Теория вероятности

Лаборатория была почти пустой. Лишь тусклый свет ламп, мягко подсвечивающий края чертежей и неприбранных отчётов, разбавлял полумрак позднего вечера. За стеклянной перегородкой гудели мониторы, равномерно пульсируя зелёными индикаторами. Авантюрин сидел на краю стола, слегка покачивая ногой в такт собственным рассеянным мыслям. Пальцы щёлкали по корпусу ручки, взгляд бегал по столбцам цифр, но внимание было где-то между цифрами и чужим затылком. Конкретно - затылком Рацио, который в этот момент что-то сосредоточенно печатал на своём ноутбуке, иногда молча морщась и поправляя очки. Кожа на лбу собралась в легкую складку, волосы, как всегда, аккуратно приглажены, хотя Авантюрин знал, как они торчат вверх, когда он сердится. Он не мог не смотреть. Уже далеко не в первый раз. Рацио был раздражающе хорош в своей работе, и ещё более раздражающе хорош, когда злился, подкалывал, молчал или, что хуже всего, просто присутствовал. Он не строил глаз, не подмигивал, не касался специально, но иногда что-то в его голосе, в жёстких формулировках и точных движениях заставляло Авантюрина забывать, что они вообще-то не на свидании, а на объекте с повышенным уровнем допуска. Они часто оставались вдвоём допоздна - по желанию или воле случая, уже было неважно. Работа шла лучше, когда никто не мешал, а между ними давно сложилась тихая, колкая, странным образом теплая кооперация. Рацио язвил, Авантюрин отшучивался. Рацио строил гипотезу, Авантюрин уже считал. Рацио уходил первым, Авантюрин оставался - или наоборот. Но почти всегда они были вместе. Достаточно близко, чтобы чувствовать тепло кожи друг друга, но недостаточно, чтобы сделать хоть один шаг вперед. И в какой-то момент Авантюрин начал ловить себя на том, что оценивает эти моменты. Что хочет их продлить. Что начинает считать. На автомате, как всегда - только на этот раз не числовые параметры, а взгляды, расстояния между телами, частоту прикосновений, тон голоса. Он не искал в этом романтики. Он просто… был собой. И цифры вышли интересные. Рацио в этот момент обернулся, словно почувствовал взгляд. Их глаза встретились на пару секунд. Рацио ничего не сказал, только вопросительно приподнял бровь. Авантюрин чуть усмехнулся в ответ, и сразу отвёл взгляд, будто между ними нет напряжения, которое с каждым днём росло, как наэлектризованный воздух перед грозой. Он ещё немного поигрался с ручкой, потом решительно поднялся, отложил ее в сторону, подошёл ближе и остановился возле Рацио. Тот, не оборачиваясь, уже почувствовал его приближение. -У меня тут возникла гипотеза, - начал Авантюрин будто между прочим. - Хотел бы уточнить у тебя пару моментов. Как у учёного. Рацио, не отрывая взгляда от экрана, кивнул: -Спрашивай. Авантюрин чуть наклонился, опершись рукой о стол рядом с Рацио. Он чувствовал, как тот замирает совсем незаметно, будто бы продолжает печатать, но пальцы чуть медленнее, чуть осторожнее касаются клавиш. -Я провёл пару расчётов, - начал он ровно, но уголки губ чуть дрогнули. - Исходя из наблюдений за твоим поведением за последние… скажем, три недели. Рацио наконец отвлекся от работы, медленно повернул голову, глядя на него с тем самым утомлённым, почти презрительным выражением лица, которое Авантюрин по какой-то причине находил особенно привлекательным. -И? - спросил он холодно. - К чему пришёл наш великий аналитик? Авантюрин хитро прищурился и медленно, нарочито чётко произнёс: -С вероятностью в 85 процентов ты хочешь меня трахнуть. И с вероятностью в 55 - я тебе нравлюсь. Молчание повисло на долю секунды. Рацио не удивился, он будто ждал этого. Может, даже надеялся на это. Он с лёгким раздражением - скорее наигранным - отодвинул стул, встал и повернулся лицом к Авантюрину. Между ними всё ещё было расстояние, но напряжение скручивалось в нити чего-то хищного и почти интимного. -Ты ошибся, - сказал Рацио спокойно, как будто комментировал погрешность в отчёте. - То, что ты мне нравишься - это аксиома. Авантюрин едва приподнял бровь, но не отступил. Качаться на эмоциональных качелях ему не впервой. Рацио шагнул ближе, зажимая его между собой и столом. -А из неё следует