ЭГИНОР

Граница между королевством Эрвана и их воинственным соседом проходила по широкой полноводной реке, несшей свои воды с востока на запад, и Турдан предложил дяде встретиться в небольшом селении к северу от нее.   Через несколько дней Король и его спутники благополучно достигли реки, но когда до переправы уже оставалось меньше мили, перед ними предстал высокий человек в длинном плаще с капюшоном. Увидев королевский отряд, он вышел на середину дороги. Эрван нехотя сделал знак своим воинам, и они остановились. — Кто ты? — строго спросил Король. — Меня послал отшельник из Восточных Предгорий. — Что угодно досточтимому Отшельнику? — смягчаясь, произнес Эрван. — Он просит короля Эрвана вернуться в Канлуриан. — Я еду на похороны сестры, жестоко убитой… — Отшельник это знает. Он поручил мне передать, что вы не должны встречаться с царем Турданом в его землях. — Все же это сын мой сестры, мой родной племянник. И он просил меня вместе с ним совершить погребение матери. Я не могу отвергнуть протянутую мне руку. — Это не протянутая рука, а безжалостная западня, государь. Король колебался. — Если я не приеду, то Турдан решит, что мы… — Государь. Скажу прямо. Если вы все-таки поедете туда, вас возьмут в плен и жестоко убьют. Королевство же не продержится и года. — Странно почти приехать на место и внезапно повернуть назад… — не без досады произнес Эрван. — Я привык доводить начатое до конца. — Упорство в достижении благих целей, бесспорно, есть добродетель. Но иногда умение вовремя остановиться может оказаться не менее ценным качеством…   Король не ответил. — Разумеется, вы вправе не прислушиваться к словам Отшельника, государь. Вы — Король, и мы не смеем настаивать. — Человек с достоинством поклонился и зашагал прочь. Спутники Эрвана молчали, ожидая его решения. Король вспомнил слезы и мольбы Аргиты, а затем слова сына о дурном сне. “Всё, что говорил мне Отшельник, всегда сбывалось… Похоже, мне стоит послушаться и отступить. Тем более Эгинор видел накануне моего отъезда сон, который мог быть вещим”. Он заставил себя обернуться к сопровождавшим его воинам. — Ардаль и Сундин. Вы отправитесь к царю Турдану и сообщите ему, что неотложные дела вынуждают меня отказаться от столь важной и нужной встречи с ним и вернуться в Канлуриан. Но я помню, что он мой родной племянник, и всегда буду рад видеть его в своем Королевстве в качестве дорогого гостя. Два рыцаря поклонились Королю и продолжили свой путь. Остальной отряд развернулся и устремился назад, на юго-запад. После отъезда Эрвана Эгинор проводил Королеву в ее покои и провел с ней весь день. Женщина долго не могла прийти в себя и изнемогала от тревоги за супруга. Эгинор держался лучше, но тоже очень переживал за отца. Спустя несколько дней, когда принц ненадолго отлучился проведать Искра, Дракон снова предложил ему полетать. — Спасибо, Искр… Но у меня сейчас так тяжело на сердце. — Вот и отвлечешься немного, — проворчал Дракон. — Залезай.   Эгинор поколебался, но соблазн был велик, и он забрался на спину Искра. Дракон захлопал крыльями, и они поднялись в воздух. — Куда полетим? — спросил он. — Куда тебе удобнее, Искр, — отозвался Эгинор. Словно угадав его мысли, Дракон повернул к северу. Спустя четверть часа зоркий юноша заметил всадников. — Неужели?.. — негромко воскликнул он. — Искр!!! — Что? — обернулся Дракон. — Спустись пониже. Можешь?! — Конечно. Голова закружилась? — снисходительно поинтересовался Дракон. — Там конный отряд! Вдруг это отец! — прокричал Эгинор. Искр расправил крылья и плавно спикировал вниз. Скоро у принца не осталось сомнений: перед ними был отряд Эрвана. Заметив Дракона, всадники невольно придержали коней и, подняв головы, взирали на