“Мы не знали, кем станем”

ВЕЧЕРИНКА ХИСЫНА – 18 ЛЕТ, НОЧНОЙ КЛУБ Хисын выходит на сцену клуба, залитый красным светом. На нём чёрная полупрозрачная рубашка с расстёгнутыми пуговицами, блестящие брюки и маска на пол-лица. Музыка гремит. Он — центр внимания. Хисын (в микрофон): — Добро пожаловать, мои короли и королевы! Сегодня моя ночь — и вы со мной! Толпа кричит. Джей, Сонхун, Джейк, Субин, Ёнжун, Минхо, Хосок, Банчан, Ники и Джунги уже в зале — одеты как модели с подиума. Все подтанцовывают, в руках у всех коктейли, бокалы с шампанским. ПОЗЖЕ НА ТАНЦПОЛЕ Все потеют от танцев, выпивают один бокал за другим. Кто-то кричит “ещё по шоту!” — все хором “ДАА!” Бармены выстраиваются в линию и разливают шоты прямо в рты. Сонхун: — Я уже не чувствую ног, но танцую! Джей (держась за Джейка): — Погодь, это какой по счёту бокал?.. Джейк (ржёт): — Твоя мама! Субин (падает на диван): — Я женюсь на этом диване! Хосок: — Я клянусь, кто-то только что мне признался в любви, или это был я… ПОЗЖЕ, НА ДИВАНЕ У VIP-ЗОНЫ Хисын уже без микрофона, сидит между Сонхуном и Джейком. Глаза пьяные, волосы взъерошены. Хисын: — Я вас люблю, вы мои братья, мои мальчики… А ещё я красивый, скажите же… Сонхун (обнимая его за плечи): — Ты просто огонь… Джейк: — Честно, если бы я был напитком, я бы сам тебя выпил. Они смеются. Кто-то включает медленную музыку — и неясно, то ли случайно, то ли специально. Люди начинают танцевать парами. Джунги танцует с Минхо. Субин крутится с Чимином. Все улыбаются. НА ТЕРРАСЕ КЛУБА Джей выходит, чтобы немного прийти в себя. Холодный воздух в лицо. Он слышит, как из клуба долетают крики: “Хисын! ШОТЫ НА СЦЕНУ!” Джей закатывает глаза, смеётся и идёт обратно. Джей (про себя): — Эта ночь будет легендой.

***

Хисын и Сонхун остались в одной комнате. Комната становилась жаркой, оба были пьяны. Сонхун жадно, но дерзко поцеловал Хисына, словно хотел поглотить его. Хисын прошептал: — Ты хочешь, чтобы это был первый раз и для тебя, и для меня… вместе? Сонхун тихо выдохнул: — Полностью. И сразу начал целовать его шею. Хисын тихо застонал. Сонхун прижался к нему, его прикосновения становились всё более настойчивыми. Он опустился чуть ниже, продолжая целовать, слегка прикусывая. Хисын задыхался от чувств, его стоны становились всё громче. И это Сонхуну явно нравилось… Сонхун мягко уложил Хисына на кровать. Его движения были одновременно решительными и бережными, будто он боялся спугнуть этот момент. Пальцы легко скользнули по талии Хисына, ощущая, как тот дрожит под его прикосновением. — Скажи, если хочешь остановиться, — прошептал Сонхун, наклоняясь ближе. Хисын посмотрел ему в глаза, дыхание сбилось. — Не останавливайся, — почти шепотом. Сонхун снова поцеловал его — медленно, сдержанно, будто смаковал вкус. Затем скользнул губами к ключице, оставляя лёгкие, тёплые следы. Хисын сжался под ним, не от страха — от чувств, которые нарастали с каждым касанием. Руки Сонхуна нашли путь под тонкую ткань. Всё было будто во сне: дыхание, прикосновения, жар, который окутал их обоих. Хисын не отводил взгляда, пока Сонхун исследовал каждый сантиметр его тела — с трепетом, с интересом, с желанием. Утро в комнате было тихим, свет мягко проникал через шторы. Сонхун и Хисын лежали рядом, ощущая лёгкую неловкость после вчерашнего вечера. Хисын тихо сказал, не поднимая взгляда: — Давай забудем об этом, да? Сонхун кивнул, улыбаясь чуть-чуть: — Да, забудем. Главное, что мы друзья. Они обменялись лёгким взглядом, и напряжение постепенно спало.