two parallel worlds that exist side by side

777 Саша дергается в полудреме, когда чувствует холодный нос, тыкающийся ему в щеку, следом мокрый шершавый язык, громкое сопение и горячее дыхание. Он открывает глаза, жмурясь, сонно моргает и машинально тянет руку к лицу, натыкаясь на мягкую кудрявую шерсть. Саша гладит ее, не до конца осознавая, что это и где находится, поэтому вздрагивает, когда язык лижет ему все лицо и волосы. – Мия! Ну что ты делаешь? – слышит недовольный голос Кемирана в своей привычной манере с ударением на каждое слово. Саша резко просыпается, наконец понимая, что оказался совершенно не там, где засыпал вчера ночью. Он оглядывается по сторонам: левую, с дверью на выход, ему загораживает одухотворенная морда Мии, кажется где-то там и стоит Кемиран; справа располагался базовый шкаф из светлого дерева вдоль всей всей стены, большое окно на другой стороне с темными шторами и широким подоконником, на котором стояли пару цветов. Комната была просторная и простая, чистая, как ему нравилось, и Саша немного успокоился – по крайней мере он проснулся не на улице. Кемиран уже подошел к кровати, привлекая внимание Мии к себе. Он был удивительно расслаблен: в своем вечном сером халате, не прикрывающим коротко стриженную голову, босой. Кемиран сказал ему, присаживаясь на край кровати широкой: – Доброе утро. Саша заторможенно кивнул. Проследил взглядом за чужими руками: Мия ластилась к ним, выставив живот и высунув язык. Кажется этих двоих ничего не смущало. Однако ситуация была странная во всех проявлениях. Он всё ещё помнил, как вчера вышел из себя и высказал то, что не должен был. Сансет на их собрании по разбору ошибок совершенно верно сказал, что Ваншоту следовало больше тренировать Хаябусу для турнира. Сейчас Саша это понимал. Но в тот момент, когда он посмотрел на удрученное выражение лица Кемирана, он возненавидел себя за свою игру. Вспылив, хотя обычно он старается держать гнев в себе, Саша повернулся к их капитану и заявил: “Тогда зачем ты позвал меня в стак, если я так плохо играю? Найдите кого-то лучше, блять, а не такого бездаря как я!” Конечно он пожалел о своих словах как только зашел в номер отеля. Груз вины за проигрыш команды, осуждение фанатов и ощущение собственной никчемности сковали его разум, отчего у Александра хватило сил только завернуться с головой в одеяло и уснуть. Он не слышал, как Сансет много позже зашел к нему в номер, присаживаясь на кровать, и сказал, что Ваншот для него лучший лесник. Саше решил, что даже если Кемиран на него не обижен, он все равно обязан извиниться, поэтому сказал: – Мне жаль за вчерашнее. Я не хотел говорить этого, наоборот, я благодарен за твое доверие. Кемиран поднял взгляд от Мии к нему. Его лицо оставалось таким же умиротворенным, без намека на негатив, когда он сказал: – Все в порядке, Саш. У всех бывают плохие дни. – Да весь этот турик для меня как один черный день, – с грустной усмешкой поделился Саша. Он чувствовал, как с каждый выходом на сцену и проигрышем, с каждым очередным комментарием по поводу его игры в нем что-то неумолимо ломается, и держать весь этот груз уже невыносимо для его менталки. – А вчерашняя игра добила нахуй. Мне правда жаль за те слова. – Не переживай из-за этого, Саш. Нам всем нужно было больше стараться, тогда просто не получилось, – странный взгляд Кемирана не отпускал его. Он недоуменно смотрел в ответ. – Как ты себя чувствуешь? – Эм-м… Странно немного? Типо я вчера в отеле уснул, а щас где мы? Что тут Мия вообще делает? – Что ж, я позже тебе отвечу на твои вопросы. – Капитан его команды снова окинул Сашу взглядом, более пристальным чем до этого, его руки больше не гладили Мию, и сам он стал более собранным. – Время завтрака, поговорим на кухне? И перед самым выходом из комнаты, обернулся уже в проеме двери, преградив Мии путь, спросил: – Знаешь, где кухня? Саша наконец понял, что здесь что-то не то. Это не тот Сансет, с которым он привык разговаривать – он выглядел более зрелым и уверенным, совершенно не стесняясь стриженной головы, стоял перед ним в одном халате, пока Саша лежал на широкой двуспальной кровати. Не подавая виду, он ответил: – Знаю конечно, что за