Ненормально

Дорогой дневник,   С детства меня всегда преследовало чувство собственной ненормальности, я всегда чувствовала себя не такой как остальные, не в хорошем смысле, типо, я не такая как все, особенная, та самая, нет, я просто почему-то другая, ненормальная. У этого чувства, с самого детства, не было никаких причин, но когда у меня проявились мои силы, я поняла, что возможно я правда ненормальная. Это чувство заставляло меня всегда задумываться, что со мной что-то не так, я боялась заводить новых друзей, знакомиться, общаться, от всего, что меня окружало хотелось лишь отмыться, от взглядов, от собственных мыслей и загонов, от всего. 

 

***

  Хлоя думает, что я променяла её на друзей из Сиэтла, только правда в том, что их кажется и не было вовсе. Я пару раз гуляла с некоторыми одноклассниками, не более. Все эти 5 лет я провела практически в полном одиночестве, думаю, я это заслужила. Я ведь бросила Хлою когда она во мне нуждалась, я никогда этого не хотела, хоть она и не знает. Мне было просто страшно напоминать ей о прошлом, которое Хлоя наверное хотела бы забыть, напоминать о себе, вся моя голова была забита навязчивыми мыслями, что я ей не нужна, что она пишет мне исключительно из вежливости и я своими сообщениями лишь испорчу ей всё. Навязчивые мысли буквально съедали меня. 

***

  После возвращения в Аркадию Бэй мне кажется стало немного лучше, но чувство собственной ненормальности лишь усилилось. Все здесь считают меня странной, а ещё, странно смотрят, именно от их взглядов хотелось бы отмыться. Хотелось чтобы все забыли обо мне. Я хотела исчезнуть.   Потом проявление моих сил, я вижу смерть Хлои в туалете, спасаю её, она почти умирает от неудачного выстрела в бампер старой машины и я снова спасаю её, дальше поезд, я опять смогла спасти ей жизнь, потом суицид Кейт, я смогла остановить её, но я всё равно видела как она спрыгнула и умерла. Дальше следует допрос у директора, слишком много лишнего внимания, снова хочется исчезнуть и смыть с себя весь этот день, как и прошлый, тереть мочалкой до ссадин, чтобы не осталось и следа сегодняшнего дня. Хочется выговориться, но я продолжу молчать и ходить с одним уставшим выражением лица. Рассказать кому-то о чувствах слишком сложно, даже Хлое.  Макс закрывает свой дневник, откладывает ручку подальше, кладёт тяжёлую от усталости голову на стол и засыпает.  Через пару часов девушка просыпается от кошмара, где Кейт всё-таки прыгает с крыши общежития. Макс встречается с Хлоей, и они проникают в блэквелл, они обыскивают кабинет ректора, находят нужные файлы, крадут деньги, решают пойти в бассейн и позже сбегают от охранников. Такое огромное количество событий, за такое короткое количество времени определено заставит тревожность стать сильнее. И вот Макс и Хлоя, уже переодетые в пижамы, лежат вдвоём на кровати Хлои, прямо как в детстве. – С тобой всё нормально? – заботливо интересуется синеволосая. – Всё хорошо. – Без раздумий отвечает ей младшая. – Ты отвечаешь будто на автомате, Макс, как запрограммированный робот. Я же вижу, что ты какая-то странная. Хлоя ложится на бок, и смотря на подругу, продолжает. – Это из-за Кейт? Или нашего проникновения в Блэквелл? – Всё в норме, не волнуйся. – Говорит Макс и отворачивается от подруги, пытаться солгать и смотреть ей в глаза казалось чем-то очень сложным. Хотелось повернуться обратно к Хлое, кинуться ей в объятия, раствориться в ней, рассказать обо всех тревогах, о всех нежных чувствах к ней, о других чувствах, которые медленно разрушают её изнутри, о каждом страхе. Хотелось рассказать ей абсолютно всё. Но Колфилд этого не делает, просто продолжает лежать спиной к Хлое, которую, как оказалось, Макс недооценила. Будто бы она так легко сдалась. Максин чувствует её поглаживания по спине. Ей хотелось бы чувствовать их вечность. – Ты всегда можешь поделиться со мной тем, что тебя тревожит, Супер-Макс, ты же знаешь? – максимально нежно и заботливо произносит Хлоя, продолжая гладить спину подруги. Было в этом что-то, что-то совсем не дружеское. И кажется, это последняя капля. Макс разворачивается и обнимает возлюбленную, кладя руки на её талию, свои ноги на её, и утыкаясь лицом ей в грудь. Она всхлипывает, позволяет себе наконец-то открыться. От неожиданных объятий Хлоя опешила, но не отстранилась. Одна её рука продолжала гладить спину, всхлипывающей в объятиях, подруги, а вторая покоялась в её волосах и также успокаивающе поглаживала. – Знаешь, Хлоя, как бы много не происходило вокруг нас, с тобой спокойнее. Давай просто помолчим и поговорим обо всём позже, хорошо? – сказала шёпотом Макс. – Хорошо. – ответила синеволосая и поцеловала Колфилд в макушку. Пару минут молчания и фотограф больше не всхлипывала. – Я люблю тебя, Хлоя. – всё также шёпотом говорит младшая. Все эти объятия, слёзы, ночные признания в любви, во всём этом было что-то интимное и ни капли не дружеское. – Я тоже люблю тебя, Супер-Макс. Всегда любила. – тоже шёпотом отвечает Хлоя, снова целует свою возлюбленную в макушку и в скором времени засыпает в объятиях с уже своей Макс.