Искренность чувств

Флёр без раскаяния смотрела на мальчиков из Хогвартса, стоявших перед ней. Эти постоянные приставания начали раздражать её ещё с момента прибытия в школу, но после объявления о Святочном бале, Флёр едва могла сделать шаг, не нарвавшись на очередного незнакомца с приглашением на бал. — Я тебя даже не знаю, — процедила она сквозь зубы. Она смерила его презрительным взглядом. — Ты даже не следишь за собой. Я бы не доверила тебе вести меня на бал. — Она презрительно скривила губы и протиснулась мимо него и его друзей. Её лицо стало ещё мрачнее, когда она услышала, как один из них пробормотал "сука" ей в спину. Она резко развернулась и рявкнула: — Если вы не умеете уважать женщин, то я искренне надеюсь, что вам никогда не представится случая к ним прикоснуться! — Какого чёрта? — резко спросил один из парней. — Фу, не обращай на неё внимания, — сказал другой. — Она, наверное, лесбиянка. Флёр прищурилась. — А если и так? — её голос был низким и опасным. — Разве это не говорит больше о вас, чем обо мне? Что ваша личность настолько ничтожна, что вы вините в своих неудачах женщину? В следующий миг Флёр снова развернулась, раздражённая тем, что позволила им себя отвлечь. Она проигнорировала слова группы и направилась в сторону библиотеки. К сожалению, в каретах не было многовековых библиотек Шармбатона. Библиотека Хогвартса была слишком ориентирована на англичан, но сойдёт и так. Она едва успела дойти до следующего коридора, как к ней подошла ещё одна группа мальчиков из Хогвартса. Самый высокий из них, самый крупный, стоял впереди с букетом роз. — Мисс Флёр Делакур, — сказал мальчик, широко улыбаясь. — Не окажете ли вы мне честь пойти со мной на бал? — Нет! — отрезала Флёр. — Я даже не знаю, как тебя зовут! И что ты можешь мне предложить? Ты достаточно умён, чтобы поддерживать разговор? Или летаешь так хорошо, чтобы угнаться за мной? Можешь победить дракона, если окажешься прижат к стене? Выражение лица парня на миг помрачнело, затем он усмехнулся: — Я могу сразиться с тобой, если хочешь. — То есть ни одно из вышеперечисленного, — сказала Флёр. — Нет, на Святочный бал я иду с самым умным волшебником в Хогвартсе. Мальчик побледнел. — Ведьма? — Я думал, ты ненавидишь Грейнджер, — сказал один из них. Флёр схватилась за эту мысль: — Всё верно. Я иду на Святочный бал с Гермионой Грейнджер. А теперь бегите по своим делам, мальчики. Она откинула волосы назад и прошла мимо них, на этот раз не останавливаясь ни перед кем, пока не достигла библиотеки. Она кивнула мадам Пинс и продолжила изучать более сложные тексты.

***

Гермиона вздохнула и закрыла книгу. После визита к домовым эльфам она просто не могла выбросить их бедственное положение из головы. Рон ничего не понимал, будучи чистокровным волшебником. А Гарри — Гарри видел, что домовые эльфы вроде бы довольны своим положением, и мог только пожать плечами. Но Гермиона чувствовала, что это неправильно. И то, что в глубине души Гермиона осознавала рабское положение своих предков по отношению к белым людям, не помогало. Конечно, домовые эльфы были не такими же, но Гермионе действительно нужно было разобраться в истории домовых эльфов. Но пока что она нашла лишь несколько упоминаний о домовых эльфах и ничего больше. Гермиона отложила книгу и направилась вглубь библиотеки в поисках раздела, который мог бы дать ей больше информации. Её взгляд привлекла синяя вспышка, и Гермиона попыталась ускользнуть, чтобы ни с кем не разговаривать, но в итоге споткнулась о собственные ноги. — Ах! Гермиона Грейнджер! — Руки потянулись к ней, чтобы поддержать. Настроение Гермионы испортилось. — Флёр Делакур, — сказала она, слишком вежливо растягивая слова. Она сделала полшага в сторону Флёр. Флёр поджала губы и встретилась взглядом с Гермионой. — Мне нужна твоя помощь. Глаза Гермионы расширились, а затем тут же сузились. — Что ты имеешь в виду? Тебе не нужна моя помощь. Ты такая красивая, умная, сильная и хороша во всём идеальная! Флёр фыркнула. — Ты меня ненавидишь, Гермиона Грейнджер? Я не сделала ничего, что могло бы тебя оскорбить. — Сделала! — выпалила Гермиона. — С Хогвартсом всё нормально! Еда тут — нормальная! Погода — нормальная! Всё — нормально! Флёр приподняла бровь. — Нормально? Не хорошо и не прекрасно? Позволь мне на день отвезти тебя в Париж. — О, ну конечно, — Гермиона заикнулась. — Наверное, ты так всем мальчикам говоришь! Просто ходишь такая — такая… — Ты завидуешь мне из-за того, что я вейла? — внезапно спросила Флёр. — Я не могу контролировать своё наследие так же, как ты не можешь контролировать своё. Гермиона лишилась дара речи. — Однако я здесь не для того, чтобы сражаться с тобой, — продолжила Флёр. — Мне нужна твоя помощь. Услуга. В общем, это касается тех мальчиков. — Видишь!