Новая/старая жизнь

      Яркий солнечный свет светил Алазу прямо в лицо. Его организм сопротивлялся как мог, но все равно он зашевелился, поморщился и открыл глаза. Точнее, попытался. Было ощущение, что голову набили ватой, во рту пересохло, а в глаза насыпали песок. Потихоньку чувствительность возвращалась, и он осознал, как сильно болит все тело. Со стоном, он приоткрыл глаза, жмурясь от яркого света, и осмотрелся по сторонам. Он лежал в комнате. Самой обычной, незнакомой комнате. Большая металлическая кровать, очень удобный матрас, подушка, одеяло. Комната не слишком большая, так что кроме кровати тут поместился только высокий шкаф, встроенный в стену, и откидной столик. Не было даже стула. В голове была какая-то каша и он вообще не понимал, что происходит и где находится.       С огромным трудом он привстал на локте. Голова тут же закружилась, вынуждая лечь обратно, но он не сдавался. Как только он попытался нормально сесть, что-то громко звякнуло. Алаз почувствовал, что его руку что-то дернуло обратно. Подняв кисть в воздух, он недоуменно уставился на кольцо браслета на длинной цепочке, хвост которой терялся в обилие подушек и вел к высокому изголовью с металлическими решетками. Он даже тряхнул рукой, желая убедится в реальности того, что видит. Наручник не мелодично звякнул.       Наркотический туман начал рассеиваться, и Алаз какими-то кусками что-то вспоминал. В голове гудело, было жарко, тошнило, но он пытался выковырять из своей памяти хоть что-то, что может все вот это объяснить.       Первыми в памяти возникли образы Ямана с Джесуром. Они шли куда-то и вроде смеялись.  У них что, вечеринка прошла не по плану? А почему он в чужой кровати и пристегнут наручниками? Подняв одеяло, он убедился, что лежит в одних трусах и весь в синяках. В груди возникло беспокойство. Он что, изменил Аси? Да быть этого не может, он столько не выпьет.         Мысли ворочались медленно и неохотно, бесил противный привкус во рту. Такое бывало с ним после весёлых вечеринок с обилием алкоголя и таблеток. Память всеми силами сопротивлялась его трудам, не давая вспомнить, что произошло. Устав сидеть в неудобной позе, он со стоном откинулся на подушки. Нужно что-то придумать, а то Аси ему устроит веселую жизнь. И мама, кстати, ей поможет. Он то помнил, что вроде как, был на работе, в больнице, и объяснить, куда его занесло, будет тяжеловато. Даже Яман не спасет его…       Мысль споткнулась, а дыхание перехватило. Яман. Перед глазами возник образ избитого брата на земле. И выстрел. Два выстрела. Рядом лежал Джесур, его тело он тоже вспомнил. И кровь, текущую у него изо рта. Алаз похолодел, глаза расширились. В голове будто убрали засор и воспоминания хлынули потоком. Он помнил, что Яман приехал в больницу к отцу. Он привез с собой Чаглу, она хотела Джесуру сделать сюрприз. Чагла!       Алаз, забыв о том, что прикован к кровати, попытался вскочить на ноги. Цепочка натянулась, и он упал на пол, неловко вывихнув руку. Парень выругался, подтягивая себя обратно к кровати. На адреналине, голова заработала как могла, стараясь оценить, что происходит. Итак. Они поехали домой, все вместе. И им пришлось поехать другой дороге, они еще громко возмущались. Оказалось, не зря по дороге им встретилось столько аварий, их буквально вынуждали свернуть, куда надо. Как собаки загоняют в ловушку добычу, так и их загнали на расправу. Бросив взгляд в окно без штор, Алаз примерно прикинул, что на улице уже утро. Какого же дня? Там, во время схватки, ему что-то вкололи, а сколько он провалялся в отключке? Ночь? Или сутки? А что с Чаглой? Нашли ли Ямана с Джесуром? Они живы?       Вопросы, вопросы, бесконечные вопросы как зудящие мухи кружились в его голове. Ни на один из этих вопросов у него не было ответа. Только раз за разом у него в памяти возникал образ брата на земле. И выстрел. Алаз вцепился руками в волосы и завыл, спасаясь от кошмарного образа.       Ради Аллаха, кому это нужно? Кто на них напал? Он видел, как сестру подхватили на руки и унесли, значит, и она похищена. Что им нужно? Выкуп? Это выглядело единственной приемлемой причиной этого безумия. Но кто? Зачем убивать его брата? Горло перехватило от этих мыслей. Если брат умер, он не знал, как сможет жить с этим. Не представляет. А Аси? Что с ней будет? У Алаза сжалось сердце. Он не хотел верить, что брат умер, застрелен неизвестным безжалостным ублюдком на дороге, но разве Аси от этого будет легче? А Адем? Что будет с ним, когда маме так плохо? Как она сможет это выдержать? Ему нужно срочно возвращаться. Немедленно. Пока не слишком поздно.       