И всё равно — ты

На следующий день Софи снова пошла на перрон — в надежде снова увидеть незнакомца. Весь вчерашний вечер и сегодняшнее утро она не переставала прокручивать в голове их диалог, вспоминая теплоту его глаз, завораживающий голос. Пока она шла к платформе, сердце бешено билось в груди. Она была в предвкушении возможной встречи. Почему-то казалось, что он обязан быть там. Что она снова его увидит.И каково же было её разочарование, когда она быстро, но внимательно оглядела перрон и не нашла его. «Конечно, глупая. На что ты надеялась? Может, правда пора перестать жить в своих фантазиях», — подумала Софи и грустно улыбнулась. — Девушка, с вами всё в порядке? Вам помочь? Она обернулась на голос. Перед ней стоял пожилой коренастый мужчина. — Да, всё в порядке, — ответила Софи и уже собиралась уходить, как вдруг слова сами сорвались с губ, не успев оформиться в мысль: — Нет, у меня всё-таки есть к вам вопрос. Когда прибудет следующий поезд? Мужчина посмотрел на часы: — Через двадцать минут. — Спасибо. Софи решила остаться. Что-то внутри неё просило подождать. Интуиция подсказывала: не уходи. Эти двадцать минут тянулись вечностью. В голове крутились сотни мыслей: «А вдруг я зря здесь сижу?» «Вдруг он не приедет» «А что ещё хуже — вдруг приедет, увидит меня и решит, что я не в себе…» «Мне лучше уйти» Софи встала со скамейки — и тут врезалась в чью-то грудь. Чьи-то крепкие руки поддержали её за плечи, не давая упасть. От этого прикосновения по телу пробежало лёгкое покалывание. — Вы в порядке? Софи покраснела. Это был он. — Да, спасибо. Извините, я вас не заметила. — Ничего, — сказал он, опуская руки. С её плеч словно ушло тепло. — Я только приехал, увидел вас и решил подойти. Пригласить на чашечку кофе. В прошлый раз отказал — нужно было срочно уезжать. Софи смотрела на него, не веря глазам. Он помнит её. — Мы ведь даже не знакомы, — сказала она неуверенно. Он чуть усмехнулся: — Странно. В прошлый раз вас это не остановило, чтобы пригласить меня на кофе. Софи кольнуло. Его слова прозвучали резко. Она решила уйти. — Я, пожалуй, пойду, — тихо сказала она и развернулась. — Подождите. Простите за резкость. Давайте начнём заново. Меня зовут Марк, — он протянул ей руку. — София, — ответила она и пожала его ладонь. Его рука была большая, грубая, в мозолях. Её пальцы утонули вего. — Так что? Вы не против кофе? Софи на секунду задумалась и улыбнулась: — Думаю, нет. ***** Обстановка в кафе была уютной: бежевые стены, деревянный паркет, кабинки с мягкими сиденьями, создающие атмосферу уединённости. — София, вы не врали — здесь действительно приятно. Столько раз проходил мимо и ни разу не заходил. Софи лишь улыбнулась. Они заказали кофе: Марк — американо, Софи — капучино. — Откуда вы? — спросил Марк. — Родилась и выросла здесь, в Лионе. Ничего особенного. А вы, я так понимаю, из Сен-Жермена? — Да. Родился и жил там… до тех пор, пока всё не изменилось, — его голос стал тише. Софи ощутила, как между ними на мгновение повисла пауза. Но Марк быстро её развеял: — Потом был Париж — работа, суета. Сейчас живу и работаю в Лионе. Иногда езжу в Сен-Жермен… по делам. Мог бы вернуться туда, но меня тянет сюда. Что-то… или кто-то, — он улыбнулся и взглянул на неё. Софи смущённо опустила глаза. — Почему вы ходите на вокзал? — спросил он вдруг. Софи задумалась, провела пальцем по ободку чашки. — Я люблю поезда. Кажется, они уносят с собой всё лишнее. Всё, на что мы не решились. В этом городе я часто чувствую себя чужой. А на перроне — как будто я часть чего-тобольшего. Марк слушал внимательно. — Вы больше, чем просто часть чего-то, — сказал он почти шёпотом. Софи чуть улыбнулась. И впервые за долгое время не чувствовала себя одинокой. — Вы говорите так спокойно… — прошептала она. — Вы первая, кто это замечает, — усмехнулся он. — Обычно считают меня слишком прямолинейным. Или замкнутым. — Молчание — не всегда плохо. Иногда оно говорит больше слов. Он кивнул. — Вы часто бываете в тишине? — Почти всегда. Он наклонился чуть ближе: — Простите за личный вопрос… Вы одиноки? Софи не испугалась. Только грустно кивнула: — Да. — Хотели бы, чтобы это изменилось? Она посмотрела на него. В её взгляде было столько хрупкости. — Наверное, да. Но я боюсь. После одиночества сложно снова кого-то впустить. Даже если к тебе тянется рука — всё равно думаешь: «А вдруг будет больно?» — Я тоже боюсь, — признался Марк. — Во мне много несказанного. Но с вами… спокойно. Как будто всё на своих местах. Софи опустила взгляд: — У вас добрые глаза. Уставшие, но добрые. Он просто улыбнулся. ***** Позже, возвращаясь домой, Софи чувствовала лёгкость и одновременно вину. Клэр. Позволив себе немного счастья, она словно оставила подругу в темноте. Софи поднялась по лестнице. Дверь квартиры Клэр была приоткрыта. Войдя, она увидела: Клэр сидит на полу, спиной к стене. Перед ней — пустая бутылка вина. На столе — перевёрнутый холст. Лицо Клэр было бледным, с потёкшей тушью и следами слёз. Софи подошла, села рядом. — Клэр… Та не подняла головы: — Он был здесь. Сегодня. Сказал, что не уйдёт от жены. Что любит её. А я… просто слабость. Так он сказал. Слёзы снова потекли по щекам. — Я думала, что я — его тишина. А вышло — его шум. Его хаос. — Я приготовила ужин. Купила вино. Свечи… Как идиотка. Она резко встала, смахнула бокал со стола и разрыдалась. — А он? Он выбрал её. Как всегда. Софи попыталась обнять её, но Клэр оттолкнула. — Я думала, что сильная. А я — ничтожество. И всё-таки, через минуту, она позволила обнять себя. Софи обняла — крепко. Спустя пару часов Клэр, уставшая, уснула. Софи сидела рядом, укрыв её пледом. Телефон загорелся, уведомляя о сообщении: «Я рад, что вы сегодня пришли. — М.» Софи улыбнулась — но грустно. Если эта история с Марком будет не честной, не настоящей… она может сломать её так же, как сломала Клэр.