простое и логичное следствие: я хочу тебя трахнуть. Авантюрин на секунду замер, разглядывая Рацио так, будто пытался прочитать его. Тонкие губы, вечно усталые глаза, чуть вздёрнутые брови - ничего не выражали, но все его тело натянуто, будто струна. -Ты всегда такой грубый с теми, кто тебе нравится, или только для меня так стараешься? - Авантюрин оттолкнулся от стола, прижимаясь вплотную. -Я не стараюсь. Это естественно. Грубость экономит время, - сухо ответил Рацио, но голос его слегка понизился. Он не отступал. Ни на миллиметр. -Странная экономия, если учесть, что мы месяцами обходим друг друга кругами, - Авантюрин поднёс руку к его лицу, не касаясь, просто обозначая пространство. - Или ты и в постели предпочитаешь дебаты? -В постели я предпочитаю молчание. Или стоны, если быть честным. Рацио положил ладонь на изгиб талии Авантюрина, почти лениво, как будто проверял гипотезу. Второй рукой он коснулся его подбородка, приподняв его чуть вверх. -Но в твоём случае, боюсь, это будет неизбежный побочный эффект. Ты ведь не умеешь затыкаться. -Только если меня не занять чем-то поинтереснее, - усмехнулся Авантюрин, перехватив пальцы Рацио и поднеся их к своим губам. Веритас наконец соизволил наклониться, и их губы встретились. Пальцы Рацио медленно скользнули под рубашку, вычерчивая непонятные уравнения на коже. Авантюрин отвечал так же уверенно – касаниями к плечам, укусами губ, полушепотом слов, которые легко можно было принять за вызов или за мольбу. Они не торопились. Ни один из них не уступал инициативу полностью, и всё между ними было борьбой: за дыхание, за господство, за то, чтобы последний вздох остался за ним. -Ты всегда так серьёзен? - выдохнул Авантюрин, садясь на стол, зажимая коленями чужие бедра. - Даже когда проверяешь гипотезы на практике? -Научный подход требует контроля. - Рацио провёл ладонью вверх по бедру Авантюрина, крепко сжав. - Но с переменными вроде тебя сложно работать. Ты нестабилен. -Признай, ты просто теряешь контроль, - дразнит парень. -Теряю? – Рацио резко притянул его к себе за талию, чтобы быть ближе, прижимаясь пахом к паху. - Я тебя ещё ни разу по-настоящему не трогал. Он провёл пальцами от груди до живота, медленно, с тягучим вниманием, от которого у Авантюрина перехватило дыхание. Он открыл было рот, чтобы бросить ещё одну дерзость, но Рацио поймал его за лицо, прерывая. -Молчи, - шепнул он прямо в ухо, - и сосредоточься. Сейчас будет практическая часть. Авантюрина пробила крупная дрожь, он весь сжался от предвкушения. Уж слишком долго он смотрел, не имея возможности коснуться. -Если ты попытаешься сделать это на столе, - сказал он слегка охрипшим голосом, - то не удивляйся, если я уроню всю твою стеклянную лабуду к чёрту. Рацио усмехнулся. -Рациональное замечание. Он отпустил его, отступив на шаг, давая пространство. Авантюрин не стал ждать приглашения - схватил его за рукав и потянул за собой, к неосвещённому углу лаборатории, где стоял небольшой диван для тех редких моментов, когда учёные признавали, что телу нужен отдых. Хотя, конечно, отдых был последним, о чём они оба сейчас думали. Они упали на старые пружины. Авантюрин оказался сверху, снимая с себя брюки, легко и без сомнений, как будто был к этому готов давно. Рацио даже не пытался спорить - он только потянулся к его шее, чтобы почувствовать пульс под языком. Парень чувствовал внушительный стояк, упирающийся в его бедро, о который безумно сильно хотелось потереться. -Всё-таки, - выдохнул Авантюрин, толкнувшись бедрами, - восемьдесят пять процентов были слишком скромной ставкой. -Ты плохо собираешь данные, - отозвался Рацио, расстегивая пуговицы на чужой рубашке, чтобы оголить желанное тело. - Я демонстрировал признаки заинтересованности ещё тогда, когда ты впервые украл мою пробирку, просто чтобы посмотреть, как я отреагирую. -Ну, надо было убедиться, что ты не ебанутый псих, - жарко прошептал Авантюрин в самые губы, расстегивая ремень на чужих брюках. -Ты убедился в обратном, - ухмыльнулся Рацио. - И всё равно полез ко мне на колени? – он сжал тонкую талию в крупных ладонях. -Так и знал, что риск оправдан, - он лезет руками под ткань