Волшебное небо

На следующий вечер большой зал был почти пуст. Лишь несколько свечей горели вдоль стен, отбрасывая мягкий свет на холодный каменный пол. За окнами всё ещё кружил снег, и звук метели приглушённо проникал внутрь. Нерия вошла нерешительно, поправляя рукава лёгкого платья. Она огляделась, но в зале уже стоял Эдмунд, ожидающий её. Он был без плаща, только в простой тёмной рубашке, и его вид сразу лишил сцену официоза. – Ну что, готова? – спросил он с лёгкой улыбкой. – Не уверена, – призналась Нерия, стараясь скрыть смущение. Эдмунд протянул руку. – Тогда для начала просто доверься мне. Она вложила ладонь в его руку, и он аккуратно повёл её в центр зала. Первые шаги были неловкими — Нерия то сбивалась, то наступала ему на ногу. Каждый раз она смущённо извинялась, а Эдмунд только усмехался: – Если так пойдёт дальше, я скоро привыкну к боли, – сказал он с притворной серьёзностью, и её губы дрогнули в улыбке. Шаг за шагом, движение за движением, он вёл её всё увереннее. Его ладонь на её талии была тёплой и надёжной, а взгляд не отпускал её лица. Постепенно Нерия перестала думать о том, что делает, и позволила себе двигаться вместе с ним, будто под невидимую музыку. В какой-то момент тишина стала такой густой, что она услышала только его дыхание и стук собственного сердца. Когда они остановились, Эдмунд сделал лёгкий поклон. – Для первого раза — неплохо. Даже очень. – Я всё равно буду ошибаться, – заметила Нерия, скрестив руки. – Тогда я буду терпеть, – ответил он просто. Она покраснела, но ничего не сказала, лишь улыбнулась в ответ. За окнами бесшумно кружил снег. Нерия подошла ближе к большому окну и коснулась холодного стекла ладонью. – Уже зима… – сказала она задумчиво. – А я до сих пор помню, как мы летом вечерами гуляли в саду. Всё было таким тёплым и лёгким. Эдмунд, встав рядом, улыбнулся краем губ. – И спорили, кто быстрее найдёт самую большую звезду на небе. Нерия рассмеялась. – Я ведь выигрывала почти каждый раз. – «Почти» – ключевое слово, – поправил он, сдерживая смех. – Но да, то лето было… особенным. Она чуть смутилась, но не отвела взгляда. – Думаю, и эта зима тоже будет особенной. Эдмунд задержал на ней взгляд, тёплый и спокойный. – В этом я не сомневаюсь. – поцеловав ее в лоб, сказал Эдмунд. Они ещё немного постояли у окна, слушая, как за стеклом завывает ветер, а потом он жестом пригласил её к двери. – Пойдём. Замёрзнешь тут. Они вышли вместе, и за ними тихо закрылась тяжёлая дверь зала. В коридоре было теплее, шаги мягко отдавались в каменных сводах, и тишина между ними уже не казалась неловкой.

***

Зима шла своим чередом. И с каждым днём всё становилось очевиднее: то, что раньше скрывалось в намёках, теперь раскрылось открыто. Эдмунд уже не смущался прикасаться к Нерии. Когда они спускались по ступеням замка, он мог спокойно взять её за руку, и это казалось естественным. А иногда, проходя мимо, он задерживал её за локоть, наклонялся и без всякого стеснения целовал — коротко, уверенно. Люси только смеялась, делая вид, что ничего не заметила, а Питер лишь покачивал головой, но не вмешивался. Животные тоже давно всё поняли. Стоило Нерии появиться во дворе, как фавны или белки, проходя мимо, приветствовали её словами вроде: – Добрый день, миледи Нерия! Как ваша прогулка с королём Эдмундом? – И она краснела, а Эдмунд только усмехался, будто ему было приятно, что все знают. Иногда он сам подталкивал это внимание. Как-то раз, возвращаясь из леса, он с гордостью представил её отряду кентавров: – Это Нерия. Надеюсь, вы будете относиться к ней с тем же уважением, с каким относитесь ко мне. И хотя она пыталась возразить, кентавры склонили головы, а Нерия почувствовала, что спорить бессмысленно. Но, пожалуй, больше всего говорили их будни. Эдмунд легко отдавал ей своё время: учил её фехтовать, сидел с ней за книгами в библиотеке, даже помогал разжигать камин в её комнате, когда там становилось холодно. Всё это — без лишних слов, просто как само собой разумеющееся. А вечером, когда они оставались вдвоём, Эдмунд уже не искал предлогов. Он садился рядом, брал её ладонь в свою и тихо говорил: – Я привык быть с тобой рядом. И не собираюсь это менять. Нерия лишь улыбалась, чувствуя, что зима в Нарнии может быть сколько угодно суровой — но рядом с ним она всегда будет тёплой.