— — Я не хочу идти на Святочный бал ни с кем из них, поэтому я заявила, что пойду с тобой, Гермиона Грейнджер. Тебе недостаточно парней? — эти слова были на устах Гермионы, прежде чем она осознала вторую часть фразы Флёр. — Тебе... нужна... я? — попыталась разобраться Гермиона. — Ты ведь самая умная волшебница в Хогвартсе, не так ли? Я не хочу идти ни с кем, кто хуже тебя. Гермиона нахмурилась, хотя и покраснела. — Лесть тебе не поможет. Флёр пожала плечами. — Это не лесть, если это правда. Гермиона Грейнджер, пожалуйста. Одолжение. Это не про любовь. Просто сопроводи меня на бал и станцуй один танец. Взамен я выполню любую задачу, которую ты посчитаешь равноценной. Гермиона колебалась. — Если только ты не идёшь с кем-то другим, — сказала Флёр. — Если так, то в школе узнают, что ты меня отвергла. Гермиона нахмурилась ещё сильнее. Некоторые люди уже неделями стонали про бал и пары, не подумав о ней ни на секунду. И ей совсем не нравилась идея слухов о том, будто она отказала Флёр Делакур. — Ладно, — неохотно согласилась она. — Я пойду с тобой. Но лучше не оскорбляй меня, что бы я ни надела. — Зачем мне это? — смущённо спросила Флёр. — Мы будем вместе ходить по магазинам, чтобы подобрать подходящие вещи. Поскольку это услуга, я оплачу все расходы. — Ладно, — повторила Гермиона. — Сообщи, когда захочешь идти. Если это всё — я занята. — Хорошо. Увидимся позже, — ответила Флёр. Гермиона ушла первой, стараясь держаться как можно дальше от Флёр. Адреналин от этой встречи стучал у неё в висках. Отойдя достаточно далеко, Гермиона заглянула в пыльные книги по истории магии, пытаясь найти что-нибудь многообещающее. Она напряглась, услышав шаги, и по голубому пятну в уголке глаза поняла, что это Флёр. Гермиона посмотрела на книги и взяла наугад одну из них, чтобы просмотреть. Но она прекрасно понимала, что Флёр находится дальше по проходу и тоже рассматривает книги. Но Флёр ничего не сказала. Любопытство одолело Гермиону, и она повернулась к Флёр, которая методично доставала книгу за книгой, чтобы добавить их в свою парящую стопку. Это вызвало у Гермионы ещё большее любопытство. — Что ты делаешь? Флёр обернулась: — Эти книги — для моего обучения. Затем кивнула Гермионе: — А ты? — Я пытаюсь узнать о домовых эльфах, — призналась Гермиона. — Но о них практически ничего не написано, и уж точно ничего не написано ими самими. — Тебе не нравятся домовые эльфы? — спросила Флёр. — Они ведь не сделали ничего плохого, правда? Кроме того, что готовят английскую еду. Гермиона закатила глаза. — Разве ты не видишь, что они по сути рабы? Брови Флёр нахмурились: — В истории говорится, что домовые эльфы — хранители очага. Их предназначение — наблюдать и защищать. — А как насчёт готовки и уборки — бесплатно? — резко спросила Гермиона. — Это не бесплатно, — возразила Флёр. — В замке Шармбатона эльфам платят дарами магии и… эээ… лунным молоком. Эльфы питают замок и земли, а земли питают их. — Ты имеешь в виду молоко от лунных телят? — Нет. Скорее — эссенцию лунного света. Лунный свет перегоняют в жидкость. Раньше на ночь оставляли блюдце с таким молоком — это была плата за их труд. Это концентрат магии. — Значит, раньше они делали это добровольно. Но теперь они застряли в Хогвартсе или Шармбатоне и целыми днями и ночами работают на нас. — Гермиона нахмурилась. — В обмен на магию, — кивнула Флёр. — Да, точно, магия, а не галеоны. Флёр покачала головой с понимающей улыбкой: — Гермиона Грейнджер, домовые эльфы не признают концепцию денег. Им не нужны золото — ни людское, ни гоблинское. — О. — Гермиона опустила взгляд, задумавшись. Может, Флёр и права, но… — Тогда почему они наказывают себя, если делают что-то "неправильно"? — Ах. Эта традиция — не самая хорошая. Но эльфов Хогвартса никто не заставляет причинять себе вред, верно? Неохотно Гермиона покачала головой. Она вовсе не хотела проявлять недовольство, но, казалось, сама Флёр вытягивала из неё эти эмоции и реакции. Флёр закрыла глаза на мгновение — и книга возникла перед ней. Она протянула её Гермионе. — Возможно, это тебе поможет. Удачи, мне пора возвращаться к учёбе. Гермиона взглянула на обложку: «Домовые эльфы: забота, честь и работа». Она пролистала книгу — и поняла, что это именно то, что ей было нужно. Гермиона вновь посмотрела туда, где стояла Флёр… и задумалась, не слишком ли... Она резко пресекла эту мысль и вернулась за стол, чтобы начать читать.

