***
Она чувствовала его ещё до того, как он появился на пороге — Сет, будто сама тьма, мягкая и неотвратимая, притягивалась к её свету. Дверь закрылась за его спиной с тихим щелчком, и только тогда она осмелилась заговорить. — Почему ты пришёл? — её голос был чуть громче шёпота, но в нём дрожала невысказанная тревога. — Неужели... ты тоже что-то чувствуешь? Где твоя нить судьбы? Я не вижу её... Сет стоял неподвижно, его глаза — два тлеющих угля в полумраке — не отрывались от неё. — Почему я пришёл? — он усмехнулся, но в звуке не было насмешки, только странная, почти болезненная искренность. — Потому что хотел. Ты спрашиваешь, чувствую ли я что-то? Да. Сильнее, чем всё до этого. Он сделал шаг вперёд, и воздух между ними словно сжался. — Ты же слышала про запечатление. Триша сжала губы. Да, Карлайл рассказывал. Но знать — не значит быть готовой. Особенно когда твоя жизнь внезапно становится чьей-то судьбой. — А про какие нити ты говоришь? — его голос стал тише, ближе. Она не ответила. Сет сделал ещё шаг. Потом ещё. И вот он уже перед ней, так близко, что дыхание его обжигает кожу. Триша медленно подняла руку, будто боялась, что он рассыплется в темноте, как мираж. Но он был настоящий. Он встретил её движение мгновенно — их пальцы сплелись, будто так и было задумано самой вселенной. И тогда — Вспышка. Ослепительная, белая, как первый луч рассвета, прорвавшийся сквозь ночь. Они ахнули в унисон, отпрянув, но не разомкнув рук. Когда свет рассеялся, между ними висело она — тончайшее сияющее переплетение, нить, сотканная из лунного света и теней. — Это... — прошептала Триша, глаза её широко распахнулись. — Наша, — закончил Сет, и в его голосе звучало нечто большее, чем удивление.***
Нить пульсировала в такт их сердцам(хотя у Тришы его нет), и Триша вдруг поняла — она не видела её раньше, потому что это нельзя было увидеть в одиночестве. Только вдвоём.