вопросы? – Слева от лестницы ванная, напротив по коридору кухня будет, – игнорируя Сашин ответ, сказал Сансет. – Я всё объясню, но сначала умойся – Мия тебе все лицо вылизала. Пока Саша спускался по винтовой деревянной лестнице, то осматривал каждый уголок дома: большой и просторный, в минималистичном стиле и светлых тонах – всё в нем идеально отвечало запросам Ваншота. В ванной он осмотрел свое отражение – красные глаза от недосыпа, заложенный нос, собачьи слюни на щеке создавали убийственный коктейль. Саша быстро умылся, приводя себя в относительный порядок – не было времени на что-то большее, хотелось как можно быстрее узнать, что наконец происходит и где он находится. По дороге к кухне Ваншот остановился в коридоре, завешенным десятками фотографий – любопытно осматривая каждую, Саша удивлялся всё больше. Было странно видеть их, ведь он всегда считал такую традицию слишком заезженной. На очередной фотографии Сансета и Мии, его самого и Мии, просто Мии, их команды на природе и, найдя среди прочих одну, Ваншот остановился, не веря собственным глазам. – Знаешь, ты совсем не умеешь скрывать эмоции, несмотря на то, что очень пытаешься. – раздался голос Кемирана сбоку. Саша обернулся к нему, тот стоял в проеме двери, уперевшись в нее плечом, со скрещенными на груди руками. – Предупреждая твой первый вопрос: это правда. Всё, что на фотографиях – реальность. Моя реальность. – Вообще-то я хотел спросить, что на завтрак. Сансет фыркнул, отстраняясь от двери, и кивнул в сторону кухни, наконец приглашая войти: – На завтрак твое любимое. Ну, он не обманул – на столе стояли его любимые сырники, заботливо политые сиропом и украшенные ягодами, тоже любимыми. Саша присел за стол, рядом устроился Сансет. Молча они приступили к еде. Сырники были восхитительными на вкус, идеальной консистенции и сладости. Он редко когда получал удовольствие от завтрака, но сейчас… малодушно Саша подумал, что даже если это всё сон – то пусть он не заканчивается. Когда тарелка опустела – слишком быстро по его мнению – он потянулся к кружке с чаем, ища взглядом сахарницу. Саша почти открыл рот, чтобы задать вопрос, но Кемиран предупредил его фразой: – Чай горячий, два сахара. Никакого кофе. Я же говорил: всё как ты любишь. – поймав удивленный взгляд Ваншота после своих слов, он снова улыбнулся, бормоча загадочное: – Интересно, я в твоих глазах также выгляжу? – Откуда ты, блять, об этом знаешь? Мы конечно общаемся уже лет 5, но никогда вместе не завтракали. Кемиран флегматично пожал плечами, отводя взгляд в сторону. В этот момент он показался умудренным жизнью старцем, только бороды не хватало. Затем, собравшись, спросил: – Какой сейчас год? – Что за вопросы? Ну, допустим, двадцать четвертый. Сансет молча разблокировал телефон, лежащий всё это время рядом на столе, провозившись пару секунд, он протянул его Ваншоту – на дисплее был открыт календарь, который издевательски показывал 15.12.2032 г. – Чего блять? – не понял Саша, наклоняясь ближе. – Это развод? Пранк? Что происходит? Он недовольно смотрел на Кемирана, который наконец убрал телефон и снова обратил на него свое внимание. – Трудно объяснить, но ты в другой реальности. – на непонимающий и скептичный взгляд Сансет закатил глаза, продолжая: – Сейчас тридцать второй год, мы больше вроде как не киберы, живем в этом доме. Парни живут в этом же комплексе, но на другой улице – можем к ним сходить, если не веришь мне. – Сансет прикусил часть вилки, чуть нахмурился, размышляя над ответом. – Это сложно. Обычно я пролагиваю и просыпаюсь в других реальностях, а ты уже тут разбираешься с последствиями моих перемещений, но щас видимо что-то пошло не так и теперь мне нужно разгребать все проблемы. – Это вообще возможно? И что значит “пролагиваешь”? Я думал такое только в фильмах бывает – никогда не слышал о таком. – Это сложно объяснить, но если кратко – теория мультивселенных оказалась верна. Буквально. Из-за этого “в особые период” – Сансет показал скобочки в воздухе. – Их объясняют столкновением реальностей и черных дыр, но это не важно и я до сих пор не понимаю закономерностей. Важнее то, что в эти моменты ты можешь моргнуть и тупо оказаться в другой