Я — твоя тень

Три часа ночи. Накахара все никак не мог уснуть, думая о том разговоре в столовой и о беседе с Ширасэ после этого. «— Слушай, Чуя, — по пути к их, так называемой базе, начал Буичиро, — а ты уверен, что рассказывать что-то про нашу банду этому новенькому хорошая идея? Я понимаю, вы по сути уже хорошо знакомы, но он тебе не кажется... не знаю, мутным каким-то? Накахара взглянул на друга и слегка закусил губу, он даже не знал насколько Осаму мутный, учитывая его происхождение. — Если признаться честно, то я уверен в этом нем и... даже подумывал позвать его к нам. — К нам? Ты это серьезно?! — парень выглядел, крайне удивлённым и, кажется, даже возмущеным. — А в чем проблема? Ширасэ было уже открыл рот, чтобы высказать что-то резкое и было видно какое титаническое усилие он сделал, чтобы попридержать свой язык, что было довольно странно... Он никогда особо не церемонился в выражениях, да и Чуе это не нужно было, но по какой-то причине он решил сдержать свой нрав. — А знаешь... — все же подал голос парень спустя пару секунд. — Ты прав. Почему бы и нет? Лишние люди нам не помешают. Но только вот мы все знакомы уже довольно давно. Думаешь он действительно сможет легко здесь прижился? — Думаю, что ребята смогут найти с ним общий язык, если узнают его получше. — уверено произнес Накахара, поражаясь тому, как уверенно может слетать подобная ложь с его губ. — Что ж, как скажешь. — пожав плечами, ответил Буичиро.» Чуя сел на кровать и тихо вздознул. Он чувствовал, что ему нужно поговорить с демоном. Не смотря на возможность позвать его прямо к себе, он все же решил подойти к его комнате. — Дазай. — позвал его Чуя шепотом, приоткрывая дверь. Дазай сидел на полу, скрестив ноги, лицом к окну. Лунный свет позволял увидеть его силуэт, и не смотря на то, что он был в человеческом облике, в такой атмосфере от него исходила та самая темная и гнетущая аура, с которой Чуя столкнулся при первой их встрече. — Не спится? — голос демона был ровным и спокойным. — Вроде того. — ответил Чуя, войдя в комнату и закрыв дверь. Он замолчал, не зная, ни что сказать, ни зачем вообще пришел. — А я вновь скучаю. — вдруг снова подал голос Дазай. — Ты знаешь это чувство, Чуя? Когда время тянется бесконечно, и вроде бы у тебя столько возможностей, но в тоже время, все они для тебя кажутся чуждыми и ты пытаешься себя развлечь хоть чем-то, чтоб пережить ещё один день? Он повернул голову. В темноте его глаза вновь горели ярко красными огоньками. Чуя не ответил. — Я уже говорил, что поэтому и пошёл в твою школу. — продолжил Осаму. — Потому что сейчас, это единственное мое развлечение из-за нашего... — он поморщился, будто ему было омерзительно последнее слово. — Контракта. — Я даже не ставил для тебя каких-то жёстких рамок. — начал Накахара. — Хочешь домой в Ад, когда в тебе нет нужды здесь — ступай. Собираешься, — он слегка осекся на следующем слове. — охотиться... скажи об этом и следуй моему указу не убивать обычных граждан. Мы бы могли обсудить ещё какие-то моменты, зачем тебе моя школа? — А зачем тебе я? — Дазай поднялся с пола одним плавным, нечеловеческим движением и повернулся к Накахаре. — Ты сказал, я тебе для чего-то нужен, но ты молчишь для чего конкретно. Хочешь узнать зачем я туда явился? Тогда расскажи то, что скрываешь от меня. Казалось, демону было очень приятно наконец не так сильно следить за своей речью, имея возможность фамильярно обращаться к подростку. Чуя напрягся. Он мог бы просто приказать Дазаю ответить на его вопрос, чем вряд ли бы улучшил их взаимоотношения, да и рано или поздно ему бы все равно пришлось это рассказать, поэтому он решил, что сейчас не самый худший момент обменяться правдой. — Защита. Дазай не понимающе выгул бровь. — Что? — Мне нужна твоя защита. — Дазай хотел было что-то