i thought of you

Чан аккуратно вбивает шампунь в волосы, когда его взгляд падает на его совершенно пустую полку — на ней всего один шампунь, кондиционер и маска для волос. Его мысли мгновенно улетают куда-то не туда, учитывая то, что он никогда, правда, никогда не думал об этом. Было бы славно, если бы на полке появились чьи-то вещи. Нет, не чьи-то, а именно вещи Минхо. Его шампунь, пахнущий цветами, его гель для душа с ароматом жжёной карамели, его маска для волос с запахом ирисов… его вещи, которых так не хватало в доме Чана. Они с Минхо познакомились сравнительно недавно для таких мыслей, но Чан всё равно думает об этом — о том, как хорошо было бы, если бы когда его шампунь кончился, ему было бы чем воспользоваться, и от него пахло бы так же, как от Минхо. О том, какими шелковистыми были бы его волосы после маски его возлюбленного, и как приятно и сладко он бы пах после его геля для душа. И он думает о том, что пошёл бы утром на работу с ароматом его любви, все спрашивали бы его, почему он пахнет по-другому, а он бы просто пожимал плечами и говорил, что так ему нравится даже больше — может, пора бы было чему-то меняться. И тем же вечером он бы лёг в кровать с Минхо и тогда бы понял, куда же делся весь его шампунь. Тогда бы Чан провёл носом по задней стороне шеи Минхо, ощутил на чужой коже свой собственный привычный запах и широко улыбнулся. Это была бы совсем другая жизнь. Но как она была бы прекрасна. Чан задумывается об этом каждый поход в душ, и это съедает в нём всё. Он думает и думает об этом, он думает о Минхо и днём, и ночью, тревожится зря и продолжает много думать. Ещё слишком рано, ещё не время, ещё… — Ты меня слушаешь? — спрашивает его Минхо с хитрой улыбкой, поворачиваясь к нему от плиты и окидывая взглядом. Глаза Чана в мгновение расширяются, и он честно покачивает головой, а Минхо пожимает плечами и принимается рассказывать вновь. — Мама прислала мне фотки котов, говорит, чтобы ты тоже приезжал на следующих выходных. Ты ей нравишься. Чан чувствует, как в его сердце мгновенно распаляется тепло и любовь — никогда в жизни он не нравился родителям своих партнёров. По крайней мере, раньше. Теперь же всё было иначе. На двадцать восьмом году жизни он встретил Минхо, который чуть ли не мгновенно отвёз его к своей семье, чтобы познакомить с котами и родителями (именно в таком порядке). Его мысли про переезд Минхо быстро испаряются из его головы за приятной беседой, вкусным ужином и поцелуями. Чан и не замечает, как Минхо наутро оставляет у него в шкафу ещё одну свою футболку. В следующий раз, когда Чан отвлекается на свои такие мысли, пока проводит время с Минхо, оказывается в котокафе на их свидании. Они пошли туда сразу после работы и затискали уже всех рыжих котов — Минхо питал особую любовь к котам именно этого окраса, что можно было угадать, учитывая его собственных Суни и Дуни. Минхо как раз посередине истории про то, как его замучили сегодня на работе — на его коленях рыжий кот, в его руке ладонь Чана, а на плече его подбородок — когда Чан вдыхает его сладкий гель для душа и думает о том, как бы ему хотелось, чтобы на полке в его ванной появились не только его вещи, а в его повседневной жизни было побольше Минхо. Чан выныривает из своих мыслей как раз в тот момент, когда Минхо поворачивает к нему лицо и чмокает в нос, поэтому довольно жмурится и возвращается в их совместное времяпровождение. Тем же вечером Минхо оставляет в его ванной свою зубную щётку, и даже если Чан это замечает, он почти не обращает на это внимание, потому что Минхо быстро уводит его в комнату и зацеловывает до опухших губ. Когда Чан видит на полке в кухонном шкафу неизвестно откуда взявшиеся приправы, он вопросительно смотрит в сторону Минхо, который с удовольствием помешивает тушёное мясо в котелке. Минхо любит готовить, а Чан любит за ним наблюдать, пока тот готовит. Так что совсем неудивительно, что в его квартире появились вещи Минхо, верно? Чан отчётливо помнит, что видел эти же баночки дома у родителей Минхо, и всё окончательно встаёт на свои места — это были приправы не его матери, теперь всё ясно. И всё же в квартире Чана не появились новые баночки на полке в ванной, и это несколько расстраивает его. Он, слегка поникший, раскладывает рис по мискам и не замечает, как Минхо с едва видимой улыбкой косится на него. В один день в квартире Чана оказывается пара горшков