Назло

      Она всё делает назло ему. Сначала бежит сломя голову в одиночку в чёртов Разлом, затем дерётся до потери сознания с членами Фатуи на Драконьем Хребте, о, и как же без вишенки на торте — эта упрямая девчонка флиртует с капитаном Ордо Фавониуса прямо на его глазах. Чайльд злобно усмехается, наблюдая за их «представлением», а затем вымещает всю злость и тщательно скрываемую даже от себя ревность во время дружеских поединков на ней. Люмин всё понимает, но закрывает на это глаза, ведь их дружба — сплошное проявление садомазохизма, где один всегда пытается победить другого, будь это сражение или же обычная словесная перепалка.       Путешественница давно ведёт свою игру, и Тарталья каждый раз попадается. Ему нравится не девушка, а то, какие противоречивые чувства она вызывает в его душе. Ему нравится этот бурлящий в крови коктейль, состоящий из мазохизма, жгучей ревности и желания. Чистого животного желания. Он желает обладать её хрупким девичьим телом, слышать жалобные стоны, переходящие в мольбу не останавливаться, оставить следы на белоснежной коже — и это лишь часть того, что парень хочет сделать с Люмин. Но… осмелится ли Чайльд на подобное? Вернее… доведёт ли его эта несносная девчонка до точки невозврата или же однажды госпожа Вселенная сжалится над ним, и путешественница сдастся сама?       Тарталья не слепой и прекрасно видит, как она сама нуждается в нём. Нуждается, но молчит. Назло ему.       Назло ему вспоминает его каждую ночь. Думает о длинных изящных пальцах, сжимающих лук, представляет, как они ласкают её тело, сначала осторожно поглаживая кожу, а затем нагло и бесцеремонно исследуют каждый сантиметр. Затем они спускаются ниже, к самой сокровенной точке, и дарят долгожданное наслаждение. Перед глазами стоит его самодовольная ухмылка, рыжие взъерошенные волосы и глубокий томный взгляд голубых глаз. А затем, в её фантазии, конечно, юноша теряет самообладание и берёт её жадно и довольно-таки грубо, но девушке плевать: она так давно этого хотела.       Люмин захлебывается в собственных стонах, доводя себя до пика пальцами. Иногда путешественница жалеет, что этот придурок не рядом. Но она никогда не скажет ему об этом. Назло…       А бедный Чайльд давится икотой почти каждую ночь…       И вот однажды судьба подкинула этим двоим жирную свинью. Их дороги вновь пересеклись, они встали плечом к плечу, чтобы одолеть врага. Бой был потрясающий. Движения ребят синхронизировались. Словно хорошо отлаженный механизм они наносили удары один за другим, защищались и прикрывали спину друг друга. Огромный страж руин и парочка магов Бездны были повержены, не сделав и пары ударов. — Хорошая работа, товарищ, — присвистнул Тарталья, глядя на валяющихся без сознания противников, — Может быть отметим нашу достойную победу? Я угощаю. — Что с тобой сегодня? Неужели ты настолько устал от битвы, что хочешь просто посидеть и расслабиться, а не подраться со мной? — ехидно потянула Люмин, запрокинув голову вверх, и улыбка слегка затронула уголки её губ, — Я не против, к тому же, мне жизненно необходимо отдохнуть от Паймон.       