Без привета

Вечер был мягким, тёплым, как старый плед, заброшенный на спинку дивана. Небо уже темнело, отражая в себе медленное дыхание уличных фонарей и редких машин, проезжающих вдали.  Где-то за стеной лениво гудел холодильник. Из открытой двери кухни тянуло ароматом жареных тостов и расплавленного сыра — уютный, домашний запах, который словно обнимал изнутри. Ни-Ки стоял у плиты, босиком, в вытянутой футболке и чуть сползших тренировочных штанах. На губах — след от кетчупа, в волосах — небрежная складка от подушки: Нишимура весь день почти никуда не выходил.  Парень аккуратно перевернул горячие бутерброды на сковороде — хлеб слегка подрумянился, края сыра аппетитно стекали вниз, шипя, словно протестуя.  В воздухе смешались запахи масла, хлеба, сыра, чего-то почти детского и невинного — может быть, воспоминания. Он тихо напевал себе под нос.  Без слов — просто мелодия, знакомая, любимая, такая, что ложилась на тёплый вечер, как лёгкая простыня.  Ни-Ки, наконец, выложил бутерброды на тарелку, смахнул с пальцев масло и включил настольную лампу у дивана. Комната стала казаться почти живой. Не такой одинокой. Жёлтый свет окутал словно теплом, словно здесь кто-то ждал. Рики устроился на диване, поджав под себя ноги, тарелку аккуратно поставил на подлокотник.  Еда была обжигающе горячей, но не слишком. Сыр лениво тянулся, как растаявшее солнце, тост хрустел лучше, чем у любого популярного мукбангера. Ни-Ки совсем не спеша пережевывал, кажется, по тридцать раз, бездумно пролистывая ленту.  Пока не всплыло оно. Сообщение. Без привета и минета. sunsunkim 21:47 «ты любил бы меня, если бы я был яблоком?» Ни-Ки застыл на миг. Опешил. Остановился. Охуел. Весь вечер вдруг сгустился в коротком и глупом вопросе от человека, который, кажется, давно должен быть занят сладким сном. Рики усмехнулся. Как-то громко. Лёгкой, тихой усмешкой, где пряталась капля чего-то щемящего — как в последнем аккорде любимой песни.  Парень прижал телефон крепко к груди, уронил голову на спинку дивана и просто посидел вот так. В тишине. Только где-то вдали было слышно едва заметное тиканье часов, которые уже примерно год шли на час вперед.  Ни-Ки знал, что ответ будет — да. Сону тоже знал. Да, даже если бы Ким был яблоком — Рики нашёл бы его среди тысячи других. Он бы сорвал его самым бережным движением. И держал бы у сердца. Ну и откусил бы разок или два. Нишимура снова усмехнулся сам себе, не спеша поднял телефон, медленно набрал: nishimur 21:52 «нет, не люблю яблоки» И поставил точку. Специально. Потому что точка добавляла драматичности. Такая финальная и суровая, словно он только что закончил отношения, раздавив сгнившее яблоко тапком. Через секунды три, или две, пришло: sunsunkim 21:52 «значит ты бы выкинул меня в мусорку, червь?» Ни-Ки успел щедро надкусить бутерброд, пока Сону печатал следующее: sunsunkim 21:54 «вот так вот. я значит запретный плод, а ты… ты дождевой червь» Рики тяжело выдохнул сквозь заливистый смех, едва не подавившись расплавленным сыром. Быстро напечатал, старательно не касаясь грязными пальцами экрана. nishimur 21:55 «ты бы точно был зелёным, кислым и вредным» И добавил: nishimur 21:55 «а ещё, наверное, с красной наклейкой, как на самых элитных» Сону не отвечал пару минут. Опасная тишина. Та, за которой мог скрываться либо шедевр, либо обида на всю жизнь или… Вероятность её конца у Нишимуры. Наконец экран мигнул: sunsunkim 21:57 «ну и ладно. меня бы съел кто-то, кто ценит меня как источник витамина С и душевного тепла» В ответ в чате появился