Обречённые на обыденность

      — Ты точно готов? Я повторюсь, я лишь краем глаза заметил там что-то, так что не могу сказать наверняка, сработает ли, — Курт все еще был крайне не уверен в этой идее. Конечно, как и любого другого мутанта, парня заинтересовало открытие того, что любая мутация имеет свою более усиленную версию. В этом Эх Сабах Нур (как обычно называл его Пьетро в диалогах: Старый Зазнавшийся Хуй) был прав. Но страхов неизвестности на этот счёт все же было больше, чем слабоумия и отваги, — Но я думаю, что это опасно, Пьетро.       — Ты же знаешь, слово «опасность» придумали, только чтобы сделать его моим вторым именем! — Пьетро сидел на полу с расставленными в стороны ногами, наклоняясь то к одной, то к другой, делая импровизированную растяжку. Его правая нога иногда давала о себе знать, тупой, пульсирующей болью в районе колена. Пьетро это совсем немного раздражало, — Да и не ссы в трусы, Блу, чё с нами случится? Мы в конце концов Люди-Х!       Он широко улыбнулся, резво подскакивая с пола. Обстановка комнаты начала резко мигать перед глазами Вагнера. То игровые автоматы отключатся и отодвинутся подальше. То продавленный диван окажется в другом углу. То на тумбочке появятся несколько коробок печенья с джемом.       Все это сопровождалось серой белизной перед глазами. Перед синим лицом неожиданно мелькнул дорожный знак. Хвост Курта вздрогнул от испуга и быстро, в попытке защититься, заметался вокруг.       — Черт, Курт! Ты снова меня поцарапал! — весь десятисекундный вихрь резко остановился вместе с одним белобрысым парнем. Он рассматривал на руке неглубокий порез. После чего Пьетро хмыкнул и спустя долю секунды уже крутился на протёртом офисном кресле позади Демона, — Не вздумай извиняться.       Пьетро жевал какую-то ментоловую конфету, а на его руке красовался еще один пластырь. Курт же неловко потирал кончик хвоста, не зная куда себя деть.       В этом месте было довольно пыльно. В цокольном гараже-подвале, что по совместительству являлась комнатой Пьетро в доме Максимофф, можно было практически с легкостью узнать все о ее владельце. Особенно если удерживать в голове факт, что практически все вещи, находящиеся здесь, изначально были украдены.       Игровые автоматы, магнитофон, целые полки с нон-фикшен литературой, лава-лампа… гриль-барбекю и девчачий велосипед? Это помещение всё ещё имело негласный статус гаража.       Вместо кровати в углу был высокий матрас, а рядом стояло покрытое вековой пылью пианино. Курт каждый раз забывал задать вопросы «что» и «зачем» этот гроб с музыкой тут делает. Представить Пьетро за игрой на фортепиано, казалось Курту чем-то катастрофически сложным и смешным. Но, справедливости ради, у Максимоффа была обнаружена куча других музыкальных инструментов, начиная от губной гармони, заканчивая честно купленной гитарой Гибсон.       — Я понимаю, что тебе понравилась эта идея, — немного картавя, произнес Курт, — но все-таки не стоит забывать о безопасности. Хотя бы своей. — А мне кажется, ты слишком недооцениваешь свои способности, Блу, — Питер почти спокойно докатился на кресле до винилового проигрывателя. Он немного порылся в своей коллекции пластинок, после чего со всей сосредоточенностью мира поставил иглу что-то из Led Zeppelin, — Тем более у тебя есть я!       В подвале раздались негромкие отрывистые рифы. Питер расслабленно выдохнул, давая своему сердцу подстроится под неспешный темп. Небольшая передышка не бывает лишней. Покачивая головой в такт, он прикрыл глаза и улыбнулся, давая музыке утихомирить его пыл.       — А у меня — ты.       На самом деле, Пьетро привела в детский восторг идея о том, что его мутация может быть ещё более усилена им самим. То, что он мог быть еще более быстрым, хотя казалось бы, куда еще быстрее. Его последний соперник по скорости — это только свет.       