рубашки, лапая выступающую грудь и плечи. Их голоса стали тише, движения - медленнее. Рацио снял очки и убрал их на стол, впервые не обращая внимания, где и как они упадут. Авантюрин чуть прикусил его ухо - не сильно, но достаточно, чтобы Рацио резко втянул воздух. Мужчина взял его за бедра, прижал ближе, теснее, толкаясь пахом вверх. Авантюрин вплетает пальцы в его волосы на затылке, кладя голову на плечо. -У тебя есть презервативы? – спрашивает парень. Он не смел всерьез надеяться, что его авантюра удастся, поэтому не подготовился должным образом. Рацио нырнул в карман и достал его, победно улыбаясь. -Ты планировал переспать со мной? – изумился Авантюрин. -Не то, чтобы планировал, просто предполагал подобный исход, а я люблю все держать под контролем, - он наклоняется к чужому уху. – Ну и, знаешь, лучше, когда презерватив есть, но он не пригодился, чем когда он очень нужен, но его нет. Он ведет ладонью по ягодице Авантюрина, сжимает ее, оставляя слабые следы от пальцев, и хлопает раскрытой ладонью. -Приподнимись, сомневаюсь, что я смогу войти в тебя через одежду. Авантюрин громко сглатывает и выполняет просьбу, параллельно снимая с себя белье. Рацио давит на его бедра, усаживая парня обратно. -Уверен? – спрашивает Веритас, смотря ему в глаза. Авантюрин кивнул. -Ты говорить разучился? – с усмешкой уточняет мужчина. -Уверен, - отвечает парень. В его глазах мелькают дерзкие искорки. Он нарочито медленно обводит верхнюю губу языком. -Тебе помочь поднять член? – спрашивает парень, закусывая нижнюю губу. Рацио берет его за подбородок и опускает его голову, заставляя посмотреть вниз, на его колом стоящий член. -Не думаю, что мне нужна помощь, - добавляет он, видя, как округляются глаза коллеги. -А он в меня точно влезет? – уточняет Авантюрин, поражаясь размерам. -Аналитик из нас ты, так что просчитай, - Рацио пальцем поднимает его лицо, заставляя смотреть в глаза. – Или можем проверить на практике. -Натяни уже на себя презерватив или я сяду так, - требует Авантюрин. Веритас сдержанно хмыкает, демонстративно вскрывает упаковку зубами и раскатывает презерватив. Он берет парня под задницу, приподнимая его и притягивая ближе к себе, опуская так, что головка прижалась ко входу. -Смазка есть только на презервативе, так что лучше медленно. Мне бы не хотелось тебя порвать, - поясняет он. – Опускайся сам, ты же лучше чувствуешь собственное тело и его границы. Авантюрина откровенно ведет от этой сдержанной грубости, смешанной с демонстративной заботой. Он чувствует себя пьяным. Голова идет кругом. Он начинает медленно опускаться, чувствуя, что стенки с трудом поддаются растяжению. Парень тяжело выдыхает, хватаясь за чужие плечи, впиваясь в кожу ногтями. Он жмурится до кругов перед глазами, шипя сквозь сжатые зубы. Рацио просовывает руку под его рубашку, гладит теплой ладонью дрожащую спину, осыпает шею поцелуями, стараясь хоть немного отвлечь от боли. Он уже думал остановить парня, предложить попробовать в следующий раз, когда будет возможность подготовить его. Но в эту секунду ягодицы коснулись чужих бедер. Авантюрин выдохнул и поднял на него влажный взгляд. Рацио стирает большим пальцем слезинку и целует его в щеку, чувствуя соленый привкус. -Ты огромный, - жалуется парень. -Знаю, прости, - Веритас оставляет множество поцелуев на его лице, чтобы успокоить, мягко сжимает губы, гладит волосы на макушке. – Ты не передумал? -Нет конечно, - возмутился Авантюрин, вздергивая подбородок. – Даже не думай сейчас останавливаться. За мои страдания ты просто обязан хорошенько меня трахнуть. -Хорошо, - шепчет он, сжимая в ладонях его задницу. Рацио помогает ему подняться и проскользить по члену вверх, а после отпускает, давая упасть вниз. Авантюрин вскрикивает, чем пугает мужчину. -Больно? -Нет, - он отрицательно машет головой и смотрит вниз. – Просто ты очень глубоко. Парень берет его ладонь и кладет ее себе на живот, немного отклоняясь назад, давая почувствовать член внутри. Рацио тяжело дышит, берет его за бедра, приподнимая, скатываясь ниже по дивану, и толкаясь внутрь. -Блять, Верит--тас, - воет парень, закатывая глаза, цепляясь руками за грудь