Кстати о Паймон… В последнее время чрезмерная болтливость компаньонки только раздражала. Девушке хотелось побыть в тишине и покое, собрать полученную информацию воедино, но «подруга» постоянно маячила перед глазами, якобы подбадривая её. Это настолько вывело Люмин из себя, что она сбежала, бросив фею одну перед входом в Ваньшу. Может быть, вернувшись в номер, путешественница попросит прощения за свою выходку, но сейчас девушка не особо горела желанием возвращаться назад. И предложение Чайлда пришлось как нельзя кстати. Конечно, находиться в компании с Предвестником Фатуи тоже так себе идея, по душам с ним не поговоришь, но он хотя бы на голову не лезет. Пока что… — Отлично! Тогда предлагаю посетить один чудесный ресторан в гавани, их блюда — настоящие шедевры. Уверен, ты останешься довольна, — на лице Чайлда засияла улыбка.       Была ли она искренней? Люмин не знает, да и сейчас это не имело значение. Девушка согласно кивнула и последовала за Предвестником, по дороге рассматривая облака. В одном из них путешественница узнала силуэт сердца. Мельком она взглянула на спутника, а потом перевела взгляд обратно на небо. Её брови неожиданно нахмурились, губы сжались в тонкую полоску. — «Ну что за вздор!» — подумала Люмин.       Они зашли в просторный, дорого обставленный ресторан. На первом этаже всё располагалось как обычно: столики из тёмного дерева стояли довольно близко между собой, на них были расстелены ярко-красные скатерти, сливающиеся со стенами такого же оттенка, на которых были нарисованы золотые драконы и непонятные иероглифы. В вазах находились букеты из глазурных лилий, шелковицы и колокольчиков, а чуть поодаль от всех находилась сцена с живыми музыкантами. Люмин ахнула, наслаждаясь красотой этого места и мысленно радуясь, что Паймон осталась в постоялом дворе. Иначе путешественница должна была Предвестнику до конца своей или его жизни. — Здесь, наверное, очень дорого. — скромно произнесла девушка, осмотрев заведение и его гостей. Все одеты элегантно и со вкусом в традиционные одежды Ли Юэ или же в роскошные платья и костюмы. Люмин неохотно оглядела себя, вернувшуюся после боя, и неловко опустила взгляд.       Тёплая ладонь легла ей на талию, горячее дыхание опалило щёку и шею, заставив путешественницу вздрогнуть и ошарашенно обернуться к спутнику. — Не волнуйся об этом, я же уже говорил, сегодня я угощаю, — Тарталья обворожительно улыбнулся, — Можешь заказывать всё, что пожелаешь, но… Как только мы забронируем столик. Идём!       Юноша взял её за руку и повёл к стойке управляющего. Люмин не сразу поняла, что произошло, а когда до неё дошло, Чайлд уже отпустил её ладонь. На щеках девушки появился лёгкий румянец, а в груди бешено забилось сердце. Она отвернулась, пока Аякс бронировал столик, делая вид, что рассматривала зал. — «Что за чёрт, Люми? Возьми себя в руки!» — шикнула про себя путешественница, пытаясь отвлечься. — Мест в зале сейчас нет, но в качестве альтернативы могу предложить забронировать комнату со столиком на втором этаже. Это стоит немного дороже, но зато там вам с вашей спутницей будет намного комфортнее, — губы управляющего приподнялись в едва заметной двусмысленной улыбке. — Я согласен, — кивнул Чайлд, достав кошелёк из кармана пиджака, — Сколько? — 15 тысяч моры, господин, — озвучил цену мужчина. — «Сколько?! Да он с ума сошёл!» — Люмин едва не поперхнулась от услышанного. — Возьмите, здесь ровно 15 тысяч, — расплатившись с хозяином, Тарталья повернулся к своей спутнице, — Дорогая, ты чего там застыла? Иди сюда, выбирай, что хочешь.

«О, Архонты, что здесь происходит?»