Эта мысль вертелась в его голове уже который день, не давая покоя. В его голове лихорадочно рождались и умирали идеи того, чтобы мог бы натворить будь он еще быстрее:       Мог бы я оббежать планету достаточное количество раз и достаточно быстро, чтобы изменить ее сторону вращения? Было бы круто, но все бы умерли.       А обойти весь Тихий Океан пешком? Вау, я бы был почти Иисусом или типа того. Но этого никто бы не увидел.       Взломать все компьютеры мира и поставить на полную громкость какую-нибудь дебильную рекламу? М-да, повторяюсь уже.       Нарисовать всему миру стремные усы? Меня бы объявили в уголовных розыск, прям как отца. Зато было бы весело.       Точно! Поймаю солнечного зайчика и докажу Лорне, что я бы смог их ловить.       Особенно эти размышления ярко контрастировали, после двух мучительно долгих месяцев принудительного постельного режима. Во время которого Пьетро чувствовал каждую непозволительно долгую секунду этого мира. От воспоминаний того периода у парня волосы на руках вставали дыбом и скручивало желудок.       Он помнил, как разлагался в собственных мыслях, от которых стало проблематично убегать на костылях. Его мутация хоть и ускоряла процесс заживления, но избавляла от воспоминаний и кошмаров. А когда мысли его заходили о последующем периоде реабилитации, сердце Пьетро Максимоффа падало тяжелой гирей, разбивая всю его самоуверенность вдребезги.       Пьетро мог признаться самому себе, что если бы не огромное количество поддержки от друзей, вечеров кино с Куртом и Лорной, просмотров тупых ситкомов с Вандой и контроля лично от Чарльза и отца, он бы свихнулся еще в первый день.       Из размышлений его вывел неуверенный голос демона, что кажется до этого тоже что-то говорил.       — И я волнуюсь еще по поводу твоей ноги, — Пьетро иногда казалось, что у Курта есть еще какая-то телепатическая мутация. Вагнер отодвинул небольшую тумбу с комиксами, и облокотился на нее. Питер заметил более синие пятна на рубцовых щеках друга. «Неужели все еще стесняется таких мелочей, как хвост и порезы?» — промелькнуло в голове у Питера.       — Боюсь прозвучать грубо, но ты все еще не в лучшей форме, тем более, для таких экспериментов. Извини.       Кажется на какую-то маленькую секунду Питер замер. Небольшое короткое замыкание. Эти слова он, кажется, не слышал уже приличное количество времени. Насколько понятие времени, вообще можно было приписать к нему? Обида, как маленькая песчинка при быстрой скорости, попала в глаз и начала раздражать. Ему бы сейчас не помешало бы пробежать пару десятков километров, но нет. Пьетро сглотнул ком в горле и издал неловкий смешок.       — Неужели ты, мой друг, — Пьетро хорошо умел пародировать манеру общения других людей, так что наставнические нотки Профессора Икс вышли просто отменно, — думаешь сомневаться во моей, — он сделал небольшую паузу и посмотрел на Курта с вызовом, хитро улыбаясь, — скорости?       В этот раз Вагнер даже не увидел серебристого вихря, зато его начало немного мутить. Как стоило Курту буквально моргнуть, как он сидел на троне из ворованных коробок печенья, укутанный в красный плед, как в плащ. На его плечах была старая гирлянда и белая мишура. В левой руке образовалась открытая, полупустая банка Доктора Пеппера как держава, а в правой руке чистый, спасибо Пьетро, ёршик в качестве скипетра.       Отросшие волосы Курта были заколоты по бокам разноцветными заколками Лорны. Острыми ушами Курт нащупал что-то еще и у себя на голове.       — Не трогайте корону, милорд Курт Кайфоломов Третий, — Питер сидел перед ним на корточках с фотоаппаратом. Из-за яркой вспышки, Вагнер рефлекторно телепортировался за спину Пьетро синей дымкой, — Вот черт, я не уверен, что ты попал в кадр. И ты снова меня поцарапал.       — Это не шутки, Питер, — демон напрягся в плечах, его голос прозвучал сердито.       — Да? А по мне очень смешно, — Ртуть ткнул в трехпалую руку еще теплый полароидный снимок. На фото был Курт за секунду до исчезновения — испуганный, взъерошенный и забавный. — Если единственная причина не попробовать — твои сомнения во мне, то это бред. Скажи что-то более убедительное.              Питер забрал снимок обратно и устроился на новом картонном троне, который уже немного разъезжался в основании. Он вытащил из внутреннего кармана джинсовки маркер и начал подписывать что-то на обратной стороне снимка. Песня на пластинке сменилась, заставляя парня снова покачивать головой в такт музыке. Пьетро старался не обращать внимания на мелкую дрожь в ногах.       — Я все-таки считаю, что такие эксперименты нужно проводить в присутствии… Хотя бы Чарльза, — Курт спокойно выдохнул, хвостом отодвигая пару склеенных скотчем коробок ближе к стене и присел на них.       — Хо-хо-хо! Ты думаешь у нашего Профессора Яйцо есть сейчас время на это? — не заинтересованно кивнул в ответ Питер, поглядывая в небольшое окошко цокольного этажа. Снимок он пихнул вместе с маркером обратно в карман.       — У него всегда есть время на своих учеников, ты об этом знаешь лучше всех, — Курт, хмуро посмотрел на Максимоффа, ожидая подтверждения своих слов.       — Да, ты прав — белобрысый уже более спокойно перемещался, собирая небольшой теннисный стол, отодвигая его подальше. Его ладони чуть-чуть вспотели, — Но он сейчас скорее занят воркованием с моим отцом, или очередной партией в шахматы с ним. Видишь?       Курт развернулся к другу, снова ощущая острыми ушами на голове бумажную корону. Пьетро, обратив на себя внимание, несколько раз обернулся вокруг и замер. Он отвел взгляд в сторону, ожидая чего-то, что не произошло:       — Видишь, я все еще не бьюсь в конвульсиях от мигрени, — усмехнулся он себе. — Хотя Чарльз мне обещал что если еще раз я назову его по «кодовому» имени. То где бы я не был — он найдет меня. И я буду умирать медленно и мучительно. И отец мне не поможет, а придавит родного сына чем потяжелее, чтобы я не убежал, — Пьетро наигранно поджал губы и обиженно вздохнул.       Курт прикрыл рот ладонью, стараясь сдерживать улыбку, от всплывшего в голове образа серьезного Профессора Икс по злодейски посылающего на бедного Пьетро мигрени, и Магнето, стоящего рядом, удерживая сына куском металла. Семейная драма — не иначе. Питер, повернувшись на звук, кинул взгляд на Вагнера, еле сдерживающего смех.       — Не испытывай судьбу! — глухо отозвался Курт.       Пьетро сделал несколько шагов к синему парню. Расслабил лицо, оставляя только тень улыбки. До этого акробат старался силой опустить уголки губ, чтобы не засмеяться, от смешных образов учителей, то сейчас он боялся, что засмеется от непривычно спокойного лица Максимоффа.       В его глазах не было серьёзности или насмешки, просто спокойные карие глаза, что смотрели в смеющиеся янтарно-желтые. Выглядело так, будто следующие слова белобрысого — будет самый очевидный факт, но любой кто знает Пьетро Максимоффа дольше двух минут, что ожидать нужно чего-то грандиозно глупого.       Курт чувствовал, что если Пьетро задержит свой взгляд еще на несколько секунд, то он снова смутится.       — Чарльз Ксавьер — Шалтай-болтай.       Звук пластинки перебил громкий заливистый хохот. Оба не могли остановится, ведь каждый зрительный контакт вызывал ещё более громкий приступ смеха. Бесконтрольный и гибкий хвост Курта заметался из стороны в сторону, и случайно задел швабру стоящую позади Пьетро. Та с грохотом упала, задев спину спидстера. Максимофф, до этого громко гоготавший, резко обернулся и завопил.       — Нет-нет-нет, я ещё слишком молод, Чарльз! ЭТО БЫЛ ПОСЛЕДНИЙ РАЗ, Я КЛЯНУСЬ! — он поднял руки над головой в сдающимся жесте, с опаской косясь на швабру.       Вагнер снова рассмеялся, а Пьетро, глянув в его сторону, расслабленно улыбнулся.       — Мальчики, у вас в порядке? — где-то сверху послышался женский голос.       — Да, мам, лучше всех! — отозвался Пьетро, — Ну, что? Я достаточно тебя убедил?       Пьетро окинул взглядом свою комнату. За время их небольшой дискуссии, они убрали все что могло попасться под ноги. Тем самым освободили большую часть старого гаража. Пьетро не мог вспомнить, когда в его жилище был такой порядок и приятная пустота.       — Ладно, уговорил. Но один раз, ты слышишь? Один, Пьетро. Какой у нас план… действий? — у Вагнера слегка болели щеки от долгой улыбки, — Ты толкаешь, а я…       Пьетро перебил его.       — Да-да, один единственный раз, — затараторил парень, сразу меняя тему, — Если я правильно понял, то моя скорость случайно импульсом осталась на тебе, когда ты телепортировался, я правильно мыслю? — Курт неуверенно кивнул, отчего Питер заулыбался, — Потом, спустя пару секунд ты вернулся весь взъерошенный и напуганный, и уверял меня что ты видел там…       — Я видел там Лизуна из Охотников на приведений, что мы смотрели вчера. — продолжил Курт, — но я же сказал, что не уверен.       — Зато я уверен! Поправь меня, но когда телепортируешься, то на некоторое время попадаешь в «тёмное место», — Ртуть приблизился к дальней стене.       — Это скорее похоже на мир теней. Просто когда кто-то телепортируется со мной, то все закрывают глаза, а я представляю нужное место.       — Я думаю, что я в тот момент дал тебе импульс, и он переместился с тобой в этот «мир теней». Встань сюда!       Курт подошел ближе к Пьетро, отсюда было хорошо видно всю лачугу Максимоффа, а впереди стоял сложенный теннисный стол.       — Если я прав, то этого расстояния нам должно хватить за глаза, — Питер открыл ящик в столе, что был позади и достал оттуда двое защитных очков на резинке, — Единственный вопрос, что меня интересует… О чем ты думал? Ты же телепортируешь только в те места, о которых думаешь? Разве нет?       — Все произошло слишком быстро, — Курт взял протянутые очки, и пытался разобраться с застежкой своей трехпалой ладонью. — Хотя знаешь… Возможно я и правда думал о том фильме… Он был довольно, — Курт задумался, — интересным и пугающим.       Пьетро натянул на себя старые, убитые, но любимые очки. Они были одни из его первых, поэтому кожаный ремень уже сильно потерся, как и железная застежка, а на одном из стёкол был большой скол. Именно эти очки пережили с ним его первые эксперименты со скоростью, так почему не дать им еще шанс?       — Ну вот! Если точка Б зависит от твоего желания и мест, что ты видел, то предлагаю попробовать, что-то менее пугающее, — спидсетр ухмыльнулся, — для начала.       Курт выглядел очках скорее смешно, нежели круто, как Максимоффа или Циклоп. Его синие волосы неприятно сдавливал новый, нерастянутый ремешок.       — Может, нам стоит, взять что-то еще? Или ты думаешь, что очков достаточно?       — Их всегда достаточно.       Питер подошел ближе к Курту, приобнял его за плечо одной рукой, второй же поправил застежку и положил на шею. Как делал с любым, в избежание травм. Но Курт почувствовал небольшой мандраж в пальцах на шее. Демон волнительно выдохнул, собираясь с мыслями.       — План простой как мычание: я ускоряюсь на предел, ты телепортируешь нас…ну не знаю, — Питер задумчиво отвел взгляд, — Куда бы тебе хотелось?       — Точно не в ужастик! — воскликнул Вагнер.       — Даже не начинай думать про ужастики! — Максимофф тоже не особо желал оказаться в одном из десятков просмотренных с акробатом фильмах. В заброшенном отеле с бесконечными коридорами или в кукурузном поле. Он постарался отбросить эту мысль, — может что-то из нарисованного?       — Нарисованного, — Вагнер задумался. — Из последнего мы смотрели «Мой сосед Тоторо»…       — Потусуемся в лесу с гигантским кроликом-духом и котом-автобусом? Звучит не так уж плохо! — Пьетро кажется только сейчас начинает осознавать абсурдность этой идеи, но она ему чертовски нравится, — Значит держи курс на Тоторо! Худшее что может произойти с нами там — нас придавит лесное божество и мы задохнемся.       Курт усмехнулся. То, как Пьетро легко говорил об этом абсурде, заставляло Ночного змея и правда поверить в то, что у них может что-то получится.       Вагнер глубоко вдохнул, стараясь не думать ни о чем, кроме нарисованных выдуманных персонажах. О том мокром, густом лесе и о большом соседе Тоторо.       Его хвост обернулся вокруг туловища Пьетро, цепко притягивая к себе. Это спидстера уже не особо смущало. Пьетро тоже наклонился чуть ближе, так что какая-то часть его груди прижалась к спине акробата.       — Я готов, — легко выдохнул Курт, открыв желтые глаза.       — Поехали, — с улыбкой и волнением, выдохнул Ртуть. В случае плохого исхода, они просто больно врежутся в его стол для пинг-понга, ведь так?       Вдох. Пьетро с небольшим усилием стал давить на шею Курта. Хост немного сильнее сжал его, но больно не было. Первый шаг всегда волнительный.       Выдох и вспышка.       Секунда.       Игла невысоко подпрыгнула над пластинкой, а в комнате остался только серо-синий дым. И черные тлеющие следы-полосы на деревянном полу.

***

      Пьетро изо всех сил старался не моргать, но даже в очках глаза сильно щипало. «Мир теней», как понял Пьетро, напоминал ему чем-то те чувства и ощущения, когда открываешь глаза под водой и стараешься разглядеть в мутной воде хоть что-то. Не совсем чувствуешь свой вес, тяжесть в дыхании и частичное дезориентированние. Ничего не разглядишь толком, ведь окружение было окутано темно-темно синим туманом. Безумие.       Как на дне морской впадины, — единственная мысль, что полностью сформировалась в голове у Пьетро.       Питер чувствовал свое ускорение, хоть они двигались медленнее, чем на старте в гараже, но все еще достаточно быстро, чтобы его теория могла сработать. Вспышка и плотный синий туман развеялся дымкой.       Пьетро рефлекторно затормозил, но они все равно проскользили несколько метров вперед. Парни все еще держались друг за друга, поэтому дружно поскользнулись на мокром мху и упали.       Мох был настолько густым, что казалось они слегка провалились в него. На секунду он чем-то напомнил Курту мягкий, новый ковер в цирке, на котором он в детстве дремал, пока никто не видит.       Оба парня тяжело дышали, всё ещё не особо приходя в себя. Курта мутило после особо усильного ускорения. А Пьетро жадно вдыхал воздух, как будто деревья скоро запретят его использовать. Свежий растительный запах был почти панацеей после душного, пропитанного запахом серы, «Мира Теней». Шел летний грибной дождь, а по темному небу, можно предположить что сейчас раннее утро. Хвост Синего все еще обвивался кругами вокруг талии Пьетро, а рука спидстера теперь была придавлена головой Курта.       — Кажется, — первым хрипло отозвался Курт, — У нас…получилось.       Он приподнялся на локтях, поднимая выше лба запотевшие серебряной пылью очки. И правда — лес, хотя лесом это назвать можно с натяжкой.       Это место было загадочным и спокойным. Светлячки, как будто пылинки летели вверх. Мягкие рассветные лучи пробивались сквозь листву, создавая волшебный свет. Это был точно не их мир. Это место наполнено магией и какой-то добротой. Но Курт все еще был насторожен, ведь он уверен, что за ними сейчас кто-то заинтересованно наблюдает.       — Да! — воскликнул Пьетро, подрываясь всем телом в сидячее положение, — Ты же понимаешь, что мы сделали?!       — Тише, — Вагнер настороженно прислушался, его длинные уши дрогнули, — Ты чувствуешь…это?       Пьетро напряжено осмотрелся по сторонам. Он несколько раз провел руками по мху.       — Да, — его голос заметно понизился, — Чувство, как будто кто-то нависает надо мной, но ненавязчиво…типа издалека. Я не чувствую опасности, — Пьетро замолк и то ли в шутку, то ли всерьез добавил, — Может это Тоторо?       Курт не знал, что ответить. До него только сейчас дошло осознание что они сделали.       — Господь, мы и правда это сделали! — он развернулся к Пьетро, на его лице была смесь восторга и смятения, а желтые глаза широко раскрыты.       — Воу-у, полегче. Ты же меня сейчас дважды задушишь, — самоконтрольный хвост и правда сжал Питера на этот раз гораздо сильнее. Вагнер сразу же после этих слов развязал хвост и взял его в руки, от греха подальше. На его лице мелькнула изумленная и легкая улыбка.       — Я же говорил, я всегда прав! — Пьетро запустил руку в волосы, как тут же отдернул ее обратно. К его ладоням прилип мох и трава. Он попробовал вытереть их об джинсы, но это ничего не дало.       Всплеск адреналина у обоих уже прошел, но сердца почему-то все еще стучали где-то у горла. Они случайно замолчали, давая природе вокруг окутать их. Стрекот сверчков и шум какого-то водоема недалеко на время заполнили тишину.       — И…что теперь? — уточнил Курт.       — Я не знаю, — честно ответил Пьетро. Его тело сводило приятной болью, но спать ему не хотелось.       Вдруг за их спинами послышался слишком громкий для этого места грохот. Несколько птиц испуганно взлетели из-за верхушек деревьев, а сверчки притихли. Оба парня настороженно обернулись, и увидели может в сотни метров от них что-то большое и сопящее. Курт мог поклясться, что этого зверя здесь раньше не было.       — Это он…- почти без звука прошептал Питер и кивнул, не сводя взгляда с существа. Чудо-зверь, кажется просто перевернулось на бок, но его масштабы были пугающе внушительными.       — И что нам делать? — неуверенно прошептал Курт. Они наклонились ближе к друг другу, дабы Хранитель леса их не услышал и не тревожил свой сон.       — Есть только один вариант — снова сделать рывок, — выпалил Пьетро. На поляну начал потихоньку ложиться ситцевый туман.       — Домой? — изо рта демона образовался небольшое облачко пара.       — Можно, — согласился белобрысый, но быстро переменился. — Но это будет скучно. Представь, мы так далеко зашли и так просто вернемся домой?       — То есть тебе этого недостаточно? — Курт непонимающе нахмурил брови, ему очень не нравилось эта фанатичность Пьетро.             — А что, если ты ничего не будешь представлять? — перевел тему Максимофф, будто не слыша Синего.       — В нашем мире, я бы просто телепортировался на тоже место, где и стоял. Но причем тут это? Я думал, мы закончили «эксперимент», — у парня появилось ощущение, что Пьетро немного издевается над ним.       — Со мной все будет по-другому, — азартно улыбнулся Пьетро, но Курта это совсем не впечатлило.       — Это звучит слишком глупо, — Курт скептически отвел взгляд. — Нам нужно вернуться. Мы попробовали — убедились. Зачем пытать судьбу дальше, Пьетро? Это тупо.       — Курт, у нас получилось один раз, а значит второй раз будет ещё круче! Я же не могу просто взять и бросить такой эксперимент на половине пути! — Пьетро хлопает друга по плечу, отчего тот вздрагивает и неожиданно выпрямляется в плечах.       — Ты? Я думал, что МЫ сделаем это один раз… Ты же пообещал, Пьетро. Ты меня вообще слушаешь? — парень замечает задумчивый взгляд напротив, и что-то ему подсказывает, что думал Спидстер не о возможной опасности.