вселенной. Как я понял за все время этих перемещений – ты как бы телепортируешься в свое тело, но в другой вселенной. Свапаешься душой типо. Это может быть как прошлое, так и будущее – никогда не угадаешь, куда закинет, но это всегда только твое тело. – И часто ты так? И надолго вообще? – За всю жизнь это случалось со мной раз семь, а с тобой никогда. До этого момента видимо. И обычно это максимум на сутки. – Обычно? – В свой третий раз я так неделю пропадал в будущем, но больше такого не было. Я не засекаю время, но это это длится часов двадцать где-то. Так же внезапно, как и появление – мир вокруг сжимается до точки и тебя вынуждают зажмуриться: в этот момент ты перемещаешься. – А как вернуться обратно? – Уже соскучился по дому? Ну, я не знаю. Это всегда происходило внезапно – моргнул, заснул и – бац – я снова дома. Саша никогда мне не рассказывает, что конкретно говорит моему “Я”, как переубеждает, как действует – мы обычно не поднимаем эту тему, потому что это тяжело – представь, что где-то там тот же самый ты несчастлив, потому что принял не то решение. При перемещении я вижу собственными глазами те самые мысли перед сном “А что если?”, которые действительно произошли, сталкиваюсь со страхами и сомнениями лицом к лицу. Саша же знает о них только по рассказам моих версий и я не знаю, что из этого хуже. Но думаю в последний раз я почти догадался, что к чему… – Сансет чуть наклонился к столу, приближаясь к Ваншоту, и понизил тон голоса. – И что же? – машинально повторил Ваншот чужие действия, тоже переходя на шепот. – Не скажу. – резко выпрямился Кемиран, откидываясь на спинку стула. – Ты должен сам понять, иначе не сможешь вернуться. А я очень жду своего Ваншота обратно, зря что-ли готовил тут сырники эти? – Что за ебнутое условие? А если я его не исполню? – Исполнишь конечно, иначе зачем ты тут еще? Все исполняли, не ты первый – не ты последний. – Ну ахуеть не встать теперь. Не, я отказываюсь в этом участвовать. Где тут выход? – А тебя никто и не спрашивал, знаешь ли: хочешь или не хочешь? Если закинуло сюда, значит в той жизни у тебя пиздец какие проблемы, которые сам ты решить уже не в состоянии. Я прав? – Ну-у да… – кисло ответил Ваншот, не желая продолжать эту тему. – Нервы сдали после М6 и я хуйни наговорил тебе. Ну, то есть не прям тебе, а типо моему Сансету… Бля, ты понял. Всё из рук вообще валится, стрессую пиздец перед каждой каткой, как в последний раз играю. – М6? Тяжелый был турик, как и год в целом. Если разница между нашими мирами не так и велика, то вы 4-ое место заняли? – Ага, так хуево от СРГ отлетели… И я ещё этого Хаябусу брал, пытаясь себе что-то доказать. Ну ебланское поведение конечно. – Помню эту игру. Оники чемпионы, а нас в регионе поливали грязью, будто мы из группы не вышли. Хочешь спойлер? – Да. – вырвалось у него быстрее чем он успел подумать. Но потом представил: Если это альтернативная вселенная и он узнает будущее, которое у него не случится? Или он изменит будущее своего мира, когда узнает правду? – Нет. Никаких спойлеров. Ну их нахуй, пусть всё будет как идет. – Мудро, – сказал Сансет. – Нет, правда, ты очень хорошо держишься для первого раза. Лучше не знать будущее, которое может не случится. Но мне другое интересно. А что там со мной в твоем мире? – Ты капитан щас в Спиритах. – Всё ещё в кепке хожу? – Ага, вообще её не снимаешь, даже перед нами. Не понимаю, почему? Ты же нормально выглядишь, вполне себе. – О, говори это мне почаще. Может начну снимать? – Сансет загадочно улыбнулся, отводя взгляд в сторону. – Кто знает?.. – Это совет? – Рекомендация, Саша. Больше разговаривай с командой, всё на доверии строится, а не смехуечках. Хотя без них трудно, но лучше уж без, если выбирать. – Кстати, – вдруг догнал Саня. – Вы здесь вдвоем живете? – Втроем. – на непонимающий взгляд, Кемиран весело добавил. – Мия же еще. – Смешно-смешно. А если без шуток? У тебя вроде девушка же была, да и у меня тоже. А щас что? – М-м, вот значит как все в вашем мире устроено, – было видно, как Сансету неодобно отвечать на вопрос: он заерзал на стуле, отводя взгляд в сторону коридора, как будто ждал, что кто-то войдет и ответит за него. – Бля, ну почему