Friends

Хван Хёнджин и Ли Феликс как-то неожиданно для себя подружились. Сначала это были студенческие пьянки, потом видеоигры, футбол, дружеские подколы и… дружеский отсос. Это случилось абсолютно случайно на одной из вписок, а потом стало их привычным ритуалом, одним из многих: пожать руку, похлопать по заду, потрепать по макушке и отсосать, да. Чисто по-дружески. Только вот одним отсосом это не ограничилось. Это оказалось весьма удобно — иметь друга с привилегиями. Они не питали друг к другу никаких чувств, кроме дружеских, но секс был хорош, и это обоих устраивало — никаких проблем и гарантированное регулярное удовольствие. А ещё у Феликса был очень странный старший брат, с которым он жил и которого Хёнджин побаивался. Он был очень немногословный, сдержанный, с жутким взглядом и криповыми шутками. Ему бы маньяка-убийцу в каком-нибудь фильме играть. В общем, не мужик, а мороз по коже. На время летних каникул в общежитии, где жил Хёнджин, начался ремонт, и Хван напросился пожить эти два месяца у Феликса — с родителями жить как-то совсем не хотелось. — Я спросил у брата, он не против, — обрадовал хорошей новостью. — О, супер, спасибо большое, дома я тебя расцелую, — парень расплылся в улыбке. — Можешь просто отсосать, — хохотнул блондин, на что сразу получил жгучий шлепок по руке. — Ауч, — недовольно прошипел. — Кстати об этом… А твой брат… Он… — А, забей, — Феликс махнул рукой, — Минхо пофигу, и он целыми днями на работе. Ах да, жить будем в моей комнате, — парень игриво пошевелил бровями. — Фу, как пошло, — Хван рассмеялся. Вещей у Хёнджина оказалось совсем немного, и всего через пару дней со всеми своими пожитками он переехал к другу. Он старался особо не разгуливать по чужой квартире, боясь попасться на глаза Минхо. Ли Минхо. Как-то давно, когда Феликс их только познакомил, Хёнджин поприветствовал того по имени и протянул руку, на что Минхо вскинул брови и спросил, не надоело ли ему жить, обращаясь так к старшему. Он для него хён вообще-то, и ему стоит поучиться манерам. Хёнджин разбирал на кухне пакет с продуктами, которые он купил, пока Феликс выбирал, какой фильм они будут смотреть. За спиной раздались тихие мягкие шаги, и Хван вздрогнул, разворачиваясь. — Д-добрый вечер, хён, — парень неуклюже поклонился и поднял свой взгляд на мужчину. Ли Минхо с растрёпанными и влажными после душа волосами окинул парня бездонным чёрным взглядом и одобрительно хмыкнул. — И тебе привет, — он подошёл к кухонному шкафчику и достал из ящика нож. — Ужинать будешь? — он скользнул взглядом по пакету с продуктами. — Я-я да, наверное, — Хвану хотелось испариться или телепортироваться отсюда. — Да или нет? — Минхо изогнул бровь. — Д-да. — Хорошо, я позову тебя с Ликсом, когда будет готово. Хёнджин топтался на месте, не зная, что делать и куда себя деть. — Можешь идти, — мужчина бросил через плечо, и Хван поспешил унести свою задницу в комнату. Он закрыл дверь и прижался к той спиной, выдыхая. — Ты чего? — Ликс оторвался от ноутбука, смотря на своего бледного друга. — Там твой брат, — он шагнул внутрь комнаты и плюхнулся на постель, — Пиздец, он меня пугает. — А, да расслабься, он прикольный, — Феликс снова уткнулся в экран, закусывая губу. — Я бы так не сказал, — Хёнджин окинул взглядом стройный силуэт своего друга, — Как вообще получилось, что вы братья? — Тебе рассказать, как это делается? — блондин рассмеялся. — Блин, я не об этом, — пихнул друга ногой под тощий зад, — Вы с ним вообще не похожи, и он весь такой чопорный. — У нас разные матери, я до шестнадцати жил в Австралии. — Это многое объясняет, — Хёнджин запустил руку в длинные волосы и почесал свой затылок. — Всё, давай смотреть, — Феликс развернул ноутбук на стуле и погасил свет, — Двигайся, — пихнул друга в бок и улегся рядом, обнимая подушку. Хёнджин обнял Феликса поперёк живота и прижал к себе, устраиваясь головой на одной подушке. Феликс бесконечно крутился, потому что не получалось удобно улечься. — Ты можешь не тереться задом об меня? — возмущённо произнёс над ухом. — С каких пор тебе это не нравится? — блондин подался бёдрами назад, ощущая чужое назревающее возбуждение. — Мы не одни, эй, — он придавил друга, чтобы тот не двигался, — смотри фильм давай. — Ты иногда такой