Better with(out) you.

Лили сошла на руку её хитрость: накинув капюшон на голову, она заранее надела одежду нейтральных цветов, проскользнув в подземелья. Пьяные слизеринцы не заставили себя долго ждать: по пути она спряталась от нескольких из них, едва не попавшись под руку младшему брату идиотов Кэрроу. Мальсибер зажимал какую-то блондинку в углу, а Эванс испытала отвращение. Обернувшись, она заметила несколько бутылок с огневиски и запас пунша. Широкие рукава мантии скрыли её находку, она удалилась также незаметно, как и пришла, не зная, что как минимум одна пара глаза наблюдала за ней. Эванс расположилась на Астрономической башне, наплевав на правила. В комнате могли оставаться соседки, а делиться не было желания. С Марлин и Мэри объясняться не пришлось: девушки были заняты докладом в библиотеке, а Джеймс и Сириус очевидно пропадали где-то в Хогсмиде. «В пекло» — решила Лили, откупоривая бутылку. Ближайший час она не хотела трезветь и прекращать пить.

***

Перед глазами плясали чёртики. Эванс улыбалась пустоте и подняла руку вверх, отводя её вперёд. Что она хотела нащупать? Может, грустила о своей покинутой семье? Или вновь задумывалась о том, а не ошибка ли их сложные отношения с Джеймсом? Безусловно, она влюблена в этого гриффиндорца, и ещё ни разу таких ссор у них не возникало. Эванс дёрнулась, попыталась устоять на ногах и наклонилась назад. От падения её спасли чьи-то руки. Сглотнув, рыжеволосая уцепилась за галстук, затем лицо красавицы украсила плутливая улыбка. — Решил извиниться? — прошептала она. Не открывая глаз, Лили мазнула своими губами по губам парня, получая незамедлительный ответ.

***

Внутри всё горело. Сжигалось до тла, загоралось вновь и вновь тухло. Он целовал её как никогда прежде, пока руки бесстыдно шарили по телу Лили. Она открыла глаза, едва стон сорвался с девичий губ. Будто молнией поражённая, Эванс застыла, не в силах заговорить. Стоящей перед ней пальцами коснулся своих губ, усмехаясь. Лили ощущала под носом терпкий запах огневиски и бурбона, который пил её спаситель от падения. — Я не хо.. — Молчи. Он действовал, пока она не была готова прекратить: поцелуй углубился, и Лили выдохнула в рот Блэка. Он позволял себе больше, чем нужно. Переходил грань своих непонятных для Эванс убеждений. Хуже всего был ответ Лили: после двух его поцелуев, после его попыток сорваться на рыжеволосой, она ответила. Ответила, цепляясь за талию Регулуса и сходя с ума. Она изменила Джеймсу. Изменила себе. И ни капли не хотела жалеть об этом в ночной момент близости с Регулусом. В голове вспыхивала картинка, когда Блэк вжимал её в стену. Это произошло дважды: три месяца назад во время поездки в дом Джеймса. Он пригласил Питера, Римуса и Сириуса, но приехать смог только Сириус, прихватив младшего брата. Чокнутый паренёк сорвался, и Лили не знала, что он находился в завязке. Сорванная крыша, злость и накопленные эмоции вылились в громкий стук по дереву. Регулус ударил кулаком стену, и Эванс прибежала на шум. И минуты не прошло, как он навис над ней и она отходила назад, в попытке перехитрить младшего Блэка, чтобы уйти. «Ни черта не выйдет». «Что?». Тогда они говорили наедине впервые. «Порядок. Порядок. Я... в порядке» — сердце забилось сильнее, мешая нормально дышать. Он находился слишком близко, непозволительно. Практически коснулся губ Эванс, и его нос задел её. Лили не могла понять, почему этот момент врезался в память. Хуже, что он был приличнее второго, когда рыжеволосая видела полуголого Регулуса. Ей не стоило задумываться ни об одной из двух вещей. Ни размышлять, ни обдумывать, ни искать логику в поступках бывшего (?) шестнадцатилетнего наркомана. Эванс оступилась, продолжив наблюдать за Блэком в школе. Её главной ошибкой было любопытство, за которое она сейчас платила.

***

Лили задрожала от холода. Блэк протянул ей зажжённую сигарету, и Эванс приняла её. Сделав несколько затяжек, она закашлялась. — Я никогда не курила. — Всё бывает впервые, — хрипло протянул Регулус. Он сверкал глазами, оглядывая её. Ещё пьяный, ещё зависимый от сносящего голову запаха рыжеволосой. — Это повторится, — они докурили, и он заговорил с ней. Лили подняла голову, натыкаясь на приподнятые уголки губ Блэка. Парень затянул на шее змеиный галстук. — Я найду тебя. Он покинул их (?) тайное место, оставляя Эванс одну. Лили не знала, нужно ли пойти за ним, чтобы попросить ничего никому не говорить. Закрыв лицо руками, рыжеволосая глубоко вдохнула и выдохнула. Самое поганое, что она понимала, что ей мало. Мало того, что произошло между ними. Её язык стукнулся о закрытый рот, и прошёлся по линии зубов. Ей нравилось, что она физически ощущала запах этого странного Блэка. Психа, что начал дарить необыкновенно новое чувства, которых хотелось ещё и ещё. Джеймс не исчез из её мыслей на остаток ночи, поэтому Лили не оставляла попытки придумать искусную ложь, чтобы не расставаться с Поттером сегодня.

***

Регулус преследовал свои цели. Ему было плевать, что она чувствовала: им овладевало странное чувство, когда гриффиндорка находилась рядом с ним. Безумная тяга обладать ею, зависимость, более сильная, чем наркотики. Всё, чего он хотел — это иметь Лили Эванс. Подчинить её себе. Джеймс не представлял угрозы — всего-то придурочный задира и лучший друг брата. Очкарик, зацикленный только на себе, выглядел жалким подобием соперника. В голове пьяного Блэка мелькала голая Лили, нависающая над ним. Он усмехнулся, находя в кармане помятой мантии пачку сигарет. Вернулся в свою комнату, скинул одежду и удобно устроился на кровати. Ему было хорошо (и не от дозы или новостей о Лорде), впервые, за долгое время. Ему нравились его мысли. И в пекло попытки Эванс на сопротивление. Он мог поклясться, что увидит, как она сдаётся, и тогда он получит своё.