Осколки контроля

На базе Гидры царила тишина, нарушаемая лишь щелчками клавиатур, механическим звуком работающих приборов да иногда звуками тренировок суперсолдат. Ванда Максимофф, юная девушка с темными спутанными волосами и проницательными зелеными глазами, проводила дни в этом холодном и бездушном месте, где два, а иногда и три раза за день у неё брали анализ крови, изучая способности подопытной. Это раздражало, столько пялящихся людей раздражало. Но она знала, что легко не будет, когда вызвалась добровольцем. Каждый новый день приближал её к той цели, ради которой она сидит в этих холодных каменных стенах — мести Старку. Они с Пьетро скоро принесут свое возмездие, нужно лишь быть терпеливыми, чего у них уже в избытке. Ванда училась контролировать полученный от странного скипетра дар. Она могла влиять на сознание других, слышать их мысли и в первые дни это было для неё шумным болезненным потоком, который Максимофф лишь недавно научилась заглушать. Ванда ожидала, что этот день окажется таким же скучным, как предыдущий и день до этого. Все по-старому плану: анализ крови, тренировка с передвижением предметов, тренировка с Броком по борьбе(потому что тот постоянно нудит, что стоит надеть на неё электрический ошейник и она сразу станет бесполезной), какая-то жижа с витаминами, которую нужно съесть и холодная ночь. Но сидя в своей комнате, заставляя игрушечные кубике парить в воздухе, она услышала быстрый топот персонала в коридоре и ругань Брока. Ванд открыла железную дверь и высунула голову. В последнее время их с Пьетро перестали запирать, видимо удостоверившись в верности. Или же Брок замолвил слово, проявив жалость к едва вышедшем из подросткового возраста близнецам. В его голову Ванда старалась не лезть, уже один раз рискнула, и естественно у служивого во многих горячих точках человека имелось, достаточно увиденного ужаса в памяти. Хотя байки Рамлоу о своей юности травил спокойно, будто для него все было пустяком, и мало что он серьезно воспринимал, но при этом был профессионалом, других Гидра не берет. Ванда бесшумно шла вперед по коридору. Она была тихой ещё с детства, чем иногда пугала мать, появляясь у той за спиной. Ванда не делала это специально, просто в Соковии редко бывали спокойные дни и в темноте держаться было безопаснее. Отец научил. Ванда вышла к помещению с разными пиликающими приборами. Перед входом туда стоял Джек. Маскимофф подошла к Роллинсу, от неожиданности тот рефлекторно потянулся к кобуре, а затем выругался под нос, отступив в сторону.  —Аккуратнее, а то схлопочешь пулю когда-нибудь, Вандафул (игра слов «Wanda» и «wonderful»)—В шуточной форме произнес двойной агент.  Маскимофф закатила глаза, проигнорировав шутку. Сощурившись, она наблюдала, как несколько ученых бегают туда-сюда, настраивая аппаратуру, а Броку суют какое-то досье, который тот откладывает на стол, явно не собираясь читать, действуя по принципу «инструкция для слабаков». Только вот, от чего этот протокол? Её взгляд наконец цепляется за криокапсулу, которая открывается с шипением, выпуская холод. Криогенной заморозки они зачем-то подвергали высокого, крепкого и широкоплечего солдата, чьи темные волосы спадали патлами на лицо. Ванда нахмурилась. Она понимала, что Гидра нацелена создать как можно больше разных суперсолдат, но чтобы весь персонал так нервничал и потел из-за одного? Ванда толкнула Джека локтем. —Кто это? —Эта стокилограммовая Эльза?