***

      — Ага-ага… Ты боишься за себя, что у тебя ничего не получится, но уже получилось! ТЫ же видишь — Пьетро обвел взглядом обстановку вокруг, подтверждая свои слова. — А значит, что мы можем потренироваться ещё на всяких фильмах, да? А потом уже ты представишь перед собой ничего…       — Я не боюсь, — перебивает его Курт, нервно проглатывая «за себя».       Лазить по разным вселенным — занятие, конечно, страшное, но Курт привык к телепортации. Обычно один. Часто с Людьми-Х. Иногда со случайными бедолагами, которых нужно эвакуировать с поля боя в безопасное место. Но то было в его, обычном мире. А здесь сотни, а может даже и тысячи миров в безопасности которых Курт ой как не уверен. Так еще и с Пьетро всё иначе… Курт чувствует, как гора ответственности рушится на его плечи.       — Супер, тогда попробуем ещё раз, да? — улыбается Пьетро и, не давая Курту вставить слово, кивает сам себе. — Да.       — Что «Да»? — Курт чувствует, как сжимается его челюсть. Он смотрел спидстеру в глаза, но тот все еще азартно улыбался, — Почему ты силой втягиваешь меня в это?       — Потому что мне нужна твоя мутация, — честно ляпнул Пьетро. В этот момент, он кажется почувствовал, что перегнул. Улыбка сползла с его лица, а горло укололо виной и спазмом страха и отвращения.       «Ты звучишь прям как Отец, ” — осуждающе пронеслось в голове.       Вагнер же почувствовал, как его лицо и уши начинают гореть, а в грудь сжимает взрывная волна гнева и негодования.       «Господи, дай мне сил,» — прошептал он про себя, вспоминая строки из Евангелия: «В терпении вашем спасайте души ваши.»       Он закрыл глаза на мгновение, стараясь удержать ускользающее спокойствие, и глубоко вдохнул. И тихо прошептал что-то в себя. Совсем неслышно. Пьетро ненароком глянул на его еле двигающиеся губы.       — Знаешь, — Курт посмотрел Питеру в глаза, и бесстрастнно, как-то слишком холодно выдохнул, — делай что хочешь.       Пьетро почему-то стало неловко и неуютно после этих слов. Хотя вроде бы Курт согласился. Да вроде и не злится больше, но отчего сердце всё ещё стучит как-то неправильно в горле. Максимофф постарался вытряхнуть эти мысли из головы, руками взъероша светлые волосы.       — Ну тогда, — он проглотил комок неловкости, и уже более спокойно ухмыльнулся. Будто ничего не произошло, — Давай прыгать в следующий?       Курт ничего не ответил, следя за первыми лучами рассвета. Когда его неуверенно, потянули за рукав, то он вежливо и слабо улыбнулся:       — Да, конечно.