***
Подле битвы за столицу мира. Оплот справедливости и правды. Скрестили клинки два человека, некогда лучшие друзья, но теперь же злейшие враги. —Судьба покинула нас, раз ты решил пойти против нас войной. Жалкий трус! Мечи дрожали. Небо грохотало от магических снарядов, которые покрывали большую часть объятой огнём территории. Сражение было в самом разгаре. Два некогда великих союза, что клялись честью и справедливостью хранить на свете мир не стало. Каждый возжелал быть истиной, быть судьёй. Тем, кто решает всё. Кому жить, а кому умереть. Кто достоин, а кто нет. —Не расстраивайся так, переживу как-нибудь. —После этих слов, клинки взмахнули вновь. Удар за ударом бились лучшие друзья, которых объединяла, единя цель. Но способы её достижения отличались многократно. Зан-союз людей, веривших в честь и достоинства человека, за которыми не может стоять никакой корысти или злобы. Иль-были времена, когда они тоже верили в людей, но время беспощадно и оно их миновало. Теперь они ничем не отличались от жестоких убийц, которые не остановятся ни перед чем. Артиллерия работала по местам сражения с особой точностью. В пылу битвы мало кто понимал. Кто свой, а кто чужой. Две стороны не отличались жестокостью. Резня проходила без сожалений. В очередной раз оттолкнувшись от земли. Дуэль сместилась в близь других людей. —Потерял хватку, а? Глаза подводят? —Если хотел застать меня врасплох. Нужно было делать это молча. —Для меня честь кричать мой боевой клич, идя в бой. Да и я вовсе не крыса, чтобы в спину нападать. Ты будешь побеждён в честной битве один на один! Один из дуэлянтов ухмылялся, держа в одной руке свободно меч. Другой же стороне меч трясся, словно колос на ветру. Держа его двумя руками с опорой на щит. Тяжело дыша в безумной хватке судьбе. Он пытался отдышаться чтобы сделать рывок. —Весь из себя гордый, а бьешь как девчонка. Дуэлянт на против не среагировал. Разозлить противника не получилось. Он смотрел пренебрежительно на своего оппонента, как на муравья, на которого и обращать внимания не хочется. Снаряд прилетел неподалёку. В мгновение уши заложило. Оппонент, напротив, положив свой меч на плечо и задумался: —По мне, так весь этот конфликт. Он исчерпывающий, понимаешь? Но ты слишком высокого мнения о себе. Опыта не хватит. —Слова от бездушного тирана ничего не стоят ничего. —Слишком грубого для бывшего друга, хотя может для тебя это было нормой всегда, а я просто закрывал глаза? Подходящего времени не найти. Попытавшись сократить дистанцию, воин в тяжёлых доспехах попытался ударить сверху мечом, затем своим щитом ударить по ногам, дезориентировав своего противника для фатального удара. —Слишком медленно. Удар по голове был заблокировать и моментально последов контрудар, после которого, человек в тяжёлых латах упал. Противник не собирался мешкать и тут же среагировал, попытавшись проткнуть своего оппонента насквозь, но тот сделал кувырок назад и встал на ноги. —Даже судьбу свою принять достойно не можешь. Численность армий стремительно сокращалось. Трюки разных стороны исчерпали себя. Союз Зан проигрывал и проигрывал стремительно. Возможность контрудара отсутствовала, отступать некуда, за ними столица. —Как же так у вас вышло то? Ни опыта, ни знаний. —Есть люди, куда влиятельнее нас. Они из-под тени решают судьбу мира, а ты продолжаешь жить в своих иллюзиях доброты и милосердия. Ой, мне даже тошно стало от таких слов. Собрав силы в единый порыв, мечники атаковали друг друга вновь. Без поддавков, по-настоящему. Иль теснила Зан, когда-то лучших друзей, теперь же злейших врагов. На острие меча, сломив своего противника к сопротивлению. Не предусмотрев лишь одного. Надежды, волю к жизни, самопожертвование. Отразив очередную атаку, мечник приложил дюжину силы на удар меча, который оппонент уже не сможет заблокировать. Сил у него было не много. Меч вот-вот коснётся головы. —Даже, если не выживу, заберу тебя с собой! —Ошибочка. Ты уйдёшь один. Грохот шума, магии и метала вместе взятых. Оглушали своим шумом всё вокруг. Одного не предусмотрел, осторожности. Удар в спину был вполне ожидаем, но в пылу сражения о таком не думается. Желание задавить своего противника чистой силой была фатальной ошибкой. Ошибкой в ценою жизнь. Удар в спину, точнее в шею. Клинок вонзился непринуждённо и легко. Тут же отпустив своего врага, латник отступил на несколько шагов назад. Огромный меч и щит упали, издавая звук металла, но этого никто не слышал. Схватившись за свою шею. За клинок, что был вонзён со спины. Тёплая струйка крови катилась внутрь доспехов. А состояние ухудшалось с каждой секундой. Упав на колени, без сил и воли к сопротивлению. Он посмотрел на него. Сил посмотреть назад, на человека, который вонзил решающий клинок уже, не было. Захлёбываясь собственной кровью, в потугах боли. Противник встал, отряхнул в свою очередь свои доспехи. Смотрел на противника с презрением и ненавистью. Не человеческой злобой, как на ничтожество. —Я же говорил тебе, уйдёшь один. —Почему? —Смотря прямо в глаза спросил латник, уже без меча и щита. Тот же ничего не ответил. Он просто ушёл. Вот так и заканчивают герои, на одре предательства, измен. Опустив свою голову, латник подумал об одной вещи. Он обманул её. Он предал её. С этими мыслями он закрыл глаза. Бой ещё шёл, но крики затихали. Он уже не слышал. Сидя на коленях. Он бросил её одну, со всем одну.***
Стоя на крепостной стене столицы Римволя, девушка в чёрном устремила свой взгляд в даль. Силы Иль подходили к замку. Внушительная армада армии внушала страх и ужас каждому, кто мог наблюдать сие действие в живую и даже так. Девушка не колебалась, смотря вдаль. Она не выражала ничего. Городская стража вся была у ворот для защиты города. Ни стрелков, ни артиллерии. Девушка была одна на стене. Люди все закрылись в своих домах, никто не смел выходить наружу. Все молились богу, многие молились разным богам. Их можно было понять, столько людей погибло ни по чём зря. Ближе и ближе приближалась погибель. Она знал, что не пощадят никого и ничего. Этот поход изначально был на полное уничтожение без возможности капитуляции и все об этом прекрасно знали. Наступил момент, когда враг запустил горящие камни на стену. Ей не было страшно. Множество снарядом. Один за другим летели и могли задеть её одним ударом и её бы не стало, но не задевало. Для неё время было ничем, оно перестало существовать. Всё стало чёрно-серым и не имело смысла. А само время тянулось как расплавленный сыр. На душе было больно, была пустота. Снаряды продолжали лететь, и стена начала давать трещину. Ей было всё равно на её дальнейшую жизнь. Она потеряла всех, кто ей был дорог. Чувства и эмоции покинули её. Вот так бы и закончилось бы всё, в одночасье. Но сквозь душераздирающую боль она произнесла: —А ты ведь обещал…