парящего в небе крылатого ящера. — Да, это отец и его рыцари! Пожалуйста, Искр... Дракон хмыкнул и, сделав круг, приземлился на дорогу прямо перед отрядом. Эгинор спрыгнул на землю и бросился к Королю. — Вы вернулись, отец! — Вернулся, Эгинор. — Эрван наклонился и обнял подбежавшего сына. — Я же велел тебе заботиться о матушке, а ты катаешься на Искре, — покачал он головой, глядя на взлохмаченного ветром сына. — Простите, отец. — Лети домой и обрадуй ее, — велел Эрван. — Конечно, отец. — Взволнованный и радостный Эгинор вернулся к Дракону. Ранним вечером Король прибыл во Дворец, где его встретили счастливая Аргита с сыном и дочерью. — Ты дома?! Так скоро!.. — Женщина обняла супруга. — Да, дорогая, — согласился Эрван. — Как ты съездил?.. — Аргита с надеждой заглянула мужу в глаза. — Пойдем. — Он предложил жене руку, и они не спеша поднялись в свои покои. — Как всё прошло? — осторожно спросила Королева, когда они остались одни. — Я не был у Турдана. — Не был? — растерялась она. — Да. Меня остановили. Посланец Отшельника из Восточных Предгорий. — Я наслышана об этом мудреце. — Он действительно весьма необычный человек… И его слова всегда сбываются. Он велел мне вернуться. — Наверное, это к лучшему, Эрван… Главное — ты жив и снова с нами! — Она обняла его. Король обнял супругу в ответ и нежно поцеловал. — Я хотел поговорить об Эгиноре… — помолчав, снова заговорил он. — Эгиноре? — переспросила она. — Думаю, нам пора рассказать ему о его предназначении… Он хороший ответственный мальчик, но порой ведет себя несколько легкомысленно… — Разве? — удивилась Аргита. — Да. Например, сегодня от катался на Искре. — Вот и хорошо, — возразила жена. — Все дни после твоего отъезда он почти не отходил меня и, как мог, пытался успокоить… — Рад слышать, — согласился Эрван. — Но как бы то ни было… Пророчества говорят о том, что именно он может победить северян и спасти наше королевство. Скоро он станет совершеннолетним. Мне кажется, он должен узнать о предначертанном ему пути. — Бедный мальчик… — покачав головой, прошептала Аргита. — Может быть, нам всё же еще повременить? Как бы это знание его не надломило. — Она вопросительно взглянула на мужа. Король вздохнул. Ему и самому было жаль сына. — Пожалуй, мне следует посоветоваться с Отшельником из Восточных Предгорий… — задумчиво произнес Эрван. — Ты снова уедешь?.. — опечалилась жена. — Сейчас мое путешествие не будет опасным... Отшельник видит больше остальных людей. Возможно, он даст нам дельный совет или откроет, в чем именно заключается миссия Эгинора. — Как скажешь, супруг мой, — согласилась Аргита. Король провел неделю в Столице, после чего снова собрался в дорогу. Эгинор, естественно, попросил взять его с собой. — Пожалуйста, отец! Ведь это Отшельник подарил мне Искра, — уговаривал Эрвана принц. — Возможно, он мне что-нибудь о нем расскажет. — Эгинор… — Мы же не покинем пределы Канлура и потому матушка не будет так волноваться… Позвольте мне сопровождать вас! “А ведь и правда… Отшельник подарил Эгинору Искра и, более того, он предсказал и, похоже, даже устроил рождение этого мальчика”. — Хорошо, Эгинор, — к немалой радости сына, согласился Эрван. На следующий день, едва рассвело, в сопровождении трех воинов они выехали из Города и повернули на восточный тракт. Прежде Эгинор по этой дороге никогда не ездил. Обычно он покидал Канлуриан, чтобы навестить родственников в лесном Эмральдине, который лежал к западу от Столицы, или отправлялся на юг, к морю. Поначалу они ехали среди густонаселенных плодородных равнин центрального Канлура, потом местность постепенно стала холмистой, и вдали начали угадываться величественные силуэты гор. Через восемь дней маленький отряд прибыл к