Четырнадцать миллионов шестьсот шесть

Даже сталь его нового костюма, созданного самим Тони Старком, не спасает его от жуткой агонии. Камни бесконечности жгут ему руки, но Человек-паук отказывается выпускать их из рук. Не мог. Не хотел. Почему Тони Старк должен умереть? Почему? Почему из нескольких миллионов сценариев выигрышным оказался лишь один? Это проклятое число намертво отпечаталось в его памяти, всплывало каждый раз, когда мир расплывался, разрушался перед глазами. Каждый раз, когда на какое-то мгновение он погружался в абсолютную темноту. Как насмешливая передышка перед очередным перезапуском.

***

Питер помнит эту боль. Помнит крепкую хватку на себе и отчаянный взгляд Старка. Помнит всепоглощающий страх перед смертью, когда тело начало рассыпаться в прах, несмотря на попытки мутировавшей регенерации удержать его цельным. Мир померк. Питер уверен, что погиб, рассыпался и развеялся в холодном едком ветре. Навсегда исчез с истории человечества, оставшись незначительной пылью под ногами, не став кем-то большим. Кем-то, кем гордился бы дядя Бен. Питер осознает это. И открывает глаза в тот самый день, когда это случится. Сначала это казалось кошмаром. Потом стало надеждой. Она ускользала сквозь его пальцы каждый раз, когда он снова умирал и снова открывал глаза. Ему казалось, что это будет длиться вечность. Что раз за разом его попытки сделать хоть что-то обернуться провалом и очередным уничтожением. Но Человек-Паук не мог перестать продолжать. Где-то на седьмом перезапуске Питер подумал, что переживает эти самые четырнадцать миллионов шестьсот пять вариантов событий. Это определенно влияние тех проклятых камней. Но почему только он? Почему как только он пытается заговорить об этом с другими, они смотрят на него так, словно он сошел с ума? Питер считал каждый перезапуск. Даже когда цифра перевалила за десять тысяч, он не переставал считать. Один вариант должен стать выигрышным - именно это держало его на плаву, не давало сойти с ума от бесконечного кошмара и повторяющейся боли. Бесконечные попытки казались бессмысленными, он не мог даже дотянуться до перчатки, но Человек-Паук пытался. Снова и снова. Снова и снова. Снова и снова. Бесконечно повторяющийся день. Разные сценарии. Один итог. Питер Паркер больше не мог. Он мечтал лишь об одном — чтобы это наконец закончилось. Чтобы он перестал раз за разом переживать свою смерть. Желал забыть отчаянный взгляд Тони Старка, забыть это проклятое число. Четырнадцать миллионов шестьсот пять. И только один выигрышный.

***

Нет. Нет-нет-нет… Осознание пронзило его стрелой и он, в неверии и отчаянии, упал на колени. Пеппер Поттс тихо рыдала неподалеку, прижав к себе мертвого Тони Старка. Хриплый всхлип вырвался из его губ, воздуха внезапно стало мало и Питер начал задыхаться. Это был последний перезапуск, ровно четырнадцать миллионов шестьсот пятый вариант событий, предсказанных Доктором Стрэнджем, и он закончился таким образом, окончательно разбив ему сердце. Питеру Паркеру было всего лишь пятнадцать и, несмотря на бесконечный цикл из смертей и возрождений в один и тот же день, он оставался всего лишь подростком с наивной верой в лучшее будущее. Надежда тянула его через эти мучения, заставляла его вставать, бежать, ползать, преодолевать препятствия и каждый перезапуск. Она пустила корни в его сердце, заставляла мечтать о дне, когда титан падет и все выживут. Питер Паркер был всего лишь ребенком. Он не был героем. Человек-паук не мог никого спасти. Шутка ли - за все свои попытки он так и не смог приблизиться к перчатке. А единственным выигрышным исходом оказался тот, где он в очередной раз теряет дорогого себе человека. Они были знакомы так мало, но Питеру было больно, будто бы он снова вернулся в день, когда… Реальность оказалось трагичной и теперь мысли отравляли его расшатанный разум. Если бы ты был быстрее или проворнее. Если бы ты был сильнее, то возможно он был бы жив? Закончилось бы всё иначе или нет? Если бы. Если бы. Если бы. Думать об этом не было смысла, ведь ничего уже не исправить, а мертвого не оживить. Какой прок от твоих сил, если единственное, на что ты способен — это снимать котят с дерева и останавливать горе-грабителей дамских сумочек? Кто-то обнял его за плечи, но Человек-паук даже не успел прочувствовать прикосновение, когда мир снова начал разрушаться. Тьма облепила его со всех сторон и он с ужасом осознал, что это очередной перезапуск проклятого дня.