я? Саша так хорошо натренировался уже с такими вопросами. В следующий раз хоть совета попрошу, – нервно сказал он. – Так сложно сказать? Или это тоже то, что я сам должен понять? – Точно! Пойдем, – Сансет встал со стула, махнул рукой в сторону выхода с кухня. Саша последовал за ним, любопытствуя и внутренне все еще находясь в полном смятении. Они снова остановились возле парада фоторамок, но теперь Саша обращал внимание на одну единственную фотографию – она была в красивой бежевой рамочке, без единой царапинки и пылинки. На фотографии он выглядит взрослее и счастливее, стоит вместе с Кемираном, обнимая того за талию и притягивая к себе. Кемиран в кепке с козырьком и в пальто как Том Шелби широко улыбается, пока он, то есть Саша из этой вселенной, тянулся к его лицу с явным намерением поцеловать. Они правда выглядели счастливыми на фотографиями. Казалось, что эту радость можно потрогать, прикоснувшись к краю фотографии. Не сдержавшись, Саша протянул свою руку, кончиками обводя их замершие силуэты – странное чувство ностальгии и тоски охватило его, будто в прошлом он уже проживал этот томительно-сладкий момент и теперь у него осталось лишь это фото в рамке. – Мы встречаемся. – добавил Сансет, не оставляя простора для трактовки фотографии. – Пару лет уже как. Ну и живем вместе получается. – Я счастлив здесь? – вырвалось из Ваншота, продолжающего смотреть на фотографию. Трудно было представить, как тот, кого всегда считал товарища по команде вдруг стал его парнем, еще труднее – если это был Сансет. Он редко улыбался – еще реже фотографировался, не любил прикосновений и разговоров по душам. Видеть на фотографии себя другим человеком было жутко, но еще и немного тоскливо – невольные “что если?” настырно лезли в голову и вгоняли в уныние. Выражение лица смягчилось, Кемиран сжал его плечо в совершенно обыденном поддерживающем жесте – Саша обернулся к нему, сохраняя зрительный контакт. – Да. Ты счастлив, Саша. Здесь в этом доме, со мной и Мией. – Он облизал вечно сухие губы, продолжая: – Пойдем, я покажу тебе кое-что. Пока они продвигались по уютным коридорам и комнатам, заставленными множеством вещей привлекающими взгляд, Кемиран продолжал болтать, больше рассуждая вслух, чем действительно поддерживая диалог, но Ваншот внимательно его слушал. Было что-то в этом новом Кемиране одновременно знакомое и такое далекое, почти родное пробуждающее в нем желание довериться, как старому другу; но нежелание портить своими проблемами счастливую жизнь Кемирана здесь останавливало его на полпути, как только он пытался открыть рот, чтобы спросить совета. – Не знаю, можно ли тебе показывать такое и сколько законов мультивселенных я сейчас нарушаю, но я очень хочу тебе показать, как сейчас живет Сашка. Ты мне его очень напоминаешь, – Кемиран кивнул сам себе. – Даже этими грустными глазами и недоверием. Ах, заставляешь почувствовать себя снова молодым. Ну, это здесь. Они остановились возле обычной двери, такой же как и все в это доме – светло-бежевой с резными узорами по периметру и металлической ручкой, но скрывалось за ней видимо намного более ценные вещи, чем за остальными. Саша почувствовал легкий мандраж, как перед важным событием. – У нас есть комнаты для наших хобби, потому что дом большой, гостей не бывает, а пустые комнаты надо обхаживать. Поэтому решили, что это хорошая идея. Но, Саш, постарайся ничего не ломать и не переставлять, а то здешний ты – жуткий перфекционист. Комната оказалась довольно плотно заставлена множеством вещей – это было так непохоже на скромную, почти аскетичную жизнь самого Саши, но не то, чтобы ему не нравилось – он часто в детстве думал, как заставит полки в комнате тысячей фигурок, но родители никогда не разрешали ему этого. К подростковому возрасту он остыл и почти отпустил эти мысли – из-за частых переездов не было времени думать и таскать с собой фигурки с одной квартиры на другую было бы действительно утомительно. Приятно думать, что где-то в будущем, пусть даже параллельной вселенной, Ваншот исполнил свою маленькую детскую мечту. – О, Сашка, смотри. – Кемиран уверенно прошел к другой стене, где располагался стол, заваленный бумагами. – В общем