Сладкое недоразумение

Кондитерская «Марципан» пряталась в тихом переулке. Когда Максим вошёл, колокольчик над дверью мелодично звякнул. За прилавком стоял молодой кондитер — тёмные кудри выбивались из-под белого колпака, на мускулистых предплечьях виднелись следы муки. — Добрый вечер, — улыбнулся кондитер. — Я Даниэль. Чем могу помочь? — Мне нужен торт. На завтра. Для… мужской компании. — О, понимаю! — глаза Даниэля заблестели. — Могу предложить кое-что особенное. Фигурки по петтинису. Максим поперхнулся воздухом. Это прозвучало как «петтинг» и «пенис» одновременно. — По… чему? — По пет-ти-ни-су, — Даниэль медленно выговорил каждый слог, явно с трудом. — Это новая техника из Италии. Очень… деликатная работа. Исключительно ручная. — Ручная? — О да. Никаких машин, только руки. Долго разминаешь, пока не добьёшься нужной твёрдости… ой, то есть мягкости. А потом начинается самое интересное — придание формы. Максим сглотнул, наблюдая, как Даниэль бессознательно облизывает губы. — И какие… формы вы делаете? — Для мужских вечеринок? Обычно что-то соответствующее. Бананы, огурцы… — Даниэль понизил голос. — Баклажаны очень популярны. Большие, толстые, фиолетовые. — Большие? — О да. Минимум двадцать сантиметров. Клиенты любят внушительные размеры. И обязательно анатомически точные — с венками, складочками, правильной головкой… Я довожу каждую фигурку до совершенства. Некоторые говорят, что на ощупь не отличить от настоящего члена. Максим вцепился в край прилавка. В штанах стало тесно. — Вы сказали… члена? — Ну да! — Даниэль невинно моргнул. — Для мальчишников же. Сахарные члены, съедобные. Очень вкусные, кстати. Сладкие, тают во рту… — он снова облизнулся. — Некоторые клиенты просят показать процесс изготовления. Любят смотреть, как я работаю руками. — И вы… показываете? — Только особым клиентам. В мастерской. Там у меня всё оборудовано — хорошее освещение, большой стол, полная приватность. Петтинис не терпит спешки. Нужно не торопиться, чувствовать материал, довести до кондиции… Даниэль окинул Максима долгим взглядом, задержавшись на его паху. — Хотите посмотреть? Или даже попробовать сами? У вас красивые руки, уверен, справитесь с большим… объёмом работы. — Чёрт, да. Хочу. — Прекрасно! — Даниэль взглянул на часы. — О, уже почти девять. Как раз закрываюсь. Он обошёл прилавок. Максим втянул носом его запах — ваниль, корица и что-то мужское, возбуждающее. Даниэль повернул табличку на «Закрыто», щёлкнул замком. — Пойдёмте. Покажу вам все секреты петтиниса. Гарантирую, вы будете… удовлетворены результатом. Мастерская оказалась небольшой уютной комнатой. Даниэль включил мягкий свет, снял колпак, взъерошил влажные кудри. — Итак, сначала я покажу вам базовую технику… Договорить он не успел. Максим рванул его к себе, впиваясь в губы голодным поцелуем. Даниэль охнул от неожиданности, но тут же ответил, раскрывая рот, впуская язык. — Блядь, — выдохнул Максим, отрываясь на секунду. — Весь вечер думал об этом. — О чём? — Даниэль уже стягивал с него пиджак. — О твоей ручной работе. Покажи, на что способны эти руки. Даниэль усмехнулся и толкнул его к столу: — С удовольствием. Одежда полетела во все стороны. Максим успел заметить, что у Даниэля оказалось роскошное тело — подтянутое, с лёгким загаром и дорожкой волос, ведущей от пупка вниз. — Ложись, — приказал Даниэль. — Покажу тебе мастер-класс. Максим послушно лёг на стол, разметав какие-то формочки. Член стоял колом, требуя внимания. Даниэль облизнулся: — Ого. А ты не маленький. Как раз люблю работать с… крупными заказами. Он наклонился и без предупреждения взял в рот. Максим выгнулся, вцепившись в край стола. — Блядь! Твой рот… Даниэль работал языком виртуозно — то заглатывая до основания, то посасывая головку, то проводя языком по уздечке. Его руки ласкали яйца, поглаживали внутреннюю сторону бёдер. — Стой, я сейчас… — Максим попытался его оттолкнуть, но Даниэль только удвоил усилия. Оргазм накрыл волной. Даниэль проглотил всё до капли, облизываясь