      Управляющий любезно проводил гостей до комнаты и отклонился. Предвестник открыл дверь, пропуская девушку вперёд. Внешне комната ничем не отличалась от зала, разве что ограждалась от других столов стенами. Еду сюда приносили так же официантки, а грязную посуду гости оставляли прямо здесь, убиралась она после их ухода. Тарталья скинул с себя серый пиджак и аккуратно повесил его на спинку стула, на который позже вальяжно уселся. Люмин первое время чувствовала себя некомфортно, и не только потому что находилась с одним из Предвестников Фатуи и не потому что заказали они на сумму чуть больше двадцати тысяч моры, а потому, что сегодня она вновь представляла его… После своих фантазий девушке было стыдно смотреть парню в глаза, как будто бы он мог прочитать её мысли.       Тишина давила на итак расшатанную нервную систему, но разговор никак не клеился. Путешественница не могла подобрать тему для разговора, не касающуюся каких-либо тайн, либо же её самой. Изливать душу кому-то совершенно не хотелось. — Ты сегодня какая-то дёрганная, — Чайлд не выдержал первым, — Что-то случилось? Или ты до сих пор ждёшь какого-то подвоха от меня? Расслабься, мы для этого сюда и пришли: чтобы на время забыть о своих проблемах, поесть вкусной еды и… отдохнуть не только телом, но и душой. — Не в этом дело, — выдохнула Люмин, сжав подол платья в ладонях, — Просто мы так давно не виделись, и я не знаю, с чего начать разговор… Но ты прав, нам обоим нужна передышка. Давай отдохнём как следует!       Тарталья улыбнулся и выбрал пару нейтральных тем для разговоров. Он рассказывал девушке о своей семье, о том, какие его младшие братья проказники и что они учинили вместе с Тоней, много шутил, и, в принципе, был довольно хорошим и интересным собеседником. Путешественница больше не испытывала неловкости рядом с ним, наоборот, пыталась поддержать разговор и смеялась с его шуток. Если бы они не находились по разные стороны баррикад, кто знает, может они смогли бы стать лучшими друзьями?       До того момента, пока не принесли еды, Люмин не чувствовала, что голодна. Разные яства стояли на столе: традиционное мясо Тяньшу, куриный тофу, жаренные креветки и вишенка на торте — золотистый краб. Посередине всего этого расположилась бутылка рисового вина. Чайлд, как истинный джентльмен, ухаживал за путешественницей. Он сам наложил ей еду в тарелку, ту, которую она хотела, налил вино в бокал, вёл себя довольно мило с ней. И пусть, как считала Люми, это могло быть лишь маской, ей нравилось проводить время с таким Аяксом. Не тем сумасшедшим парнем, который готов биться в спарринге до последнего вздоха, а просто приятным и открытым юношей. Но говорить ему о этом, она, конечно, не хотела. Назло.       А он уже давно понял её тактику, и решил обернуть против путешественницы её же игру. Наконец, удача улыбнулась ему — Люмин, а спорим, что ты не сможешь поцеловать меня? — Чайлд откинулся на спинку стула с самодовольной ухмылкой, в глазах его загорелся недобрый огонёк. — Ха, ты настолько самоуверен? — усмехнулась Люмин, в её зрачках плескался азарт. Что ж, эта малышка не знала, что ещё немного, и она попадётся в ловушку в собственной игре. — А ты хочешь меня переубедить, малышка Люми? — предвестник подался вперёд, положив подбородок на скрещенные ладони. Юноша не сводил взгляда со своей спутницы, следя за каждым её движением, за каждой эмоцией на её лице.       Путешественница колебалась. С одной стороны ей хотелось утереть этому придурку нос, с другой… А другая перестала существовать со следующим бокалом вина. Что там Чайлд сказал? Не сможет его поцеловать? Что ж, она поцелует его… Назло!       