колосящаяся пшеница.

***

июль. тёплый и сказочный, хотелось бы, чтобы он был таким всегда. на улице замечательная погода, лучи солнца пробиваются через ажурные занавески почти в каждое окно, стараясь разбудить всех как можно раньше. некоторые ребята, что выбрали проснуться пораньше уже собираются на прогулки, в лес за грибами, на рыбалки, пикники на полянках и тому подобное. лучу, который светил в окно небольшого деревянного домика, небрежно покрашенного голубой, слезшей от времени краской, удалось разбудить и мишу, но он был этому даже рад, сегодня он снова увидит дениса. своего дениса... денис коломиец – четырнадцатилетний подросток из петербурга, который приезжает к родственникам сюда. здесь они с силажиком крепко сдружились, на протяжении нескольких лет ездили в деревню, гуляли одной большой компанией из ребят постарше. в этом году из них не приехал никто, кто-то ушел учиться, кто-то уже работает, от детства будто кусочек оторвали. одних только дениса с мишей подальше от цивилизации отправили, хотя им это даже нравилось. особенно мише. но, увы, сейчас не про деревушку. силажик уже на протяжении двух лет пытается осознать свою ориентацию и принять то, что ему нравятся парни. нет, даже не так. ему нравится парень, один. имя его – денис. каждый вечер рыжего сопровождался навязчивыми мыслями о том, что симпатия невзаимна, он мечтал о денисе, о его руках, вырисовывал черты его лица глазами в пространстве, думал о нём на уроках и после них, без него, казалось, не крутится планета, время останавливается. когда было время, он включал плейлист, посвященный блондину в наушниках и садился рисовать. каждый образ напоминал мише об объекте его симпатии. было стыдновато рисовать конкретно коломийца, но иногда же очень хочется, поэтому целый разворот в его скетчбуке посвящён голубоглазому, на нём рисунки его лица, последнего образа перед отъездом прошлым летом, который силажик запомнил до мельчайших деталей, даже рук в кольцах изящных, дайте только возможность, миша будет рассматривать их вечно. каждый день силажик улыбался, вспоминая свою первую подростковую влюблённость, хоть и не такую, как у его друзей, но так же достойную внимания. и в первую очередь, внимания самого коломийца. если миша не признается этим летом, то загрызёт себя, каждое лето может быть последним, когда они увидятся. сегодня ночью он приехал в деревню на межгородском автобусе один, впервые. ночи уже стали светлее, поэтому в 4 утра дойти до знакомого домика было непроблематично. калитку открыла любимая бабушка, которую рыжий разбудил своим приездом. пожилая женщина провела мишу до его комнаты и, пожелав спокойной ночи, тоже отправилась спать. силажик ещё около сорока минут не мог справиться с потоком мыслей и странными фантазиями, о которых хотелось не думать, но пубертатный возраст в любом случае брал своё, живот сводило от образов в голове, но рыжий старательно игнорировал эти мысли и пытался уснуть, что довольно быстро получилось.

***

утром лучи солнца ласкали тело подростка, отважно ища глаза, дабы разбудить мишу. спустя множество попыток им это удалось. веснушчатый зевнул, потянувшись, посмотрел в окно и, улыбнувшись солнцу, пошёл завтракать. на кухне бабушки не оказалось, поэтому миша сам ставит чайник и уходит в спальню за телефоном. связь в деревушке была не очень, но всё таки дозвониться или дописаться до человека было возможно.

***

денисушка оппозиция

был (а) в сети в 11:03

— приве приехал? всё хорошо? гулять пойдёшь?

***

рыжий улыбается широко, рассматривая написанные любимым сообщения. он был невероятно рад тому, что он переживает о нём, интересуется всё ли у него в порядке... силажик сразу после прошедшего потока мыслей, отвечает денису.

***

денисушка оппозиция

был (а) в сети в 11:03

— приве приехал? всё хорошо? гулять пойдёшь?

