Добро пожаловать в новую жизнь

Q: Напишите продолжение к любому своему ответу. На ноги ему надели сандалии на слишком высоком каблуке. «Что за чёрт…?» — подумал он, попытавшись сделать пару неуверенных шагов. Какой здравомыслящий человек станет носить что-то настолько неудобное? Он предпочитал не думать о крошечных блестящих предметах одежды, которые сводились к нелепым трусикам, представляющих собой лишь непристойную нитку, втянутую между ягодиц, и казалось, специально предназначенную для того, чтобы подчеркнуть его мужскую выпуклость спереди. Его грудь стесняла обтягивающая майка, расшитая блёстками, от которых кожа зудела при каждом движении. Длиннорукие роботы с клешнями вместо рук, те самые, которые лечили его раны и жестоко поддерживали его жизнь в течение нескольких месяцев, покрасили его губы в тёмно-красный цвет, нанесли на веки кобальтовую синь и подчеркнули скулы пудрой цвета жжёного кирпича, немного темнее его естественного тона кожи. Его длинные каштановые волосы были вымыты, накручены на горячие бигуди и красиво уложены на плечах. Несколько локонов, более коротких, чем остальные, спадали ему на лоб и касались ресниц. Толчок в шею, к счастью, не слишком резкий, иначе он упал бы на землю, убедил его сделать ещё несколько шагов. На другом конце поводка был молодой парень лет четырнадцати или, может быть, пятнадцати, который пришёл за ним сразу после того, как роботы закончили его готовить. Он прицепил цепь к металлическому кольцу, которое они затянули у него на шее, и приказал следовать за ним. Гай старался не создавать проблем — по крайней мере, до тех пор, пока не будет на сто процентов уверен, что Рики находится вне Эоса и в безопасности, — но его ноги и ступни онемели от того, что он почти не мог ими шевелить в течение нескольких месяцев плена, прошедших с момента его захвата. «Слушай, ты говоришь на моём языке?» Его голос напоминал хриплое карканье, потому что для питания ему вводили густой, безвкусный бульон через трубку, которая шла через его рот к желудку и была постоянно вставлена ему в горло. «Я говорю на нём», — ответил тот, испуганно глядя в землю, но крепко держа другой конец цепи, словно опасаясь, что новый питомец, за которым его послал хозяин, может сбежать. «Не знаю, куда ты собираешься меня вести, но с этой штукой я далеко не уйду». Гай коснулся колена, под которым проходила лента, обвивавшая его ногу и удерживавшая неудобную сандалию. Парень на мгновение заколебался, но затем опустился перед ним на колени. «Вам придётся привыкнуть к ним, но на сегодня я их сниму. Мне жаль, что у меня нет другой обуви, которую вы моли бы надеть, но большая часть коридора покрыта коврами и кондиционирована. Вам не должно быть холодно», -– сказал он и терпеливо начал развязывать тонкие шёлковые шнурки небесно-голубого цвета на икрах.