как кот. — Вкусно, — подмигнул он. — Хотя мой петтинис слаще. — Иди сюда, — Максим стащил его наверх, целуя, пробуя себя на его губах. — Теперь моя очередь. Он перевернул их, оказываясь сверху. Член Даниэля упирался ему в живот — толстый, с блестящей от смазки головкой. — Есть смазка? — В ящике… ох! Максим обхватил его член, медленно двигая рукой. Даниэль закинул голову, постанывая. — Нравится моя ручная работа? — Да… чёрт… быстрее! Но Максим не спешил. Он нашёл смазку, щедро полил на пальцы. — Раздвинь ноги. Хочу тебя подготовить. Даниэль послушно развёл бёдра. Максим медленно ввёл один палец, потом второй, растягивая, находя чувствительную точку. — Ах! Там… да, там! — Тебе нравится? — Максим добавил третий палец. — Хочешь мой член? — Да, блядь, хочу! Трахни меня уже! Максим усмехнулся, вытащил пальцы. Даниэль заскулил от потери. — Терпение. Ты же сам говорил — петтинис не терпит спешки. Он медленно надел презерватив, обильно смазал. Приставил головку ко входу, чуть надавил. — Пожалуйста… — взмолился Даниэль. Максим толкнулся внутрь одним движением. Оба застонали. — Охуеть… такой тугой… — Двигайся! — Даниэль обхватил его ногами за талию. Максим начал медленно, но быстро потерял контроль. Он вбивался в Даниэля жёстко, глубоко, попадая по простате с каждым толчком. Даниэль стонал, царапал его спину, подмахивал бёдрами. — Сильнее! Да, вот так! Не останавливайся! Стол скрипел и ходил ходуном. Где-то упала и разбилась посуда. Им было плевать. — Я близко… — выдохнул Даниэль. — Дрочи мне! Максим обхватил его член, двигая рукой в ритм толчкам. Даниэль выгнулся, кончая с криком. Его задница сжалась, и Максим последовал за ним, вколачиваясь особенно глубоко. Они рухнули на стол, тяжело дыша. Мастерская пропахла сексом, потом и ванилью. — Вау, — выдохнул Максим. — Это было… — Охуенно? — Именно. Даниэль хихикнул: — Знаешь, обычно я не трахаюсь с клиентами с первой встречи. — А что заставило сделать исключение? — Ты облизывался, глядя на мой пах. Сложно было не заметить. — Это ты виноват! «Большие толстые баклажаны», «тают во рту»! — Я про мастику говорил! Максим приподнялся: — Что? — Петтинис — это сахарная паста. Мастика для украшения тортов. Я реально пытался продать тебе сахарные члены для торта! — Ты шутишь?! — Нет! Это дурацкое итальянское название, я выговорить не могу. Петти… пети… блядь! Максим уставился на него, потом расхохотался: — То есть ты час честно рекламировал кондитерские изделия? — Да! А ты думал, я предлагаю тебе проституцию! — Ну а как ещё понять «ручную работу с большими членами»?! — Это профессиональная терминология! Они смеялись, пока не заболели животы. Наконец Максим вытер слёзы: — Это самое идиотское недоразумение в моей жизни. — Зато какое продуктивное, — Даниэль поцеловал его. — Кстати, мой член тебе понравился больше, чем сахарный? — Несомненно. Вкуснее, горячее, и не тает во рту. — Зато кончает. — Это плюс. Даниэль провёл рукой по его груди: — Знаешь, у меня ещё много техник. Хочешь, покажу? — А торт? Мне правда нужен торт на завтра. — Ночь длинная. Успеем и потрахаться, и торт сделать. — В таком порядке? — А то! Сначала удовольствие, потом работа. Максим перекатил его на живот: — Тогда готовь свою задницу ко второму раунду. Я ещё не закончил с тобой. — Ммм, обожаю клиентов с большими… запросами. В итоге торт они делали до утра. Правда, больше времени ушло на перерывы, во время которых Даниэль демонстрировал различные «техники», а Максим проверял их на практике. Торт получился шедевральным. Особенно впечатляли анатомически точные сахарные фаллосы — настолько реалистичные, что гости краснели. А в кондитерской появилась новая услуга — «Частные мастер-классы по петтинису». Правда, записаться мог только один клиент. И каждый раз, приходя на «урок», он запирал за собой дверь и срывал с Даниэля одежду прежде, чем тот успевал выговорить это проклятое слово. Впрочем, Даниэля это полностью устраивало. В конце концов, его рот был гораздо более красноречив в других занятиях.