Быстро, пока не передумала, девушка встала из-за стола и пошла на другой конец, туда, где сидел юноша. Он расплылся в улыбке, поднялся вслед за ней, выпрямившись во весь свой рост, раскрыл объятия. Люмин до одури хотелось стереть эту самодовольное выражение с его лица, в крови бурлила неистовая смесь азарта, возбуждения и чуточки злобы. Она схватилась за воротник серого пиджака и прижала Предвестника к себе, целуя распахнутые в удивлении губы. Влажно, сладко, горячо. Назло ему водила руками по телу, сжимая бордовую рубашку, так подходящую к лицу этому наглому юноше. Эти прикосновения только больше распаляли, подводя девушку к краю. Тарталья зарычал ей в губы, стиснув в ладонях подтянутые ягодицы, прижимая ещё ближе.       Жарко, невыносимо жарко, чёрт возьми! Рисовое вино кружило голову не хуже инадзумовского саке. Путешественница скользнула ладонями ниже, потеряв границы дозволенного. Они не должны были, они враги, а Чайльд вообще предвестник… Плевать! Собственные принципы сейчас не имели никакого значения, только манящие сладковатые губы на других, сухих и горячих, существовали в их мире. И неважно, что с каждым поцелуем и с каждым прикосновением девушка всё больше запутывается в паутину, так тщательно сотканную ею же.       Они оторвались друг от друга, когда запас кислорода подошёл к концу. Вспотевшая и возбужденная Люмин ошарашенно глядела на растрепанного и помятого Аякса. Осознание медленно приближалось, и путешественница прикрыла губы, опустив взгляд в пол. Они не должны… Но почему же тело так отчаянно просит ещё? От собственной глупости хотелось рассмеяться: её обвели вокруг пальца в её же игре! Надо признать, Чайлд действительно хорош и не только во лжи… Целуется он тоже неплохо. — «Перестань, Люмин! Соберись!» — кричал внутренний голос. — Чайлд, нам не стоило этого делать… — в горле пересохло. До сих пор Тарталья не проронил ни слова, только молча наблюдал за девушкой. Услышав это, он как-то грустно усмехнулся. — Ты права, не стоило. Но разве мы не собирались отказаться от наших разногласий хотя бы на сегодня? — юноша приблизился к ней, проведя ладонью по щеке и вглядываясь ей в глаза, — Нет Люмин — почётного рыцаря Ордо Фавониуса и нет Чайлда — Одиннадцатого Предвестника Фатуи. Есть только ты и я. Обычные парень и девушка, пришедшие на свидание. Так почему мы должны скрывать то, что чувствуем на самом деле? Я же вижу, ты жаждешь меня не меньше, чем я тебя. Твои глаза и действия говорят мне об этом. — Это не так! — возмутилась Люмин, отбросив руку Тартальи. Кто сказал, что она сдастся так легко? — Правда? Тогда почему твоё тело реагирует на меня вот так? — нагло притянув девушку к себе за талию, он оставил пару поцелуев на её шее и за мочкой уха. Путешественница вздрогнула, едва прикусив губы, чтобы не застонать. Чёрт, её так быстро раскусили… — Ты можешь обмануть меня, Люмин, но не обманывай своё тело. Почему бы тебе не отбросить чёртовы предрассудки и не поддаться своему желанию. Скажем так… Назло всему миру?       Люмин прикрыла глаза, пытаясь отдышаться. Казалось, юноша забрал весь её кислород. Он был слишком близко… Непозволительно близко! Дыхание Чайлда щекотало кожу, лишая остатка благоразумия. Проснувшийся здравый смысл давно отошёл на второй план, затыкаемый нахлынувшим с новой силой возбуждением.       Назло, говорит… Что ж, она не против, но кто сказал, что вести будет он? Губы путешественницы растянулись в улыбке, пальцы сомкнулись в рыжих волосах, а тело прижималось к другому телу. Аякс улыбнулся, восприняв это, как согласие, и подхватил девушку под ягодицы, направившись в скрытую за раздвижной дверь комнату. — Чайлд, стой! Что ты делаешь? — вскрикнула Люмин, вцепившись в его плечи. — Несу тебя в спальню, конечно. Или ты хочешь, чтобы я взял тебя на столе, на котором мы только что ели? — усмехнулся Предвестник, слегка хлопнув её по ягодице, — Шалунья. — Погоди! Тут есть спальня? Это же