Игра

Мир кончился. Вообще, сказать по чесноку, он начал распадаться ещё вечером в субботу, когда из банка пришло уведомление о скором достижении лимита по кредитной карте. 68 тысяч остались позади. На эту сумму можно было кормить целую семью месяц так точно, но Энид на это было абсолютно похрен. Что такое 68 тысяч для человека, никогда не державшего в руках больше трёх пятитысячных купюр, никогда не жившего условно хорошо и никогда не знавшего денежного благополучия? По сути, целое состояние. Правда, и здесь был нюанс. Да, эти деньги помогали девушке целых 3 недели — но, оборачиваясь назад, можно было сказать, что потратила она их чересчур причудливо. На еду. Интернет. Гигиену. На одни только влажные салфетки уходило по 130 рублей в сутки-два. Энид покупала сразу большую пачку, почти по 180 штук в каждой, но этого всё равно хватало максимум на 3 дня. Со связью дела отстояли куда лучше: древняя симка обеспечивала ей безлимитный интернет на отличной скорости и стоил в районе 700 рублей в месяц. Можно было, правда, подключить домашний и сидеть на вай-фае, но блондинке это было просто не по карману. Итого большую часть средств Синклер затратила исключительно на еду. Иногда она могла заказать большую пиццу и шаверму с соком, иногда — сходить потупить в кафешке, иногда — затаривалась всякой всячиной и тихонько сжирала за вечер и ночь. Трапеза сопровождалась просмотром фильма или сериала, зачастую тиктоков, расхаживанием взад-вперёд по комнате и воспоминаниями о былом. Вспомнить Энид было что. Прошлое не отпускало, а его богатство лишь одаривало девушку неисчислимым материалом для бесцельных прогулок по квартире при свете дня и мраке ночи. К слову, о квартире. Это была ещё одна из многочисленных причин для девушки потревожиться обо всём на свете — очень скоро нужно было платить по счетам за месяц, а деньги уже заканчивались. Согласно кредитке, 3 тысячи рублей — скудная возможность продлить всё ещё на несколько дней. Пыталась ли она работать? Пыталась, даже работала — вот только теперь связываться с копирайтингом ей хотелось меньше всего в мире. Как и с общепитом, как и с охраной, как и с прочими не очень хорошо оплачиваемыми, неблагодарными и в целом непритязательными видами работ. Ля, разве мне нужно так много, всего-то косарей 100 в месяц, и всё, больше ничем никого не потревожу, только обеспечьте их, записывала она гс одной из немногих оставшихся подруг. Та в ответ только понимающе качала головой в кружочках — как показала практика, большего от неё и других друзей Энид и не ждала. В долг тоже никогда не просила — и стыдновато, и гордость, и не хочется в грязь лицом ударить, как бы признать таким образом, что сидишь с дырой в кармане у корыта, да и отдавать нечем, и многое другое. С друзьями вообще было довольно странно. Они общались довольно редко, в большинстве переписываясь, иногда созваниваясь, почти никогда — вживую. В своё время, приехав на поступление в столицу области, Энид обосновалась там, сняла квартиру — а когда её отчислили, просто осталась. Не то что бы у неё был большой выбор — либо знакомая квартирка, либо обратно к своим родителям. Вот и приходилось делать вид, что она всё ещё учится, и довольно неплохо, приходить к зданию вуза и делать притворные фотки для их успокоения. В целом Энид их и любила, и ненавидела одновременно — и за сам факт её рождения, и за то, что они вообще были не самыми лучшими мамой и папой, да и как люди не самый крутой подарок. А как подруга... Что ж, и здесь похвастать особо нечем — сказать по правде, Энид отчаянно всем завидовала. Нет, не прямо зависть-завистью, но всякий раз, листая соцсети друзей, общаясь с ними, вспоминая о них, не могла не подметить пропасть меж их нынешним материальным состоянием и своим. Во многом ещё и поэтому она активно сводила общение с ними к минимуму — а потом вновь могла заявить о себе, начать переписку и всячески активничать. Хрустнула чипсинка прямо под голой стопой. Энид взяла с пола остаток ужина, покрутила, сдула сор и тут же сунула в рот, прожевав и проглотив. Всё. Тем же вечером пришёл недовольный хозяин, убедился, что платить героине нечем (оставшиеся деньги она притаила на еду), и ничтоже сумняшеся выкинул её с пожитками прямо на улицу. С пожитками, сказано слишком громко. На улочке оказалась сама девушка, её скромный рюкзак, смартфон с зарядкой, старая книжка («Господа Головлёвы»), ноутбук и чехол для последнего — заряжала его та же видавшая виды зарядка, что и телефон. Энид пожала плечами, расправила светлые локоны и осмотрелась. На улице было жарко, комары лезли к неприкрытым участкам кожи, а солнце готовилось разлиться на стремительно вечереющем небе. Отсутствие прохлады оказало эффект — уже совсем скоро девушка шагала по улице, листая список контактов и время от времени отмахиваясь от надоедливых жужалок. Увы, спустя час бесцельных скитаний и обзвонов всех знакомых Энид вынуждена была признать — никто особо не ждёт её в своих обителях. Почти у всех нашлись причины отказать ей в ночлеге, а те, кто не сумел вовремя сориентироваться, прямо сказали, мол, им сейчас не до этого. Особо не обидевшись, но отметив это себе на будущее, девушка присела на скамейку в парке под навесом рядом с дымящейся мусоркой, отгонявшей насекомых, положила скарб на колени и уставилась на трещины на асфальте. — Не самый лучший день? Энид подняла взгляд на возникшего из ниоткуда человека в однотонном парадном костюме с кейсом