Привеее—

Да, хорошо всё, не переживай

Конечно пойду, спрашиваешь ещё

Соскучился сильно

***

старший переживал, что денис неправильно поймёт последнее сообщение, но всё же не удалил его, оставил, если что – объяснит. миша быстро выпил заваренный чай с печеньем, которое испекла бабушка, переоделся, насыпал в карманы шорт маленьких леденцовых конфеток, взял телефон и побежал на улицу, предупредить бабулю, что уходит гулять. владелица дома работала в огороде, вырывая сорняки из грядок клубники. — доброе утро, бабуль, тебе не нужна помощь? я гулять просто собрался.. — ой, доброе, мишенька, я справлюсь, беги, – говорит бабушка до жути родным голосом. — с кем пошёл-то? — с денисом, – отвечает силажик. — привет ему от меня передай, и на ужин приходите, я пирог приготовлю, люба персиков привезёт. — хорошо, ба! миша выбегает из-за калитки, а за ней уже стоит денис. рыжий до сих пор не мог привыкнуть к его новому цвету волос, пепельному, но шёл он ему безумно. весь в мешковатом, на ногах конверсы разрисованные, идеальный, хочется заобнимать белобрысого. — сиша! – восклицает денис, бежа в объятия к мише, утыкается ему в шею. — я так скучал, – улыбается блондин, при нём он не чувствует стыда за свою улыбку, но старший даже не видел в ней изъян. — диня, я тоже скучал безумно, – миша ещё больше прижимает белобрысого к себе, борясь с желанием поцеловать в макушку. — но ещё больше я скучал по обращению "сиша" – улыбка не слезает с лица. обнимались они недолго, чем миша был расстроен, но гулять с младшим было интереснее. — куда пойдём? – спрашивает белобрысый, поправляя волосы. — хуй его знает, давай как всегда, – бросает миша, он хочет побольше поглазеть на дениса. хочет, чтобы он рассказал ему о каждом кольце на его руках сегодня, хочет, чтобы рассказал о школе, о знакомых, хочет следить за положением желанных губ и видеть улыбку на его лице. — пойдём сначала к речке, хочу охладиться немножко, – предлагает коломиец, а силажик отказаться не может. — конечно, пойдём. они свернули чуть влево, идя по длинной, широкой тропинке, по бокам которой во всю цвели одуванчики, незабудки, которые всегда собирал миша для сухоцветов в скетчбук, впрочем, как и сейчас. дениса это всегда умиляло, он восхищался рисунками силажика, предвкушал то, что рыжий снова покажет новые работы, они есть, он уверен. коломиец очень любит, когда они вместе. ему нравится миша, далеко не как друг, а это родное "сиша", что прилипло к его языку, уже никогда не отлипнет. денис сочетает в этом прозвище свою любовь и нежность к нужному человеку. до симпатии к мише, младшему никто не нравился, он даже думал, что ароэйс , но нет, два года принятия ориентации, рисунки рыжих котят на полях тетрадки по ненавистной физике, просмотр всех сериалов о подобных отношениях, и как на зло, в двух самых полюбившихся, один из главных героев, у которого в приоритете активная роль в половых связях, рыжий. либо они не могли не напоминать о силажике, либо денис – влюблённая дурашка, он пока не понял, но всё равно склонялся ко второму. ночами белобрысый не мог остановить своё полушарие эротических фантазий с участием миши, а если учесть все его фетиши, то он визуализировал в своей голове целый порно-сайт. пубертат играл с ним очень злую шутку, а если не забывать про его стеснение, которое даже при самоудовлетворении никуда не уходило, то откровенно дрочить на фото любимого человека было безумно стыдно, хоть от одного его голоса коленки подкашивались. каждый день коломиец думал о мише, они переписывались, созванивались, хоть денис это не очень любит. с рыжим он любил всё, его в том числе. блондин пытался не застывать