***

Флёр с высоко поднятой головой шла по коридорам Хогвартса в Большой зал на ужин. Похоже, слухи о её партнёрше по балу распространились быстро, потому что больше никто из студентов не приставал к ней. Вместо этого они стояли у стены и сплетничали. Ей было все равно. Её друзья сидели за столом Когтеврана, и они освободили для неё место на невероятно длинной скамье. — Что это за слух о твоей спутнице на бал? — спросила Амира по-французски. Флёр усмехнулась, заметив, как все остальные уставились на неё. — Увы, на этот раз слухи правдивы. Я действительно пригласила Гермиону Грейнджер. — Та, что с Гарри Поттером? — Александр повернулся и посмотрел на стол Гриффиндора. — Она там, уткнулась в книгу. — Похоже на одну из твоих, — прокомментировала Мари. — Да, это так, — сказала Флёр. — Она интересуется домашними эльфами. В библиотеке Хогвартса, конечно, этого нет. — Конечно, — повторила Амира, закатывая глаза. — А теперь ешь, Флёр. Из-за всего этого бала я проголодалась. У Флёр был приятный ужин, но, к сожалению, Гермиона Грейнджер прервала его в самый неподходящий момент. Амира усмехнулась и отодвинулась, чтобы освободить место для Гермионы. — Добро пожаловать, — сказала Амира. — Привет, — коротко ответила Гермиона, но её взгляд оставался прикован к Флёр. — Они мне не верят. Флёр оглянулась на Гарри Поттера и его друзей. — Во что они не верят? — Что ты пригласила меня на бал. Флёр улыбнулась. — Ах, но я же это сделала. Гермиона нахмурилась. Её магия ощутимо волновала воздух — приятно покалывая кожу Флёр. — Рон думает, что я просто хочу привлечь внимание. Что ни ты, ни я не могли бы пойти с другой девушкой. У Амиры от изумления подскочили брови: — Этот Рон — твой друг? — спросила она с явным ужасом. Гермиона быстро взглянула на Амиру. — О, он… я… Губы Флёр слегка сжались. Было ясно, что Гермиона испытывает какие-то чувства к Рону. — Он оскорбил тебя из-за твоего происхождения? Мелькнувший взгляд Гермионы был достаточным ответом. — Садись, — сказала Флёр, сама подвинувшись. — Мы как раз едим сыр. — Но в Хогвартсе не подают сырное ассорти, — тут же возразила Гермиона, не отрывая взгляда от стола. — Теперь подают, — невозмутимо произнесла Флёр. — Домовые эльфы с радостью готовят её, — добавила Амира. — Несправедливо, если мы не можем есть еду, к которой привыкли дома. Гермиона оглянулась, а затем осторожно села между Флёр и Амирой. — Они действительно согласны? — спросила она. Флёр позволила Амире ответить, а сама тем временем собрала сыр и крекеры — и для себя, и для Гермионы. Флёр позволила себе лёгкую улыбку, когда Гермиона рассеянно взяла у неё еду, полностью поглощённая разговором с Амирой. Мари и Александр, сидевшие напротив, одинаково ухмыльнулись. — Я не знал, что ты можешь подавать еду кому-то, кроме своей сестры, — сказал Александр. Он многозначительно посмотрел на Гермиону. — Но я понимаю почему. — Ой, заткнись, — добродушно сказала Флёр. Флёр была крайне удивлена, когда, даже после окончания ужина, Гермиона продолжала идти с ними, продолжая разговор с Амирой, хотя они уже перешли на другие темы, не связанные с домашними эльфами. Она наконец-то поняла это, только когда они подошли к дверям одного из экипажей. — Эм… мне вообще можно сюда заходить? — спросила она. — Почему бы и нет? — удивилась Флёр. — Ну