серьёзный, ужас, — Феликс закатил глаза. Спустя время в дверь раздался тихий стук и голос оповестил о том, что ужин готов. — О, наконец-то, — Феликс довольно потянулся на кровати, — Минхо классно готовит. Хёнджин плелся за своим другом на кухню, его брат во всю накрывал на стол, пахло чем-то очень вкусным. Он, кажется, в жизни не ел ничего настолько вкусно пахнущего. — Спасибо, Минхо, — Феликс бодро шлепнулся задом на стул и пододвинул тарелку с мясом к себе. — Спасибо, хён, — голос предательски дрогнул, и он неловко потянулся к вилке под пристальным обсидиановым взглядом. Минхо отвернулся, беря стаканы с полки, и боролся с улыбкой, которая ползла на лицо. Он тихо выдохнул и развернулся, снова натягивая грозную физиономию. Как-то поздно ночью Хёнджин столкнулся с Минхо в дверях ванной — Хёнджин готовился к бессонной ночи с лучшим другом, а Минхо… Фиг его знает, что забыл Минхо, в туалет, наверное, вставал. Хёнджин неловко поклонился и поприветствовал, быстро прошмыгнув мимо мужчины. Минхо с усмешкой мазнул взглядом по поджарой фигуре в одних лишь шортах и покачал головой, скрываясь в ванной. Конечно же, он знал, как они дружат, точнее, какими частями тела. Это сложно было не услышать, хоть парни и, очевидно, старались не шуметь. — Блять, он меня до усрачки пугает, — пожаловался Хван ныряя в кровать друга. — С каких пор ты стал таким зашуганным? — усмехнулся Феликс, — Минхо только с виду вредный, а так он добряк, каких еще надо поискать, — накрыл губы друга поцелуем. Хёнджин промычал в поцелуй, когда пальцы друга коснулись влажного отверстия и скользнули внутрь. Они давно успели изучить тела друг друга вдоль и поперек, и они уже рефлекторно реагировали друг на друга. В один из их привычных поздних вечеров Хёнджин сидел абсолютно голый на краю кровати, а Феликс на коленях меж его широко разведённых ног. Хван опирался на руки позади себя и наслаждался чужим ртом на своём члене. У Минхо сгорела жопа. Малой опять взял его зарядку от айпада и не вернул. Он закатил глаза и направился в комнату брата, чтобы забрать свою зарядку и отчитать мелкого. — Ликс, я тысячу раз просил тебя, если… — он застыл на пороге, держась за ручку двери, — Ты берешь мои вещи…то… Кто-то из парней просто забыл закрыть дверь. Они оба испуганно замерли. Феликс выпустил член изо рта, Хван вообще забыл, как дышать, настолько забыл, что от испуга его стояк попрощался со всеми присутствующими. Минхо скользнул взглядом по обнаженному парню, внимательно изучая, потом перевел взгляд на раскрасневшегося, растрёпанного брата, у которого глаза горели, как у мелкого демонёнка. Он шумно сглотнул. Одно дело слышать, другое — видеть. Кровь отлила от его мозга к определённому месту, и он шагнул в комнату, машинально прикрывая дверь. — Продолжайте, — едва слышно хрипло произнес старший. Хёнджин замер с ахуем в ахуе, Феликс пожал плечами и вобрал опавший член в рот. Минхо подошел к кровати и сел рядом с полностью обнаженным Хёнджином, касаясь ладонью его щеки и накрывая его губы. Он не моргал и не дышал, осознавая происходящее. — Расслабься, — тихий шепот, и губы вновь накрыли, проникая языком. Хёнджина окатило лавиной то ли возбуждения, то ли страха, то ли хер пойми чего, он лишь прикрыл глаза и ответил на мокрый поцелуй. Минхо вылизывал его рот, прервался на секунду, чтобы стянуть с себя футболку, и снова припал к губам. Феликс самозабвенно развлекался с членом друга, беря его максимально глубоко, от чего Хёнджин зажмурился и простонал в поцелуй. Минхо снова оторвался от губ, скинул с себя всю одежду, сел рядом, притягивая к себе парня, и вынуждая Феликса отлипнуть от игрушки. — Сядь на меня, — Минхо помог усесться парню на свои разведенные бедра, кивнул Феликсу, и мазнул языком по уже влажной шее парня. Хёнджин охреневал. К такому его жизнь точно не готовила. Он сходил с ума, когда его ласкали и гладили два рта и четыре руки. Минхо подавался бедрами вперед, и Хван чувствовал поясницей его стояк, руки старшего гладили торс и прокатывали соски между пальцев, Феликс насаживался горлом, сминая бедра, а Хёнджин, кажется, начинал забывать, как его зовут. Да и так ли это важно? Минхо вылизывал и зацеловывал шею и плечи до багровых пятен, Хёнджин задыхался, выгибался дугой, грозясь