при разговоре, но в основном, попытки были тщетны. — день, хочешь рисунки покажу? – спрашивает миша, пока денис уткнул взгляд в одну точку, казалось, он даже не моргает. — дени-ис? – рыжий помахал рукой прямо у его лица. — а? миш, ты что-то сказал? – младший будто с небес на землю свалился. — ты хорошо себя чувствуешь? — да, с тобой всё замечательно, – улыбается денис. — я спрашивал про рисунки, хочешь покажу? — конечно, сиш, я об этом и думал, только давай сначала дойдем до речки, – догадки белобрысого оказались правдой. идти им оставалось недолго, после пары подобных случаев, коломиец больше так не отключался от мира. с мишей всё кажется светлее, ярче, теплее, улыбка с лица никуда не уходит, да и сам по себе силажик такой солнечный, похож на золотого ретривера. на речке было довольно много народа, но парни сели в уголок вдали от всех, чтобы посидеть плюс-минус интимно. миша стал показывать объекту симпатии фотографии своих рисунков, где основным человеческим образом был денис. вокруг карандашного наброска звёздочки, милые стикеры и засушенные цветы, с подписанной датой, 15.07.2021, прошлый год, июль. — вот это ты с букетом сирени в прошлом мае, дистант был и ты приехал пораньше, у меня фотка твоя осталась, – рассказывает миша, а коломиец взглядом веснушки на лице его считает, соединяя в созвездия, как в песне андрея пирокинезиса. — сиш, это так мило... я сейчас заплачу, – говорит денис, сидя на корточках. — ну ты чего-о? хочешь, обниму? — а если подумают, что мы... это... вместе типа, – задумывается вслух блондин, а у силажика сердце ёкает. неужели симпатия взаимная? нет, миша, ты снова что-то сочинил... блять, ну если признаваться сейчас, то будет как минимум странно, здесь куча людей, так слухи могут и до бабушки дойти... — ты прав, слухи потом пойдут, так и до бабушки недалеко, – думает миша. — и что ты предлагаешь? — хотя... а что плохого в объятиях? иди сюда, – рыжий улыбается и раскрывает руки, чтобы снова обхватить ими любимое тельце, а денис без всяких ненужных "но", льнёт ближе. так в разговорах, объятиях и каждый со своими мыслями друг о друге в голове, которые очень трудно сложить в цельное предложение. каждому хочется целовать, любить до беспамятства, до головокружения, до припухших губ, до сияющих глаз. силажик всё решил для себя, он признается. с вероятностью 99,9%. потихоньку люди уходили, а когда и вовсе осталось пару парней примерно их возраста, денис и миша подошли к воде. небольшие волны то прибывали к берегу, то уходили назад, лаская ноги уже стоявших в воде парней. подвернув шорты, они зашли почти по колено, поплескались друг другу водой в лицо, хоть и этим летом денису 15, а мише 16. выйдя из воды, и натянув конверсы не без помощи рыжего, парни стали снова размышлять о том, куда они пойдут. время близится к пяти часам вечера, а там, уже и к закату. — сиша-а, – зовёт коломиец. — пойдём к полю сходим, на закат посмотрим? — конечно, пойдём, – миша улыбается и встаёт с земли. шагать далековато, но никто жаловаться не будет, им хорошо друг с другом, а это самое главное. силажик рассказывает о друзьях в школе, о том, как он пробовал курить у ребят в туалете, как к нему лезла какая-то одноклассница и прочее. денис в какой-то мере даже завидует старшему, у него жизнь куда интереснее будет, чем у белобрысого, ему даже рассказать не о чем. друзей у него особо нет, каких-то значимых увлечений тоже, интересом у особ женского пола он не пользуется, да и не желает, чтобы он вообще возникал. по пути парням встретился куст с малиной, росший у забора какой-то семьи, которая, кажется, там не живёт. пока денис собирал уже белые