Зверство

Следующие недели пролетели как в тумане счастья. Рен переехала к Ликаону в агентство "Виктория", хотя формально сохранила свою квартиру. Они были неразлучны, наверстывая десять лет разлуки. Расследование дела Мёрсера было завершено. Секция 6 обнаружила ещё несколько подпольных лабораторий, где проводились эксперименты над тиренами. Все пострадавшие получили медицинскую помощь, хотя не всех удалось полностью вернуть к нормальному состоянию. Рен написала серию разоблачительных статей, которые вызвали общественный резонанс и привели к ужесточению законов, защищающих права тиренов. Её карьера журналистки взлетела на новую высоту. Однажды утром, когда они завтракали на террасе особняка "Виктория", Ликаон получил странное сообщение. — Что там? — спросила Рен, заметив, как изменилось его лицо. — Хуго, — коротко ответил Ликаон. — Он хочет встретиться. Рен замерла, чашка с кофе застыла на полпути ко рту. — Хуго? После всего, что он сделал? Ликаон выглядел задумчивым. — Он пишет, что хочет извиниться. Что узнал о нашем воссоединении и... рад за нас. — Ты веришь ему? — спросила Рен, внимательно глядя на Ликаона. — Не знаю, — честно ответил он. — Но мы были как братья когда-то. Может быть, стоит хотя бы выслушать его. Рен колебалась. Воспоминания о предательстве Хуго, о том, как он подставил Ликаона, всё ещё были болезненными. Но она также помнила их дружбу, те беззаботные дни, когда они были неразлучной троицей. — Хорошо, — наконец сказала она. — Давай встретимся с ним. Но я буду рядом с тобой. Ликаон улыбнулся, протягивая руку через стол, чтобы сжать её ладонь. — Я бы и не хотел иначе.

***

Они встретились в небольшом кафе в нейтральной части города. Хуго уже ждал их, сидя за столиком в углу. Он изменился – стал более утончённым, более сдержанным. Его разноцветные глаза всё ещё выделялись на лице, но теперь в них читалась усталость и что-то похожее на раскаяние. Когда он увидел их, то встал, неуверенно улыбаясь. — Рен, Лик, — кивнул он. — Спасибо, что пришли. Ликаон молча кивнул, его лицо не выражало эмоций. Рен держалась рядом с ним, готовая в любой момент увести его, если встреча пойдёт не так. — Присаживайтесь, пожалуйста, — Хуго жестом указал на стулья. Они сели, и повисла неловкая пауза. Хуго нервно постукивал пальцами по столу. — Я не знаю, с чего начать, — наконец сказал он. — "Прости" кажется недостаточным после всего, что я сделал. — Начни с правды, — предложил Ликаон. — Почему ты это сделал? Хуго глубоко вздохнул. — Ревность, — просто ответил он. — Я был влюблён в Рен с первого дня. Но видел, как она смотрит на тебя. И как ты смотришь на неё, хотя и пытаешься скрыть это. Он покачал головой. — Я убедил