Портреты в тетрадке

«Набери меня, как будешь дома». Марк увидел сообщение от Лады только когда и правда вернулся домой. Действительно странно, что он даже в телефон не заглядывал всё время, пока был у Свята. Наверное, это хорошо — значит, точно интересно было. Марк набрал Ладу. Она взяла почти сразу. — Капец ты долго. Реально только домой вернулся? Семь вечера почти, — спросила Лада. — Реально только вернулся, не переоделся даже, — Марк улёгся на кровать и даже переодеваться не стал потом. — Обалдеть, я думала, ты раньше вернёшься. Чё вы там делали так долго? Давай рассказывай. — Ну, короче, сломался лифт, я чуть не подох, пока поднимались. Сели на ступеньки, он голову мне на плечо положил — я аж офигел. И переспросил ещё тыщу раз, нормально ли мне — что за милота. Ещё он спрашивал, есть ли у меня девушка, а до этого говорил, что не любит такую тему. Странно как-то. Лада слушала, не перебивая, но Марк уже ожидал кучу вопросов. — Потом мы как-то перешли к теме дружбы. Он рассказал, что у него друзей нет совсем. Мне так обидно стало за него — такой хороший, а даже друзей нет. Грустно как-то. Ну, в общем-то, я сказал, что тогда я буду его другом. Он так отреагировал мило, заулыбался, — Марк не замечал, что захвалил Свята. Лада, похоже, заметила. — Сколько раз ты повторил, что он милый и хороший? — Лада рассмеялась. — Я…, — Марк засмущался и запутался в словах. — Ну, и ты до сих пор уверен, что он тебе не нравится? Марк был почти уверен, что нет. До сегодняшнего дня. Он всё время улыбался, как дурачок полный, взгляда оторвать не мог, а даже от случайных касаний чуть от сердцебиения не умирал. Разве так реагируют на просто друзей? Нет, конечно. Но признать не хотелось. Как это так? Ему? Парень? Нравится? Да нельзя же так. — Ну-у… может, немножко… — Понятно всё с тобой. А ты ему? Вот это уже точно максимальный бред. Хорошо, Марк. От него всё, чего угодно, ожидать можно. Он сам себя никогда не понимал, и больным он вполне быть и мог. А Свят? Самый милый, самый хороший, самый добрый Свят мог быть таким? Ни в коем случае. Это просто невозможно, чтобы Святу нравился Марк. Даже не так — чтобы Святу нравился парень. Просто невозможно. — Нет. Конечно нет. Быть такого не может, — сразу же ответил Марк. — Почему ты так уверен? — в голосе Лады послышалась ухмылка. — Потому что Свят, он… он Свят. Ну не могут ему парни нравиться. Ты его видела вообще? Он же ангел просто. Ладно я, но он-то точно не может таким быть. — Ну, все мы не без греха. Кто ж его знает, всё возможно. — Да ладно, ну не может такого быть. — Ну, думай как хочешь, но я тебе говорю — он ведёт себя странно. Обнимает на прощание, голову на плечо положил… — Лада намеренно тянула слова. — Ведёт себя странно — и что? Он и в других вещах себя странно ведёт. Для него это просто вообще ничего не значит. Ему всё равно, что это может выглядеть двусмысленно, — по крайней мере Марк был в этом уверен. Другого объяснения он не видел. — У него кольца на больших пальцах, — продолжила Лада, — вопросы об отношениях… — Всё так же не вижу связи между этим всем. — Зато я вижу. Это ты слепой просто. Марк хотел ответить, но не успел — в комнату зашла мама. Только домой вернулась. Этот диалог ей слышать уж точно не надо. — Подожди минуту, ща вернусь, — Марк выключил микрофон. — Марк, чего в одежде уличной до сих пор? Как так можно? — спросила мама. — Та я только пришёл полчаса назад, — Марк закатил глаза, — и Лада позвонила сразу, ничего не успел. — Поздно ты. Только разошлись — и уже по телефону говорите. Что вы обсудить не успели? — Так я не с Ладой был. — А с кем тогда? — удивилась мама. — Разве ещё есть с кем? — Теперь есть, — Марк словил глупую улыбку и сразу попытался скрыть её. — С одноклассником, я же говорил про проект. — А-а, помню, помню. Давай, иди переодевайся и уроки делать тогда. Нечего на кровати в джинсах валяться. — Ну ма-а-а… — Марк хотел дальше сидеть и обсуждать сегодняшний день. Он ещё много рассказать мог. — Полчасика. — Ничего не хочу слышать. За уроки! — мама захлопнула дверь. Марк выдохнул сквозь сжатые зубы и тихо выругался. Вернулся к телефону. Лада всё так же висела на звонке. — Я позже перезвоню. Мама вернулась, теперь гоняет меня. — Сочувствую, давай, иди страдай. Марк скинул трубку, вскинул руки вверх и смотрел в потолок. Чувства — смешанные. Было хорошо: Свят. Теперь они друзья. Они хорошо провели время. Завтра они опять увидятся. Было плохо: тоже Свят. Похоже, он