же, — сказала Мари, придерживая дверь. — Не впускай холод. Флёр слегка подтолкнула Гермиону, и та, сдавшись, вошла. Внутри кареты были значительно расширены за счёт волшебного пространства. Сразу за входом располагалось фойе в кремовых, золотых и белых тонах. На первом этаже находились общие помещения, а на втором, по широкой лестнице, располагались их комнаты. Глаза Гермионы расширились: — Как всё это вообще помещается? Как абраксаны вообще всё это перевозят? — Это ничто, — сказала Флёр. — В Шармбатоне всё намного грандиознее. — Шармбатон — это её базовый стандарт, — сказал Александр, подмигивая Гермионе. — Вот почему она так много жалуется, бла-бла-бла. — Мне нужно вернуться в общежитие, — нерешительно сказала Гермиона. — Ты всегда можешь остаться, — заметила Флёр. — Хотя, возможно, слишком рано приглашать тебя к себе в комнату. Друзья Флёр фыркнули, а Гермиона нахмурилась. Флёр уступила: — Хорошо, я провожу тебя. Мы можем поговорить наедине по дороге. Гермиона кивнула, они попрощались с друзьями Флёр и вышли в холодную ночь. Когда Флёр взглянула на Гермиону, пока они шли обратно в замок, она увидела противоречивое выражение на лице Гермионы. — Говори свободно, — предложила Флёр. — Мы вдвоём. Не нужно играть на публику. Ты ведь не любишь меня, так что можешь не щадить мои чувства. — Если бы ты меня не волновала, я бы не могла задеть твои чувства, — пробормотала Гермиона. — А это умение требует лет практики, — сухо заметила Флёр. — Тебе повезло — ты можешь прятаться в книгах. Гермиона зло посмотрела: — Я не тупая! Я знаю, что обо мне говорят. Мои зубы, мои волосы, моя кожа, моя кровь — я. Флёр мрачно кивнула. Это были не те же слова, что говорили ей, но в них была та же самая злоба, та же подлая насмешка. — Скорее всего, тебе придётся слышать это всю жизнь. — И я это прекрасно знаю! — выплюнула Гермиона, затем вздохнула, пытаясь успокоиться. — Рон просто не понимает. Ну, Малфой издевается над его рыжими волосами — но это касается только его. Не все такие. Флёр снова кивнула. — Говорят, что если бы мужчина прошёл один день в обуви женщины, он бы понял. Но это не так. Эти боли не так очевидны, как огненный шар — они как иголки, что колют твою кожу, пока от неё ничего не останется. — Но людям нравишься ты. Флёр фыркнула: — О да, им нравится пялиться на меня и мечтать, пока я не скажу "нет". С тех пор, как я пригласила тебя — попыток стало меньше. За это я благодарна. Гермиона нахмурилась и покачала головой. Флёр дала ей возможность подумать в тишине. В любом случае, они приближались к башне Гриффиндора, и Флёр предпочитала разговаривать наедине. — За две недели до бала, — сказала Флёр. — Мы отправимся искать подходящие мантии. Гермиона рассеянно кивнула, и Флёр попрощалась с ней и ушла, прежде чем та успела услышать их пароль, потому что это было бы несправедливо. Гермиона была очень яркой ведьмой, подумала Флёр. Даже сильной. Через несколько лет её могли бы выбрать чемпионом Хогвартса — в ней была толика безжалостности, которую Флёр могла уважать. Если бы Гермиона была ученицей Шармбатона, возможно, они даже могли бы… встречаться по-настоящему. Флёр чуть не споткнулась. Откуда вообще взялась эта мысль? Она решительно тряхнула головой. Всё это — разговоры друзей о свиданиях — путают ей разум, когда он ей нужен ясным.