сказать, но Чуя продолжил. — Не только меня, но и моей банды. Дазай сперва просто молча стоял, а после внезапно рассмеялся. — Надо же как забавно. — О чем это ты? — Что ж, раз уж вы наконец поделились столь ценной информацией, разве могу я не ответить на это тем же? — он медленно начал подходить ближе, точно смотря в глаза подростка, вновь переходя на более официальный вариант обращения. — Видите ли, господин, я вижу, как ваши друзья смотрят на вас. Как на инструмент. Мне жаль, что приходится это повторять снова и снова. И я надеялся, что возможно беседа за обедом уже продемонстрировала то, что я хотел донести, но мне уже давно понятно, что человеческие установки в их голове рушатся очень сложно. Поэтому я решил открыть вам глаза, показав их нутро. — Прекращай. — резко произнес Накахара. — Прекращать что? Говорить правду? Увы, господин, но даже ваш приказ не может заставить меня лгать вам. — отвечает демон подходя к Чуе в плотную, от чего подросток ощущал себя загнанным в угол. Словно над ним, как над жертвой свисал голодный хищник, в лапах которого находится его жизнь. Но даже не смотря на такое положение, в глазах Накахары виднелась решимость, а голос был пропитан раздражением и гневом. — Комедию эту ломать перестань! Ты их не знаешь, но пытаешься нас рассорить! — Отнюдь. — с усмешкой произнес Осаму. — Если бы моей целью была лишь ссора в вашем маленьком, овечьей кругу, я бы уже давно это сделал. — Овечьем кругу? — Да, разве ваша группировка не так называется? Овцы или агнцы. Им подходит, только и могут, что блеять, взваливая всю работу на своего короля. — Ты ошибаешься! Ты просто... ничего не понимаешь. — Как раз-таки я все отлично понимаю, — ответил Дазай, прикрывая глаза. — Знаете, в чем заключается именно ваша проблема? Вы боитесь остаться один. Вас страшит даже мысль об одиночестве и вы принимаете за друзей тех, кто и взгляда вашего не стоит, смотря на них сквозь розовую пелену. В комнате снова стало тихо. Чуя не нашёл слов для ответа. Сердце болезненно сжалось, от понимая, что в словах демона есть доля правды — Накахара и впрямь боялся одиночества, но это совсем не связано с тем, о чем они говорят. Демон точно просто пытается перевести тему. — Даже если ты в чем-то и прав, то ты перегибаешь... — говорит Чуя, отводя взгляд в сторону. — Перегибать — это когда палка ломается, Чуя. — голос демона становится подозрительно мягким, а расстояние между слишком неощутимым. Несмотря на то, что в ночной тишине они замечательно друг друга слышат, Дазай наклоняется к уху Накахары, от чего у того что-то сжимается в районе груди, а ладони словно покалывает мелкими иглами. — Я всего лишь гну. Слегка. Чтобы вы увидели трещины, которые уже есть. — Я не прошу тебя их показывать. — сглотнув Чуя упирается рукой в грудь демоны, слегка отстраняя его от себя. — А я не прошу разрешения, — по голосу было ясно, что на чужих губах играла улыбка. — Я действую в твоих интересах. По контракту, между прочим. Чуя наконец поднял голову, их взгляды встретились, несмотря на темноту ночи. — В контракте сказано, что ты обязан выполнять мои приказы. — А также защищать вас от всех угроз. — Мои друзья не угроза. — Да, скорее препятствие. — Хватит! Меня не нужно защищать от тех, кого я знаю лучше, чем ты. Хватит нас ссорить, хватит их в чем-то подозревать, хватит убеждать меня в том, что они какие-то злодеи! — Чуя без особой силы, но ощутимо оттолкнул Дазая, словно пытаясь таким образом восстановить дистанцию между ними, и не только физическую. — Довольно разрушать то, что мне дорого. Демон молчит некоторое время, а после отступает на шаг и слегка кланяется. — Как скажете, господин. — его голос вновь был ровным, в нем не было ни намека на какую-либо эмоцию. — Если это все, то вам бы следовало идти спать, уже довольно поздно.