ресторан! — удивлённо воскликнула путешественница, оглядываясь по сторонам. Это действительно была спальная комната, выглядевшая более простой и уютной, нежели «столовая» здесь, хотя и поддерживала общую цветовую гамму. Больше всего внимания привлекала огромная кровать. — Внизу ресторан, а на этом этаже комнаты для особых случаев, — объяснил Тарталья, поставив девушку на мягкий ковёр, — Думаю, наш случай особый, верно? — Ты знал об этом с самого начала?! — Да. Не одной тебе же играть со мной в игры, малышка Люми, — прошептал он, коснувшись языком кончика её уха. Люмин вздрогнула, с губ сорвался первый протяжный вздох, — Не сдерживайся, здесь нас никто не услышит. Никто не увидит нашего падения.       Тарталья обнял девушку со спины, сомкнув руки на талии, пока губы бесстыдно исследовали её шею и обнаженные плечи. Путешественница прогнулась в спине, предоставив ещё больше места для поцелуев. Дрожащими пальцами она потянулась развязывать завязки на шее, но была остановлена теплой мужской ладонью. — Не спеши, я сам, — Аякс оставил лёгкий поцелуй на её руке и одним движением справился сначала с завязками, а затем и со шнуровкой на спине. Платье рухнуло к ногам девушки, и та смущённо прикрыла лицо руками. Юноша хрипло рассмеялся, уткнувшись лбом ей в плечо, — Ты такая милая, когда смущаешься, малышка Люми. Как будто это не ты несколько минут назад самозабвенно целовала меня, доводя до предела.       Чайлд провёл ладонями по обнажённой коже, по мягкому, чуть выпуклому животу, по небольшой груди, скрытой под топом телесного цвета, и, недолго думая, скользнул под ткань, сжимая одно из полушарий, играя кончиком пальца с набухшим соском. С девичьих губ сорвался первый стон. — Чайлд… — выдохнула девушка и прижалась спиной к горячим мужским губам, поддавшись ласкам. — Зови меня просто Аякс, Люмин, — прошептал он ей в кожу, оставив следующий влажный поцелуй вдоль позвоночника. Ненужный сейчас топ полетел вслед за платьем, и теперь юноша спокойно мог продолжить игры с грудью. Длинные пальцы сжимали возбужденные соски, слегка вытягивая их, а затем начинали мять всё полушарие, оставляя едва заметные синячки. — А-Аякс! — вскрикнула Люмин, когда почувствовала на плече укус. Удовольствие, граничащее с болью… Тарталья умело чередовал ласки, сначала уделяя внимание груди, а затем покрывая укусами и поцелуями плечи, лопатки и шею. Да, это определённо начинало сводить с ума. Низ живота стягивался в тугой узел, требуя разрядки, тело билось словно в лихорадке, а сердце отдавалось громким гулом в собственной голове. — Что такое, малышка Люми? — хрипло усмехнулся он, ненадолго оторвавшись от девичьей кожи, чтобы выпрямиться и размять затекшую шею. Да, всë-таки разница в росте немного, но играла роль. Его руки не прекращали ласки, поочередно сжимая грудь и перекатывая соски меж пальцами, но затем одна из ладоней скользнула вниз, погладив живот, и легла на слегка влажную промежность, — Ох, неужели настолько ты жаждешь меня? Ну же, только скажи, и я буду твоим.       Но юноша не дал ей произнести ни слова, жадно целуя, а его пальцы нагло исследовали половые губы сквозь шорты. Люмин прикусила почти до крови нижнюю губу Тартальи, и тот в ответ зарычал, сделав тоже самое в отместку. Привкус крови туманил разум, если он вообще был у этих двоих. Поцелуй стал ещё глубже, язык юноши заходил всё дальше, по-хозяйски исследуя рот известной на весь Тейват героини. Путешественница схватилась за шею Предвестника, прижавшись к его груди, пока горячие мужские руки бесстыдно спускали последний элемент одежды девушки, и длинные тонкие пальцы проникли внутрь, надавив на влажные стенки влагалища.       