Откровения

      Лололошка слабо кивает на прощание Джеку. Наконец-то смена закончена, можно идти домой. Как же он устал... Вроде вся система налажена, но всегда найдется винтик, который попадает в отлаженный механизм, что внесёт полную смуту в рабочую машину. Вот и сейчас этот винтик превратился в четыре, которые постоянно вносили смуту в размеренное течение рабочего дня. Тело предательский ноет, но это приятная истома, которая сигнализирует о нормализации. Он крутит ключи в руках пока идёт домой. Недавно пришлось менять замки, чтобы один настырный владелец отеля не решил пообещать посетить его скромную обитель. Засранец.       Замок тихо щелкает, дверь беззвучно открывается и рука автоматически тянется к выключателю света. Но в следующее мгновение Лололошка заламывает лицом в пол неизвестного: – Ай, красотка, полегче! – фигура имеет подозрительно знакомый голос и шипит от боли. – Джон? – он все же включает свет в коридоре. На полу и вправду распластался владелец отеля. – Как ты вообще сюда попал? – Лололошка отпускает своего непосредственного руководителя. Но подняться не помогает. Больно надо. – На территории отеля мне открыты все двери! – тот энергично вскакивает на ноги сам. – ... – он предпочитает проигнорировать такой ответ. – Ладно, конфетка. Ты просто окно не закрыл, – Джон самодовольно улыбается на чужое недовольное лицо. – Что ты хочешь? – он хочет пойти спать, а не разбираться с чужими заскоками. – Зачем врываться в мой дом после окончания рабочего дня? У меня нет настроения для твоих игр. – И сразу к делу! Мне нравится твоя деловая хватка, – мужчина расплывается в широкой улыбке. – Но ты даже не предложишь гостю чая? – Только если я плюну в него и разбавлю ядом вместо воды, – Лололошка бредет мимо нарушителя спокойствия на кухню. Поесть все же нужно. Поэтому пока ставит чайник на две чашки и роется в холодильнике в поисках еды. Он договорился с одной женщиной, чтобы та поддерживала чистоту в его доме и готовила еду за определенную плату. Ему просто стало жаль Мэри в ее тяжёлой жизненной ситуации, а одноразовая подачка ничем не поможет. Из разнообразия блюд взгляд цепляет простая вареная картошка и жаренная свинина. Вот и ужин. – Я пойду переоденусь, – микроволновка тихо гудит пока греет еду. – Надеюсь, что тебя можно оставлять одного на кухне, – переодеться не занимает много времени, поэтому по возвращению удается застать Джона, который строит какую-то балансирующую конструкцию из вилок. Серьезно? Ему пять? – Если что-то упадет, то мыть будешь сам, – пиканье микроволновки неприятно режет слух. – Только на одного грел? А ты есть не будешь? – Лололошка бьет по тянущейся к тарелке ладони. – Не думаю, что это устроит твою избалованную натуру. Так зачем ты пришел? – По одному ооочееень важному делу, – тот расплывается в широкой улыбке. Но Лололошка чувствует наигранность и фальш, напряжённость. И интерес. Много. – Я не буду платить тебе за театрализмы. Говори, а после уходи, – ему просто не хочется тянуть ещё дольше. Ожидание всегда убивает. – Я тут разбирал архивы документов предыдущих владельцев. И знаешь что интересное нашел? Каждый из них устраивал к себе на работу Лололошку. И фотография в личном деле одна и та же, – Джон смотрит в упор, даже приспускает очки. – Я чуть-чуть покапался еще по своим каналам и нашел кое-что ещё интереснее! Твоя личность, Лололошка Уильям Дейви, абсолютно ненастоящая. Подделываем документы, красотка? – Что ты хочешь услышать от меня? – аппетит абсолютно пропал, только усталость навалилась ещё больше. – Что это ложь? –Я хочу услышать правду, Дейви, – Джон едва ли не излучает ехидство. – Ты сам знаешь ответ. У меня нет желания играть в твои игры, – чайник наконец закипает. Ему нужно на что-то отвлечься, поэтому Лололошка предпочитает заняться чаем. Даже для одного оранжевого идиота заваривает. – Что? Даже без яда?! – наигранно-удивленно спрашивает оранжевый идиот, что вызывает глухое раздражение. – Свой нацеди, – они сидят с минуту в тишине. – Я не буду тебя увольнять. Но! В обмен хочу услышать пару историй, – сказано без привычной громкости и наигранности, что удивляет. – Ты думаешь, что можешь уволить меня? Как самонадеянно, – Лололошка не может сдержать насмешки. – Да и рассказчик из меня плохой. – Не забывай, что я - превосходный оратор! Дам тебе пару уроков так уж и быть, – разговор теряет серьезность и напряжение. – Орешь ты превосходно, это факт, – фыркает управляющий. ***       Про произошедшее Лололошка забывает через неделю. В ворохе событий вообще становится не до этого. Дни сменяют друг друга, аварии и критические моменты вереницей пролетают перед глазами.              Но в один момент они случайно вспоминают про нее.       Это произошло спустя несколько месяцев после разговора. Джон тогда провожал полицию вместе с ребенком из кабинета управляющего. Малышка подала сигнал о помощи, а внутренняя служба безопасности сразу же увела смышленную девочку из номера и передала в руки управляющего до приезда полиции. Лололошка легко находит язык с детьми, поэтому Морган через пять минут уже рисовала на листочках бумаги, пока тот заполнял отчеты, связывался с нужными службами и уведомлял владельца. После того как все закончилось Джон решил вернулся в кабинет управляющего, потому что заметил как Дейв с улыбкой принимал рисунок от девочки и обещал сохранить подарок.       Лололошка с ностальгией рассматривал что-то в альбоме, сидя на диванчике в углу комнаты. Такая непривычная эмоция и атмосфера кабинета из тоски и какого-то тепла не позволила надеть на себя маску гиперактивного шута. Джон лишь молча сел рядом, а управляющий лишь наклонил альбом. И тогда владелец увидел, что там хранятся детские рисунки. Ручкой, фломастером, простым и цветными карандашами, восковыми мелками, краской, маленькие и большие, на бумаге или картоне, чеках и прочем, но всегда созданные рукой ребенка. После Лололошка начал тихо рассказывать предысторию подарка, имена и даты каждого рисунка на странице. А Джон молча слушал. Впитывал истории из прошлого и эмоции, маленькие факты и забавные события. Ведь Дейви не всегда был управляющим. Сначала заселял постояльцев как рецепционист, а после поднялся по карьерной лестнице. Забавно, что и за стойкой имел звание администратора. Но Джон не шутил на эту тему. Лишь молчал и изредка усмехался на самые забавные истории.       Этот вечер стал началом в череде редких откровений Лололошки о себе. Все же трудно нести столько лет груз бессмертия на своих плечах в одиночку.