—Со смешком спрашивает Роллинс—Если хочешь нормально спать, лучше не спрашивай. А если собираешься упрямиться, иди и пристань с вопросами к Броку.  К Рамлоу она точно пристанет позже, будет ходить хвостом, пока на расскажет, но сейчас можно было попробовать и залезть в голову к субъекту. Глаза Максимофф засверкали алым. Стрельба. Крики. Звуки сломанных костей. Кровь. Очень много крови. И какой-то щуплый светловолосый парень, что лицо не видно. Ванда кривится, выходя из его сознания. Ещё хуже чем у Брока. В первые дни получения способностей она увидела достаточно жестокости в головах персонала Гидры, поэтому уже имела представление о том, как они действуют, но вот разум этого солдата отличался от других: воспоминания отрывистые, о детстве ничего. Лишь одни убийства и тот загадочный силуэт, который словно светился в сознании солдата среди кромешной темноты. Подопытного посадили на кушетку в центре помещение, ученые размазали гель по его телу, видимо чтобы легче проходило привыкание к смене температуры. На мгновение взгляд странного подопытного остановился на ней, взгляд голубых глаз был холодным, колючим и неживым. Ванда нервно сглотнула, отступив назад. Брок встал перед солдатом. —Я твой новый куратор, Брок Рамлоу. Не новый точнее, но вряд ли ты меня помнишь после того чудо кресла. Кхм, все ясно, soldat? На мгновение в помещение повисла тянущая тишина. Ванда заметила как забились по углам ученые и даже напрягся Брок. Бояться, что «Эльза» выйдет из под контроля. —Ya gotov otvechat—Раздался низкий хрипловатый голос. Речь русская. Ванда мало знала об этом языке, но узнать могла. Плечи Брока расслабились, тот удовлетворенно кивнул и обернулся. В его взгляде тут же появилось раздражение.  —Какого черта здесь посторонние, Джек?  —Я думал, что этим демоническим близнецам разрешено бродить—Пожал плечами Роллинс. —Да, но не приближаться же к опаснейшей машине для убийств или ты забыл прошлый случай? Позвоночник того ученого был сломан словно тростинка—Процедил Рамлоу.  Он толкнул Ванду в плечо, заставляя выйти за порог и закрыл за ними двери.  —Возвращайся в свою комнату, волшебная моя, тебе в этом крыле уж точно делать нечего.  —Кто это?—Нетерпеливо спросила Максимофф. Брок закатил глаза, цокнув языком.  —Не отстанешь ведь, да? Эх…—Рамлоу сжал переносицу, устало выдохнув через нос—Его кодовое имя «Зимний солдат». Один из парней, которым когда-то вкололи сыворотку и сделали самой свирепой машиной для убийств. Больше не расскажу, иначе тебя вновь запрут, как принцессу в башне, а меня, в лучшем случает отправят в Рафт, а в худшем — пристрелят.  Прежде чем Ванда смогла возразить, Брок вновь исчез в той комнате, хлопнув перед её носом железной дверью. Максимофф стиснула зубы и обернулась. Перед ней тут же в стену врезался Пьетро, который до сих пор не привык к своим способностям. —Вот черт—Близнец, потер лоб—Ты где была? И что за шумиха? —Просто ещё один подопытный. Суперсолдат. Нам лучше вернуться в свое крыло. 