одуванчики в букетик, миша нарвал ладошку ягод, им на двоих хватит. — угощайся, кис, – случайно на автомате выдаёт силажик. — как? – переспрашивает блондин. — что как? – миша от слова совсем не умел строить из себя дурачка. — ты меня назвал как-то приятно, киса что-ли? — э-э, тебе показалось, – сердце стучит бешенно. — да ладно, сиш, я же слышал, – коломиец легко хлопает по плечу друга. — мне понравилось, делай так почаще, – вот чего действительно не ожидал услышать рыжий. — серьёзно? тебе нравится такая слащавость? — ага, кстати малина тут пиздатая, – говорит денис, пережёвывая ягодку, с любовью собранную силажиком. через минут сорок быстрого шага, парни дошли до поля, где каждое лето провожали закаты и встречали рассветы, бегали по нему босиком, щекотали друг другу носы сорванными колосками и долго обнимались. сегодня всё так же как и всегда, денис падает в лежащие скопом мягкие колосья и смеётся. выглядит таким счастливым и солнечным, а когда хорошо денису, то автоматически хорошо и мише. — динь, го мы на мой др в питере сходим в винтажку, я хочу мыльницу купить, – говорит рыжий, падая рядом с деном. — конечно сходим, а чо ты так резко? — да вот если бы она была у меня сейчас, то такая бы фотка крутая получилась, ты очень красивый, – улыбается силажик. — я? правда? – удивляется коломиец и переводит взгляд с неба на веснушчатого. — а я врать буду? — си-иш, я... – очкастый вовремя себя заткнул, он привык говорить "я тебя люблю" на подобные высказывания, потому что так делала арина – его хорошая подруга. — я... хочу во-он туда, – выпутался блондин и показал пальцем в полюбившемся мише чёрном, металлическом кольце на полянку, которая находилась совсем недалеко от места, где они валялись сейчас, уткнувшись в небо. — да, конечно, там ещё и дерево есть, у меня немного спина побаливает, – говорит рыжий и привстаёт с места. парни направляются к месту, где трава никогда не ощущала на себе ни одной газонокосилки, куча одуванчиков, на которые так любил дуть денис, ромашки, что повидали миллионы их гаданий, но не на "любит – не любит", а на исполнение мечты уломать родителей очкастого, чтобы миша мог взять его с собой в харьков. погулять по родным улочкам, познакомить его с друзьями, поводить по торговым центрам, в общем провести время с белобрысым в другой стране, в месте, где силажик прожил почти шестнадцать лет, а коломиец такого никогда не видел. солнце потихоньку начинает заходить за горизонт, а силажик – собирать мысли воедино, чтобы, наконец, признаться. пока рыжий сел под одно из криво стоящих деревьев, коломиец снова улёгся на траву, но перед этим собрал мише букетик из незабудок и невесомых одуванчиков, решил сразу подарить. — миш, у меня для тебя есть подарочек, – денис хлопает глазками голубыми, светлыми и чистыми, подобными небу. — держи, – коломиец переворачивается на живот и, болтая ножками, протягивает букет рыжему. — день, ты такой молодец... мне с тобой хорошо... – это пока единственное, что может из себя выдавить получатель подарка, но скоро он покажет, что означает "любить". парни долго разговаривали и смеялись, но блондину казалось, что миша постоянно напряжён, хоть и общается так же, как и всегда. — сиш, что-то не так? ты выглядишь таким напряжённым... – спрашивает голубоглазый. — а? я? да не бери в голову, я тут просто кое над чем думаю... — а над чем, если не секрет? рыжий глубоко вздыхает, сердце бешенно колотится, руки потряхивает, но он решается. пути назад нет. — день, тут такое дело... я больше двух с половиной лет пытался принять себя и я наконец-то могу открыться тебе... короче, мне нравятся парни. точнее не так, мне нравится