их подножью, где под охраной одного из воинов оставил лошадей. Остальные стали подниматься по петляющей наверх тропинке к жилищу Отшельника. Неподалеку от пещеры навстречу им вышел человек, в котором Король узнал остановившего его посланца. — Учитель примет вас, государь, — сказал он с поклоном. Король и Эгинор последовали за ним. Когда они вошли в пещеру, Эрван подумал, что мудрец со дня их последней встречи почти не изменился. Отец и сын поклонились. — Пусть юноша пока подождет, — сказал Отшельник. Принц повиновался. — Что привело вас ко мне теперь? — спросил Старик, когда принц вышел. — Но вы же и так всё знаете… — Я хочу услышать это от вас, государь. — Мой сын. Предсказано, что только он может спасти наше королевство… В чем будет заключаться его миссия? И когда мне следует рассказать ему об этих пророчествах? — Ему сейчас девятнадцать. Менее чем через год он станет совершеннолетним, и вы ему всё расскажете. — Благодарю за ответ… Но всё же… Будет ли он полководцем? Или?.. — Он будет воином. И властителем. И... жертвой.   — Жертвой?! — ужаснулся Король. — Да. Но жертва не всегда означает гибель. Какое-то время Эрван и Мудрец молчали. — Вы сказали, он будет жертвой… Возможно, вам известно, что мою сестру царицу Эфрэрис принесли в жертву Темному владыке… Отшельник кивнул. — Значит ли это, что душа ее теперь в его власти?.. — закончил Король. — Нет, государь. И хотя темные силы приняли жертву Гурбида, душа Эфрэрис им не принадлежит. Посмертие человека зависит только от его личных качеств. — Спасибо. Это хоть немного меня утешит, — вздохнул Эрван. — Но всё же, следует ли мне узнать что-нибудь ещё о будущем сына? — Он станет королем намного раньше, чем хотел бы. — Но Эгинор никогда не пойдёт против меня… Значит ли это, что дни мои сочтены? — Увы, государь, — подтвердил Отшельник. Эрван нервно усмехнулся и невидящими глазами обвел жилище отшельника. — Сколько же мне ещё отмерено? — спросил он. — Опасность для Канлура велика. Чтобы спасти его, многим придется отдать жизнь. — Вы не ответили на мой вопрос… — Я сказал достаточно. — А Эгинор?.. Он победит? — Эрван в упор взглянул на Старика. — Он может победить. — Что ж… — вздохнул Король. — Я давно смирился с тем, что, скорее всего, не увижу победы и мирного процветания королевства… Но мне хотелось бы знать, что хотя бы Эгинора ждет долгое и благополучное царствование. — Даже от меня скрыто его будущее… Но я могу сказать, что ваш сын станет королем, достойным своего выдающегося отца, — поклонился Отшельник. — Но не всегда ум, отвага и доброта процветают, государь. Пригласите его ко мне. Эрван вышел и позвал сына. Тот немедленно вернулся к Отшельнику. — Теперь очередь принца Эгинора, — произнес Старик. Король кивнул и оставил их. Отшельник внимательно смотрел на юношу. — Спасибо вам за Дракона, — поклонился принц. — Я рад, что ты умеешь быть благодарным и не кичишься своим происхождением и положением, — улыбнулся Старик. Эгинор смущенно молчал. — У меня есть еще один дар для тебя… — Отшельник протянул юноше цепочку с медальоном. — Благодарю, — ответил Эгинор и хотел было открыть его. — Он не откроется, пока ты не окажешься в крайней нужде.   