***

Гермиона не понимала Флёр. Я просто не понимаю других девушек, — подумала она про себя, хотя и слышала в своей голове звон лжи. Она поморщилась. Она считала Флёр глупой и высокомерной из-за её внешности. Но Флёр понимала. Флёр не вздрогнула, когда Гермиона заговорила о справедливости и неравенстве. И Рон всё ещё злился на неё за то, что Флёр пригласила её на бал. Злился на неё за то, что она согласилась, а значит, была… Я не лесбиянка, — хотела сказать Гермиона, но слова застряли у неё в горле. Потому что она вдруг поняла: думала ли она когда-нибудь об этом? Или она просто предполагала, что она натуралка? Она заметила, как Гарри тоже вздрогнул от слов Рона, и как пытался — по-своему — прекратить ссору. Но Гермиона не собиралась отступать. И это привело к тому, что она стала проводить ещё больше времени с Флёр и её друзьями. Было так приятно на самом деле поговорить с ними, провести время с людьми, которые знали больше и были готовы отвечать на её вопросы. Гермиона знала, что это разозлит Рона и сделает его ещё более угрюмым. Она знала, что Рон воспринял это как предательство. Но будь она проклята, если не чувствовала себя свободной от необходимости спорить с ним, от необходимости делать за него его школьные задания — ну почти. А ещё там был Гарри, застрявший между ними. И вот он сейчас появляется из-под мантии-невидимки прямо перед Гермионой. — Гарри, — поздоровалась Гермиона. — Привет, — сказал Гарри, бледный и виноватый. Гермиона вздохнула. — Рон ведь не знает, что ты здесь, да? Гарри слабо улыбнулся. — Это так очевидно? Гермиона хмыкнула и похлопала по скамейке рядом: — Я никому не скажу, если и ты не скажешь. У Гарри поднялись брови: — ...Хорошо, — наконец сказал он. — Как там Рон? Гарри пожал плечами. — Он. Ну. Ему это не нравится. Мало того, что я один из чемпионов. А ты ещё и встречаешься с Флёр? — Может, ему стоит перестать сравнивать себя с другими и начать вести себя лучше! — отрезала Гермиона. Гарри поморщился, и Гермиона мысленно отругала себя. Она знала, как сильно Гарри ненавидел ссоры между друзьями. — И… — в голосе Гарри послышалась запинка, и Гермиона посмотрела на него, но Гарри отвёл взгляд. — Да? — Подсказала Гермиона. В одно дыхание Гарри выпалил: — Рон всё ещё не верит. Он думает, что ни Флёр, ни ты — не можете быть… лесбиянками. Гермиона скривилась: — Я думаю, Флёр — бисексуалка. Она как-то сказала, что ей нравился Билл. Ей вообще нравятся длинные волосы — и на мужчинах, и на женщинах. Гарри пискнул: — Оу? Ну… Рону лучше об этом не говорить. — У меня полное право ткнуть его этим в лицо, — мрачно пробормотала Гермиона. Гарри шумно выдохнул. — Итак. Флёр бисексуальна. Гермиона кивнула. — А ты…? Гермиона поморщилась, проклиная себя. Что она могла сказать? — Как ты поняла? — Гарри уже тише спросил. — Если бы ты сказала, что идёшь с одним из чемпионов Турнира, я бы подумал на Крама. Вы же вместе читаете. — Но Флёр спорит по поводу прочитанного, — призналась Гермиона. — Флёр обсуждает, и её друзья тоже. И с ними я чувствую себя в безопасности. На равных. А про домовых эльфов я не могу даже упомянуть, чтобы ты или Рон меня не высмеяли. — О. Я… прости. — Гарри пошевелил пальцами, его взгляд стал отстранённым, а губы слегка сжались. Гермиона прищурилась, заметив несвойственную Гарри покорность. — О чём ты думаешь? — Некоторые… придурки, — буркнул он. Гермиона приподняла брови. — Ты хочешь... поговорить об этом? — Нет, — коротко ответил Гарри — Ты уже выбрал пару для бала? Лицо Гарри помрачнело. — Пока нет. Малфой продолжает меня дразнить. — Может, тебе стоит просто спросить его. Независимо от его ответа, держу пари, его лицо будет комичным. Гарри передёрнулся: — Можно мы поговорим о чём-то другом? Пожалуйста. Хоть о школьных заданиях? — Ты точно этого хочешь? — усомнилась Гермиона. — С Роном было странно. Он всё время говорит о Флёр... если только не о квиддиче и Краме. А ты общаешься и с Флёр, и с Виктором. — Он ревнует, — сказала Гермиона, ухмыляясь. — Так ему и надо. Если бы он не был таким идиотом, я бы даже познакомила его с Виктором. Гарри ухмыльнулся. — Мне стоит ему об этом сказать? Гермиона пожала плечами. — Тебе решать. Гарри задумчиво промычал: — Я бы хотел просто быть другом Рону. Это было бы проще. Но тогда все подумают, что мы встречаемся, а Рон этого терпеть не может. Хватает слухов в «Пророке»... Он съёжился. Гермиона приподняла брови. Она подозревала, что... Она положила руку на плечо Гарри. — Что бы ты ни сделал, я тебя поддержу. — Спасибо, Гермиона, — улыбнулся Гарри, немного расслабляясь. — И я надеюсь, что у вас с Флёр всё получится. У Гермионы сжалось сердце: — Да… спасибо. Теперь уже ей самой захотелось сменить тему — и Гарри был не против.

