Мент Эквестрии.

Я кое-как смог собрать мысли в кучу и успокоиться. Эта… крылатая лошадь с хером на макушке умудряется управлять местным Солнцем!!! Сраной звездой!!! И это был не поворот планеты вокруг своей оси, а движение именно Солнца!!! Чёрт! Ладно, я спокоен, я спокоен. Во всяком случае, не смотря на шок от открывшегося бреда законов местного мироздания, я спокойно поужинал в компании местной правительницы и её ученицы. Спасибо местным поварам за то, что они хранят запас мяса для послов хищных рас этого мира. А ещё за их мастерство. Я на самом деле насладился вкусом бифштекса во фритюре, не смотря на неоднозначную реакцию на мой аппетит со стороны ученицы принцессы. Казалось, что она позеленела настолько, что слилась по цвету с листьями салата, который подали ей. Да, воспоминания о сочном, нежном мясе, чей великолепный вкус оттеняли мягкий вкус гарнира и терпкое вино, поданное к столу, радует меня до сих пор, хотя прошло уже несколько дней. Всё это время происходили два процесса: подготовка к показательному суду и поиски в местных архивах каких-нибудь зацепок на счёт путешествий между мирами и контактов пони с людьми. Пока результатов по второму вопросу не появилось. – Всем встать, суд идёт. – объявил секретарь суда, когда в помещение вошла принцесса. Когда она села на своё место судьи, все присутствующие так же сели. – Рассматривается дело: Эквестрия и населяющие её народы против грифона Экзо Улрикса. – начала говорить Селестия. – Сторона обвинения, ваше слово. – Благодарю, ваше высочество. – встал и поклонился белый единорог с серебристой гривой, одетый в пиджак. – Экзо Улрикс обвиняется в следующих преступлениях против Эквестрии и населяющих её народов: множественные акты похищения, нанесение тяжких телесных повреждений, вплоть до поведших за собой ограничения трудоспособности 1 степени – полная невозможность вести трудовую деятельность, способную принести доход, множественные подтверждённые убийства, вплоть до убийства 1 степени – убийство с особой жестокостью, глумление над трупами, вплоть до зафиксированных актов использования останков с целью производства предметов одежды, а так же особо обозначено обвинение в убийстве представителей разумных видов, населяющих Эквус, с целью их поглощения в пищу. На этот моменте мои кулаки сжались до хруста, пока вокруг меня были слышны звуки сдерживаемых рвотных позывов. – Сторона обвинения, вы закончили? – уточнила протокольно принцесса, не выражая ни мимикой, ни телом никаких эмоций. – Да, ваше высочество, у меня всё. – кивнул жеребец, садясь на своё место. – Сторона защиты, ваше слово. – кивнула Селестия пурпурной пегаске с чёрной гривой. – Благодарю, ваше высочество. – встала она. – Вменяемое стороной обвинения моему клиенту на самом деле ужасно, однако я прибыла сюда для защиты моего клиента от несправедливых обвинений, а потому я, как адвокат обвиняемого, буду скрупулёзно изучать все пункты обвинений, дабы поставить под сомнение их истинность и опровергнуть, если это будет возможно. У меня всё, ваше высочество. – Сторона обвинения, какие у вас есть аргументы в пользу ваших обвинений? – Повернулась к единорогу принцесса. – Множественные улики, указывающие на виновность Экзо. – сказал он, а после повернулся к одному из гвардейцев. – Прошу внести в зал улику номер один. Через минуту на демонстрационном столе оказалась коробка, которую открыли и продемонстрировали… перчатки и маску, сделанные из шкуры пони. – Обратите внимание: при задержании обвиняемого силами правопорядка, у того были изъяты данные, с позволения сказать, предметы гардероба. Экспертиза показала, что данные перчатки и маска были сделаны из шкуры с передних копыт и скальпа одного пони, к несчастью, установить его личность не удалось, известно только, что это был пегас-жеребец ориентировочно двадцати-двадцати пяти лет. Смерть «источника материала», если так можно выразиться, произошла от трёх месяцев назад до года, более точно установить дату создания данных предметов и, следовательно, смерти пошедшего на них пегаса установить невозможно по причине того, что при дублении шкуры были использованы некоторые специфические компоненты, затрудняющие более точную датировку смерти. Эти улики подтверждают обвинения в убийстве и глумлении над телами, оба эпизода – первой степени. – Протестую! – вскочила пегаска-адвокат. – Данные улики не могут служить доказательствами убийства и глумления! – К порядку! – стукнула молотком Селестия. – Выкрики с места не приветствуются. – Извиняюсь. – села на место кобыла. – Сторона обвинения, у вас всё или желаете продолжить? – обратилась к единорогу Селестия. – По поводу данной улики – всё. Я дам защите возможность высказать протест. – ответил ей тот. – Сторона защиты, ваше слово. – перевела взгляд на пегаску принцесса. – Благодарю. – кивнула та и встала. – Прошу обратить внимание на то, что данные предметы не могут служить доказательством даже глумления над трупом, и уж тем более – доказательством убийства. Мы не знаем, как были созданы данные… предметы одежды, вполне возможно, что мой подзащитный приобрёл эти вещи у тех, кто на самом деле убил неустановленного пегаса и использовал шкуру с его