перед собой и быстро осмотрелась. Вокруг — никого, а в руках у самого вторженца ни камеры, ни вообще каких-либо подозрительных предметов. Не нападение и не розыгрыш, выходит. С другой стороны, отменять скрытые камеры тоже нельзя, а тревожность Энид и не даст этого сделать. — Хз, бывало и хуже, бывало и лучше. — ответила девушка, после чего положила рюкзак рядом с собой, а чехол обхватила так, чтобы в случае чего можно было превратить его в оружие. Да, ноутбук откровенно жаль, но, выбирая между ним и собой, Энид делала выбор не в его пользу. — Жиза. — расплылся в довольной улыбке незнакомец. На вид ему было лет 25-30, был он субтильный, но не тощий, и высокий, а темноватый костюмчик строго контрастировал с естественно-бледной кожей и чёрными волосами. Глаза у него были насмешливыми, в зрачках отчётливо читались нотки превосходства, и в целом он производил впечатление скорее трикстера с мутными целями, чем неявного пьянчуги, забавы ради докучающего прохожим, или местного шута. — У меня тоже был не самый лучший и не самый худший день. Половина клиентов отказалась играть, ещё половина сыграла — и только процентов 8 от общего числа выиграла. К их счастью, но не к моему. Хотя, кто его знает. — А. Понятно. — Энид разблокировала экран и на всякий случай набрала номер экстренных служб. В случае, если тип набросится, она хотя бы успеет крикнуть что-нибудь в трубку, а там эксперты вычислят её местонахождение, и всё. Вроде бы именно так это и работает. Вроде бы. — А вы не хотите сыграть? Камень-ножницы-бумага. Стандартная, знакомая игрушка. — Нет, спасибо. — Энид постаралась ответить как можно вежливее и непринуждённее одновременно, между тем как тревога только усилилась. — Понимаю. — и с этим словом мужчина состроил действительно понимающую физиономию, однако моментально стряхнул её с себя. — И потому-то и предлагаю сыграть вам не на булку с маслом, как в других местах, а на деньги. До тех пор, пока не выиграете. Выигрываю я — вы ничего не теряете, делать взамен ничего не нужно. А выиграете вы, станет интереснее, ведь я предоставлю вам выбор. — И какой же? — Энид всё ещё было тревожно, и не очень хотелось ввязывать себя в сомнительную затею, однако система этого парня была заманчивой от интриги. — Либо вы берёте деньги, и тогда я достаю из кармана и торжественно вручаю вам 5000 рублей. Либо же — вы получаете приглашение в чудное место, где получаете хорошую возможность выиграть минимум миллион, а максимум — под миллиард. В рублях, конечно. — М-м-м, понятно. — Энид ещё раз осмотрелась. Людей вокруг не прибавилось, в отличие от звёзд на небосводе. Подул ветерок, слегка задрав полы пиджака парня с идиотской улыбкой. Стоит ли говорить, что Энид в итоге согласилась?! Тому поспособствовал ряд причин: тут и отсутствие других занятий, и необходимость чем-то занять время, и относительно безобидный вид самого парня, и знакомый характер игрового занятия, и манящая пятихаточка. Деньги нужны, решила без сомнений, и начала играть. И тут же оказалось, что даже в такой простецкой игре она может проиграть. Парень то ли был величайшим мастером в мире, то ли каким-то неведомым образом жульничал, однако из раза в раз выходил победителем и пару раз разражался жутковатым торжествующим смехом. Если бы не он, Энид отнеслась бы к тому как к обычному сумасшедшему. — Есть! Спустя столько попыток наконец-то ей удалось победить. Энид вскинула глазки на парня и увидела, что тот лыбился ничуть не хуже её самой. — Я выбираю деньги. — уверенно заявила блондинка и демонстративно протянула ладонь, готовая, впрочем, в любой момент отдёрнуть руку. — Что ж, это было довольно быстро и крайне уверенно. Значит, деньги, хорошо. А если я скажу вам, что вы играли настолько великолепно, что вместе с деньгами я дам вам и приглашение на ту самую игру с возможностью выиграть главный приз, а, как на это смотрите? — Да как угодно, главное для меня сейчас — де-неж-ки. — по слогам отчеканила последнее слово Энид, нагло глядя оппоненту прямо в глаза. Если разовьёт скорость, наверняка успеет до квартиры подруги, которая обычно засыпает минут через 30, и напросится к той на ночь, ещё и заплатит за ночёвку. — Великолепие! — улыбка парня уехала куда-то за уши и приняла совершенно аномальный вид. — Итак, госпожа победитель, вот ваш призовой фонд на 5000 рублей. — с этими словами он и правда достал из кармана купюру и осторожно передал её Энид. — А вот и самый главный приз, хотя едва ли сейчас вы предадите этому значение. — и он достал из другого кармана странный картонный листок с нарисованными на нём маркером фигурами в виде круга, треугольника и квадрата и вручил девушке, тут же осмотревшей его со всех сторон. — Что значит, не предам значение? — мгновенно зацепилась за слова Энид, переведя взгляд на чувака, который уже подхватил кейс и развернулся в сторону выхода из парка. — Ничего такого, не беспокойтесь. Можете при желании интерпретировать эти слова как шутку. Хотя это не рофл, как говорится. В любом случае, это хорошая возможность выиграть ещё. А может, и ещё больше. Может и повезти. И с этими словами он разразился абсолютно жутким громким смехом и вприпрыжку помчался вперёд. Энид же постояла-постояла на месте, затем выкинула картонку в мусорку, взяла вещички и понеслась на квартиру к подруге, где и переночевала до обеда следующего дня. В это же время в роскошном особняке за городом темноволосая девушка по имени Уэнсдей открыла глаза.