Глубже кожи

Макс не был красавцем. Его куртка всегда пахла плёнкой и кофе. Он говорил странно, будто каждое слово у него во рту было лишним. Но он умел смотреть. Не глазами — объективом. Он позвал Лею на фотосессию для школьного проекта. Она согласилась — ей хотелось отвлечься, спрятаться за чужой идеей. Макс не говорил о еде. Не говорил о теле. Он говорил о свете. О тенях. О том, как лицо меняется, когда человек думает о боли. На пятом снимке он остановился. — Можно я покажу тебе? Лея подошла. На экране — её лицо. Но не то, которое она выкладывает в сеть. Уставшее. Испуганное. Настоящее. — Зачем ты это снял? — Потому что это ты. А не та, что в сторис. Я хочу, чтобы ты увидела себя по-настоящему. Она отвела взгляд. Пальцы дрожали. — Я больна, Макс, — сказала она. — Я… я не могу остановиться. Я ем и не могу дышать. А потом... мне становится легче, когда я… Слова повисли в воздухе. Макс не пытался её исправить. Он просто сел рядом. — Я не психотерапевт. Я не смогу тебя вылечить. Но я не уйду. Даже если ты будешь молчать. Даже если будет плохо.