с растениями Минхо. Тот объясняет это так: у Чана есть увлажнитель для воздуха, поэтому у него им будет комфортнее. Чан же согласно кивает головой и наливает в увлажнитель побольше воды, параллельно рыская в интернете в поисках блогов для любителей домашних растений. Фикус прекрасно смотрится возле стеллажа для книг, монстера находит своё место в углу комнаты Чана, а спатифиллум оказывается на обеденном столе. Минхо довольно кивает, когда приходит к Чану на следующий день после работы и таким образом притаскивает в его квартиру ещё и инструменты для пересадки растений, которые легко помещаются в одном из шкафов. В мыслях Чана проблескивает что-то вроде «он что, ко мне потихоньку переселяется?», но Минхо режет овощи, а, как известно Чану, это зрелище ни в коем случае нельзя упустить — его возлюбленный смотрится абсолютно прекрасно с ножом. — Что это? — спрашивает мама Чана, когда видит у него за спиной пару рамок с картинами Хёнджина, которые на днях появились в его доме. Женщина хмурится в экране телефона Чана и на секунду замолкает, а потом снова начинает тараторить. — Ты же никогда не любил такие вещи, разве нет? Это на тебя так твой мальчик влияет? Очень хорошо, очень хорошо! «Твой мальчик» по имени Минхо в этот самый момент заходит в комнату и заглядывает в телефон Чана. — Добрый вечер, миссис Бан! — хихикает он и садится рядом с Чаном, который мигом кладёт руку на бедро своего возлюбленного. — Это картины моего друга, Вам нравятся? Насколько знают примерно все вокруг, Чан не любит сильно украшать свой дом и делать в нём что-то больше минимального минимума, поэтому растения и рамки с рисунками маслом уже выбивались из общей картины. Чан слушает, как его мама хвалит вкус Минхо и наставляет его продолжать в том же духе — «может, хоть так его квартира перестать быть серым пятном». — Спасибо, мам, — закатывает он глаза, и спустя ещё пару минут видеозвонка Чан и Минхо прощаются с женщиной, желая ей спокойной ночи. На следующий день до Чана наконец доходит, а Минхо ярко смеётся, когда видит его удивлённый взгляд, направленный в свою сторону. Было всё примерно так: Минхо спокойно наносил солнцезащитный крем на лицо, а Чан в это время чистил зубы. В какой-то момент глаза Чана расширились, потому что он увидел на полке в ванной не только чужие гель для душа, шампунь и маску для волос, но также и средства для лица, крема и даже новый гель для стирки, которым определённо пользуется Минхо. — Ты ко мне переезжаешь? — резко спрашивает Чан, быстро смывая с подбородка пену от зубной пасты и ополаскивая рот. — Ты только заметил, Чанни? — хитро спрашивает Минхо и крепко обнимает Чана, прижимая его к себе. Чан думает, что его сердце сейчас вырвется из груди от количества счастья, которое его переполняет. Все его мечты осуществляются сами по себе? Серьёзно? С каких это пор? — Да, — честно признаётся он, а потом вспоминает, что в его доме за последний месяц появилось новое буквально всё — и посуда, и ещё один книжный стеллаж, и сами книги, и продукты, и вещи… — Ты ко мне переезжаешь последний месяц?… — Ты только заметил, любовь моя? — посмеивается Минхо и оставляет поцелуй на щеке Чана. — Мы не говорили об этом, — пожимает Чан плечами и хмурится, но не от обиды, а от огромного непонимания. Где-то его точно провели. — Ты бормотал во сне, что хочешь, чтобы я к тебе переехал, — хмыкает Минхо, проводя носом по его шее. — Ты явно думал об этом и видел сны, вот я и подумал, что надо всё брать в свои руки. — Я глупый и тревожный… — пыхтит Чан от недовольства к самому себе, но улыбается в ту же секунду, когда видит любовь в чужих глазах. — А ещё неуверенный в себе, но мы с этим работаем, верно? — улыбается ему Минхо, и все мысли в мгновение исчезают у Чана из головы. — Верно, — соглашается он. — Мы опаздываем, — напоминает Минхо, бросая взгляд на часы, но при этом пожимая плечами так, будто ему на это всё равно. — Плевать, мне срочно надо тебя зацеловать, — восклицает Чан и принимается расцеловывать чужие губы. Довольные, они уходят из дома на десять минут позже нужного и, разумеется, опаздывают каждый на свою работу. В тот вечер Чан пользуется гелем для душа Минхо, который пахнет жжёной карамелью, думая о том, что теперь они и правда живут вместе. Теперь у них начинается совсем другая жизнь. И она точно будет прекрасна. А с мыслями… с мыслями можно будет поработать. Главное — с Минхо.