это еще и рабочий кабинет: ты у нас кормилец в семье. – Поэтому побыстрее хочешь вернуть меня обратно? Некому денег зарабатывать? – Какой ты догадливый! Деньги не проблема – работа скорее для души. Ты знал, что обожаешь адвокатуру? Так много жаловался в процессе учебы, вечно клялся, что получишь корочку – и не ногой больше в это дело, а сейчас мне приходится оттаскивать тебя от документов. Хотя мы могли бы не работать до конца дней, ты все равно продолжаешь находить себе занятие, чтобы не сидеть на месте. Саше было странно слышать такое про себя: трудолюбие не его главная черта, несмотря на большие успехи в киберспорте, он играл, чтобы убить время, а не завоевать кубки и награды. Правда это изменилось со временем – новая команда преобразила его страсть играть в стойкое желание выигрывать, а к этому добавились и другие качества, которые раньше сильно хромали. Он не произнес ни слова вслух, вдруг смущаясь того, что совершенно не соответствует Ваншоту из этого мира. Кемиран отзывался о нем исключительно положительно, Саша никогда не был таким. Проблемы вчерашнего дня, его проигрыш, ссора с капитаном показались такими незначительными, как давно пройденный этап перед настоящим, в котором он находился. – Эм-м, здорово. – сказал он, чтобы заполнить молчание в этой чужой для него комнате. Она не принадлежала ему: ничто из вещей, какими бы желанными и знакомыми они не казались, не были по-настоящему его. Особенно Кемиран, так обыденно раскладывающий бумаги на столе, был ему по сути чужим человеком. Саша был один в чуждом для него мире, сплошь состоящем из знакомых вещей. Чувствуя потребность сделать что-то, чтобы сбросить с себя вязкое чувство беспокойства, он подошел к тому же столу, где стоял Кемиран, и спросил: – А чем ты занимаешься? Почему не работаешь? Лицо Кемирана помрачнело, между бровей пролегла складка, как если бы ему было неприятно слышать эти вопросы, но прежде чем Ваншот взял свои слова назад, пожалев о том, что вообще решился открыть рот, он ответил, избегая смотреть в глаза: – Я болею. Довольно серьезно, чтобы быть все время дома и, – Он повернул к нему голову, встречаясь взглядами: – Носить кепку, как ты знаешь. Но я работаю онлайн-психологом в свое удовольствие, поэтому не сижу без дела. – Мне жаль, – произнес Саша, потому что ему действительно было жаль: он никогда не думал, что Кемиран болеет чем-то серьезным. Они не общались так уж близко, как могло показаться всем вокруг, и эта тема казалась запретной, поэтому никто не комментировал внешний образ Сансета. Разговор заходил в тупик и Саша ненавидел такие ситуации. Он думал раз в этой жизни они с Сансетом… живут вместе, то такого напряжения возникать не должно, но ошибался. В который уже раз. – Все в порядке, – прервал его мысли голос Кемирана. – Это не сильно меня беспокоит, хотя иногда я… – Он странно замолк, прерывая себя на половине фразы. Затем продолжил, резко сменив тему: – Не важно. Раз мы всё здесь уже осмотрели, пойдем в гостиную? Она тоже стоит внимания. Дошли обратно они в тишине, было странно спрашивать что-то, хотя в голове крутилось множество вопросов от совсем уж личных до совершенно обыденных. Саша не хотел усугублять ситуацию, поэтому молчал, внимательно наблюдая за обстановкой в комнатах и, особенно, Кемираном, по виду которого было совершенно непонятно в каком он расположении духа. Гостиная была прекрасна: панорамные окна с одной стороны с видом на внутренний двор, огромная плазма с другой и широкий светлый диван напротив – похожая на комнату мечты, она излучала свет и комфорт. Детали вроде пары цветов возле окон, шкафчики с фигурками, дисками, книгами, полупрозрачный кофейный столик создавали неповторимую атмосферу дома, в который хотелось вернуться. – Возможно я немного соврал, когда сказал, что не знаю, как тебе попасть обратно. Но, предупреждаю: этот способ может тебе не понравиться. – Ну, не то чтобы у меня был выбор? – Выбор есть всегда, но сейчас ты прав. Этот способ довольно… экстремальный, поэтому я умолчал о нем сначала. – Сансет склонился к нему, серьезно посмотрел в глаза: – Каждая вселенная двигается по своему установленному сценарию, но в моменты перемещения – ты