В один дождливый день

Большая перемена давно уже закончилась, начался пятый урок, самое время когда стршекласники разбегаються по углам школы в поисках тихого места, кто-то чтобы покурить, кто-то просто прогуливает, а парочки зажимаються в как им кажеться — уединенных углах. Шиын стоял на крыше, и только собирался спускаться, когда услышал шаги — и теперь наблюдал за одной из таких парочек. Если кто-нубудь спросил, почему, черт возьми, он не пошел сразу, а спрятался — ответа не нашлось. Но если выйдет сейчас — будет выглядеть извращенцем. Лучше переждать. Это был парень из параллельного и девушка на класс младше. Девушка сидела на коленях у парня, повернувшись своим лицом к его. Длинными руками сжимала его плечи, острые ногти впивались в его кожу. Она целовала его нагло, властно — словно огораживала свою собственность от всего мира. Она напоминала Шиыну кого-то очень важного. Они напоминали ему тот самый день. *** В тот день лил страшный дождь, они стояли в тени перил на крыше школьного здания, мокрые как собаки. Сухо целовал его — так же жадно и страстно. Если поцелуем можно было испепелить — Шиын давно бы уже был горсткой пепла. Это было странно. Но тогда — не удивляло. Он целовал своего лучшего друга на крыше школы — и все, на что был способен, это молиться, чтобы это мгновение продлилось вечно. Ветер срывал капюшоны, проникая под одежду, обдирал кожу, как-то слишком открыто. Пальцы Сухо были мокрые, теплые, немного дрожали. Его влажные, горячие губы обхватили нижнюю губу Шиына, легонько покусывая зубами он как бы дразнил, проверяя границу дозволенного. Сухо целовал так, словно уже сделал это сотню раз. — Ты не... — Воздуха не хватало, Шиын очевидно нехотя оторвался от его губ, и отвел взгляд. — "Не" что? — С тем самым оттенком вызова, парень взглянул ему прямо в глаза. — Ты не боишься, что я не хотел? Глаза Сухо заблистели, мокрые волосы спадали на лоб. — Я видел, как ты смотрел. Брови Шиына поднялись в немом вопросе. — Как тот, кто хочет, но запрещает себе. — Продолжил Сухо. *** Шиын будет помнить тот день. Всегда будет помнить. Во всех деталях. Даже влажность собственных пальцев. В воздухе, которое пахло мокрым бетоном. И если бы ему предложили обменять все оставшиеся годы жизни на тот день, тот миг. Он бы не колебался ни секунды.