копыт и скальп в создании данных предметов. Данная улика является более чем косвенной, и всё, что можно вменить моему подзащитному – так это только неуважение к останкам, а это влечёт за собой даже не уголовное, а административное преследование и карается лишь штрафом, сумму которого устанавливает суд. – У защиты всё? – Всё, ваше высочество. – села пегаска. – Сторона обвинения, вам слово. – Благодарю. Сторона защиты, конечно же, права в том, что данная улика может считаться только косвенной, однако если присовокупить к ней еще некоторые улики, то картина меняется. После он обратился к одному из стражников, тот снова ушёл и внёс ещё одну коробку. – Прошу засвидетельствовать. – указал единорог на содержимое коробки. – Тут у нас заключение специалистов о том, какие материалы были использованы для дубления и консервации шкуры, а тут другое заключение, которое указывает на то, что среди изъятых образцов химикатов и компонентов, обнаруженных у обвиняемого, числятся точно те же химические и алхимические соединения, что были использованы при изготовлении этих перчаток и маски. Это свидетельствует о том, что обвиняемый самостоятельно создал данные предметы одежды. – Сторона защиты? – По сути, это так же не является доказательством, так как нет гарантий, что данные компоненты не были просто приобретены подсудимым для иных алхимических манипуляций. Данные компоненты весьма распространены, их можно найти во многих мастерских швей и портных, даже во многих школьных лабораториях по всей стране. – Сторона обвинения? – Это весьма справедливое замечание, однако в заключении специалистов сказано, что использовались именно эти образцы. Как минимум, они были приготовлены одной партией, как максимум, использовались именно эти образцы. – Сторона защиты? – Я воздержусь. – Улики к сведению приняты. – провозгласила принцесса. – Перейдём к обсуждению следующего эпизода… И так продолжалось на протяжении нескольких часов. Обвинение демонстрировало всё новые и новые улики, защита пыталась их опровергнуть, но без огонька, подсудимый, сидя в клетке, казалось, не обращал внимания на происходящее. И вот, наконец, начали вызывать свидетелей. Среди них были освобождённые нами пленники, мои компаньоны и прочие, но, наконец, вызвали меня. – Свидетель, представьтесь. – велела Селестия. – Сергей Котов, майор Министерства Внутренних Дел Российской Федерации, шериф города Эппллузы. – Клянётесь ли вы говорить правду, только правду и ничего, кроме правды? – Клянусь. – Вы участвовали в задержании подсудимого? – обратился ко мне единорог. – Так точно. Подсудимый был задержан мной и ранее выступавшими свидетелями. – Что послужило причиной… данного задержания? – В городе, где я служил, были выявлены множественные эпизоды пропаж туристов. Было произведено расследование, которое указало на подсудимого, как на основного подозреваемого. Материалы расследования, как и мой рапорт, приобщены к делу. – Скажите, как вы вышли на подсудимого в ходе расследования? – Это произошло практически случайно. – ответил я. – Изначально предполагалось, что похититель является пегасом… – Как это было установлено? – вмешалась защита. – К порядку! – Ваше высочество, с вашего позволения, я отвечу. – сказал я. – Оно у вас есть, отвечайте. – Дело в том, что подсудимый напал на меня с целью похищения. Была ночь, освещения не было. В темноте я смог увидеть передние копыта и морду пони, как позже выяснилось, это были перчатки и маска, которые все вы уже видели. Позже… Меня еще долго допрашивали, я практически пересказал всё, что было мне известно. Восстановил всё расследование пошагово, пересказал полностью эпизод задержания и прочие моменты, так что когда от меня отстали, я уже выдохся и хотел смочить пересохшее горло. – Суд удаляется на совещание. – провозгласил секретарь, после чего многие присяжные и принцесса вышли. Я же отправился попить. Когда я вернулся, я сел на своё место и принялся ждать, сверля взглядом ухмыляющегося подонка в клетке для подсудимых. Не нравилась мне эта самоуверенная ухмылка, ох, не нравилась! Наконец, Селестия и присяжные вернулись, расселись по местам и должен был прозвучать приговор. – Согласно показаниям свидетелей и обращая внимание на предоставленные обвинением улики, суд постановил: Экзо Улрикс, вы признаётесь виновным по всем эпизодам, вменяемым вам в вину. По совокупности преступлений и учитывая отягчающие их факторы вы проговариваетесь к смертной казни через декапитацию. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Звук удара молотка о подложку совпал со звуком распахиваемой двери клетки, из которой вырвался грифон. Он бросился на принцессу, схватил её за горло и приставил к сонной артерии на её шее когти передней свободной лапы. – Все назад, травоядные унтербестии! Или я вскрою глотку вашей принцессе! Как пистолет оказался в моей руке я не заметил. Как он поднялся к глазам я тоже не помню, зато помню то приятное ощущение от того, как я спустил курок. Пуля вышибла грифону мозги, проделав в его черепе аккуратное девятимиллиметровое отверстие на входе и проломив безобразную дыру на выходе. – Собаке – собачья смерть. – Хмуро произнёс я, убирая пистолет обратно в кобуру.