***
В школе Лукас был «тем самым парнем». Он знал, как улыбаться, когда на него смотрели. Как шутить, чтобы было «в тему». Как одеваться, чтобы учителя хвалили, а одноклассники не смеялись. Он был "безупречным": хорош в спорте, вежлив с учителями, надёжный друг. И чем старше становился, тем сильнее чувствовал: он играет роль, которую сам выбрал В раздевалке он смеялся с другими парнями, когда те обсуждали девушек, но каждый раз его смех звучал немного фальшиво. Его никто не дразнил — он слишком хорош, чтобы быть целью. Но и слишком закрыт, чтобы быть по-настоящему собой. Уроки становились фоном. Он просто механически записывал. Мысленно снова и снова возвращался к тому, как Мая отвела Фаркла в сторону, как Райли перестала с ним говорить, и что Фаркл не может на него посмотреть. Конечно, теперь он знал почему, но чувство обиды осталось В коридоре он слышал чьи-то шаги и замирал: а вдруг снова от него отвернутся? Он начинал думать, что дело в нём. Что он что-то не так сказал. Что, возможно, недостаточно поддержал. Или наоборот — был слишком навязчивым. А может был слишком груб ... Как когда то в прошлом . И хуже всего — он не знал, как это исправить. Он пытался быть тем, кем от него ждали: сильным, уверенным, простым. Но под этой маской было столько тревоги, что иногда хотелось просто исчезнуть. Он не мог позволить себе сломаться. Потому что тогда... кто он вообще? Лукас замечал, как Райли на него смотрит — с тем самым мягким, тёплым выражением, от которого у него всегда было странное чувство в груди. Он знал, что ей он нравился. Сложно было бы это не заметить . Но каждый раз, когда она говорила, что он «добрый» или «храбрый», внутри у него возникал холодный вопрос: а ты говоришь про меня… или про того Лукаса, которого сама придумала? Он видел, как она идеализировала его. Словно он герой в её книжке. И это было… приятно. Но и страшно. Ведь Лукас которого он сам помнил . Участвовал в родео , дрался, и даже пару раз пробовал купить . Но к счастью ему не понравилось. Иногда проскакивали тени. старого Лукаса : неуверенного, упрямого, иногда слишком резкого и агрессивного. Эти тени словно кричали "Эй я тут ! Ты не спрячешься от прошлого , ты не спрячешься от себя!" Все видели Лукаса , уверенным красавчиком. Но не кто не видел его анализ перед сном . "Не слишком ли я был резким?" , "Не обидел ли я кого-то своими словами?" , "Надо будет потом извиниться.." и так каждый раз перед сном . Иногда он ловил себя на мысли: Если я перестану быть «идеальным» Лукасом, ты всё ещё будешь меня любить? Я все ещё буду твоим другом? Эта мысль жгла. Потому что он не был уверен в ответе. И от этого он держался за свою маску ещё крепче. Даже когда не кто не видит. Иногда Лукас ловил себя на том, что завидует Фарклу. Не его шуткам, не уму, не тому что он Минкус, а… тому, что Фаркл не прятался. Фаркл мог быть нелепым, смешным, странным, громким , злым гением — и при этом оставаться самим собой. Его могли дразнить, спорить с ним, иногда даже не понимать, но все знали, какой он настоящий. А Лукас? Лукас чувствовал, что люди видят в нём не его, а удобный образ. Образ хорошего парня, надёжного друга, человека без ошибок. Он сам его выстроил и теперь был его пленником. Фаркл мог позволить себе ошибиться и просто посмеяться над этим. Лукас же боялся, что стоит ему оступиться — и всё, уважение, доверие, симпатия… исчезнут. И да, он улыбался Фарклу, когда тот говорил очередную дурацкую фразу. Но глубоко внутри была маленькая, но острая зависть: как же это, жить, не подбирая каждое слово и не боясь показать, что ты несовершенен? Когда Фаркл признался. Лукас замер, он почувствовал, как что-то тёплое расплылось в груди — радость, удивление, лёгкое головокружение. Кто бы мог подумать, что именно он, Лукас, станет тем, кого Фаркл назовёт… своей любовью? Но почти сразу, как