***

…или нет? Он начался иначе, не так, как обычно. Каждый раз в этом повторяющем кошмаре менялся сюжет и сценарий, но начало — никогда. Когда сознание наконец прояснилось, а Доктор Стрэндж вкратце пролил свет на ситуацию, его переполнили эмоции, и тошнота подступила к горлу. Человек-паук наконец вырвался из этого цикла. Он вернулся спустя пять лет, пережив великий провал человечества невозможное количество раз. Впереди сражался Железный-человек, и Питер устремился к нему. Громила взмахнул ногой, собираясь раздавить противника, но внезапно появившаяся паутина обездвижила его. Человек-паук легким взмахом отправил монстра в полет, тут же помогая Тони встать. Питер хотел рассказать ему так много. Он собирался, ибо Старк должен был знать, но не смог. Крепкие объятия заставили замереть и Питер проглотил свои слова. Глаза защипало, осознание возможного будущего ударило по нему и ему вдруг захотелось обнять его в ответ и никогда не отпускать. Но он не мог — чужие руки соскользнули с него, хрупкий момент воссоединения разбился о суровую реальность, где все еще продолжалась битва за человечество. Человек-паук сражался бок о бок с другими героями, отбросив сомнения. Перчатка наконец оказалась в их руках, остался лишь последний шаг. Рядом мелькнул красный. Питер смотрит на живого Тони Старка. Видит дядю Бена. Он знает, что делать.  Камни бесконечности обладали великой силой, способной творить невозможное. Но и цена за их использование была слишком высокой.  Великая сила — великая ответственность. И Питер Паркер не позволит возложить ее на одного человека, чтобы та раздавила его.  Пока жив Человек-Паук, никто не умрет.  Последний рывок оказался победным — перчатка в его руках, она сливается с его костюмом и Человек-Паук чувствует, как камни расплавляют сталь и впиваются в его кожу. Боль пронзает его тело, но Питер упрямо заставляет себя выпрямиться. Он не может сдаться, не имеет на это права. Чужие крики, обращенные к нему, отходят на второй план, когда он встает один на один с монстром. Человек-паук ни секунды не сомневался в том, что делал, когда отобрал перчатку. Камни искрятся, взгляд Человека-паука горит, когда он смотрит в глаза Таноса.  Щелчок. Эту боль, вероятно, не смог бы вынести ни один мутант, что говорить об обычных людях. Но Человек-паук был упрямым — он все еще крепко стоял на ногах и не собирался пасть от каких-то камней. Всё отошло на второй план, стало так тихо, словно звук в мире внезапно отключили. Голос, прозвучавший в его голове не имел каких-то атрибутов, Человек-паук не мог сравнить его ни с каким другим. По сравнению с человеческим он был похож на ленивый поток сознания. «Кто ты такой?» «Я… Питер Паркер. Я — Человек-Паук.» Тишина длилась не так долго, и в ответ ему был тихий смех. «Пускай. Ты достоин» В конце концов, этот хрупкий человек смог пройти испытание, которое они послали ему ради забавы. — Питер! Питер! — замерший мир наконец начал свой ход. Тони Старк давно раскрыл свой шлем, пытаясь достучаться до Человека-паука, чья сорванная маска валялась где-то у его колен. Но Питер уже не мог ему ответить.

***

Небо заволокло тучами, итак прескверный вторник был испорчен пасмурной погодой. Дождь лил нещадно, усугубляя депрессивное настроение. Тони Старк ненавидел вторники. Война закончилась, и началась реабилитация. Мир едва пришел в себя спустя пять лет после исчезновения половины человечества, и неожиданное возвращение теперь требовало адаптироваться к внезапным поворотам судьбы. В очередной раз. Единственное, что не позволяло Тони спиться и утонуть в море страданий и алкоголе, это наличие любимых жены и дочки. Второстепенными шли прочие проблемы, которые ему нужно было решать в срочном и не очень порядке. И, конечно, Мстители. Он бы хотел, чтобы они потерялись где-то по дороге к базе и никогда больше не беспокоили его. Тони Старк не мог собрать себя. Мир не заканчивал свой ход — время шло всё также и вместе с ним люди находили в себе силы идти дальше. Кроме него. Он снова облажался, снова не смог спасти парня. Вина давила на него, угрожая утянуть на дно. Кошмары были привычным делом, но теперь в них был новый сюжет — мальчик уже не рассыпался в прах в его руках, а истекал кровью, постепенно теряя жизнь и глядя на него болезненно облегченным взглядом. Окровавленная улыбка и наполовину обожженное тело навсегда впечатались в его память, преследуя его из ночи в ночь. Тони отвернулся от окна, отвлекаясь от скорбных мыслей. Его взгляд скользнул по преобразовавшемуся залу. Он впервые появился тут с тех пор, как нижние этажи этого здания были отремонтированы и превращены в нечто, что должно было стать музеем и памятником в честь тех, кто рискнул жизнями ради спасения человечества. Шаги эхом отзывались по помещению, когда он направился к центру. Он прошел мимо своего памятника и остановился у самого большого — Человека-паука. Тони избегал это место так долго, как только мог. Он не знает, зачем по итогу пришел сюда. Кажется, он стоит тут уже довольно долго. Ему стоило поспешить и уйти, пока не стало поздно. В целях реабилитации вернувшихся спустя несколько лет, а также чтобы почтить память героев, сюда организовывали экскурсии. Старк не успел. Дверь отворилась, и тишину заполнил гомон, тихие шаги и голос экскурсовода. Послышались восхищенные вздохи. Он с трудом отвел взгляд от лица Человека-паука и надел на себя улыбчивую маску. Какое привычное дело. Глаза зацепились за знакомое лицо. Нед, лучший друг Питера. Где-то среди этих детей также должна была быть его подружка. Этот ребенок часто писал ему, конечно не по делу и всё подряд, рассказывая обо всем на свете, начиная от не прозвеневшего будильника заканчивая расспросами о других Мстителях. Он никогда не отвечал на эти сообщения, но читал каждое. Поэтому был в курсе почти всего, что происходило с Питером. Поэтому знал его немногочисленных друзей. И поэтому теплее улыбнулся этим двоим. Тони не стал задерживаться. Бросил пару дежурных фраз и сфотографировался с группой. Он ушел почти сразу, не оглядываясь на яркий красный костюм с синими вставками, несмотря на всё свое желание. Его руки вытащили телефон и разблокировали.

Хей, оказывается сегодня экскурсия у твоего класса. 

Там был Нед и та девочка, которая тебе нравилась. Как её, Мишель? 

В последнее время Тони Старк имел привычку писать ему сообщения. 

Знаешь, здесь всё очень даже ничего. Особенно твой памятник. Тебе бы понравилось. 

Только теперь он не получит ответ.