***

Флёр чувствовала, что чего-то не хватает... и она знала, чего именно. Гермиона вернулась за гриффиндорский стол к своим друзьям, с которыми она помирилась. — Ты скучаешь по ней, — ухмыльнулась Амира. — С чего бы? — лукаво ответила Флёр. — Она здесь. Я рада, что она больше не в ссоре со своими друзьями. — Угу, — Амира не была в этом уверена. — Ах, какое горе! — воскликнул Александр с преувеличенным пафосом. — Наша Флёр ревнует! Неужели ты вдруг стала как мы, простые смертные? — Тебе лучше быть осторожнее, — сказала Мари, оглядывая стол Рейвенкло. — Этот Роджер Дэвис может воспользоваться случаем. Флёр рассмеялась. — Он безобиден и любезен. С ним можно поговорить, у него есть ум. Амира фыркнула. — Но всё же не такой умный, как Гермиона, — лукаво сказала она. — О, Гермиона, что ты думаешь о драконах? Что ты думаешь о феях? Ты читала эту книгу, Гермиона? — передразнил Александр. Флёр пнула его под столом. — Она даже пытается учить французский, — сказала Амира. — Похоже, нам стоит предоставить вам немного уединения, — мечтательно сказала Мари. Флёр взяла себя в руки. — Мне не нужны ваши интриги. Амира подмигнула. — Не волнуйся, вы ведь и так поедете на личную встречу в выходные, разве нет? — Чтобы выбрать мантии, — строго сказала Флёр. — Мы не собираемся жениться тайно. — А я разве про свадьбу что-то сказала? — с невинным видом улыбнулась Амира. — Ой, заткнись, — проворчала Флёр. — Лучше не говори об этом моей матери. — Она взглянула туда, где сидела Гермиона. Случайно Гермиона посмотрела на неё, и Флёр рефлекторно улыбнулась, испытав облегчение, когда Гермиона улыбнулась в ответ. — Ах, юная любовь… — театрально вздохнул Александр. — Я старше тебя, — чопорно сказала Флёр и демонстративно продолжила есть свой ужин.

***

Гермиона заставила себя выпрямиться, когда портключ выбросил их с Флёр на какой-то незнакомой площади в какой-то незнакомой стране, и всё из-за того, что Флёр хотела подходящие мантии для Святочного бала. Это была определённо не Англия, куда они прибыли. Это была даже не Франция, как подозревала Гермиона, а какая-то другая европейская страна. Флёр привела их прямо в узкий магазинчик на одной из старых улиц. Ей потребовалось всего мгновение, чтобы привыкнуть к свету и увидеть, что здесь так много разных вечерних нарядов и даже костюмов и смокингов, и Гермиона заставила себя лишь мельком взглянуть на них. К ним подошла ведьма по имени Елена, и Гермиона инстинктивно отступила назад, дав ей и Флёр обсудить, что требуется. — Я думала об этих, — сказала Флёр, привлекая внимание Гермионы и указывая на стопку вечерних нарядов. Гермиона невольно нахмурилась, ей не нравились эти складки и рюши. Флёр приподняла бровь: — Значит, не подойдут. Нет смысла, если тебе будет некомфортно. Тогда, может… Она и Елена снова заговорили на незнакомом языке, и Гермиона очень подозрительно посмотрела, когда Елена радостно хлопнула в ладоши и заулыбалась. — Момент, — сказала она. — У меня есть идеальный вариант. Наденьте это — я создам макет. Гермиона коротко кивнула и пошла переодеваться в простую блузку, брюки и туфли в отдельной примерочной. Елена поставила их обеих перед большим зеркалом и взмахнула палочкой. Одежда начала трансформироваться и превратилась во что-то большее... Гермиона уставилась на себя в зеркало: на сине-серую мантию, на её складки, на чёткие линии и V-образный вырез на груди, на белоснежную рубашку, застёгнутую до шеи. А под ней — брюки и ботинки. Рядом, горделиво выпрямившись и сияя улыбкой, стояла Флёр. Её тёмно-синяя верхняя мантия с роскошными развевающимися полами открывала более светлый серо-голубой наряд, чей подол струился до самых пят. — Хорошо, хорошо, — широко улыбнулась Елена. Она подошла и стала поправлять их, меняя то одно, то другое. — Нравится? Гермиона кивнула, всё ещё потрясённая. Это ощущалось… правильно, гораздо больше, чем сиреневые