Чёрно-белое утро

В свете чёрного солнца всё вокруг бледное, будто выцвевшее до двух цветов: насыщенного чёрного и стерильно-белого, и нескольких их оттенков. Пол просыпается на чёрной постели. Его рука, обнимающая подушку, белая, такого цвета собственной кожи он никогда прежде не видел. На тон светлее постели чёрные стены, пол и потолок, и белая ваза с цветами на небольшом круглом чёрном столике близ постели. Пышный букет из смеси чёрных и белых, похожих на розы цветов. Лежать, быть в моменте и не думать о том, что с ним сделали. Он сам, как дикое животное, набросившееся на самку, едва поманили... Руки Фейд-Рауты, сжимающие его бёдра... Распирающие и сдавливающие ощущения одновременно, стук крови в ушах, пошлые шлепки плоти о плоть - это сам он вбивается в женщину... и чрезмерное, извращённое удовольствие... Слишком много, ненормально много... никогда в жизни Пол не испытывал подобного и предпочёл бы не знать о самой такой возможности, ведь, испытав один раз, ему больше никогда не хватит того, что удовлетворяло прежде. Не стоит сейчас об этом думать. Сосредоточиться на настоящем, не думать, никаких мыслей. В двухцветном букете есть некая последовательность, упорядоченность. Он припоминает книго-фильмы о планете Дома Харконнен. Кажется, на Гьёди-Прайм есть давние букетные традиции и определённая последовательность цветов в букете что-то значит, но Пол не знает, что означает конкретно эта. Теперь Пол полностью осознает себя, его сознание более не затуманено наркотиком. Освободившись от ощущений эмоциональных, мозг концентрируется на физических. Лёгкая ноющая боль между ягодиц. Свежий пластырь стягивает кожу на левом боку в районе рёбер, там, где рана. Пол был в невменяемом состоянии, но из того, что смутно помнит, очевидно, что от активности разошёлся один из швов на ране... более отчётливо воспоминание о том, как Фейд-Раута угрожал убийством лекарю за то, что тот явился не мгновенно.