***

В последующие дни Ванда стала плотно закрывать дверь в свою комнату, но это редко спасало, ведь с другой стороны было небольшое стекло, через которые ученые могли проверять состояние подопытных. Он мог пялиться на неё несколько часов, словно ребёнок в цирке на фокусника, только вот восторга на его лице не было, полная пустота. Пару раз его с криками прогнал Брок, но Зимнего солдата это не остановило. Его угрюмое выражение лица и молчаливое присутствие всегда заставляли её чувствовать себя неуютно. Однако вместе в этим Ванда испытывала интерес к его разуму, который явно пережил много посторонних вмешательств. Из сознания Джека ей удалось выудить, что после каждого задания солдата сажали в кресло и специальными приборами воздействовали на его мозг электрошокером, подчищая. Это объясняло почему она видела так мало в сознании суперсолдата. Интересно, с ней и Пьетро так делали? Новые знания заставили Максимофф усомниться в том, кому они доверились, но брату она пока ничего не рассказала.

***

Сегодня должна была быть очередная тренировка с Броком, но по непонятной причине в помещение находился ещё и Зимний солдат. Он стоял у стены, прямой как струна, словно манекен.  —Что это значит?—Раздраженно спросила девушка.  —Раз уж ты заинтересовала нашу Снежную Королеву, будет справедливо позволить вам взаимодействовать—Брок прислонился к стене, достав сигарету и зажигалку—Не все же тебе только предметы передвигать, милая моя. Пора учиться защищаться не только руками, но и своими фокусами.  Прежде чем Ванда смогла понять смысл сказанных агентом слов, резкий голос Рамлоу  раздался в помещении. —V ataku soldat! Зимний сорвался с места, занеся железную руку для удара. Телекинезом Ванда кинула в него висящую рядом грушу для битья. Зимний легко отбил её. Ванда пятилась и бегала по кругу, пригибаясь и бросая в него оборудование для тренировок солдат. Брок продолжал стоять в стороне, прислонившись к стене, скучающим взглядом наблюдая за этим. Резким быстрым рывком Зимний схватил девушку за шкирку, потянув на себя и вытянув железную руку, чтобы схватить тонкую бледную шею. Ванда выставила ладони, из которых исходило алое свечение. Телекинезом она удерживала его нечеловеческую руку. Ванда знала, что не сможет делать это долго. Зимний был настырным и сильным, а она только начала контролировать полученный от скипетра дар. В его взгляде полностью отсутствовала человечность. Голубые глаза пронизывали её насквозь и были полны лишь гнева вперемешку с твердой целью исполнить приказ своего куратора. Ванда поняла, что впервые за долгие годы она вновь испытывает тот самый страх, пронизывающий плоть, заставляющий тело замереть, сжаться. Максимофф было так же страшно лишь, когда в их дом влетела ракета. Они с братом прятались под кроватью, боясь двинуться, боясь, что орудие подорвется в любой момент. Но то была ракета, а Зимний живой, хоть его мозг и пытались программировать как машину. Свободной живой рукой суперсолдат хватает девушку за волосы, дёргая на себя и ударяя об стену. Ванда дезориентирована. Перед её глаза все плывет, в ушах шумит. Подопытная оседает на пол. Она ничего не видит, перед глазами пелена. Высокий расплывчатый силуэт останавливается перед ней. Зимний заносит железную руку для заключительного удара, но Брок внезапно отталкивается от стены, рявкая: —Dostatochno, soldat!

***

Следующие недели Ванда тренировалась еще усиленнее, чем изрядно напрягла Брока, ведь бледная худощавая девчонка, которая словно вот-вот грохнется(ведь в Гидре почему-то считали, что подопытным достаточно просто вводить какие-то витамины, а не нормальную еду), совсем не годилась для нахождения в тренировочном зале 24/7. Максимофф было плевать. Она будет заниматься хоть до потемнения в глазах, ведь если она не смогла толком дать отпор Зимнему, то Старку в его железном летающем костюме победить не сможет и подавно. И тогда все их с братом жертвы будут напрасны. Зимнего она с того дня не видела. Вероятно, его вновь посадили в то ужасное кресло, чистя память. На следующий день Рамлоу вошел в ее комнату с таким хмурым выражением лица, словно ему сократили зарплату. —Собирайся, ведьмочка. Нас ожидает путешествие.