парень, – почти на одном дыхании говорит миша, а у дениса сердце колотится не меньше. а если он сейчас назовёт не его имя? а если его? бля-ять... — я тебя принимаю любым, сиш, – улыбается блондин, садясь на траву и поджимая под себя ноги от стресса. — и этот парень... короче, – рыжий выдыхает звучно. — ты. — чего? сиш, ты... ты правда? любишь... меня? — да, дениска, да, тебя, я люблю тебя! – повышает голос силажик. – держа младшего за руки. — я тебя тоже, миш, ты самый прекрасный парень в мире, – очкастый встаёт на коленки, тянется за объятиями. — день, я... я не знаю... как мне описать свои чувства словами, честно, это пиздец, я первый раз признался в любви человеку... – говорит веснушчатый в макушку, лежащую на плече. денис выпутывается из объятий, а силажик не сможет отпустить его так быстро, притягивает младшего за подбородок к себе, с нежностью сминая желанные губы. сладкие, мягкие, самые лучшие... пара целуется, прикрывают глаза, вплетают пальцы в волосы, обнимаются и бесконечно признаются друг другу. может, в этом и кроется такой важный секрет счастья? по любому, миша и денис думают так же. — кисунь, – говорит рыжий только что отлипнув от губ ошарашенного голубоглазого. — бабуля тебя в гости звала, пойдёшь? — конечно пойду, сишенька, – улыбается денис. — только... поцелуй меня ещё раз, – почти шепчет коломиец, но старший всё равно его слышит. миша не говорит ни слова, он заправляет непослушные пряди белёсые за уши коломийца и целует снова. глубоко, интимно, горячо... прямо как в фантазиях пубертатного очкастого. денис разрешает веснушчатому целовать шею, оттягивая ворот футболки, но силажик все не решается нагло лезть под одежду. не сегодня, точно. рыжий разрешает коломийцу выцеловывать кроткими поцелуями каждую веснушку, стоя на носочках и вороша мягкую копну огненных волос. взявшись за руки, парни побежали к дому бабушки миши, чтобы получить в каком только возможно меньшем объёме за такое опоздание. добегают за минут пятнадцать, вваливаются в домик запыханные и пытающиеся отдышаться. — мишенька, вы чего так бегаете? — ой, бабуль, да всё хорошо, не переживай, – говорит веснушчатый. — здравствуйте, мы просто спешили, – извиняется коломиец. — ой, дениска, не признала совсем.. беленький теперь, девчонки бегать будут, – улыбается бабушка. — да ладно вам, – отмахивается очкастый. он бы очень хотел сказать, что лучше бы за ним бегал миша, но вовремя остановился. — ну проходите, руки мойте, за стол садитесь, всё почти готово, – говорит пожилая женщина вслед удаляющейся паре.

***

через мгновение все уже были за столом. в воздухе летал аромат персиков и пар от чайника с невероятно вкусным заварным чаем. каждому был положен кусочек сладкого пирога, который был лучшим угощением в день, который денис с мишей провели, грубо говоря, на одной малине. — очень вкусно, спасибо вам большое, – благодарит бабушку денис. — да не за что, дениска, кушай на здоровье, только мишу подожди, поможете мне с посудой? — да, конечно, не вопрос, – отвечает коломиец. когда миша собрал в тазик всю грязную посуду, парни встали у раковины, намыливая блюдца, ложки и чашечки узорчатые. с работой было покончено, блондину нужно спешить домой, но всем теперь известно, что без миши он никуда не пойдёт. силажик запросто отпрашивается у бабушки проводить "друга", так как они жили в соседних домах. прошли парни всего ничего, но около калитки не сразу разошлись, а только после короткого, но чувственного, влюблённого поцелуя и объятий. а бонусом для дениса послужил звонкий чмок в макушку и теперь до жути родное: — сладких снов, кисунь! от любимого миши... точнее, сиши. милажика.