или я ломаем привычный уклад мира своим девиантным поведением, понимаешь? Для того, чтобы попасть обратно, нужно сделать что-то несвойственное тебе. Показать, что ты – не ты на самом деле. Либо подождать пока тоже самое сделает твоя версия в параллельной вселенной. – И как это сделать? – Я не знаю. Это на самом деле может быть что угодно. – Что делаешь обычно ты? – Жду пока это сделает моя версия из другого мира. – Саша скептически посмотрел на него, выразительно изогнув брови. Кемиран поднял руки в защищающемся жесте: – Это правда, не смотри на меня так! Ну ладно, в последний раз я был в мире, где твоя версия совершенно меня недолюбливала, ну или делала вид, поэтому я просто поцеловал тебя – твою версию – и прежде чем мне разбили нос, оказался обратно дома. – Способ и правда странный. Тогда это должно сработать? – задумчиво пробормотал Саша, вставая с дивана. – Сработать что?.. Он возвысился перед Кемираном, неуверенный в том, что собирается сделать. Руки оказалась на плечах своего капитана, таких неестественно узких и худых, почти женских, и надавили с силой, прижав Кемирана к спинке дивана. Саша переступил с ноги на ноги, перешагивая через чужие колени, садясь на его колени. Он не сводил взгляд с расширенных от удивления Кемирановых темных взгляд, его невольный соучастник не двигался совсем – Саша взял его руки в свои и положил себе на поясницу. – Ну же, расслабься, дорогой, – прошептал Саша, погружаясь в роль, экстренно вспоминая все, что с смотрел в категории “с разговорами”. Он был плохим актером, даже очень, но сейчас это не мешало ему с уверенным лицом соблазнять 30-ти летнего мужчину под собой. – Ты слишком напряжен. Сделать тебе массаж? «Простаты, блять. Не уверен, что другой сработает» подумал он, уверенно растирая кожу под своими руками. Кемиран наконец расслабился – он почувствовал, как чужие ладони гладили ему поясницу, поднимаясь к лопаткам. Это были странные ощущения, что-то между отвращением, ведь это все еще мужчина, его друг! и легким удовольствием, отдающим приятным покалыванием в затылке. Он опустил взгляд на губы. В голове всплыла мысль, что губы Кемирана всегда выглядели сухими, но сейчас они поблескивали на свету и выглядели мягкими. Саша, не давая себе отчета, быстро прислонился к ним, задевая языком – на вкус сладкие, как химозная вишня. Вкусно. Поцелуй длился недолго, он быстро отстранился, выпрямляясь на руках, испугавшись своего внезапного порыва. – Получилось? – прошептал Саша, не отводя взгляд с губ. – Такое представление мы устраиваем каждое утро. Было бы более удивительно, если бы сработало. – в ответ прошептал Кемиран. Он протянул руку, встряхивая короткие светлые волосы – помнится, у молодого Саши они были намного длиннее – и добавил, подбадривая: – Не переживай, мы что-нибудь придумаем. Саша наконец посмотрел ему в глаза, его уши алели. Он неуверенно кивнул. Кемиран улыбнулся ему и тут же поменялся в лице: всё произошло так быстро и неожиданно, что он не сразу осознал, как Саша переместился. – Ты в порядке? – первое, что спросил Саша – его Саша, и Кемиран сразу узнал изменения. Они всегда начинали день с этого простого вопроса, который служил своеобразным паролем и ненавязчивым опросом. Кемиран кивнул пару раз, не прекращая рассматривать все черты лица, как будто что-то могло измениться меньше чем за сутки. – Я в порядке. – Тогда продолжим с чего начали? – с ухмылкой спросил Саша, опускаясь на локти. Теперь Кемиран мог чувствовать приятное тепло и тяжесть тела над ним, дарящее чувство безопасности. – Поверить не могу, что этот пиздюк разложил тебя на моем любимом диване. Ты такая шлюшка, Кемран, совсем никакой чести. Тихий Сашин голос пробирал до самых костей и вызывал волны мурашек по позвоночнику, Кемиран прижал его ближе, почти роняя на себя. Сказал, ничуть не оскорбленный: – А тебе лишь бы член засунуть, Саш. Саша рассмеялся ему на ухо, провел носом по скуле, шумно вдыхая его запах и прижался к губам в уверенном, властном поцелуе. Кемиран податливо раскрыл рот, как делал это сотню раз до этого, сжимая на спине чужую футболку. Саша нежно касался его щек ладонями, целовал, прикусывая нижнюю губу и слизывая вишневый