сфотографированный, с самого удачного ракурса, бутерброд, с жалко надкусанным боком, и подписью:«вот кого я ценю». Затем Нишимура спокойно отложил заблокированный телефон на подушку рядом, лениво откинулся на диван и глупо улыбнулся в потолок. Ни-Ки громко зевнул, скинул плед на ноги и потянулся, словно растягивая весь вечер ещё чуть-чуть. Он чувствовал себя приятно ленивым, как кот после обеда: наелся, пошутил, немного подразнил Сону. Жизнь — удалась. Экран телефона снова ярко вспыхнул. sunsunkim 21:59 «ты даже не спросил, красное я яблоко или зелёное. а это между прочим важно» Ни-Ки шумно хмыкнул, снова взял телефон в руки, быстро набрал: nishimur 21:59 «зелёное. с характером» sunsunkim 21:59 «ты что… думаешь, я кислый?» Рики откровенно нагло и громко засмеялся в голос. Затем притворно серьёзно написал: nishimur 22:00 «ну ты определённо не сладкий. ты, знаешь, как… яблоко из холодильника, которое кто-то нарезал и положил рядом с луком» Ответное появилось сразу: sunsunkim 22:00 «ладно. а если бы я был абрикосом?» Рики вздохнул. Театрально. В стиле «началось, опять». Предчувствие, что ближайшие двадцать минут пройдут в плодово-ягодной экзистенциальной викторине имени Ким Сону, ощущалось слишком ярко. Нишимура даже отложил бутерброд, дабы набрать: nishimur 22:02 «а ты вообще определись. ты яблоко или абрикос. или это твоя суперспособность? превращаться в фрукты?» sunsunkim 22:03 «а если бы я был клубникой? короткий, но яркий сезон. душистый, недоступный и весь в спросе» Ни-Ки устало прикрыл глаза и закатил их так, что, наверное, почти увидел свой собственный мозг, уверено набрал: nishimur 22:04 «я бы просто сделал из тебя варенье и навсегда закрыл в банке» Рики почти что гордился собой за этот ответ. Даже немного обрадовался своей гениальности. Пауза. Затем: sunsunkim 22:05 «фу, ты такой собственник, дарк романс почти» Снова пауза. Очень тяжелый вздох. sunsunkim 22:05 «мне это нравится» Рики облегчено выдохнул. Вдруг стало очень хорошо. Подозрительно. Так, как бывает только когда с кем-то тепло, легко и чуть-чуть нелепо. Когда можно быть собой, говорить глупости и знать, что тебя всё равно будут читать. И перечитывать. И слушать. И любить.  Нишимура ненадолго отвлекся на окно. Вечер давно стек за горизонт, а в телефоне снова появилось новое сообщение: sunsunkim 22:06 «а если бы я был булочкой с корицей…» Ни-Ки улыбнулся шире. И так было понятно, что после булочки с корицей будет что-то ещё — Сону никогда не останавливался на одном плоде, блюде или природном явлении. Ким был как полночный буфет: бесконечный, странный и всегда с неожиданным послевкусием. Ну, этой ночью Нишимура точно не будет скучать и жалеть о позднем перекусе.  sunsunkim 22:06 «а если вообще… артишоком?» Рики хмыкнул и, не раздумывая, стал печатать: nishimur 22:07 «если бы я был ветром, я бы оберегал тебя от тли и гусениц, если бы я был дождём, я бы хорошо поливал твоë дерево-дом, если бы я был букашкой, я бы выбрал тебя, как пристанище для ночлега» Для уверенности поставил точку и тут же отправил продолжение, особо не раздумывая: nishimur 22:07 «а как человек, я бы сожрал тебя нахуй в любом виде» Ни-Ки так и смотрел на экран, не выключая. Ждал ответа, как верный пес. Три точки. Сону что-то печатал, затем снова останавливался, затем снова печатал.  А Ни-Ки просто чувствовал, как между ними, через все километры, все фрукты, дожди и булочки, тянется тоненькая ниточка — немного смешная, немного нежная, и почему-то важна до абсурда и брезгливых, милых морщин на носу. 