правда нравится Марку. А Марк ему — нет, точно. Что с этим делать — неизвестно. Он чувствовал, что дальше будет тяжело. В комнату обратно заглянула мама и застала Марка за тем, что он до сих пор ничего не делает — тупо лежит, разглядывая потолок. — Так, я что сказала? Быстро домашние задания делать! — Да иду я, иду, — Марк поднялся. Теперь он сидит на кровати. — Сейчас всё сделаю. — Смотри мне. Марк с тяжестью встал на ноги. Ничего не хотелось. Вернее, хотелось всего лишь одного — опять увидеть Свята, опять почувствовать его голову у себя на плече. Улавливать котячью его улыбку. Вместе смеяться с какой-то фразы. Обнять. Но пока приходится идти переодевать джинсы и рубашку на домашнюю футболку и шорты, а после — делать домашнее задание. Конечно, он всё списал. Он бы вообще не делал, но вдруг сейчас мама проверять пойдёт. А она могла. Поэтому сделать всё же пришлось. Лечь обратно ему не дали — сказали идти убирать. В постель он вернулся вымотанный и сразу упал спать, хотя было только десять вечера. Раскрыв глаза от бесячего звука будильника, первое, что он увидел — дождь за окном. Отличное начало дня. От такой погоды уж точно хочется обратно зарыться в одеяло и не вылезать до самого вечера. Но приходится вставать и идти в школу. Одно радует — он увидит Свята. Единственное солнце в этот пасмурный день. Марк никак не мог подняться с кровати и из-за этого начал опаздывать. Лада сто раз успела позвонить — конечно, под подъездом в дождь стоять не очень приятно. С горем пополам они успели зайти в класс до начала урока. Свят уже сидел за партой с блокнотом — наверное, рисовал что-то. Сидел в наушниках, даже не поднял взгляд на то, что кто-то зашёл. Марк решил, что надо на себя обратить внимание, и ничего лучше не придумал, чем забрать очки. — Эй! Отдай! — А вот и нет, — Марк надел очки на себя. — Мне идёт? — Я ничего не вижу без них, — Свят щурился, похоже, ему и правда тяжело без очков. — Но смею думать, что идёт. — Ладно, держи, бедолага. — Ну спасибо, что хоть не залапал. — Всё, давай, я пошёл. Классная обалдеет, когда увидит, что я на первый урок пришёл. — Да я тоже не ожидал. — А никто такого не ожидал, даже я сам. Вообще-то, без причины он не прогуливал. Почти. Ладно, по правде, веская причина была только в пятницу, но всё-таки Марк так не считал. И классная руководительница должна была думать, что причина была. Хотя, скорее всего, она подозревала, что эти двое просто так не ходят на первые уроки, но ничего не говорила. К началу урока Галина Васильевна зашла отметить присутствующих. Похоже, и правда была ошарашена такими новостями. — Соколов, Юферова — неужели соизволили вовремя явиться? Или это у меня уже глюки? — Собственной персоной! — отшутился Марк. — Ну раз такое дело, тогда рассаживайтесь — а то учиться так вы точно не будете. — Да за что? Мы ещё ничего сделать не успели! — возразила Лада. — Вот именно, что вы ничего и не будете делать. Давайте, в темпе. Марк сначала возмутился — будто если они рассадятся, то резко начнут учить. Ну бред же. Потом подумал, что может пересесть к Святу — а значит, можно и согласиться. Даже не так: надо согласиться. — Да без б, — Марк кинул вещи в рюкзак и ушёл к Святу. — Это предательство! — кинула вдогонку Лада. Марк показал язык в ответ. Похоже, такой расклад классную устроил больше, и она с чистой совестью покинула кабинет. Свят сидел с улыбкой на лице. — Опа, сегодня сидеть будет веселее. — Ещё раз привет. — Вообще-то, это первый раз. Мы не здоровались, ты у меня с ходу очки забрал. — Какой ты душный. Сам виноват, что не заметил меня. — Да кто ж знал, что ты впервые в жизни к первому придёшь — ещё и без опозданий. — Это не впервые в жизни. — Ты тоже душнила, — они оба беззвучно засмеялись. Весь урок они проговорили. Свят что-то даже записывал, ну а Марку было вообще побоку, что там у доски рассказывают. В один момент Свят случайно задел рукой ладонь Марка. Сердце забилось чаще. Марк сглотнул. Не должен он так реагировать на мимолётные касания. Неправильно это. Правильно было бы просто дружить и даже не думать о чём-то другом. Но ведь думал. Нельзя было засматриваться на него из-за красоты. Но засматривался же. Нельзя было влюбиться. Но влюбился же. И это плохо — чуть ли не конец света. Разве может быть что-то хуже, чем влюбиться в кого-то своего же пола? Да нет. Марк был уверен, что нет. Тем более, когда этот кто-то — Свят. Он-то точно нормальный. В отличие от некоторых.