Учитель физкультуры

Солнце было не милостивым светилом, а навязчивым прожектором, выжигающим тени на асфальте догмата. Где-то за спиной, в какофонии большого города, сирена скорой помощи выла, как раненая собака. Гоку остановился на углу, его рука прижата к животу — не от боли, а от пустоты, зияющей, как кратер на знакомой луне. Он был маяком без света в тумане чужих слов. -Гоку: Блин, я очень проголодался после прогулки. — он потёр свой живот — Где тут можно перекусить? Гоку начал оглядываться по сторонам, в поисках еды. Его глаза блуждали по округе, пока не остановились на небольшой закусочной. -Гоку: Может там есть еда? — он пошёл в сторону закусочной, котороя была через дорогу. Он толкает дверь закусочной «Joe’s Diner». Колокольчик над дверью звякает одиноким, невесёлым звоном. Воздух внутри густой, как бульон — запах старого масла, лука, сладкого кленового сиропа и чего-то молочного. Вентилятор под потолком разрезает его на ломтики, которые падают на столики с клеёнчатой скатертью. За стойкой мужчина в заляпанном фартуке вытирает блюдце тряпкой. Повар не поднимая глаз, спрашивает его. Голос хриплый от сигарет и времени: -Повар: Yes? What will you have? [Да? Что будете?] Гоку подходит к стойке, улыбается своей самой беззлобной, открытой улыбкой. Она кажется здесь инородным телом, слишком яркой вспышкой в полумраке. -Гоку: А…коннитива! Табемоно… аримасу ка? [Здравствуйте! Еда… есть?] Гоку делает неуверенный жест рукой ко рту. Его боевые позы были куда более красноречивы. Повар наконец поднимает на него глаза. Смотрит, будто видит призрак, зашедший не в ту дверь. -Повар: Sorry,pal. English. Only English here. You wanna eat or not? [Извини, приятель. Английский. Здесь только по английский. Ты хочешь есть или нет?] -Гоку: (Гоку не поняв про что он, кивает, всё так же улыбаясь): Хай! [Да!] Он тычет пальцем в самое первое, что видит на меню — в изображение большого бургера с сыром. -Повар: Cheeseburger.Combo? With fries and a drink? [Чизбургер.Комбо? С картошкой фри и напитком? Гоку не понимает. Он слышит только вопросительную интонацию. Он видит, как повар показывает на картинку с картошкой и на большой стакан. -Гоку: Хай!Дайдзёбу десу! [Да! Я хочу это!] -Повар: (качая головой, бормочет себе под нос): Whatever you say,chief. One combo. Have a seat. That'll be ten dollars. [Как скажете, шеф. Один комбо. Присаживайтесь. С вас десять долларов. Гоку не двигается. Он слышит «ten». Он знает это число. Он смотрит на повара с вопросительным взглядом. Гоку: Дзю…эн? [Десять… иен?] -Повар: (хмурясь): Ten dollars.Bucks. Green. Cash. — Он делает жест, потирая большой палец об указательный. Money. You got money? [Десять долларов. Баксы. Зеленые. Наличные. — Он делает жест, потирая большой палец об указательный. — Деньги. У тебя есть деньги? Гоку наконец понимает. Он радостно роется в карманах и достаёт смятую купюру. Он не очень уверен, сколько это, но отдаёт её повару. Тот берёт, фыркает, отсчитывает сдачу и суёт её Гоку в руку. Повар: Sit.Down. — Он указывает на пустой столик. — I’ll bring it. [Присаживайтесь. Он указывает на пустой столик. — Я принесу. Гоку покорно идёт и садится. Он смотрит в окно. Мимо проходят люди. Какая-то девушка смеётся разговаривая по телефону, её голос — это щебет незнакомой птицы. Мужчина кричит на кого-то через улицу. Гоку ловит отдельные звуки: «…late!», «…told you!», «…crazy!». Они отскакивают от него, как горох от стены. Он чувствует лёгкое головокружение — не от голода, а от этой тотальной изоляции. Он мог бы пересчитать каждую песчинку в пустыне, но не мог понять простого «How are you?». Через несколько минут повар приносит поднос. На нём лежит громадный бургер, горка золотистой картошки и огромный стакан с пузырьками. -Повар: Here. Enjoy your meal. [Вот. Приятного аппетита] -Гоку: (с почтительным наклоном головы): Домо аригато годзаимасу![Большое вам спасибо!] Повар (замирает на секунду, потом качает головой с какой-то странной, уставшей грустью): Yeah…you too, buddy. [Да... и тебе тоже, приятель.] Гоку набрасывается на еду. Он ест с тихой, сосредоточенной интенсивностью, с какой медитирует или тренируется. Бургер исчезает за несколько укусов. Картофель хрустит. Он добирается до стакана и делает большой глоток. Глаза его слегка расширяются. Это слишком сладко и резко. -Гоку: (тихо, самому себе): Коре ва нан да?Амэ ёри мо кавайи адзи га суру… [Что это? На вкус сладкое, это точно не вода...] Он пожимает плечами и выпивает всё до дна. Голод побеждён. Физически. Он сидит, обводя взглядом закусочную. Его взгляд падает на повара, который снова вытирает кружку. -Гоку: (решившись, подходит к стойке снова): Ойсикатта десу! Мо икхидо, онегаисхимасу! [Было очень вкусно! Ещё один, пожалуйста!] Гоку указывает на пустую тарелку и снова на меню. Повар смотрит на него. На его лице нет раздражения, лишь глубокая, неизбывная усталость от жизни. Он видел всякое. -Повар: Another one? — Он показывает два пальца. Two? [Ещё один? — Он показывает два пальца. — Два? -Гоку: (радостно кивая): Хай!Ни! [Да! Два!] -Повар: (вздыхает, но уголки его губ чуть ползут вверх): You’re gonna eat me out of house and home,pal. Alright. Two more. On the house. For the appetite. [Ты собираешься выгнать меня из дома, приятель. Хорошо. Еще два. За счет заведения. Для аппетита.] Он не ждёт ответа, уходит на кухню. Гоку не понимает слов, но понимает жест — ему несут ещё еды. Его лицо озаряется чистой, безудержной радостью. Он возвращается к своему столику, смотрит на повара через проём на кухню и снова кланяется. Когда второй поднос опустошён, Гоку чувствует себя победителем. Он подходит к выходу, оборачивается. -Гоку: (громко и ясно): Гочисосама десита!Мата кимасу! [Спасибо за угощение! Я ещё приду!] Повар смотрит ему вслед. Дверь закрывается. Колокольчик звякает. Он качает головой, берёт сигарету из-за уха, но так и не зажигает. -Повар: (бормочет в пустую закусочную): Crazy Day.Don’t understand a word. But he smiled like he... Heh. No matter. I feel happy for some reason. [Безумный день.Не понимаю ни слова. Но он улыбался так, словно это было... Хах. Неважно. Я почему-то чувствую себя счастливым. На улице Гоку щурится от солнца. Он сыт. Он идёт по тротуару, и его шаг стал твёрже. Он не понимает вывесок, не понимает разговоров. Но он понял улыбку, скрытую под усталым взглядом. И жест, который значил «ешь». Это был маленький мостик через бездну. И для начала этого было достаточно. Он засовывает руки в карманы и идёт вперёд, в гул чужого города, одинокий, но на мгновение не такой уж одинокий. -Гоку: Хух. Я наелся! В следующий раз я возьму больше этих зелёных бумажек, и закажу побольше этой вкуснятины! — сказал он направляясь в сторону дома.