Плохо-хорошо. Сону-Рики. Сейчас.

Наконец пришло: sunsunkim 22:09 «ты нормальный? я запищал» Рики уронил телефон себе на грудь, рассмеялся так, что чуть не уронил лежащую рядом тарелку на пол.  Смех был тихий, но глубокий — тот самый, что появляется только рядом с кем-то своим. Он даже вытер уголки глаз, не то от смеха, не то от слез, не то от тёплого укола в сердце. Нишимура долго ничего не писал, просто лежал, крепко прижимая телефон к груди, как в детстве прижимал любимую плюшевую игрушку маленького рыжего кота с большими, кривыми усами и фундучными глазами с блесточками.

Хорошо же, до безумия.

Затем, сжалившись, всё-таки набрал: nishimur 22:12 «иди ешь свою булочку, артишок ты хищный» sunsunkim 22:12 «съешь меня сам, трус» nishinishi 22:12 «в следующий раз — лично, без букв» Сону яростно набирал что-то, стирал, затем снова набирал. Набирал-стирал-думал-набирал и… Экран потемнел. Сообщений больше не было. И не будет. Вдруг в груди Рики стало тепло, так, как бывает только после очень хорошего разговора. Или перед чем-то важным. Но точно не после глупых вопросов, фруктовых деревьев и странного флирта. Нишимура выключил лампу и остался лежать в темноте, где фрукты, ветер и булочки были ближе, чем казались. С пустой тарелкой и полным сердцем.

Заставлю Сону делать такие горячие бутерброды каждый вечер.

Комната дышала мягким светом от уличного фонаря за окном — тёплым, почти что золотым. Он ложился на пол, на книги, на стопку одежды, которую Рики так и не убрал, и особенно — на его лицо, спокойное, расслабленное, с чуть приоткрытыми губами. Сон подкрался, как всегда, без предупреждения — на мягких лапах, в паузе между смехом и последним сообщением.  Где-то в голове у Нишимуры всё ещё крутилась та строчка: «если бы ты был булочкой с корицей…», и даже во сне ему казалось, словно всё пахнет выпечкой и мятным чаем с медом. Во сне Рики всё ещё продолжал разговор — уже не буквами, а образами. Он шёл босиком по саду, под ногами мягкая трава, а на деревьях висели артишоки, булочки, яблоки, даже клубника росла вверх ногами на ветках.  Главное — Сону сидел на ветке повыше, лениво болтал ногами, ел что-то сладкое и подмигивал. «Что снилось?» — спросит Сону завтра, когда Рики будет громко зевать в голосовом. А Ни-Ки ответит. Быстро, с ленивой улыбкой: «Ты мне снился. В виде всего, чего только можно и нельзя». А пока Рики спал. Глубоко. Спокойно. Тихо. С чуть заметной улыбкой, которая осталась после последних слов. И комната, наконец, замолчала. Экран резко и слишком ярко, для подобной темноты, загорелся, осветив овал лица, взъерошенные волосы и мягкую складку пледа, упавшего на плечо Рики. Он не шелохнулся. Пальцы всё ещё касались телефона, словно продолжали разговор даже во сне. А экран светился. Новое сообщение. sunsunkim 22:27 «а если бы огурцом?» Затем ещё одно. Спустя минуту. sunsunkim 22:28 «вот этим маленьким, хрустящим. маринованным. в банке, где всегда плавает один чеснок и зонтик укропа» «ты бы ел меня с картошкой?» «или, как закуску?» «или просто так, стоя у холодильника ночью?» Три точки. Затем снова исчезли. Снова появились. Рики ничего не отвечал. Он спал. Вдох, выдох. Тихий, ленивый день, наполненный горячим сыром, яблоками и фразами, в которых даже любовь пряталась между строк. Сону уставился на экран, хмыкнул.  Ким сидел в своем номере, с телефоном в руке, ногами, закинутыми на подоконник, и бутылкой воды, которую давно открыл, но так и не отпил. За окном моргали огни, и внутри всё было спокойно. Почти. Он написал ещё: sunsunkim 22:29 «ладно. если ты огурец — я укроп» «всегда рядом. пахну странно, но тебя идеально дополняю» Поставил точку. Улыбнулся. Выключил экран. И только потом — тихо, с ощущением, что рядом, но далеко, кто-то уже дышит медленно, — тоже лёг спать.