Вместе до рассвета

Зима долго не держала день, и темнота опустилась стремительно, поглотив тропинки. Морозный воздух обволакивал, заставляя дыхание ложиться тонкими облаками пара, а снежинки - кружиться в свете редких фонарей, словно крошечные огоньки, парящие в воздухе. Ночь казалась зыбкой, как будто реальность здесь, в горах, могла рассыпаться, стоит лишь протянуть руку. Тишина. Лишь редкий хруст снега под ногами да порывы ветра, вылетающие из-за склонов, разрывали безмолвие. Он не просто свистел - он звучал, как чужие голоса, шепчущие что-то забытое, давно ушедшее. Шёпот пробирал до мурашек, цепляясь за сознание, будто кто-то звал. Или это всё же просто ветер? Всё, что было снаружи - холод, ночь, снег, - мгновенно забывалось, стоило переступить порог дома Вашингтонов. Тепло, запах древесины и перегретого алкоголя, слабый свет ламп и раздающийся смех - здесь всегда было уютно, шумно, а иногда и слишком оживлённо. Это была главная точка сборов нашей компании, привычная, проверенная годами. Я прекрасно вписалась в компанию Эмили и Джессики, хотя это казалось неожиданностью даже для меня. Джош тем временем откисал на диване, впав в алкогольное забытье. Мы не были лучшими друзьями, но мне было с ним комфортно. – Лу, правда или действие? – голос Эмили вырвал меня из мыслей. Она прищурилась, ухмыляясь, будто уже знала, что скажу. – Пф, звучит как подготовленный вопрос, который потом припомните, – я скрестила руки, но всё равно выбрала: – Правда. – Хм... трахнула бы Джоша? – Боже, Эм! - возмутилась Сэм, качая головой. Она никогда не поддерживала такие игры, и, признаться, я была ей за это благодарна. – Ты серьёзно? Луна, пойдём лучше поможешь мне убрать. А заодно надо бы найти Ханну. Её предложение стало отличным поводом ретироваться. – Уже бегу! Я быстро покинула комнату, оставляя парней разбираться с подругами, а Эшли - с безнадёжно влюблённым Крисом, которого только недавно оттащили от гостиной. Дом был хорошо отапливаемым, но от каменных стен всё равно веяло прохладой. Я мысленно похвалила себя за тёплые колготки под джинсами. А вот руки всё-таки зябли, несмотря на пушистый свитер цвета тёмного шоколада. Гостиная Вашингтонов всегда выглядела хаотично: ноутбук валяется на столе, кресла расставлены кое-как, плед сполз с дивана на пол. Всё это можно было быстро привести в порядок, чем мы и занялись. К моменту, когда уборка почти подошла к концу, к нам присоединилась Бет. – Ханна у себя в комнате, – сообщила она, облокачиваясь на спинку кресла. Ну и прекрасно. Значит, искать её не придётся. – У меня всё, пойду посижу, – я выдохнула, оглядывая гостиную. Заметив свободное место на диване, которое Джош любезно освободил, свернувшись калачиком, я тут же туда метнулась. – Ну, вроде не мешаю тебе, – пробормотала я, устраиваясь поудобнее. Не ожидала ответа. Но он всё-таки раздался. – Ага.. Ой, блядь. Водички не принесёшь? Голос был сонный, приглушённый диванной подушкой. Я даже подумала, что он просто бредит. Но когда Джош всё же повернулся, приподнял голову и добавил с почти детской просьбой в голосе: – Пожалуйста? Я приподняла бровь. – Может, лучше чая? Крепкого? Быстрее в себя придёшь, бедолага. Джош изобразил умирающую мину, прикрыв глаза. – Лу, неси то, что сможешь, – слабо махнул рукой. - Ты моя последняя надежда. Какая драма. Я усмехнулась, покачала головой и поднялась. – Окей, жди тут. И ушла за чаем. Я нехотя поднялась с нагретого дивана, бросив последний взгляд на Джоша, который окончательно слился с подушками, и направилась в сторону кухни. Тёплый воздух гостиной медленно отпускал, уступая место прохладным, слабо освещённым коридорам. Кухня была недалеко, и, перешагнув порог, я тут же начала скользить взглядом по полкам, выискивая нужные вещи. Глухая тишина этого места действовала умиротворяюще, особенно на фоне гомона из гостиной. Мои пальцы потянулись к тяжёлому чайнику с блеклым, но всё ещё изящным узором. Его поверхность хранила тепло ладоней, словно согревая в