Сдавайся

      Два года назад               Приближался день рождения Сату — голкипер клуба, совесть и здравый смысл команды, наша общая подруга с Мэй и в этот раз, варианта: не прийти, не было, у Сату был юбилей и мы не могли испортить такое важное событие, но мне пришлось готовить себя к этому дню. Она знала о нас, но не вмешивалась — сохраняя нейтралитет, но поддерживала меня когда Мэй покинула команду. Скучали все и Сату не меньше моего, просто ее грусть была другой. Так быстро прошло наше счастливое время с Мэй и как много значит один человек для статуса счастлив. Да жизнь не остановилась, но статус счастья, меняли другие статусы, задерживаясь на приличный срок: залечить раны; опустошение; жизнь втроем: я, одиночество и пустота; в поиски равновесия; безразличие; смирение; на пути к отпустить.              Хотелось сбежать, но я выдохнула и собрала себя, уверенно зашла в дом Сату, поздравив именинницу. Я успела расслабиться и немного выпить, отпустив ситуацию, но когда появилась Мэй, моё сердце забилось быстрее и глупо, но я была так рада её видеть, что чуть не бросилась ей на шею, а этот взгляд, когда наши глаза встретились — сводил с ума, я замерла, оставшись под гипнозом, осушила ещё бокал, чтобы затуманить взгляд и ослабить действия зелья Мэй, я ушла к девчонкам погрузившись в музыку, но могу поклясться, что кожей чувствовала, когда Мэй смотрела на меня.               Притяжение и алкоголь в крови смесь страшная, и в итоге, мы оказались в одной комнате, скрывшись от посторонних глаз, когда Мэй попыталась поговорить со мной. Минута наедине плюс близость её тела, завершающие два ингредиента к притяжению и алкоголю, равно отказу тормозов и отключению здравого смысла, и алкоголь не ослабил действие, а разогнал его до смертельной жажды.              — Ты не сможешь избегать меня вечно, Онгс, — продолжая держать меня в своём плену, в комнате, в которую она же меня и затащила, мягко заговорила Мэй.              — Я не хочу говорить, — упрямилась я, с вызовом посмотрев на неё.              — В тот день я… — начала Мэй, но я остановила её закрыв рот поцелуем. — Онгс.              — Ты сама нарушила границы личного пространства, — заговорила я, наклонившись чуть ближе к ней, чувствуя дурманящий аромат её кожи, добавила: — я не хочу говорить и ты знаешь, что не стану. Ты можешь уйти или остаться, решать тебе.              — Ты чертовски невыносимо упрямая, — сдалась Мэй, выпустив меня из своего плена, но сделав шаг в сторону двери, остановилась, вздохнув провела по своим волосам, добавила: — Что я делаю, чёрт возьми. — в итоге, притянула меня к себе увлекая в жадный поцелуй, год разлуки лишь разжёг желание, превратив его в цунами.              — Останови меня, Мэй, — попросила я.              Лишь на мгновение, вернулась ясность сознания, но этот вопрос растворился в воздухе, когда Мэй, положив ладони на мою пятую точку легко оторвала меня от земли, а мгновениями позже мы рухнули на диван, устроив на полу гардероб с одеждой. Сняв с меня последний защитный атрибут белья Мэй вошла в возбужденную плоть, двигаясь нежно и яростно, что я застонала в голос, наслаждаясь ощущениями и окончательно сдалась её рукам получив, желанное завершение. В комнате пахло развратом, желанием и сексом, а мы кажется проверяли способности тела и выносливость организма, отдавшись похоти. У меня никого не было после Мэй, но я не могла забыть вкус её тела, нежность рук и проворность язычка, который и сейчас так же умеючи отрывал меня от земли, заставляя молить о продолжении, наши тела всё помнили. Мы словно одержимые забыли о всех моральных принципах, запретах, правилах, отдавшись этой страсти и искушению. Я покинула комнату первой, лишь посмотрев на Мэй и, всё так же не желая говорить, а она приняла поражение, закрыв лицо руками.              Год прошел, но я всё так же зависима от неё и это убивает, но вряд ли покинув комнату, я жалела и испытывала муки совести, глупо и бессмысленно, подплыв к краю водопада, пытаться грести против течения, безопаснее сосредоточиться на падении и только погрузившись, стараться выплыть, чтобы глотнуть воздуха.              Утреннюю тренировку я отработала в экономном режиме, да и все кто был на дне рождении, выглядели помятыми или вяло перетекающими и сеньора Горадо сжалилась над нами. Шаг за шагом я снова приходила в себя, восстанавливая равновесие.              — Мы готовы завалиться в кафе? — спросила Бени.              — Прости, Бен, сегодня Онгс и я, отвалимся, но в следующий раз мы с вами, — собравшись, ответила Сату.              — И что это у вас за делишки? — посмеялась Нене.              — Делишки у детишек, а у нас дела, — деловито ответила Сату, рассмешив девчонок.              — И что у нас за дела? — выходя из своих мыслей, поинтересовалась я.              — Составишь мне компанию и будешь моим стоп краном, может переключишься со вчерашнего рандеву с Мэй. — проговорила Сату, я не стала комментировать ее просвещённость, лишь грустно вздохнула. — Нун пригласила на ужин, боюсь без охраны я покусаю Гёна.              — Тогда зачем согласилась?              — Она моя сестра, но к сожалению каждый её партнёр идиот. И как она их находит.              — Она хотя бы двигается дальше после каждого придурка, а вот мы стоим на месте.              — Лучше я буду стоять на месте, чем охреневать от собеседника, пойдём. — похлопав меня по колену, поднялась Сату. — Не будь букой, отвезу на ужин, покормлю, привезу домой, если хочешь даже спать уложу.              Мы вышли со стадиона и сели в машину Сату, направились в дом ее сестры. Нун младше Сату на семь лет, и каждые полгода она страдает от разбитого сердца, ровно три дня, а спустя пару недель она уже влюблена в другого. И как говорит сама Нун, я понимаю мертвых, они не могут обидеть и рассказывают о себе все. Она редко, но рассказывает о своей работе судмедэкспертом, от некоторых историй по коже холодок.              — Вы говорили с Мэй? — спросила я, нарушив тишину.              — О вас нет, — посмотрев на меня, ответила Сату. — Ты хочешь поговорить о Мэй?              — Нет. — ответила я, Сату покачала головой, несогласно улыбнувшись. — Что?              — Она задала тот же вопрос и ответила также, но я обещала себе сохранять нейтралитет, вам не по пятнадцать. Если увидишь, что я подшучиваю над очередным недоразумением сестры, нам пора уходить.              — Хорошо. Стоп слово?              — Думаю ты поймешь по выражению моего лица.              — Поняла, здороваемся и уезжаем. — шутила я.              Мы приехали вовремя, я Гёна видела впервые и действительно переключилась, задаваясь вопросом: что она в нём нашла? И главное, как глубоко это спрятано. Мы все чУдные и чуднЫе, но порой задаешься вопросом: как ты выжил, бро!? Сату действительно начала подшучивать с легким стебом, но на последнем я решила, что нам пора.              — Мы наконец-то это сделали, попытавшись приобнять Сату, улыбался Гён.              — Что сделали? — изогнув бровь уточнила Сату, увернувшись от Гёна.              — Нашли с тобой общий язык. — улыбался Гён.              — Отойди, — отодвинув парня Нун, без эмоционально проговорила Сату и добавила: — сделаю на радостях колесо! — мы с Нун рассмеялись, а вот Гён кажется не понял шутки.              — Будет тот кто тебе понравится? — тихо спросила Нун, провожая нас.              — Ты не убежишь от чувств, клоп, — обняв сестру проговорила Сату. — А быть с такими, тебе когда нибудь надоест.              — Чувства переоценивают, а он хорош в постели, — посмеялась Нун. И кто-то сама до сих пор бежит, хотя нет, как ты назвала переход в другой клуб: набраться опыта в новой школе. — с досадой, но любовью добавила Нун, я посмотрела на Сату с любопытством, она общительная и потрясающая, но так профессионально отбивала личные вопросы, не пуская за отметку одиннадцатиметровой отметки. — И ты до сих пор никому не рассказала, истинную причину перехода, даже Мэй с Онгс, не удивлена. Вот когда ты подашь пример храбрости, тогда и я буду смелее.              — Как ты себе это представляешь? Докфай, я люблю тебя, прости, что оказалась такой трусихой. — смотря на сестру проговорила Сату, сейчас я была свидетелем кусочка давно назревавшего разговора, но слова не произносились вслух. — Люблю тебя, клоп.              — И я тебя люблю. Онгс, была рада видеть тебя, ты всегда желанный гость в этом доме хоть ночью, — обняв уже меня и поцеловав, повеселела Нун. — Пни её для ускорения.              Мы сели в машину, а меня распирало любопытно и хватило меня на десять минут разговоров о неинтересном и насущном, но в голове был только один вопрос.              — Кто такая Докфай? — выпалила я, Сату рассмеялась над моей попыткой произнести это медленно. — Я пыталась вспомнить всех из твоего прошлого клуба за два десятилетия и ни одного с именем Докфай нет.              — Докрак Файлер, президент клуба, — посмотрев на меня, озвучила полное имя Сату.              — Президент клуба, — освежив в голове воспоминания, проговорила я. — И как долго вы встречались?              — Мы встречались когда она ещё не была президентом клуба.              — А..              — Давай ты угостишь меня бутылочкой отменного виски и я всё тебе расскажу, — закрыв мне рот ладонью, перебила Сату. — под действием этого дурманящего лекарства, а сейчас я бы очень хотела сменить тему разговора. — а я понимала, что она не готова бередить старые раны.