платьица, что покупали ей родители. Елена отступила назад и кивнула. — Они будут готовы к вашему балу, мисс Флёр и мисс Гермиона, — сказала она. — Оплата со счёта моей матери, — сказала Флёр. Елена произнесла какое-то заклинание копирования, и преображённая одежда вернулась в своё обычное состояние. Гермиона и Флёр снова превратились в себя прежних. — У нас есть время на обед, — сказала Флёр, когда они вышли из магазина. Улыбнулась Гермионе. — Тебе понравились мантии. — Мои родители думали, что "бал" означает платье, а не мантии, — призналась Гермиона. — А кроме школьной формы, я вообще не знаю, как носить платья. — Эти мантии тебе очень идут, — с нежной улыбкой сказала Флёр. — А когда их сошьют по-настоящему, они будут ещё прекраснее. А теперь… — она протянула руку. — Пойдём обедать. — Да… — Гермиона почувствовала, как у неё сдавило грудь, стало жарко и холодно, и она взяла Флёр за руку, чтобы та вела её. Рядом с Флёр не оставалось времени на размышления. Их беседа текла легко — насыщенная, живая, наполненная историями, спорами, смехом. За обедом Флёр вела уроки истории, а Гермиона — парировала фактами. Иногда это перерастало в настоящую битву случайных фактов, в результате которой обе смеялись. Ближе к вечеру Флёр отвела их в чайную. — Ты знала, что чай — второй по популярности напиток в мире? Первый — вода, конечно, — сказала Гермиона. — А не кофе? — рассмеялась Флёр. — Напиток студентов и усталых рабочих. Около 75% выпитого чая — это чёрный чай. — Она посмотрела на разные сорта чая. — Однако мы в Болгарии, и было бы неправильно уехать без травяного чая. — Я читала, что в некоторых странах есть волшебные чайные ритуалы. — Не во Франции, — сказала Флёр. — Очень жаль, правда. Гермиона рассмеялась. Это было не смешно само по себе, но в присутствии Флёр у неё кружилась голова, и всё, что та говорила, казалось забавным. Флёр быстро улыбнулась, купила два разных вида чая и протянула один из них Гермионе. — Подарок на сегодня. Сердце Гермионы ёкнуло. — О. Тебе действительно не стоило этого делать. — Но я хотела этого, — твёрдо сказала Флёр. Она достала портключ, который должен был привести их домой. — Это был прекрасный день. Гермиона кивнула. — Да. — Она взялась за портключ и задумалась, что произойдёт, если она наклонится… Портключ утащил их прочь. — Я велю доставить мантии прямо в твою комнату, когда их сошьют, — сказала Флёр. — Спасибо. Все остальные слова застряли у Гермионы в горле. Флёр опустила голову. — Увидимся позже? — Ага. Флёр первой повернулась и ушла, оставив Гермиону стоять на месте, прижав пакет с чаем к груди. Все мысли разом пронеслись в её голове, смешались. Если бы Флёр была мальчиком, это выглядело бы очень похоже на свидание. Но. Гермиона достаточно долго общалась с Флёр, чтобы понять, насколько всё это произвольно, и что, возможно, это было свидание. Гарри и Рон, конечно, так думали. Вероятно, так думала вся школа — или школы. Гермиона потёрла лоб. В этом не было логики. Они с Флёр не встречались. Они просто собирались вместе пойти на Святочный бал. И, может быть, Флёр была просто такой милой со всеми своими друзьями. Гермиона много слышала о её сестре Габриэль и о том, как Флёр её обожает. Однако ни одна из этих мыслей не могла успокоить сердце Гермионы. Ей нужно было взглянуть правде в глаза. Правде, которая…

