Глаза защипало

Не каждый день может даваться с таким трудом, с которым дался этот. Настя опозорилась перед важным спонсором, поссорилась с Глебом, а под вечер заревновала Андрея, причём к случайной пациентке, просто потому что она устала. К приходу домой она чувствовала себя так, будто по ней проехались катком, а потом, чтоб не расслаблялась по ней ещё и пробежались интерны. Десять минут пришлось спорить с самой собой ради мытья рук, на удивлении, пересилив себя она смогла открыть окно в спальне и съесть бутерброд в качестве ужина, за что Андрей, конечно, долго бы ругался, причитая, что худеть Насте некуда, но он дежурит, если только, он не перекинул своё дежурство на кого-то из интернов. Из-за открытого окна комнату заполнял леденящий воздух, который так и норовил забраться под кожу, обжечь и ущипнуть, пробираясь к груди. Кисегач забралась в кровать, кутаясь в одеяло, глаза непривычно защипало. Раз она одна, она может позволить себе всплакнуть на часок другой? Слёзы на эту тему советоваться не стали, они молча брызнули из глаз тонким струйками. Как назло, именно в этот момент дверь стала открываться. Возможно, Кисегач бы обрадовалась, если бы это были воры, а не Быков, который терпеть не мог женских слёз, но из коридора прозвучал громкий вопрос: – Мышка моя, ты спишь? Не побалуемся?  Настя подавила всхлип и перевернулась на другой бок, будто отворачиваясь к стене, она таила надежды, что Быков будет ужинать, давая ей время стереть этот «позор». И целых десять минут Настя в это искренне верила, потому что Андрей шебуршал по квартире, но он приполз в кровать, заставая свою любимую с дрожащими губами и мокрыми щеками. – Анастасия, душа моя, ты хочешь заболеть и взять отгул? А? – Быков закрыл окно и стал теребить Настю, заставляя её сесть ровно и изобразить эволюцию, хотя бы в человека «прямосидящего».  – Нет, я просто проветривала, – прячется, упирается, это всё в стиле Кисегач, хотя её уже поймали с поличным. – Кисегач, ты плохо врёшь, а ещё у тебя плечи дрожат, считай, что они тебя с головой выдали. Что случилось? Твоя ревность вышла на новый уровень? Или Романенко забеременел? Тебя кто-то обидел? Ты мне только скажи, пальчиком покажи, – Андрей уселся рядом, прижимая к себе Кисегач, он даже демонстративно поцеловал каждый её палец, мол, покажи-покажи, – давай, Настюха, не молчи.  – Быко-ов.. Ты будешь смеяться.. Не надо, – Анастасия только пуще залилась и уткнулась в плечо Андрея. – Нет-нет, Анастасия, так дело не пойдёт. Ну, хочешь, мы завтра возьмём отгул и поедем куда захочешь? Только не реви, не реви, – Быков стал медленно укладываться в постель, таща рыдающую за собой. – Правда? – Настя жалобно посмотрела на Андрея. – Правда-правда, только скажи, что случилось? – Андрей погладил её по голове и накрылся одеялом, проверяя, тепло ли Насте. – У меня сначало совещание сорвалось, – Настя всхлипнула, – потом я с Глебом поругалась сильно, там с Варей что-то, он вообще.. ну.. А потом я заревновала, – только успокоившаяся Настя снова заплакала. Всё это уже сто раз было, всегда спокойно переживали без слёз, а тут истерика целая. Быков не стал смеяться или спорить, он молча прижимал голову Кисегач к своей груди, то и дело трепля её волосы. Вроде взрослая, а слёзы льёт как студентка, которая экзамен не сдала и теперь надо на пересдачу.  – А отгул мы всё равно возьмём, посмотрим твои сопливые мелодрамы, когда ты плачешь от них, а не от этого всего, мне как-то легче. – Да? – Да–да, только не плачь, ну, пожалуйста. Андрей поцеловал Настю в макушку, напоследок растрепав ей все волосы, а в последствии смог насладится её сладким сопением.