Халатность

Звонок в двери выдергивает Брута из ванной, где он очень старательно расслабляется под идеально теплыми и тугими струями душа. Заветное слово «выходной» конфетой перекатывается на языке и отдает сладостью какао, которое наконец-то можно себе позволить выпить не спеша. Проект умного дома благополучно сдан, и теперь всему отделу полагаются выходные. Звонок повторяется, и Брут смутно подозревает, что прикинуться, будто дома никого нет, не получится. Хуже того, шум воды перебивает стерильно-вежливый голос Гестии – местного ИИ: −Брут, к вам Икар. Чертыхаясь, Брут выключает душ и наскоро обтирается полотенцем. Блаженная сладость выходного начинает отдавать горечью крепкого кофе, на котором они жили, пока дорабатывали проект. −Впусти его. – устало выдыхает Брут, косясь куда-то в потолок, будто желая увидеть там бесстрастное лицо ИИ. −Слушаюсь. – отзывается Гестия. За плотной дверью ванной не слышно, но Брут отлично себе представляет, как этот кудрявый вихрь в облике его лучшего друга влетает в гостиную, делает круг почета по апартаментам, не слушая увещевания Гестии, что хозяин сейчас немного занят. Иногда Бруту кажется, что бесцеремонности Икара хватит, чтобы вытащить его из постели. Где, кроме самого Брута и подушки с одеялом, будет кто-нибудь еще. Икара такие мелочи не смущают никогда. Все еще лелея мысль побыстрее сплавить эту беду восвояси, Брут ныряет в любимый бежевый с золотом халат, подаренный в прошлом году Лией, затягивает пояс, кое-как зачесывает ладонью мокрые волосы и вылезает из своего убежища. −Я уже думал, ты там утонул. – сообщает Икар, удобно устроившийся на высоком белом стуле на кухне и попивающий какао. Которое Брут вообще-то приготовил для себя. −А ну отдай. – Брут бесцеремонно выдергивает из цепких пальцев друга белую кружку без рисунка. – Хочешь какао – сделай себе сам. И тяжело вздыхает, глядя в грустные, голубые, как небо по ту сторону Купола, глаза. Икар, когда ему что-то надо, всегда умел корчить такую грустную мордочку, что таял сначала весь приют, а потом и Тесей. Бруту иногда кажется, что тот грант им дали вовсе не за общий проект, а за красивые глаза Икара. И его же трогательную манеру складывать изящно очерченные розовые губы бантиком. Все это вместе, усиленное пушистыми золотисто-русыми кудряшками, давало сокрушительный эффект. И дает до сих пор. −Пей уже, сиротка несчастная. – Брут обреченно машет рукой и идет наливать себе новую порцию. – Что у тебя опять стряслось? −У меня есть идея. Икар деловито выкладывает на стол планшет и запускает проекцию. Брут, утопив стон в кружке с какао, усаживается напротив, послушно вглядываясь в путаницу голубоватых линий. Из них постепенно вырисовывается что-то вроде генератора. Икар задорно встряхивает распущенными пышными волосами и берется за стилус: −Мне тут пришло в голову. А что если расконсервировать генератор в секторе D? −Вот этот? – Брут тычет пальцем в проекцию, пронзая ее насквозь. – Ты что, с ума сошел? Он же не действует со времен основания Полиса. Никто уже и не помнит, как его запускать и как обслуживать. −На самом деле все там просто. – Икар нетерпеливо отмахивается от лезущих в лицо локонов и выводит сбоку сразу три столбика своих трудночитаемых заметок. – А главное, питание браслетов можно будет перенести на него, и, следовательно, снять эту нагрузку с основных линий. Помнишь, Тесей сам недавно говорил, что главная станция работает на переделе возможностей? Прежде, чем заниматься модернизацией, ее надо разгрузить по максимуму. Я уже подсчитал, что можно перевести на резервные линии. Но для браслетов определенно нужен отдельный мощный генератор. Этот как раз подходит. Смотри сюда. Брут залпом допивает утратившее вкус какао и придвигается ближе к проекции, заставляя себя одновременно вникать в торопливые пояснения и уворачиваться от стилуса, которым Икар в запале слишком активно размахивает. Идея, которую он так бодро пытается протолкнуть в это время утра, звучит, в общем-то, довольно неплохо. Но, как говорили до Падения Неба, дьявол всегда в деталях. −А тебе не кажется, что этот генератор расположен слишком близко к Куполу? – Брут все-таки выбирает момент, чтобы вклиниться в этот поток сознания. Икар осекается на полуслове и слегка заторможено моргает, будто его только что разбудили. −А причем тут Купол? – ровные светлые брови взлетают высоко вверх. – Или ты думаешь, что возмущения от него могут как-то влиять на… −Я думаю, что неразумно располагать питание