***

Ночь перед Святочным балом пролетела слишком быстро, как показалось Гермионе. Она в последний момент репетировала с Флёр и помогала Гарри и Рону, которые решили пойти как друзья, поскольку единственное, что им нужно было сделать в качестве партнёров, — это открыть бал. Гермиона почти пожалела, что Гарри не пошёл с Малфоем, потому что Малфой, по крайней мере, умел танцевать, а она уже представляла, какой катастрофой обернётся попытка Гарри и Рона потанцевать. — Чёрт возьми, — сказал Рон, широко раскрыв глаза, когда увидел, как Гермиона спускается по лестнице в своих парадных мантиях. — Они намного лучше моих. — Я же предлагал купить тебе новые, — проворчал Гарри, толкнув его в бок. — Ты выглядишь потрясающе, Гермиона. — Спасибо, — сказала она. — Хотя Флёр — лучше. — Ты наша Гермиона, — заявил Рон. — Значит — ты лучше. Гермиона фыркнула и улыбнулась. — Спасибо, Рон. Они втроём направились в Большой зал, где их ждала Флёр. Флёр была права, мантии выглядели даже лучше, чем их преображённые прототипы. Гермиона видела, что все взгляды прикованы к Флёр. В том числе и её собственный взгляд. Флёр улыбнулась: — Гермиона. Гарри. Рон. Она чуть склонилась к Гермионе: — Ты выглядишь блистательно. Надеюсь, вы готовы танцевать — за вами будет наблюдать весь зал. Гарри и Рон побледнели. — Это не... — начал Рон. — Я ненавижу танцевать, — сказал Гарри. — Не волнуйся, — сказала Гермиона. — Всё закончится через несколько минут. Хотя история останется на всю нашу жизнь. Флёр тихо рассмеялась: — Чувствуйте музыку. Вы же игроки в квиддич, верно? Танец — как полёт, только в ритме звука. Танцуйте, как работает команда на поле. Гарри выпрямился, с выражением лица, словно идёт сражаться с драконом на первом задании: — Спасибо, Флёр. — Чемпионы и их партнёры, — сказала МакГонагалл. — Давайте начнём. Гермиона едва успела кивнуть Виктору и его паре, а также Седрику и Чо, прежде чем Флёр утащила её в Большой зал. И в следующие несколько минут в голове Гермионы не было никаких мыслей. Только музыка, танец и Флёр, ведущая её в танце по кругу. Флёр была так близко. Даже ближе, чем на тренировках. Мантии Гермионы придавали ей уверенность. Она чувствовала себя равной Флёр, как никогда раньше. Она чувствовала себя самой собой, и когда танец закончился, она была так благодарна Флёр за то, что та отвела её в сторону, дав Гермионе возможность перевести дух и справиться с головокружительными чувствами. — Ты в порядке? — спросила Флёр, наклонившись к её уху, на фоне громкой музыки и болтовни. Гермиона вздрогнула и облизнула губы, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. — Можно… пойдём куда-нибудь потише? И… наедине? Флёр приподняла бровь: — Разумеется. Если только ты не боишься, что об этом что-то подумают. Гермиона усмехнулась. Подтекст! Поэтому Флёр вышла на улицу к кустам роз, где, к счастью, было пусто и гораздо тише. — Мне понравилось, — сказала Гермиона. — Это было неплохо. — Надеюсь, что нет. Я отличная танцовщица, — лукаво сказала Флёр. — Ты говорила, что хочешь просто избежать мальчиков. Тогда почему — я? — покачала головой Гермиона. — Есть же более красивые девочки. Или даже кто-то из твоих друзей… вроде Гарри или Рона. Флёр скривила губы в лёгкой усмешке: — Я не думала. Видимо, ты произвела на меня большее впечатление, чем мы обе думали. Я даже не спросила — тебя вообще привлекают девушки? — Думаю, да, — поспешно ответила Гермиона, прежде чем успела передумать. — Я думала, что я натуралка, но ты... я, возможно, бисексуальна. Улыбка Флёр стала светлее. — Я заставила тебя осознать? — Не только это, — призналась Гермиона. — Многое. Ты… — Нравишься ли ты мне? — Флёр закатила глаза. — Мои друзья говорят, что я по уши влюблена, хотя я и не дайвер! Гермиона почувствовала, как её охватывает истерический смех. — Мы… все думают, что мы встречаемся последние несколько месяцев. Но мы даже… — Не целовались? — Флёр быстро придвинулась ближе, обвив руки вокруг Гермионы. — Не целовались, — выдохнула Гермиона. Она старалась сохранять спокойствие, пыталась вспомнить всё, что знала о поцелуях. А потом губы Флёр коснулись её губ, и всё, что она представляла — исчезло. Почему они не сделали этого раньше? Флёр чуть отстранилась, глядя ей в глаза: — Ты помнишь, я обещала отвезти тебя в Париж? Может, летом. Это самый романтичный город… если не считать катакомб с мёртвыми под ними. Гермиона, затаив дыхание, рассмеялась. — Я бы не отказалась. Конец.