бальзам. – Так сильно скучал по мне? Кемиран не ответил, вместо этого повернул голову к Сашиному лицу, всматриваясь в него невозможными темными глазами и спросил: – Как он там? Саша задумчиво провел по его бритой макушке ладонью, отводя взгляд за плечо: – Он в порядке. – Ну это не ответ, Саш! – он сжал его плечо, наклоняя и прижимая к себе. Не сопротивляясь, Шарков расслабился и лег, переплетаясь с ним ногами. Он неосознанно сжал в руках Кемрана, когда тот прошептал: – Расскажи мне, пожалуйста. – Сегодня финал М6, знаешь? – Знаю. Саша почувствовал, как Кемиран начал перебирать ему пряди волос на лбу. Холодные длинные пальцы аккуратно раздвигали пучки волос, успокаивая его. – Это уже успех. Так вот я, то есть другой я, повел себя как маленькая язвочка и наговорил лишнего вчера, за что уже мне пришлось извиняться перед малышом Кемраном. – Как он? – этот вопрос Кемиран довольно часто задавал, интересуясь своими протеже в разных вселенных. Саше всегда было интересно: Зачем? Собирает статистику что-ли? Но он никогда не спрашивал, потому что для него это было неважно – он любил Кемирана в этой реальности, других для него не существовало. Саша немного помолчал, будто вспоминая, и продолжал смотреть на задумчивый профиль Кемирана. – Он молод, красив, почти как ты со своими невозможными оленьими глазами. Весь бледный и худой. У него сухие губы, острый язык. Кепка на голове. – Кемран вздрогнул в его руках, но Саша повернул его голову к своей груди, продолжая уже тише: – Он капитан команды, кстати. Старается очень ради ребят, таблетки всем фасует, как мамочка. Корсет носит. Травма спины… ты знаешь. С каждым предложением дрожь в теле Кемирана все усиливалась, пока он наконец не прошептал, сильнее сжимая чужую футболку в руках: – Ему всего 23, Саш. За что? – Чш-ш, родной. Он отлично справляется. Не нужно зря волноваться. Кид и Стас всегда рядом, ты же знаешь. Ничего плохого не случится. Саша вновь приподнялся, положив ладонь ему на щеку, повернул голову к себе, чтобы держать зрительный контакт. Как же он ненавидел все эти перемещения во времени, пространстве и мирах – все равно, и сегодняшний инцидент только укрепил это чувство. Невыносимо было смотреть на страдающего от беспомощности Кемрана в своих руках и ощущать то же самое – так ненависть к тому, что с ними происходит, к этим высшим силам или просто законам физики накапливалась в нем медленно, но неумолимо. – Это был М6. Помнишь, что случилось год спустя? Конечно, он помнил. Всё произошедшее вряд-ли возможно забыть, настолько оно повлияло на их жизни и карьеру: и ни за что на свете Саша не желал повторения этого. Тем не менее, всё следует заведенному порядку, и как бы они не старались – судьба предопределена в каждой из вселенных. Он нежно гладил гладкую щеку Кемрана – прикосновения успокаивали обоих – и улыбнулся единственному, кто рядом с ним в этом непрекращающимся кошмаре. – Он сильный. Такой же сильный, как ты, я видел это. Ты веришь мне? Кемиран закивал, ничего не говоря, и притянул Сашу к себе в объятия. Пусть это вряд-ли закончится, пусть они никогда не смогут остановить перемещения и пусть ничего изменить уже не получится – лишь бы никто из них не пострадал. 777 Саша чуть не валится с ног, когда открывает глаза буквально через секунду и не видит привычной обстановки гостиной частного дома. Щеку непривычно жжет, он рефлекторно накрывает ее ладонью, и чувствует как она горит как от удара. Кемиран стоит прямо перед ним такой знакомо молодой, с привычной кепке на голове и в черное форме команды посреди номера отеля в Малайзии. – Бля, прости, сильно больно? – Кемиран неуверенно подошел, осматривая щеку. Саша убрал руку от лица – боль уже притупилась, мысли в голове бежали быстрее скорости света, но его недавнее путешествие что-то в нем изменило. – Я хотел извиниться за вчерашние слова. Я злился на себя за то, что подвел команду и… вырвалось просто. Ты хороший капитан, а то что сказано – забей. – Ладно. Я… Всё нормально, я привык, что ты такой. – Нет, – Саша сделал шаг вперед – между ними оставалось меньше метра – не согласный с тем, что раньше бы легко принял. – Теперь всё по-другому. Тимбилдинг, дружба, доверие – вся