Люмин вскрикнула, оставляя на коже Чайлда красные полосы. Чёрт, его пальцы не были похожи на её собственные: они задевали самые чувствительные точки и приносили намного больше удовольствия. К тому же, действия Тартальи действительно умелые. Интересно, сколько женщин он ласкал именно так? Ревность неприятно уколола сердце, но девушка проигнорировала это: они не в том положении, чтобы это было уместным. Закатив глаза, путешественница жадно хватала ртом воздух, положив голову на плечо Аякса. — Что такое? Тебе не нравится? — прошептал он, остановившись, на что Люмин лихорадочно схватила руку, ласкавшую её. — Нет, не останавливайся, пожалуйста! — почти прохныкала девушка, и Чайлд ухмыльнулся, восстановив движения пальцами, — О, Архонты, я же сейчас… — Неа, — игриво протянул юноша, легонько прикусив губу путешественницы, и вытащил пальцы из её лона, — Мы только начали. — Чайлд, ты… Самый настоящий мерзавец!       Тарталья с лёгкостью поднял Люмин и вместе с ней опустился на идеально заправленную постель. Он отпрянул от девушки, для того, чтобы снять явно мешавшую сейчас рубашку, но рухнул рядом после лёгкого толчка худой и бледной (на первый взгляд) ножки. Опомниться Предвестник не успел: бравая путешественница оседлала его бёдра, впившись горячим поцелуем в губы, и нетерпеливо стала расстегивать неподдающиеся женским пальчикам пуговицы. После очередной попытки Люмин не выдержала и потянула ткань в разные стороны с такой силой, что пуговки разлетелись. Аякс задорно рассмеялся: — Эй, ты оставила меня без рубашки! — его смех потерялся в рваном выдохе, когда пухлые губы коснулись его шеи. Путешественница решила отыграться, также чередуя ласковые поцелуи на ключицах и груди парня с покусываниями, и когда зубы слишком сильно впивались в кожу, девушка зализывала ранку. Следы останутся ненадолго, но воспоминания об этом дне будут долго жить в голове Предвестника, и это не могло не льстить.       Дрожащими пальцами она провела по животу партнера, цепляясь за ремень, как за спасательный круг. На секунду Люмин остановилась, будто взвешивая все «за» и «против». Действительно ли стоило заходить так далеко? Потом пути назад уже не будет… Хотя, нет, его нет уже сейчас. Не время трусить и сдавать назад, к тому же, когда прямо под ней лежало столь желанное тело… — Малышка Люми решила взять власть в свои ручки? — усмехнулся Тарталья, (как же ей хотелось стереть эту ухмылку с его лица) несильно шлепнув девушку по ягодице, — Что ж, я не против. Дерзай.       Слова Чайлда словно подтолкнули путешественницу, она одним движением расстегнула пряжку, сорвав брюки с юноши, и смущённо ахнула. Член Предвестника имел внушительные размеры, и Люмин на секунду подумала, а влезет ли он в неё вообще? Она смущённо протянула руку к возбужденному органу, слегка огладила головку, сорвав первый стон с губ Аякса. Он выгнулся навстречу девичьим ласкам, откинувшись на подушки и прикрыв глаза от наслаждения. Его достоинство слегка подрагивало, тянувшись за ладошкой девушки. Несмело она охватила его, совершая мягкие движения вверх-вниз. Тарталья прикусил нижнюю губу, всё тело будто ударило электрическим током, но приносил он далеко не боль…       Надо спасать положение, иначе Чайлд долго не протянет. — Малышка… — голос стал необычайно хриплым, несвойственным для юноши. Голубые глаза сверкнули из-под полуопущенных век, а на щеках появился лёгкий румянец, то ли от разыгравшегося вина, то ли от жара. Тарталья аккуратно взял ладонь девушки своей и легонько потянул на себя, — Иди сюда.       Люмин несмело придвинулась ближе, но оседлать его не торопилась. Аякс не сразу понял в чём дело, пока в голову не ударило воспоминание недавнего пьяного разговора, где путешественница почти в открытую заявила, что она — девственница. Черт, вот же придурок… — Боишься? Не нужно, я не причиню тебе вреда, — второй рукой юноша погладил партнершу по бедру и мягко улыбнулся, как бы успокаивая, — Доверься мне, Люми.       