Стараясь двигаться осторожно, Алаз встал на ноги, взялся за злосчастную цепочку и дернул изо всех сил. С громким скрежетом кровать проехала по полу, оставляя на паркете глубокие царапины. Перехватив цепочку одной рукой, второй он уперся в металлическое изголовье и дернул снова. Металл не поддался ни на сантиметр. Сбросив подушки на пол и с трудом отодвинув тяжелый матрас, он увидел, что второе кольцо пристегнуто к толстой поперечной балке. Зарычав от разочарования, он опять упёрся ногой в кровать и потянул цепочку на себя, надеясь, что хоть одно из звеньев слабое и разогнется. На лбу выступили бисеринки пота, сухожилия в худощавом теле натянулись как канаты. Он почувствовал, что у него вот-вот порвутся мышцы, а цепочка не поддавалась. Поднеся дрожащими руками цепь к глазам, он разочарованно застонал. Каждое звено было пропаяно в местах возможного разрыва. Затуманенным умом он не сообразил сначала ее рассмотреть. Со злостью пнув кровать он сел прямо на пол, у изголовья, бессильно опустив руки. Но не прошло и пары секунд, как он снова вскочил, вцепился руками в железного монстра и потащил его к окну, стараясь не морщиться от противного звука.       Вид из окна совершенно не прояснил ситуацию. Судя по высоте, примерно второй этаж. Вокруг деревья, не слишком густые, на лес не похоже. Кое где даже были видны полянки с протоптанными дорожками. Он никогда раньше тут не бывал, так что оставалось осматривать само окно. Решёток на них не было, но окна не открывались. Оглядевшись, он понял, что разбить стекло нечем. Алаз вздохнул и стащил с кровати одеяло, намереваясь разбить окно рукой.       Однако, осуществить задуманное он не успел. За дверью послышался шум, потом в замке зашуршал поворачивающийся ключ, и дверь открылась. Алаз ожидал увидеть кого угодно. Правда. Он даже был готов увидеть Зафера, явившегося с того света, но не его. Не улыбающегося отца, со столиком на колёсах.       Серхан улыбался, искренне и открыто. Он ему так улыбался всегда, с самого детства. Эта улыбка раньше всегда вызывала в сыне любовь, а сейчас она вызвала холодный, липкий ужас. Сердце словно схватили ледяные руки и сжали изо всех сил, волосы на теле встали дыбом, а ладони мигом взмокли. Из разума рассеялись остатки дурмана, а сердце застучало, разгоняя кровь и адреналин по венам.       Серхан, словно не замечая сына в одних трусах, как нив чем не бывало, въехал со столиком внутрь, тяжело опираясь на трость. Алаз замер у окна, не веря своим глазам, и даже не мог заставить себя сделать вздох, не то что пошевелиться.       -Проснулся? - добродушно спросил папа, обойдя столик и подходя ближе к сыну - Я рад. Нам нужно о многом поговорить.       -Ты… - у парня внезапно прорезался голос, больше похожий на шипение - Что ты наделал?       Алаза затрясло. Внезапно в голове все сложилось. Вспомнились слова Аси, она предупреждала, а они не восприняли всерьёз. Оказалось, за всем этим стоит его отец, как и всегда.       -Спокойно - Серхан поднял руки - Мы поговорим. Хочешь пить?       Алаз очень хотел своими руками задушить его прямо тут. Накинуть цепочку на шею и медленно сдавливать, с наслаждением слушая его хрипы. Серхан в этот момент вернулся к столику и взял с него большой пузатый графин с водой. В воде плавала мята, куски апельсинов, грейпфрута, лимона и кубики льда. От этого вида, и без того пересохшее горло Алаза скрутил спазм, и он почувствовал, как все-таки сильно хочется пить. Отец налил ему целый стакан, и он запотел от холодной воды, а по стенкам уже сбегали маленькие капельки. Разум говорил ему схватить стакан и разбить отцу об голову, но жажда оказалось сильнее. Он схватил его и жадно приник губами, делая огромные глотки. В пару мгновений стакан оказался пустым. Алаз перевёл дух, чувствуя, как холодная влага скользит внутри по пищеводу.       -Понравилось? – участливо спросил отец, забирая бокал и наполняя его до краев - Выпей еще, если хочешь.       Алаз, все так же, не говоря ни слова, взял стакан и сделал еще несколько глотков. Сейчас он уже почувствовал вкус. Вода с фруктами оказалась горьковатой из-за грейпфрута, но все равно очень вкусной. Почувствовав облечение и легкое головокружение, Алаз беспомощно сел на стоящую посреди комнаты кровать.       -Сынок - Серхан подошел ближе и присел рядом - Ничего страшного не произошло. Просто все возвращается на свои места.       -Папа - сипло спросил Алаз, поднимая на него взгляд - Это ты? Это ты убил Ямана? Ты убил моего брата?       Под конец фразы его голос сорвался в слабый всхлип, а из глаз потекли слезы. Слова, произнесенные вслух, словно материализовались и заставили поверить в них.       -Он тебе не брат - ласково ответил Серхан, обнимая сына и прижимая его к себе, как в детстве - Он сын Гювена, и только это важно. Я же тебе говорил, сынок, они водят вас с Чаглой за нос. И вот результат.       Алаз не понимал, что с ним происходит. Только что он готов был драться с кем угодно ради своего спасения, а при виде отца обмяк и позорно рыдает, не делая ни малейшей попытки спастись. Он только что хотел его убить, задушив своими руками, но от тёплых объятий стало так тепло и хорошо, словно внутри предательски распустили тугие узлы и дали вздохнуть полной грудью.       -Чагла - сквозь слезы спросил он - Где Чагла?       -Она в соседней комнате - ласково ответил Серхан, сжимая плечи сына - Проснулась, ждёт нас с тобой. Пошли?       Алаз кивнул. Отец достал из кармана ключи и отпер наручники, и они со звоном упали на пол. Серхан помог ему подняться и помог подойти к шкафу, где лежали новые спортивные брюки и майка. Почему-то от этой заботы ему стало так спокойно, так приятно. Он вспомнил, как отец повез их с Чаглой в горы, кататься на лыжах. Мама тогда подхватила простуду и лежала в номере, а отец катался с ними на детском спуске. Алаз каким-то чудом нашел большую лужу и ухитрился в нее упасть, от чего промок до нитки и сильно замерз. Когда они пришли в номер, он так же его раздел, искупал в горячей ванне и помог одеться в сухую и чистую одежду, и ему было также тепло и спокойно, как и сейчас. Алаз нетвердой походкой пошел вслед за отцом. Идти пришлось недалеко, действительно соседняя дверь. Внутри, в очень похожей комнате, на кровати полусидела заплаканная Чагла, оперевшись на подушки. Брат заметил браслет на ее руке, но радость от встречи оказалась сильнее возмущения.       -Чагла!       -Алаз! - девушка попыталась вскочить, но помешала цепочка, так что брат подбежал первый и заключить сестру в объятия.       -Ты в порядке? - спросил он, оглядывая ее лицо.       -В порядке - заверила она, расплакавшись - Ты как? Ты весь избит. У тебя ничего не болит?       -Дети - вмешался Серхан - Я пойду посмотрю, что у нас с завтраком и вернусь, ладно? Не скучайте.       Серхан вышел, продолжая тяжело, даже демонстративно, опираться на трость. Дверь с шорохом закрылась.       -Папа! - вскричала Чагла - Сними с меня этот браслет!!!       За дверью послышались только удаляются шаги. Чагла буквально завыла от отчаянья.       -Тссс - Алаз погладил сестру по спине - Все хорошо, я тут.       -Алаз - сквозь слезы спросила Чагла - Что делать? Как нам выбраться?       -Я не знаю - признался Алаз, прижимая сестру к себе - Мы обязательно что-то придумаем, слышишь?       -Алаз, что с Джесуром? Ты знаешь? - Чагла подняла голову - А Яман?       Алаз попытался приготовится к мощной волне боли, которая затопила его чуть раньше, но нет. Ничего не было. Где-то в отдаленном уголке сознания что-то вспыхнуло, но ничуть не задело. Алаз вместо ответа поднял руку и залепил себе мощную оплеуху.       -Алаз! - вскрикнула Чагла - Что ты делаешь?       Парень замотал головой, пытаясь собрать себя в кучу.       -Что-то не так - пробормотал он - Нас чем-то накачали, и меня еще не отпустило. Ощущения странные.       -Выпей воды - предложила сестра - У меня тоже словно опилки в голове. Все как в тумане.       Алаз кивнул. У Чаглы стоял такой же графин с водой, как и у него. Выпив еще стакан, он дал напиться сестре и вернулся на кровать.       -Ты знаешь, что произошло? - спросила Чагла еще раз, чуть погодя - Я ничего не помню.       -Джесура с Яманом избили и оставили на дороге - после паузы ответил он. Чагла тихонько всхлипнула и уткнулась головой брату в плечо.       Он не смог ей сказать, что видел, как их обоих хладнокровно пристрелили. Как бродячих и опасных собак. Он не смог отнять у нее надежду. Пока возможно, пусть пребывает в благословенном неведении. Подняв руку, он погладил сестру по волосам, давая ей хоть немного успокоения.