Любовная эйфория

Солнце заходило за горизонт,и несильный ветер делал своё дело, заставляя бабочек в животе ожить и трепещать в животе, создавая эффект эйфории. Щеки Глеба уже давно приобрели красный оттенок, из-за холода, и даже не помогала куртка, в которую он чуть-ли не укутывал себя. Помимо прекрасного ветра и заката, был дождь, который барабанил по крыше школьного здания, заставляя ещё сильнее укутываться в куртку. Ольге Михайловне пришлось уехать, поэтому художка закончилась на час раньше, и Глебу не хотелось идти домой, его там никто не ждал, а читать всякие факты о истории, он мог и на улице, но доставать телефон, он не осмелился. На улицу выбежали дети с художки и конечно же Степа, который хотел спросить, что-то у Глеба, но Венера встала около него и сказала, что к ней можно, поэтому он не просто пошел, а побежал, крича победные крики, на что Венера закатила глаза. Она посмотрела на Глеба, сверкая зелёными глазами,в которых читалось отвращение. Она спустилась по лестнице, догоняя Степу, который навёл шуму, который и так был из-за дождя и ветра. Глеб лишь сверлил их спины взглядом. Он вздохнул, понимая,что никогда и никто его не примет в люди, с руками в карманах, которые тоже не спасали от холода, облокотился об перила спиной и смотрел под ноги. Весна-самое ужасное время года, по мнение Глеба. То холодно, то жарко и не когда не поймешь, когда будет жарко. Ведь сегодня он шёл на художку под крики бабушки, успев взять только весеннюю куртку и выбежав на улицу, бежал со всех ног с этого проклятого дома. Он не хотел быть там. Не хотел слушать крики, не хотел читать это чертовы книги, желая их сжечь уже к чертям собачьим, не хотел сидеть в школе на уроках, не хотел обниматься с девочками, которые цеплялись к нему. Ровным счетом-ничего. Ему так все надоело, так все заманало... Ему просто хочется к нему. Притронутся к его волосам, обнять со всей силой, чувствуя как подростковые руки гитариста гладят его спину. Глеб хотел ощущать его запах, ощущать его касания, губы, которые бы, блуждали по его лицу, ногам, рукам, торсу оставляя красные оттенки. Хотелось взять его за руку и убежать так далеко от всего этого, ведь он знает, что Витале, тоже все надоело. Эта гитара, эти лица, эти имена, все, кроме Глеба. Но они не могли быть вместе. "Это странно, глупо, неправильно" шептал постоянно Глеб, думая, как сказать это Витале. Он отдалялся от Витали, от всех. От друзей, от Витали, от родителей, он больше не читал по ночам как раньше. Он устал. Ему хотелось... Просто его. Виталю-парня, который даже не знает, что такое жизнь. Он просто чувствует жизнь, плывя, как по течению волны. Одевается, как хочет, говорит, как хочет и никто его не осуждают. Тогда почему осуждают Глеба? Он не хотел знать. Глеб увидел как его мальчик выходит из школы. Снова не застегнутая куртка, заставила Глебаулыбнуться. Глеб тихо усмехнулся, но сразу убрал улыбку с лица, как только Виталя повернулся к нему. Глеб отчаянно отвернул лицо от Витали, надеясь, что тот не подойдет, не заговорит, но видимо, не его день. Виталя подошел к Глебу, все так же глупо улыбаясь - привет, чего стоишь тут? Немного картавый голос Витали, вывел Глеба из транса, но он так и не осмелился посмотреть на Виталю. Не мог. Не мог смотреть в его красивые от природы глаза. Сладкий, только для Глеба, запах распалился по всюду ,создавая приятный воздух, что поиграл с волосами, теперь уже, не только Глеба. Глеб сжался и хотел уже уйти. Он просто хотел убежать от него, не видеть его лица. Да, он стал избегать Виталю, и это началось давно. А вы бы осудили его за это? Ну не мог Глеб, просто видеть его, у него нет выхода. Ему снова вдолбили, что это ужасный грех и,что Глеб подводить всех, своими выходками. Глеб наступает на ступень ниже, как его руки коснулась теплая ладонь Витали, накрывая почти все запястье Глеба. Он все таки посмотрел в глаза Витали, смотря в черные омуты, которые выражали не понимание. Виталя так же встал на ступень к Глебу ,смотря прям ему в глаза, придвигая лицо к Глебу - эу, привет? - привет Тихо ответил Глеб, опуская взгляд от дикого смущения и стыда - да, что, черт возьми, происходит? Хватит меня избегать! -У Витали было много вопросов. Что происходит с Глебом? Что за хуйня? Где он накосячил, что теперь его любимый парень игнорит его. Глеб ничего не мог ответить, глотая ком в горле, который уже давно был в горле. Слезы предательски выступили на глазах, но длинные волосы закрывали это. Виталя не выдержал и сжал запястье Глеба, в надежде, что тот хотя бы так ответит- что я сделал не так, Глеб? Мальчик мой, скажи мне, я исправлюсь-с надеждой сказал Виталя - не в тебе дело- сказал Глеб, все так же не смотря в любимые глаза - тогда в чем? Глеб, скаж.. -не успел договорить Виталя, как увидел, что Глеб уже смотрит на него ,с слезами на щеках - Виталя, хватит, прошу тебя! Это не правильно. То что между нами-неправильно. Мы не должны быть вместе, это странно, противно. Я хочу тебя любить, поверь, но это неправильно. Прошу тебя, хватит, я не хочу слушать тебя, ни видеть, но без этого я не могу. Просто, давай тихо разойдемся- кричал Глеб поки слезы предательски бежали ручьём- прошу -тихо сказал Глеб закрывая глаза негромко всхлипывая Виталя спокойно слушал, пока не притянул Глеба ближе закрывая длинными пальцами в его волосы - какой же ты глупый, Глеб. Это неправильно, да, но любовь-это такая штука. Никто не осудит, все поймут. Тем более, ты никому не обязан этого говорить. Я люблю тебя, и так просто не отпущу - Говорил Виталя, успокаивающее поглаживая Глеба по спине. Глеб, почему то, щас понял, насколько его больно. Он прижался к нему, как об спасательный круг, посреди тёмного, холодного, глубокого океана. Между ними была дыра, прям, как в океане. Он схватился пальцами об футболку Витали ,комкая её в своих пальцах, громко рыдая, из за чего, шея Витали становилась мокрой. Они не могут отпустить друг друга, ни Виталя, ни Глеб. Просто не могут. Виталя теплыми ладонями взял Глеба за щеки смотря в заплаканные глаза напротив, но зато, такие любимые и не важно какие. Грустные, веселые, с игривой ноткой или заплаканные, все равно любимые. Виталя аккуратно коснулся губ Глеба закрывая глаза. Глеб не оттолкнул, а лишь ответил на поцелуй. Виталя целовался нежно. Никуда не торопился, не просовывал язык, а лишь косался любимый и дорогих губ, смешивая со своими. Глеб по чьим щекам ещё текли слезы, неумело отвечал. Холод, как рукой сняло, но Глеб дрожал. От любимых рук, которые гладили талию, через ткань куртки. Дождь уже не волновал так же как и холодный ветер, который кружил около парней. Поцелуй, их согревал, правда, был не долгим, мимолетный, но этого хватило для парней, чьё возбуждение и интерес, чего то нового, перешло грань доступного. Виталя долго смотрел в любимые глаза, пока Глеб не засмеялся - ты украл мой первый поцелуй