хуйня. Он схватил Кемирана за предплечье, чтобы придать веса своим словам, приложил его ладонь к своей покрасневшей стороне лица и уверенно сказал: – Ты можешь ударить меня снова, если я буду творить хуйню. Обещаешь? Растерявшись, Кемиран проследил взглядом от места, где были Сашины пальцы, к его щеке и наконец в глаза. – Э… Обещаю. – Он неуверенно соглашается и поспешно дергает рукой, вырывая из захвата. – Но, что произошло? Ты врываешься ко мне в номер утром, поднимаешь с кровати, говоришь что-то про “множественные состояния”, Шредингера, а потом спрашиваешь меня который год… Я нихуя не понял, честно. Объяснишь или мне снова тебя ударить? Он со смешком поднимает руку, но тут же её опускает, когда замечает насколько серьезным остается Ваншот. – Что… Что еще я у тебя спрашивал? – севшим голосом спрашивает он. – М-м, о моем здоровье. Откуда ты знаешь вообще? Я никогда не рассказывал тебе. – Я не знаю! Клянусь, я ничего об этом не знаю. Что еще я спрашивал? Кемран, это важно. – Узнавал в каких мы отношениях! – Что ты ответил? В каких… каких мы отношениях? – закусив губу, спросил Ваншот, чувствуя, что разговор сворачивает не в ту сторону, но необходимость выяснить хоть что-то о “себе” и тому, что их поменяло, подталкивало его продолжать. – А разве между нами есть отношения? – задал он встречный вопрос. Потом всё же добавил: – Так и сказал тебе “Никаких отношений”. Ты не помнишь? Что- что вообще происходит? – Это сложно. – повторил он утренние слова Кемирана. – Постарайся поверить мне на слово. В конце будет проще. Сегодня утром я попал в другую вселенную – там был ты, была Мия, большой частный дом и это был 2032й год. Я был… собой? То есть в том же теле, только старше. Кемран из того мира объяснил, что это типа норма – и мы искали способы вернуться. Но, – Саша внимательно посмотрел на Кемирана, мысль в его голове – стремительная догадка – озарила разум, и он спросил: – Это ты что-то сделал и я вернулся обратно! Что мой двойник сделал? Кемиран смутился, отворачиваясь от Саши, присев на край кровати, и не спешил отвечать. Ваншот недоуменно склонил голову, неужели произошло что-то серьезное, о чем нельзя рассказать? Прежде чем подумать о худшем, Кемиран аккуратно заговорил: – Он сказал что-то вроде “Прости меня, но это единственный способ”, а потом поцеловал меня. – Поцеловал? – Да, и я его ударил. А потом... вот. Всё пришло к этому моменту. Саша сел с ним рядом, прокручивая в голове нестройные ряды мыслей и идей. Какой из поцелуев запустил обратную реакцию? И значит ли действия его двойника, что он знал о том, как вернуться? “Единственный шанс”? И разве он не спрашивал про здоровье? – Кемран, – тот тихо отозвался на свое имя. – Тот Саша спрашивал про твое здоровье, что ты ответил? – То, что я ответил ему – тебя не касается, – резко ответил ему Кемиран. Саша услышал его громкий вздох и, мгновением позже, уже спокойнее ответил: – Когда он спрашивал меня, то было видно, что он знает о чем говорит – такие подробности знают только самые близкие. Поэтому я сказал ему правду: зачем скрывать, если он и так знает? – Почему я не знаю? Мы общаемся с тобой уже 6 лет, но так ничего о себе не рассказываешь. – Эти 6 лет даже дружбой нельзя назвать, Саша. Знаешь, сколько раз ты извинился за свой проёб? Не на М2, М3. Сегодня. – словно спохватившись о том, что его слова прозвучали слишком грубо, Кемиран развернулся к нему, продолжая: – Но ты все равно молодец. Этого пока недостаточно, чтобы я рассказал тебе, но мы сначала можем стать друзьями. Саша почувствовал как стыд затапливает его разум: все это время вел себя как капризный ребенок, пока Кемран возился с ним – и он принимал это как должное. Что в том мире, что в этом – Кемран поверил в него и не отвернулся. Саша улыбнулся, слабо дернул уголками губ, неуверенно поднял взгляд на капитана команды, сказал: – Я буду стараться стать тебе другом. Кемиран протянул ему руку, тоже улыбаясь. Они пожали друг другу руки, как вдруг Саша слегка дернул его на себя, затягивая в неловкие объятия – сидя на кровати это было неудобно. Не зная к кому конкретно обращается, Саша всё равно почувствовал потребность выразить благодарность: – Спасибо тебе.