Будь моим парнем

— Будь моим парнем, — впервой эти слова раздаются эхом в черепной коробке, пока тело замирает, находясь в недоумении происходящего. — Я же вчера сказал — нет, — это уже вошло в обыденное. Сухо был абсолютно серьёзен, но Шиын не верил до последнего, считая это каким-то затянувшимся розыгрышем, который в итоге рано или поздно вскроется. Шиын не может найти объяснения ситуации, и как в ней стоит действовать правильно. Мысли постоянно путаются при воспоминании об предложении, даже если Ён этого не показывает. — А я сказал, что если откажешь сегодня, приду завтра. Шиын смотрит на него — долго, пристально. Тяжело вздыхает. — Ты же понимаешь, что это глупо, — он привык, перестал искать спасение взглядом в каких либо предметах. — Может, — самое раздражающее лишь то, что Сухо выглядит спокойным в такой ситуации. Ан словно издевается над ним, пока Шиына мучают сомнения. — Шиын, я... — Да, — мгновение молчания. Глаза Сухо расширяются — не от удивления, скорее, от приятного шока. А затем он медленно улыбается. — Ты только что избавил меня от долгих хождений, — хмыкает Ан, находясь в лёгком замешательстве. Уголки губ Шиына дрожат, выдавая его. Парень хотел было закончить свою мысль, сказать куда больше, чем обычное "да", которое ничего более не значит, чем согласиться стать чьим-то партнёром, но на самом деле все иначе. — Шиын... — Сухо берет чужие ладони в свои руки, подмечая, что они заметно горячие. Парень, наверное, перенервничал, и делал это до этого. Шиын тяжело вздыхает, собираясь с мыслями понимая, что прятаться больше бессмысленно. Сухо делает шаг вперёд, становясь ближе и в последний момент ловит проблеск удивления в чужих глазах, прежде чем тот успевает что-то сказать. Сухо осторожно касается губами горячего лба, подмечая, что Шиын действительно разволновался и у него, скорее всего, поднялась температура. — Да ты же весь горишь, — теперь Шиын улыбается в ответ, но на лету отрезает короткое "не важно", мягко касаясь его губ. Поцелуй выходит неловким, будто не до конца уверенным, но это не мешает углубить его, вкладывая в него все те чувства , о которых так долго молчали.