***

Холодный, соленый ветер бил в лицо Ванде, пока она стояла на палубе ржавого грузового судна. Атлантика была неспокойна, отражая бурю эмоций внутри. Рядом, неподвижный как статуя, закутанный в темную куртку и с металлической рукой, сжатой в кулак, стоял Зимний Солдат. Его взгляд был устремлен куда-то в серую даль, но Ванда знала – он видел все. Он всегда видел все. Его присутствие было тяжелым, безмолвным, как грозовая туча перед ударом молнии. В трюме, ворча на неудобные нары, коротал время Брок Рамлоу. Их «нянька». Гидра решила, что отправлять двух самых ценных, но и самых… нестабильных активов без присмотра – верх глупости. Особенно учитывая задание: доплыть до тихого приморского городка в другом штате, найти и ликвидировать Андрея Смирнова. Бывший техник Гидры, сломавший их защитные системы и утащивший чертежи нового поколения оружия направленной энергии. Чертежи, которые он собирался продать Щ.И.Т.у за сумму с шестью нулями. Лететь было нельзя – слишком много глаз в аэропортах. Море оказалось самым незаметным путем. Для Ванды задание было простым. Шаг на пути к главной цели. Устранить Смирнова – доказать свою полезность Гидре. Получить их ресурсы. Найти Тони Старка. Заставить его ощутить тот ужас, ту беспомощность, который испытывали близнецы, когда сидели под обломками, ожидая взрыва от ракеты, который так и не прозвучал…Оружие оказалось неисправным. Ради отмщения она готова на всё. Даже на убийство незнакомца. А Зимний Солдат? Он просто выполнял приказы. Машина. Идеальная машина для убийства. Ванда иногда ловила краем сознания хаос в его голове – обрывки криков, вспышки боли, ледяной холод криокамеры. Но это был хаос под толстым слоем льда и приказов. Ничего личного. Только миссия. 

***

Квартира, которую они сняли на окраине приморского городка, была воплощением уныния. Запах сырости, дешевого линолеума и старой пыли висел в воздухе. Одна комната, совмещенная с крошечной кухней, узкий коридор и единственная спальня. Обстановка – минимализм бедности: потертый диван цвета грязи, шаткий столик, два пластиковых стула. На кухне – древняя плита и холодильник, гудящий как умирающий шершень. —Распределение простое, детки– хрипло усмехнулся Рамлоу, бросая свой рюкзак на диван. – Я тут. Принцесса, – он кивнул Ванде, — в спальне, я сегодня джентльмен. А ледышка– он ткнул пальцем в Зимнего, который молча осматривал помещение, оценивая углы и выходы, – на полу, хотя ты иначе все равно не можешь спать, это я уже понял. И никому не рыпаться. Завтра работаем. Ванда молча прошла в спальню. Там стояла только кровать с продавленным матрасом и комод с отваливающейся фурнитурой. Она села на край кровати, обхватив колени. За стеной слышалось ворчание Рамлоу и тихие шаги Солдата, обошедшего квартиру еще раз перед тем, как занять позицию на полу в углу гостиной. Его присутствие ощущалось даже сквозь стену – тяжелое, настороженное. Она закрыла глаза, пытаясь заглушить вечный гул боли и гнева внутри, подпитываемый образом Старка.  Скоро, Пьетро. Скоро.