себя, что ты не достоин её. Что я смогу сделать её счастливой, если ты исчезнешь из картины. Это была... ужасная ошибка. — Ты чуть не убил меня, — тихо сказал Ликаон. — Я знаю, — Хуго опустил голову. — Я не думал, что они зайдут так далеко. Я просто хотел, чтобы тебя припугнули, может быть, заставили уехать из города. Когда я узнал, что случилось... — он замолчал, его голос дрогнул. - Я искал тебя. Годами. Но ты словно растворился в воздухе. — Агентство "Виктория" хорошо хранит свои секреты, — сказал Ликаон. Хуго кивнул, затем перевёл взгляд на Рен. — Я пытался быть рядом с тобой, — тихо сказал он. — Пытался заменить его. Но видел, что ты всё ещё любишь его. Даже не зная, жив ли он. Рен молчала, не зная, что сказать. Часть её всё ещё злилась на Хуго за то, что он сделал. Другая часть помнила его доброту в те тяжёлые дни после её ухода из дома. — Я не прошу прощения, — продолжил Хуго. — Я знаю, что не заслуживаю его. Я просто хотел, чтобы вы знали, что я искренне сожалею. И... я рад, что вы нашли друг друга снова. Вы всегда были предназначены друг для друга. Ликаон долго смотрел на человека, который когда-то был его лучшим другом, а затем стал причиной его страданий. Наконец, он медленно протянул руку через стол. — Я не могу сказать, что прощаю тебя, — честно сказал он. — Не сейчас. Может быть, никогда. Но я верю, что ты сожалеешь. Хуго с удивлением посмотрел на протянутую руку, затем осторожно пожал её. — Спасибо, — тихо сказал он. — Это больше, чем я заслуживаю. Рен наблюдала за этим обменом с комком в горле. Она знала, сколько стоил Ликаону этот жест. Знала, через что ему пришлось пройти из-за предательства Хуго. — Может быть, со временем, — сказала она, наконец нарушая молчание. — Не сразу, но... может быть, мы сможем начать заново. Не как раньше, но... что-то новое. Хуго посмотрел на неё с благодарностью. — Я бы хотел этого, — сказал он. — Очень. Они провели ещё час в кафе, разговаривая о нейтральных темах – о городе, о работе, о общих знакомых. Напряжение постепенно спадало, хотя полностью не исчезло. Когда они прощались, Хуго выглядел более расслабленным, словно тяжесть спала с его плеч. — Я рад, что мы встретились, — сказал он. — И... я действительно счастлив за вас обоих. Когда он ушёл, Рен взяла Ликаона за руку. — Ты в порядке? — спросила она. Ликаон задумчиво смотрел вслед уходящему Хуго. Знаешь, — медленно сказал он, — я думал, что если когда-нибудь встречу его снова, то не смогу сдержаться. Но сейчас... я просто чувствую облегчение. Словно закрылась какая-то глава. Рен улыбнулась, прижимаясь к его плечу. — Ты стал мудрее, мой волк. — Или просто старше, — усмехнулся Ликаон, обнимая её за плечи. — Пойдём домой?

