Baizhu Week 2024 | Неделя Бай Чжу 2024

      Праздник Морских Фонарей — один из самых ярких и оживлённых периодов в Ли Юэ. Бай Чжу давно приметил, что в это время наблюдается резкий наплыв пациентов, и заранее подготовился. Поскольку в основном люди страдали от переедания, болей в суставах и проблем, вызванных алкоголем — то есть от сравнительно лёгких недугов — он доверил аптеку Гуй и Чаншэн, а Ци Ци позволил участвовать в конкурсе воздушных змеев и запуске фонаря вместе с её подружкой Яо Яо.       Однако это не означало, что у него стало меньше дел. Было веское основание распределить обязанности именно так.       Ещё одной особенностью праздника была временная миграция молодёжи в гавань Ли Юэ, чтобы не упустить веселье. Это оставляло такие места, как деревня Цинцэ, почти без присмотра — ведь там в основном жили дети и пожилые. Поэтому Бай Чжу решил на протяжении всей недели ездить туда и обратно, чтобы лично следить за состоянием жителей. Сегодняшний день он провёл в деревне, и рабочее время уже подходило к концу.       Разумеется, такие поездки выматывали, особенно с его телом, но у этого был и положительный эффект: он мог собственноручно наблюдать за пациентами и проводить полноценные осмотры стариков, которые не могли надолго покинуть свои дома. А ещё это давало ему редкую передышку от суеты гавани Ли Юэ.       — Сяо-Чжу, — произнесла старушка. Бай Чжу как раз собирал вещи, но остановился и обернулся, встретившись взглядом с пожилой женщиной. Его лицо украсила привычная доброжелательная улыбка, скрывающая усталость. Её голос и внешность были отмечены годами, но по результатам последнего осмотра — здоровье у неё было в полном порядке, а внутреннее достоинство ощущалось по самой осанке.       — Бабушка Жо Жинь, — вежливо кивнул он и выпрямился, внимательно выслушивая. Он уже догадывался, о чём она спросит, но не торопился с выводами — Бай Чжу уважал каждое слово, особенно исходящее от старших.       И точно — она сказала:       — Почему бы тебе не остаться на ужин? Ездить туда-сюда каждый день, должно быть, утомительно? К тому же, сегодня вечером мы будем запускать фонари. Присоединись к нам.       Старушка подошла ближе, и они оказались лицом к лицу.       Правда заключалась в том, что его вечера были заняты не только составлением лекарств и рецептов. Была и другая, на его взгляд, веская причина, по которой он возвращался каждый вечер: это были редкие свободные часы, которые он мог провести с любимым человеком. Если бы он честно сказал об этом деревенской старосте, вышло бы почти что неловко, поэтому он продолжал ссылаться на подготовку к рабочему дню. Технически — не обман. Хотя Чаншэн, будь она здесь, непременно бы усмехнулась и выдала всё с потрохами.       Он уже собирался вежливо отказаться, как обычно, отвёл взгляд... и тут снаружи донесся шум — смех, весёлый гомон, выкрики детей.       Разговор пришлось отложить. Бай Чжу слегка извинился:       — Прошу прощения, на минутку.       Он отложил сумку и вышел из беседки к источнику шума. Хотя крики были радостными, а не испуганными, лучше было всё-таки проверить — в деревне такое случалось нечасто.       Долго искать не пришлось — среди детей выделялась одна высокая фигура. Даже если бы он попытался затеряться в толпе, Бай Чжу узнал бы этого человека с любого ракурса. Именно из-за него он так часто мотался туда-сюда. Именно этому человеку он отдал своё сердце.       Взгляд его глаз, цвета нефрита, стал мягким, наполненным теплотой. Усталость уходила прочь. Его шаги замедлились, пока он резко не остановился, чтобы подхватить девочку, которую случайно толкнули. Он помог ей подняться.       — Ты в порядке? — заботливо спросил он, забыв о всём, кроме ребёнка перед собой.       Девочка была слегка ошарашена, но тут же просияла, зажала кулачок и радостно открыла ладошку:       — Получила! — на маленькой пухлой ладони лежала карамелька — такие раздавали на Фестиваль в гавани. Бай Чжу только вздохнул и потрепал её по голове — всё стало понятно.       Он обошёл толпу, и их взгляды встретились.       — Господин Чжун Ли, — произнёс он с лаской, но и с лёгкой строгостью. Бай Чжу стоял с руками на груди, глядя на того, кто раздавал сладости.       — Доктор Бай Чжу, — кивнул Чжун Ли. Слова их были официальными, но взгляды говорили о другом.       Атмосфера между ними была нежной. Но один из малышей, дёрнув Чжун Ли за штанину, отвлёк его:       — Дядя, у тебя есть ещё конфетки?       — Кхм, — кашлянул Бай Чжу, чтобы напомнить детям, перед кем они стоят. Он мягко пожурил их за излишнюю прыть, напомнил, что много сладкого — вредно. Чжун Ли тоже попал под раздачу.       Когда последний леденец был роздан, и детей позвали домой, толпа нехотя рассеялась. Остались лишь двое взрослых. Они зашагали рядом, в унисон, и остановились на мосту, глядя на залитые светом поля.       Наступила тишина, мягкая и уютная. Первым её нарушил Бай Чжу:       — Как там аптека?       Чжун Ли достал письмо:       — Всё в порядке. Сяо Гуй и Чаншэн ничего необычного не сообщили, но вот, чтобы ты не беспокоился...       Он протянул письмо. Бай Чжу пробежался по строчкам, и, убедившись, что всё в порядке, облегчённо вздохнул и аккуратно убрал письмо. С лица ушло напряжение — осталась только усталость и тихая радость.       Они стояли так близко, что руки касались. Бай Чжу не удержался и прислонился к плечу любимого. Такие моменты бывали редко — чтобы вместе, вдвоём, наедине, да ещё в таком месте. Чжун Ли переплёл их пальцы, наслаждаясь кратким покоем.       Они стояли, не произнеся ни слова, почти две палочки благовоний времени, пока не донёсся детский голос:       — Ужин готов! Ужин готов! Ужин готов!       С неохотой Бай Чжу отстранился, потёр глаза под очками:       — Нам пора возвращаться в гавань. Ци Ци будет ждать — если я не приду, она запутается...       Чжун Ли положил ему руку на спину и стал мягко массировать плечи:       — Любимый, в пути уставшему человеку легко потерять бдительность. Я уже договорился — Ци Ци останется на ночь у Сяньюнь.       Чань Юнь — она же Облачная Повелительница — согласилась присмотреть за девочкой и Яо Яо. У них своего рода ночёвка.       Массаж стал чуть ощутимее. Бай Чжу чуть вздрогнул и тихонько хихикнул, наконец уступив:       — Хорошо, уговорил.       В итоге они приняли приглашение бабушки Жожинь — остаться на ужин и переночевать в деревне. В этот вечер они были не доктором и учёным, а просто Бай Чжу и Чжун Ли.       Пища, приготовленная для детей и пожилых, оказалась мягкой и лёгкой — в самый раз для Бай Чжу. Ужин прошёл чудесно, вернув силы. Их хватило, чтобы не только смотреть на фонари, но и самим выпустить один, вдвоём.       И этот фонарь, в который они вложили свои сокровенные желания, взмыл в звёздное небо, соединяясь с морем чужих снов и надежд.