***

Ночь опустилась черным, липким покрывалом. Ванда ворочалась на скрипучей кровати. Сны были кошмарными калейдоскопами: огонь, обломки, крик Пьетро, лицо Старка на ракете, увеличивающееся, заполняющее все… БА-БАХ! Резкий, оглушительный звук разорвал ночную тишину прямо за окном. Потом еще один. И еще. Петарды. Глупая, бессмысленная выходка местных подростков. Но для Ванды это был звук конца света. Ее глаза распахнулись в ужасе. Она не видела убогую комнату. Она видела пылающие стены родного дома в Соковии. Слышала не праздничные хлопки, а рев падающей ракеты. Чувствовала не постель, а холод камней, придавивших ее ногу, и запах гари, пыли и… крови. —Нет!– вырвалось у нее хрипло. Паника, дикая и всепоглощающая, сжала горло. Ее силы, всегда бурлящие под тонким слоем контроля, вырвались наружу как взорвавшаяся плотина. Алые волны хаотичной энергии рванули от нее во все стороны. В гостиной взлетели в воздух диван, столик, стулья. Пластиковые тарелки на кухне разбились о потолок. Линолеум на полу задрожал и пошел волнами. Рамлоу, с громким проклятием сброшенный с дивана, попытался подняться, но его тут же прижало к стене невидимой силой. —Максимофф! Очнись! Это петарды, черт возьми! – заорал он, с трудом поворачивая голову. Но Ванда не слышала. Она была там, в прошлом, в ужасе, который был живее настоящего. Ее тело сотрясали рыдания, смешанные с беззвучными криками. Хаос множился, предметы кружили в бешеном вихре. И вдруг – сильные руки. Металлическая и живая. Они схватили ее сзади, обхватив так крепко, что перехватило дыхание. Ее прижали спиной к твердой груди, обездвижили в железных тисках. —Тихо – прозвучал низкий, хриплый голос прямо у уха. Голос Зимнего Солдата. – Тихо. Это не там. Ты здесь. Дыши». Ванда задыхалась, пытаясь вырваться, но его хватка была неумолима. И в этот момент, в приступе паники, ее сознание, ищущее опору, инстинктивно рванулось в его разум. Она ожидала встретить привычный хаос боли, ледяную пустоту или четкие кровавые сцены убийства. Однако что-то в его сознании поменялось.  Сквозь привычные обломки воспоминаний – крики, холод, боль – пробивались другие картинки. Яркие, теплые, почти нереальные. Солнечная улица старой Индианы. Смех… чей-то знакомый, звонкий смех. Запах лазаньи. Искренняя улыбка худощавого блондина с синими глазами. Теперь она увидела его лицо, а не только силуэт со спины. Эти светлые осколки были крошечными, почти затоптанными ледяным сапогом Гидры, но они были. Живые. Настоящие. Не убийства. Не боль. Жизнь. Контроль над силами Ванды дрогнул. Хаотичная энергия стала затихать, волна отступила. Предметы с грохотом посыпались на пол. Рамлоу рухнул на колени, отплевываясь. —Чертова девчонка! Говорили мне с детьми не связываться! – прохрипел он, потирая шею. — Солдат, держи ее крепче, пока не очухается! Зимний Солдат не ответил. Он по-прежнему крепко держал Ванду.  Его дыхание, ровное и глубокое, обжигало её ухо. Когда она осторожно повернула голову, в его льдисто-голубых глазах мелькнуло нечто неуловимое – не привычная пустота, а глубокая усталость и… понимание? Ванда сглотнула комок в горле. Кто он? Машина? Или в этой машине кто-то… проснулся?

***

На следующий день операция прошла с убийственной эффективностью. Смирнов жил в скромном домике на окраине. Рамлоу обеспечил периметр. Зимний Солдат, как призрак, обезвредил примитивную сигнализацию. Ванда, все еще взвинченная после ночи, но собранная, нашла цель в его кабинете. Она чувствовала его страх, видела его мысль о деньгах, о новой жизни. На секунду ей стало жаль этого испуганного человека. Но затем всплыл образ Старка, и Пьетро, оставшегося фактически заложником на базе Гидры. Ее рука с багровой энергией дрогнула, но действие было точным. Быстро. Без лишних страданий. Работа сделана. Мужчина со сломанной шее лежал на полу с пустым взглядом.

***

Они вернулись в квартиру молча. Настроение было напряженным. Рамлоу хвастливо докладывал по зашифрованному каналу об успехе. Зимний Солдат методично собирал свои нехитрые пожитки. Ванда нервно теребила край плаща, думая о возвращении, о Пьетро, о том, что теперь Гидра обязана помочь им. —Ладно, мои пробирочные, собираемся!» – рявкнул Рамлоу, закидывая свой рюкзак на плечо. – Корабль отходит через три часа. Не задержи… Он не договорил. Зимний Солдат, стоявший позади него, двинулся с пугающей, молниеносной скоростью. Металлический кулак ударил Рамлоу в висок. Недостаточно сильно, чтобы сломать череп, Зимний явно сдерживался, но достаточно, чтобы вырубить. Тот рухнул как подкошенный, без единого звука. Его тело грузно шлепнулось на грязный линолеум. Ванда подняла руки, намереваясь обороняться. Она не успела закончить. Зимний Солдат был уже перед ней. В его глазах не было ни ледяной пустоты, ни слепого повиновения. Была решимость. И странная… ясность. Щелчок шприца, который она даже не заметила у него в руке. Острое жжение в шее. Мир поплыл перед глазами, силы покинули тело, алое свечение погасло. Последнее, что она увидела, прежде чем погрузиться во тьму, был его взгляд. Уже не Зимнего Солдата. Чей-то другой взгляд.