Юноша задумчиво кивнул. Отшельник погладил его голове. — Иди, дитя мое. И если Небо будет милосердно к нам, а мы сумеем исполнить предначертанное, мы встретимся вновь. Эгинор низко поклонился и покинул Мудреца. У входа в пещеру его ждал отец. — Что сказал Отшельник? Или тебе нельзя поделиться со мной? — Он не запретил говорить об этом. Он сказал, что мы с ним должны встретиться вновь, если исполним предначертанное… И дал мне это. — Юноша разжал кулак. — Медальон? Думаю, это не просто украшение. — Да. Он сказал, что я смогу открыть его только в крайней нужде. — Береги его. — Конечно, отец. — Эгинор расстегнул цепочку, надел медальон и спрятал его под одежду. Внезапно сердце его странно забилось. Это не была тревога, а, скорей, необъяснимое волнение. Он поднял глаза и в тени деревьев заметил женский силуэт. Или ему это только показалось?.. Когда Король и Эгинор скрылись из виду, в пещеру Отшельника вошла молодая женщина. — Я видела его… — тихо произнесла она. Старик вздохнул. — Тебе не следует искать с ним встреч, — помолчав, произнес он. — Это мой сын… — Морвэнна… — Всего три дня он был со мной… Даже меньше, — прошептала она. — Ты сделала то, что должна была сделать. — Я знаю. Но разве от этого я перестаю быть матерью?! Разве сердце мое не болит за мое дитя? Выросшее вдали от меня… — с горечью закончила она. — Ты добровольно согласилась на это. — Знала ли я, насколько это будет больно? Сколько раз я видела его во сне и, проснувшись утром, пыталась найти. Сколько дней не уходило молоко для него. Мой мальчик… — Глаза ее наполнились слезами. — Сколько лет… — Жертва твоя велика, Морвэнна. Не дай малодушию победить себя. — Вы не знаете, что значит быть матерью. Матерью, лишившейся своего ребенка. — Он не умер, Морвэнна. Его в любви и заботе вырастил родной отец и добрая, любящая женщина. И тебе известно, что детство его было счастливым. Она не ответила и ушла. “Всего одну ночь я была женой и три неполных дня — матерью”. Щемящая боль не покидала ее. *** Совершив торжественное погребение Эфрэрис, Турдан вернулся в Хойрадун. У входа во Дворец его встречала Архисса, дочь одного из верховных жрецов и возлюбленная нового Царя. Она не без гордости взирала на него. Молодой царь был по-своему очень красив: высокий, широкоплечий, с густыми темно-каштановыми кудрями, сверкавшими на закатном солнце, орлиным носом и аккуратной бородкой, которую он успел отпустить после смерти Гурбида. Архисса низко поклонилась и протянула ему кубок с вином. — Приветствую тебя, господин мой. — Эрван не явился!!! Хотя, если верить разведчикам, он уже почти достиг переправы!.. — Я знаю, — произнесла женщина. Голос ее был довольно низким, но приятным и певучим. — Всё-то вы знаете — что ты, что твой отец, только толку от вас никакого. — Дни Эрвана сочтены. — Она слегка пожала плечами. — У него есть сын. Все пророчества говорят о нем как о человеке, который нас уничтожит. — Даже предначертанное свыше нужно еще выполнить, — напомнила она. — А ведь дядюшка был так близко… — Царь поднялся в свои покои и опустился на роскошно убранное ложе. — Как ты узнал, что он в последнюю минуту повернул назад? — Архисса села рядом. — Явились два воина из его свиты. Как же мне хотелось казнить их и послать их головы Эрвану!.. Но все же я сдержался. — Ты поступил правильно, о господин мой. Пусть Эрвана мучает совесть за то, что он отверг протянутую тобой руку. — Совесть совестью, а на погребение сестры он не явился. Что же за неотложные дела вернули его в Столицу?! — в сердцах бросил Турдан. — Хотя… Разведчик донес мне, что человек, после разговора с которым Эрван развернул отряд, не был похож на гонца. Более того, он ждал их возле переправы, а не догнал по столичному тракту. — Я так и думала, — заметила Архисса. — Его остановил кто-то другой. — Кто-то? Выходит, всё это с самого начала было дурацким спектаклем, и Эрван не собирался посещать нас? Он не считает меня своей роднёй и относится... — И, разумеется, вовсе не гонец из Столицы, — пропустив его слова мимо ушей, закончила молодая женщина. — Что ты хочешь сказать, Архисса? Ты что-то знаешь? Если да — скажи прямо. Я не люблю загадки и намеки. — Боюсь, в судьбу Канлура вмешались Фэрани… — Опять эти Фэрани!.. Что за странные