жизненно-важной системы города на самой его границе. – медленно выговаривает Брут, взмахом руки вызывая карту Полиса. – То, что Купол не повреждали прежде, не означает, что это в принципе невозможно. −Да ладно тебе. – перегнувшийся через стол Икар бодро хлопает Брута по плечу. – Кто и чем может его повредить? Какой-нибудь изгой из лука? Или… − яркие насмешливые глаза потешно округляются. – Из катапульты? −Тесей скажет тебе то же самое. – хмуро замечает Брут, поднимаясь из-за стола. – И вообще, тебя не главная станция заботит, а этот древний генератор. Захотел поиграться со старой технологией? −А у Тесея нет выбора. – Икар улыбается так хитро и довольно, будто уже получил заветный грант на новую игрушку. – Электросеть и так уже работает с перебоями. Или мы чиним этот генератор и переводим на него браслеты и раскидываем остальное, куда придется, или в один далеко не прекрасный день у нас тут все погаснет, и небо рухнет во второй раз. −Не шути так. – строго одергивает его Брут. −Даже не думал. – Икар перестает улыбаться, но в глубине глаз у него все равно пляшут лукавые искорки. – И да, технология хоть и старая, но рабочая. И я знаю, как повысить ее КПД. Так что готовь презентацию, друг. У нас новый проект! Прежде, чем Брут успевает осознать опасность, Икар ловко наклоняется вперед и дергает пояс его халата. Легкая скользкая ткань послушно поддается, и халат распахивается самым вульгарным образом. −Ой. – старательно разыгрывая смущение, сообщает Икар, устраиваясь на слишком высоком для его роста стуле, как на жердочке. – Слушай, а можешь прям так на презентацию прийти. Клянусь, Тесей будет впечатлен. −Прекрасно. – ворчит Брут, торопливо запахиваясь. – И какой слайд мне расположить… −На члене? – услужливо подсказывает Икар. – Формулу роста КПД, конечно. Длины как раз хватит. А если нет, то можно и вручную увеличить… Брут замахивается на эту заразу наполовину в шутку, а наполовину всерьез, но Икар отшатывается от него так резко, что едва не улетает со стула. Брут все-таки ловит его за мгновение до полета прямо вниз, крепко ухватив за плотную белую ткань широкой домашней кофты. Просторный ворот трещит и ползет в сторону, открывая красиво напрягшуюся шею и фигурный разлет ключиц. Икар, тряхнув волосами, восстанавливает равновесие, безмятежно улыбается Бруту и притягивает его к себе в объятья. −Так ты со мной? – тихо говорит Икар Бруту в шею. Брут устало прижимается щекой к его кудрям, вдыхает знакомый запах шампуня, которым друга снабдила Лия, и обреченно отвечает: −А когда я был против тебя? Икар на радостях звонко чмокает его в щеку. −Так ты со мной? – почти шепчет Икар, и родные голубые глаза кажутся ненормально огромными на его исхудавшем лице с темными тенями на резко выступивших скулах. Брут с трудом сглатывает тугой комок, пережавший горло. Кожа на запястье, под браслетом, который завтра будет уже невозможно снять, болезненно пульсирует, словно эта золотая полоска раскалилась добела. −Лети один. – выговаривает, наконец, Брут, и протянутая ладонь Икара сиротливо повисает в воздухе. – Я не пойду с тобой. Бруту кажется, что в глазах у Икара поблескивают слезы. Или это все-таки отражение огней Полиса? Он не знает. Все, что он знает – кудри у Икара по-прежнему пахнут знакомым шампунем и совсем немного гарью. Родные сильные руки обхватывают Брута за плечи, заставляя прижаться ближе. Брут не может обнять Икара в ответ – за спиной у того топорщатся острые грани крыльев, касаться которых страшно. За спиной у Икара – смерть, и кнопка от нее оттягивает Бруту карман штанов. Когда Икар взмывает в лишившееся Купола бездонно-черное небо, он напоминает падающую звезду, почему-то несущуюся не к земле, а прямо вверх – к таким же звездам. К этой девчонке – Музе – чей смех до сих пор слышится серебристым звоном. Брут опускает руку в карман. Обхватывает теплый пластик кнопки. Жмурится изо всех сил, болезненно закусывая губу. Под веками залитая утренним светом кухня. И весело хохочущий Икар, все-таки стащивший пояс от халата Брута. Забытые боги, какую же немыслимую халатность допустил Тесей, когда все-таки согласился на предложение своего воспитанника… Теперь эта халатность дорого им всем обошлась. Брут падает на колени и закрывает лицо руками. Две светлых звездочки над его головой тают в ночной темноте. Икар наверняка найдет взрывчатку в крыльях, которые Брут ему принес. И уж точно найдет ей куда лучшее применение. Бруту отчаянно хочется в это верить. Так хочется верить…