***

Сознание вернулось к Ванде медленно, как сквозь густой сироп. Она почувствовала вибрацию двигателя, мягкое покачивание. Запах старой кожи и бензина. Она лежала на заднем сиденье движущейся машины. Голова гудела, тело было ватным. — Ты в порядке? Голос был знакомым – низким, хрипловатым. Но интонация… интонация была другой. Мягче. Человечнее. Она с трудом подняла голову. За рулем сидел он. Но это был уже не Зимний Солдат. Его длинные, темные волосы были грубо острижены, почти под ноль, открывая острые черты лица. Остатки черной краски были смыты с глаз, и теперь его взгляд… его взгляд был живым. Напряженным, усталым, но осознанным. Он смотрел на дорогу. —Ты… кто ты? – прошептала она, пытаясь подняться. Силы все еще не вернулись. Он мельком глянул на нее в зеркало заднего вида. В его глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение. —Мое имя… – он сделал паузу, как будто пробуя звучание давно забытого слова. – Мое имя Баки Барнс. Джеймс Бьюкенен Барнс. Ванда уставилась на него. Барнс? Это что-то новенькое. Воспоминания о случившемся возвращались к ней.  -Что… что ты наделал?! – ее голос дрогнул. Рамлов… Пьетро! Он остался у них! Гидра убьет его, когда узнает, что я не вернулась!  Паника снова сжала ее горло. —Успокойся, Ванда, – сказал Баки. Его голос был твердым, но не жестоким — Твой брат в большей безопасности сейчас, чем если бы ты вернулась. Гидра использует вас обоих. Как использовала меня. Долгие годы. Он свернул на более широкую трассу, увеличивая скорость. — После последней заморозки… что-то пошло не так. Очистка была неполной. Обрывки… воспоминаний. Чувств. Они начали возвращаться. Я скрывал. Ждал момента. — Он сжал руль, его металическая рука была скрыта перчаткой - Я не мог позволить, чтобы из тебя сделали такую же машину, как из меня. Ванда хотела кричать, спорить, но его слова казались разумными.  —Куда мы едем?» – спросила она тихо, глядя на его профиль. Короткие волосы делали его привлекательнее.  — В Нью-Йорк – ответил Баки. В его голосе появились нотки чего-то, что могло быть надеждой — На базу Щ.И.Т.а. Я… вспомнил. Стив жив. Капитан Америка. Он там. Он поможет.  Ванда вспомнила блондина из его воспоминаний.  Барнс достал из кармана куртки маленькую флешку. Ту самую, что была у Смирнова.  — У меня есть то, за что нам нужно было убить Смирнова. Секреты Гидры. Их базы, проекты, внедренных агентов. С этим… с этим мы сможем уничтожить их. Навсегда. Быстро. И тогда твой брат будет свободен. По-настоящему свободен. Мы все.  Ванда откинулась на сиденье, закрыв глаза. Калейдоскоп эмоций кружился в ней: страх за Пьетро, остаточная ярость к Старку, недоверие, смятение… и странное, щемящее чувство облегчения. Она была похищена. У нее отняли шанс на месть. Но… этот человек, больше не машина, Баки Барнс, спас ее от чего-то страшного. Он дал ей шанс. До Гидры никто не давал ей шанса, считая просто сиротой, очередным мусором на улице полуразрушенной Соковии. Она осторожно вновь пробралась в его сознание. Хаос в его голове улегся. Там больше не было ледяной пустоты и темноты. А крики и кровавые пятна перекрывали светлые воспоминания об его юношестве, о не родном белокуром брате. А также была…странная, осторожная забота. О ней. Она открыла глаза и посмотрела на него. На Баки Барнса. Бывшего Зимнего Солдата. Ее невольного спасителя. Дорога убегала вперед, в неизвестность. Но впервые за долгие годы Ванда почувствовала не только ярость и страх. Она почувствовала странную, необъяснимую связь с человеком за рулем, который тоже был сломан, но нашел в себе силы бежать.