свалиться с чужих и уже влажных бёдер. Член тёрся о поясницу, собственный горел в чужом горле. У Хвана непроизвольно закатывались глаза, Минхо собрал его растрёпанные волосы в кулак, наматывая, и потянул на себя, от чего Хёнджин всхлипнул и подался вперёд всем телом, заставляя Феликса закашляться и покраснеть ещё больше. Минхо скользнул взглядом по взбудораженному брату с по-блядски распухшими губами и подмигнул, на что Феликс ухмыльнулся, стягивая свою одежду. — Хочешь, чтобы хён тебя трахнул? — прошептал на ухо изнывающему в его объятиях парню. Феликс хищно улыбнулся, смотря на то, как дернулся член друга и пустил порцию смазки. — Ликс, растяни его для меня, — рука всё тянула за волосы, заставляя постанывать. Минхо откинулся корпусом назад, оперся одной рукой за собой, другой закинул руки Хёнджина себе за голову. — Сцепи руки у меня за шеей и держись, — прохрипел на ухо, от чего Хвана ещё больше размазало. Он подтянул парня за низ живота на себя, надежно усаживая на себе, Феликс опустился на колени с флаконом смазки, согнул ноги друга в коленях и, широко разводя, устроил на бедрах брата. Блондин выдавил в ладонь щедрую порцию смазки, согревая. — Только дырку не перепутай, — усмехнулся Минхо. — Придурок, — парировал блондин. Хёнджин, кажется, ебнулся, потому что это слишком дико, чтобы быть реальностью. Он задыхался, распадался на атомы от самой ситуации, от переизбытка ощущений, от крепкого, сильного и горячего тела под собой, от жаркого и влажного дыхания над ухом и от блядского Феликса с его блядскими пальцами. Феликс знал каждый миллиметр тела друга изнутри и снаружи. Знал, как надо, знал, как он любит. Пальцы растягивали и выбивали протяжные стоны, чья-то рука крепко сжала его член и двигалась. Губы, губы повсюду. Чьи? Да хер его знает, чьи, но это было потрясающе. Руки гладили и сминали его везде, казалось, их так много, что его сейчас трахает какое-то многорукое божество. — Готово, — со знанием дела заключил Феликс, вынимая пальцы. Феликс встал, обхватывая друга за ягодицы, приподнимая, Минхо обхватил свой член, направляя. — Давай, Джинни, сядь на хена, — шепот на ухо. Хван послушно, придерживаемый Феликсом, медленно опустился на член, закатывая глаза, хрипло простонав. — Без меня не начинайте, — тихо хохотнул блондин, заводя руку с порцией смазки себе за спину. Минхо откинулся на кровать, обхватив парня руками поперек торса, и не двигался, давая привыкнуть, вылизывал шею, гладил чувствительную грудь. Хёнджин умирал на чужом члене, хаотично гладил Минхо под собой везде, где мог дотянуться, хрипло и глубоко дышал, задыхался от нехватки воздуха. Сквозь ресницы он увидел, как Феликс забрался на кровать и перекинул ногу через них. Хёнджин всхлипнул, сжимая простынь до боли в пальцах, когда Феликс начал опускаться на его член, выпуская на волю тихий, гортанный, низкий стон. Феликс полностью опустился, опираясь на вытянутые руки по бокам от парней под ним. Минхо начал медленно двигать бедрами, упираясь ступнями в пол, Феликс в какой-то немыслимой и абсолютно неудобной позе насаживался на член друга, заставляя того захлебываться стонами. А Хёнджин подумал, что вот сейчас он точно умрет. Не самая плохая смерть, если так подумать, — быть плотно зажатым между двух крепких, потных, трахающих его тел. В семейном кругу, так сказать. По всей комнате разносились хлюпающие звуки, шлепки кожи о кожу, стоны, хрипы, рыки. Воздух, который заволокло запахом секса, ощущался настолько густым, что казалось, его можно нарезать ножом. — Я… я… сей… — Хёнджин дёрнулся всем телом, и Феликс ощутил, как его нутро заполняется. Минхо на мгновение остановился, переводя дыхание, и ожидая, пока Феликс с них слезет. — Я… простите… я, — Хван бормотал что-то невнятное. — Тсс, — Минхо погладил по щеке, — чего ты хочешь, скажи. — Я… х-хочу вас… обоих, — едва слышно выдохнул парень, а братья переглянулись мутными глазами. Минхо, не выходя из парня, отполз выше на кровати и развернул их вдоль. Феликс забрался на постель, прихватив смазку, максимально широко развел ноги друга и, смазав пальцы, скользнул одним внутрь, ощущая внутри своего друга член брата. Он осторожно продвигался под тихий всхлип, Минхо гладил и целовал парня, помогая расслабиться, гладил низ живота, обхватил вновь наливающийся член и начал ласкать. Когда Феликс ввел второй палец, от Хёнджина, кажется, уже осталось мало человеческого — лишь невнятная, жаждущая, всхлипывающая, стонущая субстанция. Друг его осторожно и неумолимо растягивал — два члена это не шутка. Гладил изнутри, Минхо тихо постанывал, от чужих пальцев, от узости, от жара, от влаги. Феликс, обильно смазав уже ноющий член, пристроился между широко разведенных ног, оперся на вытянутую руку, приставил головку к растянутому и опухшему кольцу мышц и медленно толкнулся всем весом. Хёнджина выгнуло, из глаз брызнули слезы, зад распирало словно торпедой, Минхо что-то шептал на ухо и гладил, Феликс, зажмурившись от болезненной узости, вошел до конца, ложась на друга и переводя дыхание. — Как ты? — хрипло пробасил над ухом. Хёнджин промычал что-то непонятное и едва кивнул головой. — Дыши глубоко, носом, — раздался голос Минхо. Хван медленно тянул носом обжигающий воздух, привыкая. Феликс чувствовал, как друг постепенно расслабляется и выждав еще немного, осторожно задвигался, выбивая сразу стоны из двоих. — Блять, — прохрипел Минхо под тяжестью двух тел. — Это пиздец, блять, — он хватал воздух ртом, сходя с ума от стимуляции, от ощущения чужого члена своим, внутри другого, блин, человека. Хван лишь захлебывался, закатывал глаза и издавал невнятные звуки, пока два члена медленно натягивали его на себя. Он в какой-то момент потерял связь с реальностью. Голова стала абсолютно пустой, а все мысли слиплись во влажный комок. По всему телу разносились волны удовольствия, простату стимулировал каждый толчок, член, тесно зажатый, истекал смазкой. Феликса мазало до пятен перед глазами, он накрыл влажные, распухшие губы друга своими и скользнул языком в рот, вылизывая, ловя звучные стоны, встречаясь взглядом с черными глазами брата. Минхо обхватил ладонями бока брата, помогая ему, покачивал бедрами, сходя с ума. Он взмок, как конь на скачках, на нем был не менее мокрый парень, который стонал так громко, что еще немного, и соседи вызовут полицию. — Ликс, еще немного…и… — Минхо пытался связать слова во что-то осмысленное. — Угу, — промычал в поцелуй и ускорился, заставляя друга под собой извиваться и впиваться короткими ногтями в спину. Феликс зажмурился до звёздочек под веками, толкаясь, уши противно заложило, и он, как под толщей воды, услышал сдавленный стон брата и ощутил влагу внутри, изливаясь следом. Минхо протиснул руку к члену Хёнджина, и всего пара движений рукой, и тот обильно излился, марая животы. Парни, рассоединившись и разобравшись со всеми своими конечностями, устало лежали на кровати, слипшись потными телами, приходя в себя. Хван покинул эту планету, пусто смотря в потолок. Феликс невесомо гладил торс друга, натыкаясь на горячую руку брата. Братья посмотрели друг на друга и вымученно усмехнулись. — Я наберу вам ванну, — Минхо, морщась от боли, сполз с кровати, его словно грузовик переехал, хотя отчасти так и было. Когда ванна была готова, Минхо подхватил Хёнджина на руки и понес в ванную, Феликс наспех стянул постельное белье, которое, кажется, не имеет смысла даже стирать — проще сжечь, и перестелил постель. Когда Феликс зашел, то увидел, как Хёнджин устало размазался по ванной, Минхо его моет пушистой мочалкой, сидя на бортике. — Забирайся, помоги другу помыться, — Минхо подождал, пока брат залезет в большую ванную, и отдал ему мочалку. Минхо оставил парней и ушел в душевую, наспех смывая с себя пот и все остальное. — И часто вы так? — просипел Хёнджин. — Первый раз, — усмехнулся друг. — Охренеть, — он расплылся в довольной, вымученной улыбке. — Тебе понравилось? Хёнджин лишь кивнул, прикрывая глаза. — Я же говорил, что Минхо классный, — рассмеялся Феликс. Минхо заварил крепкий ароматный чай с сахаром и принес в комнату брата. Помог вытереть и одеть Хёнджина в пижаму, донес того до кровати и уложил на свежую постель. Укрыл младших одеялом и напоил горячим чаем. Хёнджин отключился почти моментально, провалившись в глубокий, удовлетворенный сон. Феликс обнимал друга, поглаживая плечо. Минхо развернулся, собираясь уходить. — Останься, — тихо произнес Феликс, — Места всем хватит, — он приподнял край одеяла в приглашающем жесте, на что получил невесомую улыбку.