Девушка коротко кивнула, устроившись сверху, и вздрогнула, когда головка его члена едва коснулась её промежности. Он мягко сжал её бок, придерживая и помогая ей опуститься на возбуждённый орган полностью. Люмин неприятно поморщилась, ощущая лёгкое жжение внутри, но боли, как таковой, не было. (возможно потому, что она была достаточно влажной) Чайлд дал ей время привыкнуть к новым ощущением, лёгкими поглаживающими движениями лаская её грудь, отвлекая короткими поцелуями. — Расслабься. Вот так, умница, — тихо произнёс Тарталья и погладил путешественницу по спине, — Я начинаю двигаться.       Толчки были медленными, аккуратными, глубокими. Аякс поддерживал Люмин за талию, одаривал поцелуями её тело и лицо, ловя стоны своим ртом. Девушка зарывалась пальчиками в рыжие волосы, слегка прикусывала губы юноши во время поцелуя, прикрывала глаза и не сдерживалась в стонах. Предвестник улыбался, видя путешественницу именно такой: расслабленной, взлохмаченной и наслаждающейся каждым его движением. Такой, какой её не видел никто.       Привыкнув к новым ощущениям, героиня уже сама насаживалась на член, впившись в плечи партнера. Толчки стали быстрее, резче. Длинные мужские пальцы оставляли синяки на мягких бедрах, девичьи ногти оставляли красные полосы на груди и шее, капли пота стекали с обнаженных тел. Когда Чайлд достигал самых чувствительных точек, Люмин прикусывала губы, чтобы не закричать, и юноше это безумно льстило, почти срывало башню, заставляя ускоряться ещё больше. Контроль ускользнул из рук девушки, и она устроилась на груди Предвестника, уткнувшись носом в его шею и осыпая нежными поцелуями. Тарталья, в свою очередь, упиваясь предоставленной «властью», шлёпал партнершу по ягодицам, оставляя обжигающие красные следы от ладоней, тихо рыча. Самое настоящее животное безумие, подводившее их обоих к краю. — А-Аякс!       Первой не выдержала путешественница. Оргазм накрыл с оглушительной силой, тело содрогнулось, а сама девушка впилась зубами в ключицу, чтобы заглушить вырывающийся наружу крик удовольствия. Чайлд дёрнулся и излился следом, то ли от испуга, то ли от боли. Люмин обмякла на его груди, чувствуя себя ужасно уставшей, но «сытой» и довольной. Руки юноши обвились вокруг её талии, мягко поглаживая по спине и волосам, а сам он прикрыл глаза, словно собирался заснуть. — Что же мы натворили… — прошептала путешественница, выводя непонятные узоры вокруг синеющих засосов и укусов. — Жалеешь? — тихо, с ноткой горечи произнёс Аякс. — Нет, но… — девушка замялась, ощутив лёгкий поцелуй на макушке, — Как нам быть дальше? Мы же находимся по разные стороны баррикад? Что о нас подумают товарищи? — Уже поздно думать об этом, Люмин. Сделанного не воротишь — знаешь такое? Мы исполнили наше общее желание, а всё остальное не имеет значения. По крайней мере сейчас, пока мы всё ещё здесь.       «Он прав. И это немного раздражает.» — Верно, нам нужно возвращаться! Паймон, наверное, уже вовсю бьёт тревогу! — Люмин хотела вскочить с кровати и начать собираться, как была остановлена тёплой и сильной рукой и уложена обратно в постель. — Подожди… Неизвестно, когда мы встретимся вновь. Я бы хотел… Побыть с тобой ещё немного, — Чайлд отвёл взгляд и прикусил губу, словно подбирал нужные слова, — Не волнуйся о времени — пару часов у нас осталось.       Путешественница вздохнула и молча кивнула, удобно устраиваясь у юноши под боком. Признаться честно, хотя бы самой себе, она тоже не хотела уходить. Здесь, в объятиях рыжеволосого Предвестника, ей было более, чем комфортно. Окутанная теплом, Люмин улыбнулась и тихо произнесла: — Знаешь, при следующей нашей встречи я хотела бы всё повторить. — Тогда тебе нужно лишь попросить, малышка Люми, и я обязательно исполню твоё желание.