мужчины, чтобы не потерять опору. – Еще, - требует он. И Веритас не может ему отказать. Он толкается вновь, вбиваясь во всю длину, выбивая из коллеги громкие протяжные стоны, чувствует, как дрожат маленькие пальчики на его груди. Как трясутся в экстазе чужие бедра. Он останавливается, смотря, как на чужом лице недоумение сменяется возмущением. -Рацио, ты чего?! Мужчина не отвечает, вместо этого он поднимает его бедра настолько высоко, что член выскальзывает с характерным хлюпаньем. -Перестань, - требует Авантюрин. -На этом закончим? - дразнит его Рацио. -Если ты сейчас же не вернешь в меня свой чертов член, то больше не смей просить о помощи с годовым отчетом, - предупреждает парень Рацио улыбается и убирает руки, демонстрируя раскрытые ладони. Авантюрин хмурится, но решает, не тратить время на споры. Он придерживает чужой член и сам насаживается на него. Парень мелко дрожит на каждом плавном толчке, специально задерживаясь на месте, когда головка проезжалась по простате. Рацио видел, как тот ходит по грани: Авантюрин закатывал глаза, закусывал губы и хмурил брови. Мужчина тянет ладони к нему, чтобы остановить, но Авантюрин бьет его по рукам, делает еще несколько скачков и сжимает член мышцами, кончая на чужую грудь. Авантюрин упал на его грудь: потный, уставший, удовлетворенный. Рацио дает ему время, чтобы насладиться послеоргазменной негой, гладит по взмокшему затылку, берет за руку и целует подушечки пальцев. Авантюрин поднимает на него затуманенный взгляд, тянет ладонь к лицу, проводя большим пальцем по скуле, и приподнимается, ловя губы своими. Поцелуй выходит медленным, ленивым. -Можно мне продолжить? – уточняет мужчина, разрывая поцелуй. -Угу, - Авантюрин кладет голову на его плечо и обнимает за спину. -Только не долго, пожалуйста. -Я постараюсь как можно быстрее. Рацио возобновляет быстрые резкие толчки, наслаждаясь теснотой и пульсацией горячего нутра. Парень тихонько стонет ему на ухо, вздрагивая от чрезмерной стимуляции. Ему хватает нескольких минут, чтобы сжать Авантюрина в объятиях и наконец излиться внутрь. Когда всё закончилось, и воздух в лаборатории стал чуть более влажным, а одежда - хаотично разбросанной, Рацио лежал, изучая довольное лицо Авантюрина. -И как оценка вероятностей теперь? - спросил он, снимая парня с себя и укладывая его на диван. -Девяносто девять процентов, что ты извращенец, - пробормотал тот, приподнимаясь и начиная застегивать пуговицы рубашки - Один процент оставлю на всякий случай. Вдруг ты ещё и романтик. Рацио усмехнулся, снял презерватив, нашел очки и стал собирать раскиданные вещи. Авантюрин принял поданные вещи и стал одеваться. Его волосы выглядели так, будто он подрался с вихрем и проиграл. Рацио застегнул ремень на брюках и метнул взгляд в сторону рабочего стола. -У тебя есть ещё одна пробирка с активным раствором? - буднично спросил он. -После всего, что между нами было, ты спрашиваешь меня о пробирках? Ты невероятен. -Наука не ждёт, - отшучивается он, возвращая взгляд парню. - Чего не встаешь? -У меня всё ещё немного дрожат колени, - признается он. Рацио посмотрел на него поверх очков: -Недостаток подготовки. В следующий раз учти аэробную нагрузку в предварительном расчёте. Авантюрин рассмеялся и все же поднялся с дивана, подходя к лабораторному столу, чтобы найти нужную пробирку. -Не хочешь записать в журнал наблюдений, что я стонал твоё имя? Это ведь тоже экспериментальные данные, - предлагает он, протягивая раствор. -Я запишу, если ты повторишь трижды, чтобы устранить статистический шум, - отвечает Рацио, забирая ее и отходя к столу. -Рацио, дорогой, я могу не только повторить. Я могу проорать, - дразнит он, следуя за мужчиной. Рацио открывает блокнот и ищет нужную страницу с записями, отвечая, не поднимая головы: -Только если амплитуда останется в допустимом диапазоне для стеклянной посуды. Они работали бок о бок, легко, без напряжения - как будто всё, что только что случилось, лишь подтолкнуло их к какому-то новому уровню личного и профессионального слияния. И, возможно, теперь Авантюрин дразнил его чуть чаще. А Рацио - чуть чаще позволял себе вестись на эти провокации.