и удивительные твари? О них ходят легенды, но никто толком ничего не знает. Полагаю, что половина из того, что о них рассказывают, — неправда. — Ты прав, о господин мой. Знания о них давно обросли легендами и небылицами. Но это потомки древнего народа, хранители мудрости, — усмехнулась Архисса. — А рассказы об их могуществе и необычайных способностях, естественно, преувеличены. — Послушай… Разве они не исчезли еще несколько столетий назад? — Исчезли. Но, похоже, не все. — Скажи, а какого … они помогают именно канлурцам? Почему не нам? Я бы мог хорошо им заплатить. Уж если не за помощь нам, то хотя бы за отказ от поддержки Эрвана. — Это очень древняя цивилизация. Их не интересуют деньги. — Деньги интересуют всех. Просто некоторых интересуют только очень большие деньги… Женщина снова усмехнулась. — По-твоему я говорю что-то смешное ? — разозлился Турдан. — Фэрани слишком долго существуют на этом свете. За века и тысячелетия они пришли к убеждению, что ни в деньгах, ни во власти, ни в оружии нет особой ценности и уж тем более — радости. — Если так, то они просто идиоты! — Возможно. Воевать они никогда не любили, и потому их большая часть давно истреблена. — А если бы я предложил им… Безопасность. В случае моего прихода к власти, я бы взял... — он на миг задумался, подбирая слова, — взял место их обитания под защиту и приказал обычным людям их не беспокоить. — Так и сделал предок Эрвана. Кажется... Эдэрн Великий. — Что ж, они ему по гроб теперь обязаны? Есть же сроки давности. Я не предлагаю им предавать правящую семейку, а лишь перестать им помогать. — Они не пойдут на это. — … возьми, но почему?! — Во-первых, они служат только Свету. Поэтому мы для них — падшие люди, выбравшие Тьму. — Очередные праведники… — Турдан отхлебнул вина. — А во-вторых, говорят, что наследник Эрвана рожден женщиной из Фэрани. — Вот это интереснее. Я уже что-то подобное слышал. Ты в это веришь? — Верю. Мой отец был одним из тех, кто по поручению Главного дворцового жреца много раз проверял гороскоп их королевы и наследного принца. — И… Таки он не ее сын? — Именно так. — А твой отец выяснил, кто его мать? Почему говорят именно о Фэрани? И, самое главное, зачем Фэрани на это пошли, если им не нужны ни власть, ни богатство? Обычно властителям подкладывают девиц ради обретения могущества. — Они считают, что так будет лучше для Канлура. — Она снова слегка пожала плечами. Турдан приблизился к ней вплотную и стиснул ее руки выше локтей. — Скажи… Если уж твой отец считается мастером чтения по звездам… Есть ли у нас шанс их одолеть? — Шанс есть всегда. Наследник Эгинора может победить, а может и нет. В наших силах сделать всё, что от нас зависит, и ему помешать. — А Фэрани? — Победить можно и Фэрани. И, напомню, отец сказал мне, что дни короля Эрвана сочтены. — Она потянулась к Турдану и коснулась его губ. — А это означает, что принц Эгинор станет королем совсем мальчишкой… Он не сможет не наделать глупостей. — А Фэрани? — повторил Турдан, и его руки скользнули в призывно-глубокий вырез ее платья, сбрасывая с ее плеч темное узорчатое одеяние. Теперь она была обнажена по пояс, и в глазах царя вспыхнул хищный блеск. — Они далеко, — усмехнулась Архисса. За окном стемнело. Архисса лежала рядом с царем. Ей казалось, что кожа ее всё ещё горит ожогами от его поцелуев. Турдан всегда брал ее, словно голодный зверь, и она до сих пор не могла до конца понять, нравится ей это или нет. Молодая женщина неслышно поднялась, подошла к окну и распахнула створки, подставив тело ночной прохладе. “Когда же он сделает меня царицей?.. Конечно, сейчас еще длится траур по царю и Эфрэрис…” — Она обернулась и долго смотрела на спящего Турдана.  (C) 2025 murzwin