ответ. Открывая жестяную банку с чаем, я вдохнула его пряный аромат. Тёмные листья зашуршали под ложкой, выпуская терпкие, землистые нотки, смешанные с чем-то сладковатым. Я улыбнулась, негромко пробормотав: – Всегда так успокаивает этот процесс. Чтоб ты долго жил, Джошуа. – Ого, это тебя так банка забавляет? Я вздрогнула. Крис появился будто из ниоткуда, лениво опершись на дверной косяк. Глаза его были затуманены - парень всё ещё не до конца отошёл от вечеринки, да и шаткость в походке явно намекала, что ему стоило бы наконец лечь обратно. – Тебя ребята ищут, сходи, – сонно передал парень. – Вовремя ты всем нужна, да? Я хмыкнула, мысленно соглашаясь. – Слушай, последи за чайником, я быстро. Не дожидаясь ответа, я уже выскользнула из кухни, оставляя Криса наедине с его мыслями. По пути в гостиную доносились обрывки голосов, но когда я подошла ближе, всё вдруг стихло. Я осторожно приоткрыла дверь. – О Господи, что у вас здесь произошло? Картина перед глазами была... занятной. Вещи разбросаны по полу, кресло завалено на бок, а посреди всего этого хаоса стояла Эмили с видом человека, у которого только что украли покой и рассудок. Майк, вздохнув, коротко объяснил: – Эмили каким-то образом потеряла сумочку в четырёх стенах. Искали всей группой, как чёртов Шерлок Холмс. Забей. На этих словах он без лишних объяснений прошёл мимо меня и вышел из комнаты. Я перевела взгляд на Эшли, которая виновато пожала плечами, как бы извиняясь за ложный вызов. Ну, раз здесь больше ничего не требовалось, я развернулась и поспешила обратно на кухню. К моему удивлению, Крис всё ещё стоял у плиты. – Ты, оказывается, надёжный охранник чайников, – усмехнулась я, подходя ближе. Чайник ещё не вскипел, и, убедившись, что дальше он справится без посторонней помощи, я отправила друга отдыхать. Оставшись одна, я на мгновение замерла, взгляд сам собой уткнулся в окно. Стекло было покрыто тонкими морозными узорами, словно кто-то рисовал на нём тончайшими серебряными линиями. Вне дома царила холодная, хрустальная ночь, полная снега и безмолвия. Ветер всё ещё гулял среди склонов, но теперь, находясь в тепле, я ощущала лишь его далёкий отзвук. Чайник зашипел, вырывая меня из созерцания. Я осторожно залила чайные листья кипятком и посмотрела, как они начинают медленно раскрываться, окрашивая воду в насыщенный янтарный оттенок. Найдя поднос, я быстро собрала всё необходимое - чашку, ложку, небольшую тарелку с печеньем. Но на выходе мой взгляд вдруг зацепился за пластиковый тазик, стоящий в углу. Не особо глубокий, ничем не примечательный... но зная Джоша и его текущий настрой, я решила, что он может пригодиться. Подцепив пластмассовую спасительную ёмкость, я направилась в гостиную, мысленно готовясь к очередной сценке с Джошем. – Надеюсь, ты тут не склеил ласты. Я усмехнулась, подходя к дивану, на котором растянулся Джош. В нашей компании шутки были чем-то само собой разумеющимся, даже когда кто-то выглядел так, будто уже одной ногой в загробной жизни. – Ох, моё спасение близко. Джош, лениво потягиваясь, сел ровнее и принял поднос с чаем. После небольшого отдыха он выглядел чуть лучше, как и Крис, но по их глазам всё ещё можно было прочитать следы недавнего буйного вечера. – Как там ребята? Развлекаются по-взрослому? Комнат у нас много. Глупая улыбка и заигравшие брови выдавали в нём всю суть человека. – Я тебя умоляю, это реально первое, о чём ты подумал. – Да нет, думал спасибо сказать за чай, а тут другое вышло, понимаешь? – Не думаю, что полностью, но достаточно. Я не воспринимала его слова всерьёз. Джош всё ещё путался в мыслях, попеременно делая глотки чая и пытаясь шутить, но несмотря на это, я осталась сидеть рядом. Свет от камина мягко ложился на его лицо, выделяя линии скул и тени под глазами. В комнате становилось всё тише, уютнее, и на мгновение мне показалось, что сейчас самое время для откровений. Но потом мой взгляд упал на злосчастный тазик, который я зачем-то прихватила из кухни. В этом