурились. Хочется протереть их руками, для того чтобы избавиться от неприятных ощущений. Словно забравшись в его голову и прочитав мысли, кто-то накрывает его глаза ладонями, молча дожидаясь догадок.              Длинные ноготки легонько царапнули кожу у корней волос, выдавая, что незнакомец, определенно, девушка. Вариантов совсем не было. Знакомых лиц присутствовало предостаточно, а вот близкими друзьями среди них похвастаться нельзя. На ум пришла Буланова, но разве она не должна вместе с Давидом решать вопрос?       — Арина?       Даня подумал, что угадал, ведь руки от лица убрали. Обернувшись, чуть не уронил челюсть.       —Дань, я так рада тебя видеть!       Ему мило улыбалась красноволосая девушка, поджимая губы. Она была намного ниже, цвет радужки изменён цветными линзами, не виделись они несколько лет, и она не светилась в медиа-поле. Образ был не броским, как обычно — нет косплея или образа куклы, вычурного макияжа или нарисованных огромных глаз. Они толком не общались раньше. При этом, не узнать её, казалось, невозможно.       Настя Шпагина.       Кашин мог бы назвать её ночным кошмаром. Не только своим, но и Руслана.       Он её ненавидел. Просто терпеть её присутствие невыносимо. Особенно в компании Руслана.              Настигли навязчивые образы, как шатен с потухшими глазами рассказывает их ссоры:       — Только скандалы на ежедневной основе. Довела до приступа эпилепсии, а потом стояла и угорала с меня. Это пиздец, Дань.       — Это в Италии?       — Решила добавить романтики в поездку, — хмыкнув, подтвердил догадки.       Вечером Рус пришёл уже со своей возлюбленной. Она недолюбливала его друзей, но с ним шла выпить в их компании. Убивало, насколько же Тушенцов всепростителен. Нет, не так. Насколько ему похуй — вот, что убивало.       — Вы помирились?       — Да, всё хорошо. Не парься, Дань, уладим потом. Дашь сигарету?       — Когда ты перестанешь сплавлять мне свои пачки сигарет?       — Эй, я вообще-то нам двоим беру всегда! Моя задача купить, твоя — носить.       — Вот дурак.       Рыжеволосый улыбался, потушив вторую сигарету, сладко пахнущую арбузом. Руслан перенял любимый вкус у него, поэтому тоже стал брать LD с красной кнопкой. На улице было прохладно, но возвращаться в комнату не хотелось. Они смеялись с шуток, которые не одобрили бы остальные. Он искренне наслаждался таким моментом, хлопая очередной глупой фразе лучшего друга. Сгибаясь напополам от смеха, парни сбегали с балкона под вопли бабушки этажом выше, что весь дым идёт ей в окна.       — Мы уж думали, вы решили уединиться.       — Дань, идём по-быстрому?       — Придурок. Ну идём.       Кашин подсаживается к подруге, роняя голову на неё. Та, явно переборщив с алкоголем, предлагала поехать завтра вместе. Куда? Он прослушал, но кивнул.       — У Руси всё ок? Перепил?       — Плохо спал, вот приступы и мучают. Всё в порядке, Лиз.       Через два часа все расходились, они вызвали такси на несколько человек, чтобы всех развести по пути. Прощаясь с выходившим из машины, Лиза сказала таксисту, чтобы вычеркнул её адрес и довёз до последнего указанного, дома Дани.       — Эх молодёжь. Дружите?       — Ага.       — Ну я так и понял. Красиво смотритесь.       До Дани доходит смысл его слов, а вот девушке обработать информацию тяжело. Она пила только водку, чтобы не стало плохо, как после коньяка и виски. Только не учла, что от такого количества рюмок поплохеет в любом случае. По ноге проскользнула рука чётко к паху. Даня опережает следующие манипуляции подруги, убирая её ладонь и придерживая, чтобы вновь не дёрнулась.       —Лиз, я тебя спать уложу, как приедем. Не рассчитывай.       Сказано тихо, почти шёпотом на ухо. Музыка в такси всё равно заглушила его фразу для водителя.              Настя обняла его, как старого друга, заставляя замереть. В памяти Дани она навсегда отпечаталась только как бывшая девушка Руслана. Обниматься с ней посреди толпы не было никакого желания.       — Ты разве не в Америку уезжала?       — Мне дали визу на полгода, пришлось вернуться.       — С возвращением тогда!       — Я так много моментов с твоих концертов и стримов вижу. Так рада за тебя, не представляешь. Нам точно нужно наверстать дыру в общении. Вот честно, только тебя из друзей Руслана всегда любила.       — Лестно.       Улыбается ей, пытаясь отыскать в зале спасение — человека, на которого можно переключиться. Глаза упираются в слишком знакомое лицо. «Извини, я убегаю поговорить с нашим общим бывшим» — звучит, как отличная отмазка от разговора! Правда, выкинуть такое Шпагиной далеко небезопасно. Всё выложит себе в соцсети, набирая шум вокруг их отношений с Русланом вновь и вновь. Она другие темы совсем поднимает?              Арина вклинилась в диалог. Даня был готов посвящать поэмы любви и восхищения этой женщине.       — Привет! Данила, не соизволите помочь стрим настроить?       — Ну раз так просите.       Чересчур серьёзные интонации вызывали хихиканье у девушки, попутно уводящей парня от Насти.       — О чём говорили?       — Всё тебе знать надо.       — Ну а ты на что надеялся, голубчик?       — Ты лучше расскажи, как вы её пригласить додумались…       — Мы не звали, она с Дашей пришла, — Арина говорила с удивлением, а может, и неприязнью. Заметив взгляд голубых глаз, добавила, — Каплан.       — Это чудо тоже тут?       — Даня! Она моя подруга!       Девушка шикает на парня, слегка ударяя его локтём в бок.       — Не так уж много вы и общаетесь.       — Я тебя сейчас верну Шпагиной.       За болтовнёй Кашин не обратил внимание, к кому его привела подруга. Хотелось назвать это подставой. С Давидом и Славой стоял Руслан, активно жестикулирующий во время рассказа истории.       — …блять, мы уехали, а через пять минут в клуб полиция ввалилась.       — Когда запускаем? Всё починили? — Шатенка обратила взгляды на них с Даней, получай утвердительный кивок на свой вопрос.       Даня здоровается со Славой рукопожатием, пытаясь продлить его хотя бы на секунду, чтобы понять, следует ли протянуть руку Руслану. Возможно, лучше и вовсе не смотреть на него. Даня готов поклясться, что почувствовал в тот момент напряжение, исходящее от Арины и Давида.