***

Несколько дней спустя Рен получила неожиданный звонок от матери. — Дедушка хочет видеть тебя, — сказала госпожа Ито без предисловий. — Он не очень хорошо себя чувствует в последнее время. Рен почувствовала укол беспокойства. Несмотря на их сложные отношения, она всё ещё любила свою семью. — Я приеду, — сказала она. — Сегодня вечером. Когда она рассказала об этом Ликаону, тот предложил сопровождать её. — Ты уверен? — спросила Рен. — Моя семья может быть... сложной. — Я справлюсь, — улыбнулся Ликаон. — Кроме того, если мы собираемся быть вместе, мне стоит познакомиться с твоей семьёй официально. Рен нежно поцеловала его. — Я люблю тебя, знаешь? — Знаю, — ответил он, прижимая её к себе. — И я тебя люблю. Особняк клана Ито располагался в самой престижной части Верхнего города. Когда они подъехали, Рен почувствовала, как напрягается. Она не была здесь десять лет, с того самого дня, когда хлопнула дверью и ушла. Ликаон сжал её руку. — Всё будет хорошо, — тихо сказал он. — Я рядом. Их встретила госпожа Ито, элегантная как всегда. Она обняла дочь, к удивлению Рен, и вежливо поприветствовала Ликаона. — Дедушка ждёт в библиотеке, — сказала она. — Он... изменился, Рен. Стал мягче. Думаю, возраст и болезнь заставили его пересмотреть многие вещи. Они прошли через знакомые коридоры, увешанные портретами предков. Рен чувствовала, как воспоминания накатывают волной – счастливые и не очень. Библиотека была любимым местом дедушки. Он сидел в своём кресле у камина, окружённый книгами. Когда-то могучий и грозный глава клана Ито теперь выглядел хрупким и уставшим. Но его красные глаза, такие же яркие, как у Рен, всё ещё сияли внутренним огнём. — Рен, — он протянул к ней руки. — Моя маленькая лисичка вернулась. Рен подошла и обняла его, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Здравствуй, дедушка, — тихо сказала она. Старик перевёл взгляд на Ликаона, стоявшего чуть поодаль. — А это, должно быть, тот самый молодой человек, о котором я столько слышал, — сказал он. — Подойди ближе, Ликаон. Дай старику рассмотреть тебя. Ликаон подошёл и вежливо поклонился. — Господин Ито, для меня честь познакомиться с вами. Старик внимательно изучал его, от белоснежной шерсти до протезов. — Агентство "Виктория", — задумчиво произнёс он. — Достойная организация. Я всегда уважал вашу работу. Он жестом пригласил их сесть. — Рен, — начал он, когда они устроились. — Я хотел извиниться перед тобой. Я был слишком строг, слишком упрям. Я думал, что знаю, что лучше для тебя, для нашего клана. Но я ошибался. Рен удивлённо смотрела на дедушку. Он никогда не признавал своих ошибок, никогда не извинялся. — Жизнь научила меня, что некоторые традиции стоит сохранять, а от некоторых – отказываться, — продолжил старик. — Наша семья слишком долго цеплялась за прошлое, боясь перемен. Но перемены неизбежны. И иногда они к лучшему. Он перевёл взгляд на Ликаона. — Я слышал, что вы и моя внучка... близки. Ликаон выпрямился, глядя старику прямо в глаза. — Да, сэр. Я люблю вашу внучку. И планирую провести с ней остаток жизни, если она согласится. Рен почувствовала, как краснеет. Они не обсуждали брак, хотя оба знали, что их отношения серьёзны. Старик улыбнулся, и эта улыбка сделала его лицо моложе на десятки лет. — Хороший ответ, — кивнул он. — Прямой и честный. Мне это нравится. Он повернулся к Рен. — Ты выбрала достойного мужчину, внучка. Я рад за тебя. Рен не могла поверить своим ушам. Её дедушка, который всегда настаивал на чистоте крови, на браках только с другими кицунэ, одобрял её отношения с тиреном? — Дедушка, — осторожно начала она. — Ты... ты не против, что Ликаон… — Тирен? — закончил за неё старик. — Нет, дитя. Я понял, что наша одержимость чистотой крови привела только к тому, что нас становится всё меньше. Мы почти вымерли, и отчасти в этом наша вина. Мы слишком долго прятались, слишком боялись смешения. Он протянул руку и погладил Рен по щеке. — Кроме того, я вижу, как ты смотришь на него. Так же смотрела твоя бабушка на меня. Это настоящая любовь, а она редка и драгоценна. Рен почувствовала, как слёзы текут по щекам. Она не ожидала такого поворота, такого принятия. — Спасибо, дедушка, — прошептала она. Старик кивнул, затем повернулся к Ликаону. — У меня только один вопрос к тебе, Фон Ликаон. Знаешь ли ты, кто мы на самом деле? Ликаон не колебался. — Да, сэр. Я знаю, что вы кицунэ. И я клянусь, что никогда не раскрою этот секрет. Старик удовлетворённо кивнул. — Хорошо. Тогда у меня нет возражений против вашего союза. Напротив, я даю вам своё благословение. Он достал из кармана маленькую шкатулку и протянул Ликаону. — Это принадлежало моей жене, бабушке Рен. Я хочу, чтобы оно перешло к вам. Ликаон осторожно открыл шкатулку. Внутри лежало изящное кольцо с красным камнем, похожим на рубин, но с необычным внутренним свечением. — Это эфирный кристалл, — пояснил старик. — Очень редкий. Он передаётся в нашей семье поколениями. Теперь он ваш. Ликаон выглядел потрясённым. — Сэр, я... я не знаю, что сказать. — Скажи "да", — улыбнулся старик. — И позаботься о моей внучке. — Обещаю, — серьёзно ответил Ликаон. — Всей своей жизнью.