освещении он выглядел особенно нелепо. Бляха, ну и зачем? Я прикинула, что можно незаметно вернуть его на место, и, выждав момент, осторожно поднялась с дивана. – Уже уходишь? Тон Джоша заставил меня остановиться. В его голосе не было ни шутки, ни подначки. Я обернулась, чтобы убедиться, что ничего не путаю. – Хер с той пластмасской, посиди ещё. Совсем недавно он смеялся, рассказывая о конкурсах, которые они с Крисом выиграли на нетрезвую голову. А теперь... теперь он говорил это так, словно боялся снова остаться один. Забыв про ёмкость, я просто задвинула его за спинку дивана и вернулась на место. – Отлично! Ты всегда меня понимаешь, красотка. – Думаешь? Я взглянула на него исподлобья, словно намекая, что сижу тут только потому, что он пьян. Хотя... может, не только поэтому. Я крепко задумалась. Джош, наверное, единственный человек, который мог сделать даже самый обычный разговор интересным. Было в нём что-то особенное - то ли умение слушать, то ли легкость, с которой он заполнял любую паузу. С ним хотелось разговаривать, делиться, чувствовать себя в безопасности. Он всегда был тем, кто поддерживает других. Но кто поддерживал его? – Приём? Джош щёлкнул пальцами перед моим лицом. – Была бы у меня камера, я бы такой мозговой штурм заснял. Я моргнула, возвращаясь в реальность. – Конечно, я так думаю, – он улыбнулся. – Ты как маленькая добрая пчёлка, которая всем пытается помочь и всех понять. Он взмахнул рукой, изображая полёт насекомого. – Ну... спасибо? – Обращайся. Мне без тебя грустно, так что не буду против компании. Он подмигнул, но что-то в его взгляде вдруг изменилось. Я, Сэм и сёстры знали о его сеансах с врачом, но мы верили, что всё идёт в лучшую сторону. И всё же сейчас у меня было стойкое ощущение, что я осталась не просто ради забавного разговора. Чай медленно остывал, а наша беседа становилась всё тише и мягче, переходя на шёпот. Мы растворялись в звуках трескающегося в камине огня, перебирали темы - от нашей шумной компании до школьных будней, которые теперь казались далекими и неважными. Было так спокойно, будто мир сузился до этой комнаты, этого дивана. Я чуть сильнее прислонилась к его плечу, слушая ровное, умиротворяющее дыхание. Почему-то мне хотелось сделать что-то тёплое, искреннее. Может, просто заботливо поцеловать его в щёку. Я долго не думала. Медленно повернувшись, я наклонилась ближе, позволяя губам почти коснуться его скулы. Но в этот момент он тоже повернул голову. Я не успела отстраниться и, прежде чем осознала, что происходит, оказалась прижатой к быльцу дивана. Джош смотрел на меня сверху вниз, его глаза блестели в полумраке. Огонь в камине или что-то внутри него самого - я не знала, но этот блеск был чертовски притягательным. – Ты восхитительна. Даже не сосчитать, сколько раз я представлял тебя в кадре. Клянусь, ты будешь главной героиней в моей жизни, Лу. Долгий взгляд говорил обо всём. Я скользнула руками за его шею и медленно потянулась навстречу. Его губы были мягкие, горячие, а чувство доверия никуда не исчезало. Он держался на весу, мышцы напряжены - видно, что едва сдерживал себя. Этот момент мы запомним навсегда. Он был решающим. Я буду рядом, даже в самые сложные дни. Ты один из сильнейших людей, которых я знаю, Джошуа. – Вот сучка. Значит, всё-таки трахнула бы? Эмили громко воскликнула, входя в комнату. Как же вовремя. Вслед за ней зашли остальные ребята. Раздались подбадривающие выкрики, и нам пришлось прийти в себя, усесться ровнее, как ни в чём не бывало. – Да ладно, вам нас не смутить, – рассмеялся Джош, явно сглаживая ситуацию. – Ни о чем не жалеем. И, странное дело... мне стало легко. Настолько, что я тоже засмеялась. Я люблю этих людей. Каждого из них - по-своему, но искренне. Скользнув ладонью по плечу Джоша, я всё же подарила ему лёгкий поцелуй в щёку, после чего поднялась и хлопнула в ладоши: – Пошли на кухню! Нам нужен перекус! Или... ещё одна бутылка сангрии? Гомон друзей разнёсся по гостиной, и ночь продолжилась.