* * *

Гай не боялся противостояния с Ясоном, напротив, он жаждал его. С того момента, как он заключил с ним договор — стать домашним питомцем в обмен на свободу Рики, — он ждал момента, когда сможет снова встретиться с ним, чтобы обсудить детали этого соглашения. Однако, когда он вышел из гипертехнологичного лифта и оказался в ещё более современной и сюрреалистической квартире с хрустальной мебелью, он не обнаружил там злого Блонди, ожидающего его. Молодой парень, одетый в светлую облегающую униформу, всё ещё сжимал одной рукой поводок, а другой указывал ему направление. «Сюда, пожалуйста». Продолжая оглядываться по сторонам, чтобы разглядеть каждую деталь странного и незнакомого места, где он оказался, Гай продолжал следовать за ним, пока не достиг большой комнаты, на противоположной стороне которой находилось закрытое стеклянное окно, выходившее наружу. Правую стену полностью занимал шкаф, а слева располагались элементы роскошной ванной комнаты, включая раковину, унитаз и большую ванну-джакузи, которая выглядела так, будто её перенесли из борделя Мидаса. «Похоже, уединение здесь не в почёте», — с отвращением подумал он. В центре комнаты стояла кровать, назвать её большой было бы преуменьшением: Гай полагал, что все «Бизоны» могли бы с комфортом разместиться на ней и ещё осталось бы немного места, но, конечно, никто из них не захотел бы этого. Не в последнюю очередь из-за жуткого изголовья, к которому были прикреплены многочисленные металлические люверсы, предназначенные, очевидно, для крепления цепей и других удерживающих устройств. Он не удивился, когда парень заставил его подойти к самой кровати и прикрепил крепкий поводок к бо́льшему, центральному люверсу. Гай, которому едва хватило места, чтобы встать сбоку от кровати, инстинктивно поднёс руку к шее и провёл по периметру тонкого слоя металла в поисках точки соединения, но это было единая, бесшовная вещь, которая оставалась идеально прилегающей к коже, как будто всегда являлась частью его тела, а не была надета на него одним из медицинских роботов несколько часов назад. «Открыть его может только хозяин», — виновато-обвиняющим тоном пояснил парень. — Но если вам понадобится помыться, опорожниться или немного пройтись, позовите меня, и я вас сопровожу. Вот эта кнопка, — он указал на красную кнопку у кровати, — как раз для этого. Я немедленно вмешаюсь. Я полностью к вашим услугам, и забота о вас — моя главная задача, так что не стесняйтесь пользоваться ею». «Могу я узнать имя человека, с которым отныне мне придётся делить всё это дерьмо?» — хотел было спросить Гай с язвительным сарказмом, но передумал и промолчал. Эта комната была всего лишь грязной клеткой, а этот парень, несмотря на жалкие попытки проявить доброту и извиняющийся тон, делавший его ещё более лживым и лицемерным, был частью системы. Союзник Блонди и, следовательно, его враг. Он не стал бы заключать с ним союз и разговаривать с ним как с равным, как с товарищем. Следующий жест застал его врасплох. Он услышал: «Вам запрещено пользоваться одеждой в доме, поэтому…» — и почувствовал, как его хватают за непристойную тряпку, едва прикрывающую его мужское достоинство, и тянут вниз. Инстинкт выживания послал кулак в полёт, который, несмотря на вялость мышц Гая из-за долгой неподвижности, сохранил часть своей прежней силы и легко нашёл путь к лицу парня, который издал стон и отступил на шаг. Трясущаяся голова, разбитая губа и красный круг под глазом, который, скорее всего, скоро почернеет. В то же время луч жгучей боли пронзил шею Гая, спустился по туловищу, голове и конечностям до кончиков пальцев. Он завалился назад и, не двигаясь, упал на кровать. Его рот открылся, чтобы закричать, но горло было слишком воспалено, чтобы издать что-то громче хрипа. Расширенные и напряжённые зрачки позволили ему заметить, что на большом стеклянном окне появилось изображение мужчины, возвышающегося над всем остальным, с длинными волосами цвета слоновой кости и ледяным взглядом. Гай сразу узнал его, потому что ненавидел всей душой. «Теперь ты можешь раздеть его, Кэл». Мерзкий, спокойный голос отчётливо прозвучал в ушах обоих обитателей дома. Парень быстро вытер кровь с губы рукавом униформы и, несмотря на зрение, затуманенное слезами от боли, вызванной полученным ударом, поспешил выполнить свою задачу. Нижнее белье было снято. Лиф можно было легко снять, так как на спине у него был ряд застёжек. Гай почувствовал, как жжение от ошейника утихает, и от него осталось лишь эхо в его нервной системе. «Хорошо. Теперь оставь его в покое. Сегодня ты больше не понадобишься питомцу». Кэл почтительно поклонился, прежде чем покинуть комнату. Полукровка скатился с кровати, сделал пару решительных шагов к окну и, когда ошейник удержал его, с силой воспротивился этому, чтобы продолжить путь. Боль снова безжалостно охватила его, вырвав стон и заставив опуститься на колени на пол. «Это кольцо было создано специально для того, чтобы приручить тебя, если роботы ещё не преуспели в этой миссии», — произнёс лорд Минк. В его голосе прозвучала нотка удовлетворения. «Оно может причинять боль разной степени интенсивности и даже смерть, которая будет дарована тебе, когда ты перестанешь быть мне полезным или когда я буду удовлетворён». Снова мучения утихли, и Гай смог поднять голову. Стоящий перед ним Ясон Минк был настолько внушительным, что он чувствовал себя маленьким и незначительным. «Только я могу активировать работу ошейника. В будущем я буду лично следить за вашим общением с Кэлом, но пока, поскольку меня нет в Танагуре, я решил принять несколько небольших мер предосторожности. Надеюсь, комната для пэтов придётся тебе по вкусу». «Но… черт бы тебя побрал», — пробормотал пленник, крепко сжимая пальцы в кулак. — Рики… где он? С ним всё в порядке?!» Ответ сопровождался новым приступом боли. Он был очень коротким, но более сильным, чем все предыдущие, словно молния, пронёсшаяся через его сознание. «Я выполнил свою часть сделки, а ты постарайся выполнить свою. Добро пожаловать в новую жизнь, Гай». Проецируемое изображение погасло, и за стеклом остались только облака утреннего неба вдали.