My Little AngeL

Этот вечер с самого начала был неправильным. Хёнджин чувствовал это кожей. Дом дрожал от напряжения, словно знал, что скоро что-то сломается. Маленький Ликс сидел в углу комнаты. Играл с одеялом, пряча лицо. Хёнджин был рядом — наблюдал. Он больше не вмешивался. Он не мог. Но он чувствовал: что-то надвигается. Сначала — хлопнула входная дверь. Потом — звук шагов. Громких, пьяных. Мать Ликса выглянула в коридор, и тут же отпрянула. — Снова ты?.. — её голос дрожал, но она пыталась держаться. — Это мой дом. Мой сын! — закричал отец. Запах алкоголя разнесся по дому мгновенно. Феликс замер. Он начал дрожать. — Ты же знаешь, что он боится тебя! — крикнула мать, вставая перед ним. — Боится? Я его отец! Я его растил! Не тебе решать! Звук пощёчины разрезал воздух. Феликс сжался. Хёнджин напрягся, сжал кулаки, не в силах вмешаться. — Мы уезжаем. Сейчас же! — закричал отец. — Пошли, Ликс! Быстро! Мальчик не двигался. Его глаза были пустыми. Мокрыми. Он не плакал вслух. Но внутри — был шторм. Молнии. Пожар. Отец схватил его за руку. Дёрнул. Феликс не сопротивлялся. Он просто… шёл. Хёнджин шёл за ними. Всё внутри него кричало. Но он не знал, как остановить то, что уже произошло. ⸻ Машина завелась с грохотом. Салон пах бензином и дешёвым пивом. Отец нервно крутил руль, громко включил радио. — Теперь ты будешь жить со мной. Понял? Без истеричек. Настоящим мужиком станешь. Феликс сидел, вцепившись в сиденье. Молча. Глаза в окне. Сердце — в пятках. ⸻ Дождь начался резко. Капли били по стеклу, как удары. — Папа… — тихо сказал Ликс, почти шёпотом. — Давай… остановимся?.. — Сиди тихо! — крикнул отец. — Всё нормально! Огни. Шум. Визг шин. Отец не увидел машину справа. Секунда. Один удар. Металл встретил металл. Треск стекла. Вой клаксона. ⸻ Тишина. Затем — крики прохожих. Дождь. И запах крови. Хёнджин оказался рядом. Он искал Феликса глазами, сердце билось так, будто готово было вырваться из груди. Он увидел его: в кресле, с рассечённой бровью, в шоке. Но живой. Мальчик не плакал. Он не мог. Он просто смотрел в одну точку. Дыхание сбилось. Губы дрожали. Хёнджин подошёл, опустился на колени. Прижал к себе. — Всё прошло… Всё хорошо… Я с тобой… Он знал: этот день — станет шрамом в сердце Феликса.