вспышка, пришла и тревога. А если… он тоже влюбился не в меня, а в то, каким я кажусь? Лукас знал, что умеет нравиться людям. Знал, что у него есть этот «правильный» образ — вежливого, надёжного, почти идеального парня. И знал, что слишком часто люди влюблялись не в него, а в картинку, которую он так упорно держал. Он смотрел на Фаркла и пытался понять: этот взгляд — он видит меня или того, кем я должен быть? Лукаса замучал этот вопрос... Кто если не Фаркл скажет ему правду ? На перемене Лукас поймал Фаркла у шкафчиков. Вокруг было шумно, но внутри у Лукаса гул стоял только от одного вопроса, который уже несколько дней не давал покоя. — Почему ты… влюбился в меня? — спросил он почти шёпотом, но в голосе сквозила настойчивость. Ему было важно знать это . Фаркл поднял глаза, немного растерялся, потом пожал плечами. — Я сам не знаю... — он усмехнулся, но в этой усмешке не было насмешки. — Но я знаю о твоём прошлом. Все знают о твоём прошлом . Ты сам рассказал . И под всей этой твоей "идеальностью" прячется парень, который был готов избить старого друга только за то, что тот назвал нового — ничтожеством. И этим новым был я ... Лукас замер. Воспоминание всплыло мгновенно, будто это было вчера. Он сам не заметил как улыбнулся. Будто понял , что держать маску вечно идеального не стоит Фаркл чуть отвёл взгляд и тихо добавил: — Думаю… тогда я и начал влюбляться. Лукас опустил глаза,скрывая улыбку . Но вопросов становилось все больше — Но почему не Мая? Вы дольше знакомы… И она всегда лезет на рожон, защищает тебя. Защищает от всего. Даже от меня. Даже от тебя самого Фаркл покачал головой. — Мая всегда будет моей первой любовью, как и Райли . Они мои жены, и самые лучшие девушки на свете —Фаркл улыбнулся. Для него их дружба была важнее всего на свете — Мая не хочет меняться. Она резкая и грубая — и её это устраивает. И нас всех это устраивает . Потому что она не прячется. Она кричит . А ты… ты решил переосмыслить своё поведение. Ты решил стать лучше, и у тебя получается Лукас поднял глаза и тихо спросил: — А если я скажу, что это образ?… Что я прячусь , просто притворяюсь "хорошим" , чтобы остаться с вами ? Фаркл на секунду прищурился, словно пытаясь понять, шутит ли он. Потом шагнул ближе. — Тогда я скажу, что тебе это делать не обязательно — Словно поняв , что его слова могут не правильно понять , он поспешил объясниться — Нет , это не значит, что нужно возвращаться к избеениям одноклассников. Я просто хочу сказать , что ты можешь быть вспыльчивым , грубым , дерским и опасным . Но ты вырос Лукас. Помнишь урок о смысле жизни ? "Одни меняют других" . И ты изменился. Ты стал понимающим , заботливым , и хорошим другом . И да… я влюбился не в образ. Я влюбился в тебя. В Лукаса который был готов избить парня из Техаса, что бы защитить чудика вроде меня. Я влюбился в Лукаса , с которым я могу поделиться самым откровенным . И я влюбился в Лукаса , что старается быть лучше Лукас не знал , что ответить . Эти слова сгорели душу . Он уже перестал прятать улыбку , и в его глазах что-то плеснуло . Это были слезы . Не радости. И не горя . Скорее какого-то умиротворение и спокойствия Он обнял Фаркла, понимая что счастлив. Он был счастлив что такой человек как Фаркл его друг , и что такой человек как Фаркл в него влюблен — Ты идиот ... — С теплотой сказал Лукас . Наверное это звучало громче чем признание . Признание в чувствах который Лукас ещё не может принят — Спасибо Фаркл принял эти объятия . Конечно его тревога подбералась к телу . Но теплота Лукаса , не давала ей образоваться в ком в горле — Теперь ты меня оскарбляешь ?Почему ты влюбился в меня?
9 августа 2025 г., 01:55
Посвящается моему единственному читателю . Я очень извиняюсь если Лукас не такой как в Каноне . Я просто написала о тех переживаниях которые у него могут быть по моему мнению. Надеюсь понравится))